Самое ценное

От Крис: «Хэй, Ликс» «Я звоню в твою дверь уже пять минут» «Не хочешь открыть?» 13:26

От Мини бро:

«Не могу…»

13:27

От Крис: «В смысле?» «Мы же договаривались зарубиться в приставку сегодня» 13:28

От Мини бро:

«Я не дома, хён»

13:28

От Крис: «Какого хрена?» «И где же ты?» 13:29

От Мини бро:

«Я не знаю…»

13:29

От Крис: «И что это значит?» 13:30 «Ты в порядке, Ликс?» 13:31

От Мини бро:

«Да»

«Тут такое дело…»

13:31

~ Час назад ~

— Я же скинул тебе фотку! — Феликс тычет телефоном прямо в лицо напротив, смотря со всем недовольством, которое может из себя выдавить. — Почему ты купил не то?! Хёнджин поджимает губы, раздражённо закатывая глаза, и перехватывает чужое запястье, отстраняя яркий экран от лица. Ли вырывает свою руку, при этом очень мило фыркнув от недовольства, и отбрасывает телефон на диван, даже не замечая, как тот отскакивает от мягкой поверхности, падая на ковёр. — Тебе ничего нельзя доверить! — Ёнбок сжимает маленькие ладони в кулаки, прожигая спокойное лицо напротив злым взглядом. — Как мне работать теперь? — Не вижу разницы, — пожимает плечами Хван, смотря на маленький бутылёк красного пищевого красителя, который Феликс ранее с громким стуком поставил на край стола. — Красный, коралловый, фуксия… Это всё оттенки одного цвета. — Заказчик попросил торт с покрытием цвета фуксии, — сквозь стиснутые зубы шипит младший, бросая раздражённый взгляд в сторону стола. Хочется кинуть этот бутылёк прямо в чужое лицо. — Я специально скинул тебе фотку красителя, который ты должен был купить. — В ближайшем магазине его не было, — закатывает глаза Хёнджин, отвечая, всё так же, с долей безразличия. — Так сходил бы в другой! — За два квартала отсюда? Феликсу кажется, что мозг кипит настолько, что скоро взорвётся. У него до отдачи заказа не так много времени, чтобы самому искать краситель, который закончился так не вовремя. Торт не готов даже наполовину, а покупатель обещал приехать уже завтра утром. Парню бы сейчас заниматься приготовлением крема и ягодной начинки, но он просто не может перестать смотреть на старшего злобным взглядом, будто тот минимум испортил ему жизнь. — Да, именно так! — Ли очень бесит то, что чужое лицо всё ещё спокойное, будто Хвану правда плевать на то, что он очень подводит его. — Ты должен был сделать это! — Должен кому? — выгибает бровь Хёнджин, раздражённо фыркая. — Это ведь твоя работа, так чего ж ты сразу не позаботился о том, чтобы у тебя всё было? — Тебе что, сложно помочь? Да, я не уследил, бывает, но неужели тебе так тяжело сходить до магазина? — Уж извини, дорогой, но я слишком устал на работе, чтобы у меня было желание переться куда-либо, кроме ванной и кровати. — Ты мог доехать на машине! — Она устала не меньше меня. Ли поджимает губы, демонстративно отворачиваясь. Его бесит вся ситуация в целом: от момента, когда он понял что нужный краситель закончился, до особо выделенного «дорогой», сказанного таким тоном, от которого желание врезать по роже появляется само собой. — Так и скажи что тебе просто плевать на меня… — Господи… — Хван устало трёт глаза, отчего комната перед ним на секунды плывёт. Парень всё ещё в рабочем костюме, только пиджак снял, оставшись в белой рубашке и синих брюках. — Честно, я настолько заебался сегодня, что мне было глубоко насрать на то, какой там краситель тебе нужен. Я вышел с работы с мыслью быстрее добраться до дома, пожрать, принять душ и лечь в кровать с тобой в обнимку. Кто ж знал, что ты такой растяпа, а страдать от этого мне… — Страдать?! Да я просто попросил заехать в магазин! — Я ведь не прошу тебя помогать мне с заполнением бумажек и прочей хренью, — отзывается Хёнджин, шумно выдыхая. — Потому что я ничего в этом не понимаю! — Ну так и я не понимаю, почему эту девушку так ебёт, что её торт будет красным! — Да потому, что она заплатила деньги не за красный! Феликс сильно жмурится, стараясь сдерживать эмоции. Он хочет одновременно расплакаться, психануть и бросить всё к черту, отменив заказ, и ударить старшего так, чтобы тот перестал вести себя как сволочь. — Возьми и напиши ей о том, что ты, растяпа такая, не можешь выполнить её заказ. — Не буду! — Ёнбок чуть ли не плачет, потому что обида, злость и горечь смешиваются в одно, заставляя глаза слезиться. — Это унизительно и непрофессионально! — Ну что ж, жизнь — она такая, — лишь пожимает плечами Хёнджин, — иногда приходится чем-то жертвовать. — Да я и так ежедневно жертвую свои нервы на тебя… — Будто я заставляю тебя это делать… — Вот именно!.. — вдруг вскрикивает Ли, вытирая нос рукавом домашней толстовки и смотря на старшего так, будто убить его готов. — Не хочу больше видеть тебя! Забирай всё самое нужное и проваливай! Хван, кажется, явно не ожидал чего-то подобного: его глаза широко распахиваются, брови смешно ползут вверх, рот чуть приоткрывается, будто парень хочет сказать что-то в ответ, но в итоге не произносит ни звука. Он пару минут молча рассматривает явно обиженного младшего напротив: поджатые губы, грустные поникшие глаза, ладони, нервно теребящие края фартука со смешным принтом, а потом пожимает плечами, будто ситуация его совсем не волнует. — Окей. Ёнбок поджимает губы сильнее, потому что на самом деле ожидал извинений. Он ведёт себя очень по-детски, как подросток, который пытается решать проблемы в отношениях манипуляциями и обидами, но сейчас почему-то начинает казатся, что кинуть обидку — самый лучший вариант. Это настолько глупо, что Ли начинает жалеть о своих словах сразу же, как только они слетают с губ. Он совсем не хочет, чтобы Хёнджин уходил. Старший запросто может переночевать у кого-нибудь из друзей, однако это совсем не то, чего Феликс хочет на самом деле. Он хотел успокоиться, чтобы не развивать конфликт на пустом месте, из-за такой глупой причины, но усталость, не только его, но и Хвана и отсутствие свободного времени из-за постоянных заказов в последнее время, наложили свой след на его настроение, заставив сказать то, что не следовало. В последнее время их отношения проходили именно то сложное время, которое переживают все пары. Они съехались около двух месяцев назад и то, чего они раньше не замечали, или замечали, но считали незначительным, сейчас сильно начало влиять на отношения. Феликса бесило, что Хван часто оставляет грязные кружки на столе, работает на кровати, из-за чего бежевое покрывало часто оказывается исписанным черной ручкой. Хёнджин часто делал замечания по поводу пустых бутыльков в ванной, которые Ли забывал выкидывать, и ворчал из-за постоянно валяющихся на кухонном столе чайных ложечек и крупинок сахара. В последние две недели парни оба ушли в работу: у Хёнджина новый проект, заставляющий чуть ли не ночевать на работе, у Феликса — куча заказов, потому что впереди Белый день и многие заказывают торты или пирожные, чтобы порадовать любимых. Иногда, делая очередную порцию капкейков, Ли, поджав губы, думал о том, что в последний раз целовал Хвана примерно пару дней назад, и то вскользь, ведь тот снова пришёл настолько вымотанный, что даже на беспорядок на кухне, из-за которого часто ворчал, в итоге помогая убирать, просто махнул рукой. Где-то внутри клубилась злость на то, что старший так легко согласился уйти. Он правда хочет оставить всё так? Их отношения и так сильно охладели в последнее время, что очень сильно било по чувствительному сердцу младшего, заставляя часто тихо плакать в подушку. Хёнджин правда уйдёт вот так, заставив Ли самому переться в магазин за два квартала от их квартиры, когда на улице начинает накрапывать дождь? Ему правда стало настолько плевать? Мысли кружат в голове, заставляя зажмуриться и опустить голову в пол, чтобы не видеть чужого лица. Ссоры в их квартире были редкими и заканчивались в основном разговорами, реже — страстным сексом, однако Феликс тяжело переносил каждую, даже самую незначительную из них. — Чего стоишь? — тихо, на грани слёз спрашивает Ли, отворачиваясь и беря в руки миксер. Парень втыкает его в розетку, намереваясь сделать крем, хотя перед глазами плывет абсолютно всё, а в спину буквально чувствуется чужой пристальный взгляд. — Вали уже. Кажется, он всё же не сможет отдать заказ вовремя, потому что сил на то, чтобы продолжить готовить, не осталось абсолютно. К тому же, у него всё ещё нет красителя. Хочется лечь, свернувшись клубочком, и тихо плакать оттого, насколько это всё больно. — Конечно, только самое ценное заберу. Ёнбок испуганно вскрикивает, когда Хёнджин легко подхватывает его, закидывая себе на плечо, будто младший не весит вообще ничего. Ли пытается вырываться, бьёт парня по спине и лопаткам, причём довольно-таки не слабо, угрожает начать кричать, но Хван реагирует на это ровно никак, неся его к дверям квартиры. Феликс видит, как старший обувается, на что уходит некоторое время, затем берёт кроссовки самого Ли, свои ключи от квартиры и машины и выходит за дверь, щёлкая замком. На кухне остаётся включенный свет, разбросанные по столу продукты, включенный в розетку миксер. Ёнбок не оставляет попыток освободиться даже когда они едут в лифте, однако всё, что он может, — это рассматривать своё лицо в зеркале на стенке, растирая ладонями и так покрасневшие щёки. Хван крепко держит его, еле заметно двигая пальцами по бедру, спрятанному в домашних штанах, отчего Ли чуть дёргается, однако попытки освободиться прекращает, молча сдаваясь. Пожилая женщина, выходящая из квартиры на первом этаже как раз тогда, когда парни выходят из лифта, странно смотрит на них, но ничего не говорит, а Ли и благодарен, хотя уверен, что она не раз обсудит это с подружками на лавочке возле дома. Парень теперь стороной её будет обходить, только чтобы не слышать смешки в свою сторону. Когда Хван открывает машину, то сажает младшего на переднее сиденье, ногами к себе. Убедившись, что тот не собирается сбегать, он опускается на корточки перед дверью, несмотря на усиливающийся дождь, и надевает на Ли его кроссовки, при этом сосредоточенно смотря на худые лодыжки перед собой. Феликс выглядит правда забавно в своем фартуке, с растрёпанным хвостиком на затылке, пряди из которого падают на лицо, и с большими глазами, в которых всё ещё плещется обида, теперь смешанная с удивлением и смущением. — Эй, я бы и сам… — Сиди и молчи, пока я забочусь о тебе. Феликс поджимает губы, но теперь они превращаются не просто в тонкую ниточку — сейчас это похоже на несмелую улыбку. Хёнджин завязывает аккуратный бантик на правом кроссовке и поднимается на ноги, разглядывая лицо младшего, неотрывно смотрящего в ответ. — Я обожаю то, настолько мило ты выглядишь в этом фартуке, но прошу, сними его, а то заляпаешь салон тестом или кремом. Ёнбок встрепенулся, покраснев ещё сильнее то ли от замечания, то ли от комплимента, и тут же начинает стягивать фартук через голову. Хван лишь кивает удовлетворённо, захлопывая дверь. Они едут не особо долго, судя по часам на дисплее, однако из-за пробок это ощущается как вечность. Крупные капли барабанят по стеклу, отвлекая от мыслей успокаивающим шумом, тихая музыка создаёт приятную атмосферу, заглушая волнение. Обычно, когда они едут в машине, Феликс сжимает чужую большую ладонь в своей, переплетая пальцы, однако сейчас его руки ровно лежат на коленях, а Хван держит руль обоими ладонями. Напряжение между ними ощущается почти осязаемо, отчего Ли чувствует себя виноватым. Телефон вдруг вибрирует, и Феликс вздрагивает от неожиданности, видя в уведомлениях сообщения от Криса. Парень мысленно хлопает себя по лбу, готовясь разочаровать старшего тем, что сегодня они до приставки точно не доберутся. Он не знает, как скоро будет дома и будет ли вообще, ведь то, куда его везёт Хёнджин, всё ещё остаётся загадкой. Мысли о том, что в квартире ждёт неготовый торт, гора грязной посуды, а под дверью ещё и разочарованный Чан, делают настроение ещё хуже, чем оно есть. Только когда Хёнджин глушит мотор, Ёнбок понимает, что парень припарковался черед дорогу от того самого кондитерского магазина в двух кварталах. Осознание заставляет закусить губу, а сердце делает кульбит, отдаваясь стуком в ушах. — Подожди меня, — Это всё, что говорит Хван, прежде чем выйти из машины под ливень. Проходит примерно десять минут, за которые младший успевает раз двадцать мысленно врезать себе за то, что своим поведением и словами вытащил их на улицу. Где-то вдалеке гремит гром, молния озаряет небо неяркой вспышкой, и Феликс думает о том, что мог просто заказать доставку из этого магазина на дом, когда дождь немного стихнет. Да, это бы означало, что ему придется не спать пол ночи, чтобы закончить торт, но так же это значило бы, что сейчас они были бы в тепле и сухости дома, без такого явного напряжения и обид. Когда водительская дверь наконец открывается Феликс испытывает искреннюю жалость, рассматривая старшего: с его волос капает вода, вся одежда мокрая настолько, что кажется, его минимум окунули в океан, по лицу чуть размазался макияж, оставив под глазами темные подтёки от карандаша, которым Хван обычно подкрашивает лёгкие стрелки. — Вот… — Хёнджин ставит на колени младшего маленький пакетик, который тот не спешит открывать, всё рассматривая чужое мокрое лицо. — Самая натуральная фуксия из всех возможных. Взял две, чтоб в запасе была. Я ещё заметил, что у тебя ванилин заканчивается, купил и его. И тот набор декоративных посыпок, который ты так хотел, но не взял в прошлый раз. — Я… Ли правда не знает, что сказать. Он поджимает губы, сжимая в ладонях пакетик и щупая его содержимое, и смотрит в глаза старшего, обрамлённые слипшимися от воды ресницами. Хван лишь слабо улыбается в ответ, кончиками пальцев убирая с чужого лица светлую прядку, оставив на коже едва ощутимый влажный след. — Прости, я… я не должен был говорить так… — как-то надломленно шепчет Ли, чуть вздрагивая от чужого прикосновения. — Это было очень глупо, я не подумал… — Ты иногда такой ребёнок… — тихо усмехается Хёнджин, переплетая свои холодные пальцы с чужими тёплыми, отчего по коже обоих бегут мурашки, — никогда не меняйся. — Но я обидел тебя… — А я всё равно тебя люблю. Феликс поджимает губы в улыбке и тянется к чужому лицу, накрывая холодные губы своими. Парень сильнее сжимает большую ладонь, языком мазнув по чуть раскрытым губам, отчего старший тихо выдыхает и трётся своим носом о чужой. — Поехали домой, пока не заболел, — шепчет Ли прямо в губы, на ощупь нажимая кнопку обогрева водительского сиденья, — а то ещё тебя лечить не хватало. — Но если я заболею, а потом заражу тебя, то ты наконец сможешь взять перерыв, — усмехается Хёнджин, оставляя быстрый чмок на чужих устах, — а не насиловать себя и нашу духовку каждый день. — А кто обеспечивать нас будет, м? — хмыкает Ли, поглаживая чужую ладонь большим пальцем. — Деньги с неба не валятся, знаешь ли. — Просто короткий перерыв. Представь: только ты, я и температура. Романти́к. — Что-то не припомню, чтобы я давал согласие на тройничёк, — хихикает Ёнбок, срывая с пухлых губ ещё один поцелуй. — Но звучит не так уж и плохо. Домой они едут крепко сцепив в замок ладони и уже по старой привычке урывая поцелуи на светофорах. Феликс всё больше уверен, что вместе они всё переживут.

От Мини бро:

«Мы с Хёнджином поссорились, и я сказал ему, чтобы забирал всё самое нужное и проваливал»

13:33

«Он забрал меня…»

13:34