Сиси 1

Выйдя от терапевта, Данила с задумчивостью уставился на направление, которое нужно было отнести маммологу. Последнее время у Кашина возникла проблема с его грудью: левая часть покрылась покраснением и настолько сильно вызывала зуд, что мужчина перенервничал и решил записаться к врачу, молясь, чтобы у него не обнаружили никаких раковых клеток. И теперь, направляясь к самому дальнему кабинету в этой поликлинике с табличкой «Маммолог — Коряков Илья Иванович», Данила на ходу достал медицинскую книжку и, достигнув двери, тихо в нее постучался. — Входите, — раздался мужской голос из кабинета. Не задерживаясь, Кашин прошел внутрь, закрывая за собой дверь. В нос ударил едкий запах медицинских средств и хлорки. Сначала Данила не увидел врача, но обведя весь кабинет пристальным взглядом, он заметил черноволосую макушку, скрытую за горой папок с документами. — Здравствуйте. — Добрый вечер, проходите, присаживайтесь, — указал врач, не отрываясь от компьютера. Илья — так звали маммолога, — дописывал в таблице имя предыдущего клиента, и как только он закончил, сразу взял в руки направление от терапевта с медицинской картой, не успевая рассмотреть пациента. — Значит покраснение в области груди, да? — пробежав глазами по мелким строчкам, обратился к мужчине врач, поправляя пальцем очки. — Да, все верно. Боялся, что найдут рак, но терапевт сказал, ничего страшного нет, но все же посоветовал сходить на консультацию, — усаживаясь на кушетку, спокойно сказал Данила. Теперь он мог без особых затруднений рассмотреть врача: худые плечи, напряженная фигура, скрещенные ноги под столом и постукивающие по столу пальцы. Длинный халат уходил едва ли не в самый пол, а на остальных участках тела были обыкновенные синие брюки со свободной белоснежной рубашкой. И даже в таком, казалось, незамысловатом образе что-то привлекло Данилу. — Хорошо, я понял, — Илья развернулся на кресле лицом к пациенту, — вас еще что-то беспокоило? Температура, сильная боль возле ареол и сосков, жидкие выделения, деформация груди? Как только парень повернулся лицом к Даниле, он замер на месте, чувствуя, как начинает ускоряться его дыхание. Перед ним сидел двухметровый молодой человек, явно на голову выше самого Ильи, так еще ко всему прочему грудь пациента была настолько ярко выраженная, что не опускать взгляд и смотреть на нее было просто невозможно. Коряков недолго работал в этой поликлинике, и опыт общения с клиентами у него был небольшой. Каждый раз стесняясь разговаривать с приходящими людьми, он переживал достаточно сильный стресс, после которого отходил еще несколько часов после сеанса. До этого к нему обращались только женщины, и как оказалось, Илье с ними было намного проще и спокойнее работать, чем сейчас не сидеть и не сжимать штаны брюк от волнения, смущения и страха сделать ошибку перед глазами представителя мужского пола. — Нет, никаких болей и тому подобного, все в норме кроме зуда, — хрипотца просквозила в грубом мужском голосе, и Данила откашлялся, — извиняюсь. Сердце в груди врача екнуло. — Нет-нет, все хорошо, — Коряков взволнованно поднялся из-за стола, — тогда не будем тянуть, Данила. Раздевайтесь. Кивнув, мужчина ловким движением стянул с себя толстовку, складывая на рядом стоящую кушетку. Изредка бросая взгляд на врача, Данила видел, как тот неуверенно завертелся по кабинету, натягивая на руки перчатки. В ухе блеснула черная серьга. Боковым взглядом наблюдая за пациентом, Илья старался не смотреть на него слишком долго, иначе это было бы крайне подозрительно. Коряков и так чувствовал себя очень странно, потому что это был его первый раз, когда он так непривычно для себя отреагировал на мужское тело. Он же не гей? «Я — врач, мне положено осмотреть его грудь, — мысли полетели слишком быстро, — тем более я уже консультировал женщин, а мужчину не смогу что ли?» С этими рассуждениями он и не заметил, как Данила оказался уже с голым торсом. Перед тем, как маммолог начал тянуться к его груди, Кашин выпрямился и сделал несколько разминочных движений плечом, слушая тихий хруст суставов. Шумно вздохнув, мужчина потянулся и встал ровно, ожидая действий от врача. Однако молодой маммолог, уперевшись двумя руками в стол, со склоненной головой что-то пристально читал, как показалось Даниле. Но в это время Илья нервным взглядом бегал по документам, пытаясь отвлечься хоть на что-то, лишь бы не покраснеть и не предстать в таком виде перед пациентом. Внизу ткань брюк ощутимо сдавила проступивший бугорок, и это еще сильнее смутило Корякова и заставило его чувствовать себя самым законченным извращенцем в мире. То есть на женщин ему было все равно, а когда в кабинет завалился двухметровый мужчина с накаченной грудью, то ему голову снесло? Это звучало как что-то незаконное, но настолько возбуждающее, что Илья уже хотел начать биться головой о стол или вытолкать Данилу из своего кабинета. — Илья? Вам плохо? — Прошу прощения, я немного… Отвлекся, — резко выпрямившись, сказал Илья, прочищая горло. — Все хорошо. Приблизившись к мужчине, он встал перед ним, нервно сгибая и разгибая пальцы. Данила и правда оказался высоким, а потому Илья не видел его лица, а только слышал томное горячее дыхание, которое обжигало его лоб с ушами. Перед носом врача находилась высокая и вычерченная грудь с красивыми и аккуратными ареолами. Илья вроде прошел период пубертата, и он уже не подросток, у которого на уме только одно, а бугорок в штанах вырастает от любого неправильно вдоха, но сейчас Коряков себя ощущал именно так. И от этого он испытывал ужасный дискомфорт с примесью неописуемого стыда. Худые пальцы медленно коснулись области возле покраснения, а после — полностью обхватили чужую грудь, сжимая. Сверху раздался тяжелый вздох, и горячая порция воздуха хлестнула Илье по уху. Коряков сначала хотел ущемиться, что не обладает такой же красивой и накаченной грудью, но как бы он не пытался заставить себя вывести на зависть, парень лишь сильнее ощущал жаркое возбуждение внизу живота и желание вцепиться руками в эти мышцы. — Здесь больно? — палец поддел сосок. — Нет, — глухо прохрипел мужчина, и когда Илья поднял на него взгляд, он встретился с чужими поджатыми губами и едва румяными скулами. — А тут? — уже намного тихо проговорил Коряков, снова крепко сжимая мужскую грудь, нащупывая молочные железы. Чужой хриплый вздох, и Илья начинает гореть. Чувствуя, как что-то твердое упиралось в его ногу, Коряков мелко задышал, ослабляя хватку у сосков. Врач не знал, заметил ли Данила его возбужденное тело, но у Ильи не было сомнений, что клиент вел себя точно не так как ведут себя обычные расслабленные люди. — Ммм, — маммолог второй рукой сжал правую часть груди, — на левой и правда обычное раздражение, ничего страшного не вижу. Я пропишу вам нужные мази, пользуйтесь ими перед сном и мойтесь чаще. Сейчас проверю другую сторону. — Подождите. Голос прозвучал где-то над самым ухом, заставляя Илью мелко вздрогнуть. — Я понял, но… Можете не давить так сильно, пожалуйста, — тихий шепот прозвучал возле виска, Данила склонил голову, слабо сжимая руку врача. Теперь Илья прекрасно слышал чужое тяжелое дыхание, которое повлияло на давление внизу штанов. Это была настоящая пытка. — Хорошо, — тихо проговорил врач. Его пальцы легли на выпуклый сосок, низ живота свело в приятной судороге, и тогда Коряков поднял взгляд на клиента. Данила прямо смотрел в его глаза, не отрываясь. Замерев, парень не двигал рукой, быстро дыша. И тогда проскочила искра. Она электрическим током ударила в головы, снося все разумное и в дребезги разбивая любые моральные принципы мужчин. Крупные руки легли на шею врача, и Данила подался вперед, впиваясь в губы маммолога. Ноги Ильи подкосились, но он нашел в себе силы, чтобы устоять на месте и отдаться в чужие крепкие руки. Привстав на мыски ног, он неряшливыми и раздражительными движениями сбросил прилипшие к пальцам из-за пота перчатки на пол, заводя фаланги в рыжие волосы. Не теряя времени, Кашин надавил вперед, и двое мужчин врезались в деревянный стол. Закрывая глаза в приятных чувствах, Илья скрестил руки на шее Данилы, первым углубляя поцелуй, протолкнув язык внутрь. Промычав что-то невнятное, горячие ладони спустились на чужую очерченную рубашкой талию, выдирая ее из штанов. Данила подхватил Илью под бедра и, немного приподняв, сгрузил на рабочий стол. Бумаги с документами полетели на пол, а Коряков, потеряв равновесие, едва ли не свалился сам, в растерянности хватаясь за мускулистые плечи. Мужчина не отрывался от мягких губ, сминая их в новой череде поцелуев. Кто же знал, что он так сильно возбудится от смущенного врача, который с умным видом щупал его грудь. — Там в столе… — сквозь тяжелые вздохи пролепетал врач. Данила в ответ приподнял брови и, дернув за выдвижной ящик, увидел небольшой тюбик со смазкой. Серьезно? Врач уже спал с кем-то? — У вас уже не первый раз такое, да? — Нет-нет, я это должен был занести сегодня… Ээ, подруге, — покраснев до ушей смущенно сообщил Коряков. Как Данила вообще мог такое о нем подумать? Несколько раз смерив врача подозрительным взглядом, мужчина все же сдался. Рука задвинула ящик обратно в стол. Задрав белоснежную рубашку, Кашин провел ладонью по впалому животу вверх, достигая солнечного сплетения. Взгляд сразу уткнулся в выпуклые стоячие соски. Хоть Илья не был накаченным парнем, и грудь у него была самая обыкновенная, Данила испытывал сильнейшее желание прикоснуться к манящей плоти. Чем угодно: будь то язык или пальцы. Повалив парня полностью спиной на стол, Кашин задрал его рубашку до ключиц и примкнул губами к выемке возле них. Две руки одновременно легли на его грудь, сжимая мягкую кожу. Прогнувшись в пояснице, врач зажмурился, а после — прижал свою руку к рту, приглушая вырвавшийся гулкий звук. Чужой слабый стон вскользнул в голову Кашина и заел, повторяясь вновь и вновь, пока тот опускался дорожками поцелуев все ниже и ниже. — Нужно быть тише, тут стены тонкие, — прошептал Коряков дрожащим от возбуждения голосом. Его пальцы впились в рыжие пряди. Голубоглазый взгляд поднялся вверх. — Хорошо, раз надо тише, то будем тише, — сказал он и обхватил губами вставший сосок, втягивая его в рот. Язык скользнул по затвердевшей части. Задохнувшись в протяжном стоне, Илья зубами впился в свою руку. Сжав рыжие волосы, он сильно надавил на голову мужчины, заставляя того больше взять в рот. Ноги врача дрогнули, и обувь отчаянно спала на пол. Дрожа всем телом, Илья жмурился и тянулся навстречу мокрым поцелуям и горячему языку, который дразнил и ласкал его уже разбухшие соски. Притянув парня ближе к себе, Кашин начал медленно стаскивать с маммолога его брюки, оставляя в одном нижнем белье. Лежа в раскрытой позе на своем же столе, Илья чувствовал себя настоящей девушкой легкого поведения из какой-то дешевой порнухи. Ему было настолько неописуемо стыдно, что если бы Данила сейчас поднял взгляд выше красной груди, то он бы увидел не менее смущённое и раскрасневшееся лицо. Крупная ладонь остановилась у лобка, подцепляя пальцами края нижнего белья. Данила цепким взглядом скользил по вздымающейся грудной клетке, по мокрому пятну на светлых боксерах, по дрожащим ступням. Кашин все прекрасно видел, и от этого властного чувства кровь застывала в жилах. Нижнее белье слетело на пол. Сжав рукой налившийся кровью орган, мужчина уложил подушечку пальца на головку. Как только вторая рука легла на мягкие ягодицы, в дверь постучались. Вздрогнув, Илья притянулся к Даниле, хватая его за шею. Не рассчитав силы, он ткнулся носом прямо в мясистую грудь. Сидя на столе полностью голым и с алыми пятнами возле сосков, Коряков с диким смущением отстранился от Кашина, а именно — от упругих мышц и бросил испуганный взгляд на дверь. — Илья? Можно войти? — Я сейчас очень занят, давайте позже, — крикнул Илья, чувствуя, как все внутренности скручиваются в тугой жгут внизу живота. Данила, уткнувшись в шею врача, упер ладонь в головку члена Корякова. — Ты что делаешь?! — в стоне прошипел парень, сжимая волосы Кашина. От стресса он перешел на «ты», совсем забывая про вежливость. К страху Ильи его слова не подействовали на девушку в коридоре, и зеленые глаза с испугом наблюдали за тем, как ручка двери медленно начала опускаться. Как только дама открыла дверь, в проходе оказался высокий молодой человек, закрывая ей обзор внутрь кабинета. Она едва не стукнулась лбом о мужскую грудь, и из-за этого понимания ее щеки зарделись алым, когда она увидела высокого рыжеволосого красавчика. — А вы… — Как вы можете заметить, у маммолога сейчас прием, и Илья занят, — Данила взъерошил свои волосы. Опустив взгляд вниз, мужчина рассмотрел даму, и как он понял ее внешнему виду, она была врачом и, возможно, коллегой Корякова, а, может, и не коллегой? — А, поняла… — женский взгляд скользнул по мужским плечам. — Вы тогда передайте Илье, что я его жду в своем кабинете, как только он освободится. — Обязательно, хорошего вам дня, — улыбнулся Данила и, закрыв дверь, несколько раз повернул ключ в замочной скважине, — это ваша девушка? Когда он повернулся к Илье, то сердце пропустило несколько быстрых ударов. Врач смущенно сжимал спущенные со стола ноги между собой, стыдливо прикрывая вставший орган уголком своего халата. Нервно обхватив плечи, парень со сбивчивым дыханием проговорил, не смотря на Данилу: — Нет-нет… Я не… У нас ничего с ней нет, — мотнув головой, он попытался спрыгнуть со стола, но его настигли раньше, чем он успел это сделать. — Мне кажется, что мы немного не закончили, — Данила по-собственнически откинул края медицинского халата в сторону, — или вы не хотите? Он уперся взглядом в отведенные в сторону глаза, ожидая услышать ответ на свой вопрос. Крупная рука проскользила по внутренней стороне бедра. Данила первый раз пришел в эту поликлинику и не пожалел, видимо, он заглянет сюда как-нибудь еще раз, потому что уж больно сильно его манили красные щеки и поджатые губы молодого врача, который усердно думал над простым ответом. — Ну? — костяшки пальцев соприкоснулись с горячей плотью. — Хочу, — с каким-то страхом в голосе проговорил парень. Его рука прикрывала лицо, а сам Илья не смотрел на Данилу, ведь как он потом объяснит сам себе, что переспал с мужчиной? Кашину не нужно было больше слов, он, подхватив врача под бедра, ближе притянул к себе, укладывая руку на возбужденный член. Вцепившись в рыжие волосы, Илья вжался носом в скулу мужчины, тяжело дыша. — Не хотите внутрь? — шепотом выдохнул Данила, оглаживая большим пальцем мокрую головку. Илья тихо промычал сквозь поджатые губы на ухо клиенту. Сердце пропустило несколько быстрых ударов. — Я… Я не уверен, что готов, это мой первый раз, и я боюсь, что… Он не договорил. Заткнув врача требовательным поцелуем, Данила быстрым движением в слепую начал искать рукой выдвижной ящик. Найдя, он вытащил оттуда нужное ему содержимое. Увидев смазку, Илья в панике сжался. Он же сказал, что хочет без проникновения, его не послушают? Парень не был готов к изнасилованию в своем же кабинете. — Хорошо, я вас понял, — с задержкой ответил Кашин, губами скользя по уху врача, — тогда отделаюсь только пальцами. Как только вязкая субстанция оказалась на ладони, Данила полностью смочил чужой орган, вызывая у парня дрожь по всему телу. Ему начинало казаться, что он точно скоро сойдет с ума от этой сексуальной пытки, ведь за все это время он еще ни разу не кончил. Обхватив член врача кольцом из пальцев, мужчина сделал первое движение вниз, натягивая нежную кожу. Вторая рука тоже была влажной, и Данила решил воспользоваться и ей. Уложив врача на спину, он подвел два пальца к сжатому сфинктеру, слабо прикасаясь к упругой мышце. Этого легкого прикосновения хватило, чтобы заставить Илью выгнуться и с хриплым стоном поднять руку на свою грудь. Уже все чуть ли не до крови искусанные губы напоминали о том, что Коряков сдерживал себя и свое горло, напрягаясь всем телом, лишь бы не опозориться. И это было настолько мило, что сам Кашин начинал со слабой улыбкой поджимать губы, опуская голову вниз. — Здесь приятно? — палец обвел сжатую мышцу и слабо протолкнулся внутрь. Илья ответил тихим стоном, сорвавшимся с его губ. Сначала он было хотел запротестовать, но как только чужой палец оказался внутри, Коряков забыл про все на свете. Увидев чужую реакцию, на лице Кашина проскользнула довольная улыбка, и он, достаточно растянув врача, ввел ещё один палец. Рука на члене сжалась, начиная медленными движениями проходиться вверх и вниз по окрепшему стволу. С губ сорвался новый томный стон. Илья с прикрытыми глазами вжимался в стол, начиная медленно, против самого себя же, подаваться бедрами навстречу. Ему было настолько неописуемо приятно, что каждый толчок изнутри сопровождался ответным стоном. В один момент пальцы Данилы резко прошлись по внутренней выпуклости. Вздрогнув от приятного импульса, Илья запрокинул голову назад, затылком вжимаясь в стол. Рука на груди сжалась. — Стой… По-одожди, — парень, борясь с желанием закатить глаза, выдохнул сквозь стон, — не дави так… Так мно-ого… Чужая рука сжалась на его члене. — Как скажете, Илья. И после этих слов Данила протолкнул свои пальцы намного глубже, начиная медленно ускорять движения. От резкой перемены, Илья дернулся, и его ноги отчаянно сжались на пояснице у мужчины. Протяжно проговорив сладкое «Данила», Коряков положил руку на ладонь «пациента», чтобы ускорить его движения. — Назовите так еще раз. — Что? — сквозь хриплый стон пролепетал врач. — По имени. Как вы меня назвали меня по имени, — Данила с силой проехался пальцем по простате. Выгнувшись, Илья тяжело задышал, а после приоткрыл рот, чтобы произнести: — Дан… Он снова не договорил, Данила вновь примкнул к его губам, сразу проталкиваясь языком внутрь. Была бы возможность, он бы вылизал этого милого врача вдоль и поперек, но время было ограничено. Издавая похабные звуки в рот Кашину, Илья хватался руками за его плечи и двигался бедрами навстречу ускоряющимся движениям. Толчки пальцев убыстрились, а рука на органе ловко двигалась в такт фрикциям. Тела мужчин слились в одно целое, Илья уже ничего не видел вокруг себя кроме рыжих растрепанных волос, сердце бешено колотилось, и, казалось, оно было готово выскочить из груди. Коряков до этого не мог и представить, что его когда-то будут брать на его же столе и кто? Его же пациент, который пришел на осмотр. Задыхаясь, Илья протяжно простанывал его имя, требуя новых поцелуев, лишь бы заглушить эти похабные звуки. Последних двух сильных толчков и движений рук хватило, чтобы довести Корякова до высшей степени наслаждения — закатив глаза, парень выгнулся в руках Данилы, кончая себе и ему на живот с грудью. Худые руки вяло стекли по крепкой шее и грузно опустились на стол. Проморгавшись, Илья затуманенным взглядом посмотрел на мужчину, который вытирал мокрые руки салфетками, и тогда к Корякову пришло осознание всего того, что только что здесь произошло. Дыхание сбилось. Как только Данила повернулся к нему лицом, взгляд Ильи снова оказался прикован к мужской груди, но на этот раз потому, что на ней красовались вязкие капли его семени. — С вами все в порядке? — приблизившись к врачу, Кашин салфеткой вытер заляпанную грудь и живот Ильи, видимо, не чувствуя, что на нем тоже остались следы. Вместо ответа Коряков вяло кивнул. С алыми щеками он достал из стоящей рядом коробки салфетки и со стыдом начал вытирать грудь мужчины. Ему было настолько стыдно, что он хотел убиться прямо здесь, и окно казалось слишком близким, чтобы спокойно выйти из него. Попытавшись подняться, Илья осел на край стола, но из-за неприятного ощущения в том месте, где совсем недавно находились чужие пальцы, парень спрыгнул на пол. Ноги подкосились, и он, не удержавшись, рухнул на Данилу, утыкаясь лбом в упругую грудь. — Илья! Осторожнее, пожалуйста, вам нехорошо? — Кашин с каким-то внутренним испугом осмотрел врача, однако когда он было хотел положить руки на чужие ягодицы, чтобы осмотреть их на наличие крови, остановился. — Да, да. Все… Все нормально, — пошатнувшись, Илья подался назад, упираясь поясницей в стол. Он до сих пор был полностью голым, и из-за этого осознания Илья нервно подхватил с пола свою одежду, прижимая к груди. — Я думаю, осмотр окончен, — тихо проговорил он, — я пропишу все мази, подождите минуту. Поспешно одевшись, парень забегал, прихрамывая, по кабинету, а после — уселся за стол, не обращая внимания на валявшиеся на полу бумаги. Он усердно делал вид, что ничего не произошло. Данила, подойдя к кушетке, набросил на себя свою толстовку и подошел к Илье со спины. — Вот, держите, — дрогнувшей рукой Илья протянул мужчине рецепт, переходя на деловое обращение, вспоминая про существование вежливости. В этот момент его глаза заметили все также небольшую выпуклость на штанах Данилы, и тогда Коряков осознал, что получил удовольствие только он, а Кашин себя и пальцем не тронул. — А вы… — Что? — мужчина спокойным выражением лица принял листок. — Вы не получили… Удовольствие, — отвернувшись от него на кресле, смущенно закончил Илья. Данила пару секунд непонимающе моргал, смотря на затылок Корякова. — А, вы об этом… Знаете, — он развернул парня к себе лицом, — я получил огромное наслаждение, просто трахая вас пальцами. Мы могли бы продолжить, но у вас скоро новый пациент, — и после этих слов мужчина указал на табличку в компьютере позади парня, который сидел с раскрытым ртом и полыхающими щеками. — Я… — И если вы не против, — перебил врача мужчина, — оставьте здесь свой номер, — он подвел листок с рецептом Илье под руку и улыбнулся, — пожалуйста. Несколько секунд Коряков не понимал, что от него хотят, потому что в голове застряла только одна фраза «я получил огромное наслаждение, просто трахая вас пальцами», и потому парень растерянным взглядом скользил по листу. В конце концов записав свой номер, он отдал бумагу обратно Даниле. — Вы же не напишете плохой отзыв? — спросил Илья, когда Кашин оказался около двери. — Я? Ну, я бы не хотел, чтобы все узнали о таких хороших сексуальных услугах, и потом к вам было бы невозможно записаться из-за обилия клиентов, — усмехнулся Данила и, открыв дверь, выскользнул в коридор, — и да, у вас на шее кое-что, — он указал пальцем на небольшое красное пятнышко. — До встречи. И дверь закрылась. — Блядь! — вскрикнул Илья, резко разворачивая к себе настольной зеркало. И действительно, из-под ворота рубашки слабо выглядывал мелкий засос, который не сразу, но все же бросался в глаза. Да что же за день сегодня такой. Посмотрев на разбросанные бумаги, Илья тяжело вздохнул, а когда увидел слабый влажный отпечаток на столе, подскочил на месте, хватая салфетку. Поясницу прострелило, и он, чтобы не упасть, уперся рукой в твердую поверхность. Нет, он точно не проживет до конца этого дня.