по ту сторону соды

Куромаку 17.07.2015С высоты птичьего полета, лагерь, расположившийся у подножия хвойного леса, казался лоскутным одеялом, сшитым из разноцветных палаток и пестрых футболок, разбросанных, как конфетти после шумного праздника. Но не эта пестрота приковывала взгляд парящего наблюдателя, не бесконечная суета детских фигурок, похожих на муравьев, которых вожатый так старательно учил различать, а фигура вожатого, маячившая на границе леса и поляны. Он стоял, невозмутимый, словно древний дуб, и будто был стержнем, вокруг которого вертелся этот лагерный водоворот – хаотичный, но полный жизни. Его движения были спокойны и точны, как будто он дирижировал собственной симфонией хаоса, где каждый звук, каждое действие имело свое место и значение.На запястье вожатого, там, где обычно носят часы, красовался тонкий кожаный браслет, сплетенный из разноцветных ниток. Каждый узелок на нем – словно маленькая история, и если приглядеться, можно было различить отблески прошлых смен: отголоски веселых кричалок и застенчивых признаний у костра, искры горячих споров и тихие слезы прощания. Этот браслет был не просто украшением, а немым свидетелем его лагерной жизни, и казалось, что он хранит в себе больше тайн, чем любой потрепанный дневник. Он был словно нитью, связывающей прошлое, настоящее и будущее лагерных смен.Серые волосы, чуть ниже ушей, завивающиеся на концах, обрамляли его лицо, словно серебристая рамка. Строгие очки-половинки, казалось, подчеркивали его аналитический ум, но за ними скрывался, как заметили некоторые, строгий, но ласковый взгляд серо-голубых глаз – словно окна в душу, за которыми пряталось море знаний и, как это ни парадоксально, нежность. Он казался человеком, чьи мысли опережали слова, но, тем не менее, всегда был готов помочь. На шее гордо алел красный пионерский галстук, соединяя значок с аббревиатурой "ДРП", гордо красующейся на нем – "Содружество", что означало "Детская Республика Поленово". И если кто-то не знал, этот галстук, казалось, заявлял о его приверженности идеалам, но без фанатизма, с присущей ему сдержанностью.В то время, как остальные вожатые, словно стайка перелетных птиц, суетились, спеша довести своих подопечных до медпункта, Куромаку терпеливо ждал свой отряд у самой выходки, с невозмутимым спокойствием, словно придерживая течение времени. Как только пестрая толпа детей показалась из-за поворота, он кивнул сам себе и жестом пригласил ребят следовать за ним. Его взгляд зацепился за одного из мальчишек – бойкого гиперактивного парнишку в шортах, с зелеными покрашенными волосами и такими же безумными очками со спиралями на линзах, который на ходу пытался жонглировать шишками. Куромаку закатил глаза с легкой долей наигранного раздражения – "Пф, выпендрежник".Он повел отряд к корпусу размеренным шагом, и, словно опытный пастух, направлял их, периодически одергивая тех, кто слишком отставал или, наоборот, слишком рвался вперед. Добравшись до места, он быстро, но организованно, распределил ребят по комнатам, помогая им с багажом и отвечая на вопросы. Наконец, убедившись, что все расселились и обживаются, он выдохнул и, быстро, отправился к флагштоку, где уже собирались остальные отряды. Добежав до места с легкой отдышкой, он заметил своего друга – блондина Феликса, который беззаботно болтал с вожатой из другого отряда. "Феля!" – окликнул Куромаку, стараясь скрыть свое волнение. – "Во сколько открытие?" Его голос был немного сбивчивым, словно он пробежал не пару десятков метров, а целую милю. Но как только Феликс обернулся к нему с ослепительной улыбкой, он тут же немного успокоился. Слова Феликса – “Не волнуйся, Куро, открытие через полчаса, успеешь еще проглотить пару чашек успокоительного чая, если хочешь” – словно эхо отдавались в голове Куромаку. Он попытался улыбнуться в ответ, но вместо этого, получилась какая-то кривая гримаса. "Успокоительный чай?" – подумал он. – "Разве существует такой, который мог бы успокоить этот кавардак у меня в голове?" За строгой маской спокойствия, которую он так старательно поддерживал, бушевал целый ураган мыслей. *Надо проследить, чтобы все были в корпусе. Разместить. Проверить списки. Напомнить о правилах пожарной безопасности. Напомнить о правилах лагеря. Составить план на день. Обязательно проверить наличие аптечек и убедиться, что все знают, где они находятся. И еще...* Этот нескончаемый поток задач проносился в его голове, словно стадо диких мустангов, не давая ни на секунду расслабиться. Он чувствовал себя, как заведенный механизм, который ни на секунду не может остановиться. Его взгляд скользнул по браслету на запястье. *А ведь все когда-то начиналось именно так, с этого… с первого дня*. Браслет был для него не просто украшением, а чем-то вроде личного якоря, связывающего его с прошлым. Каждый узелок – это память о пережитом, о детских улыбках и проблемах, о ночных разговорах у костра и слезах прощания в последний день смены. Он знал, что в этом году к этим узелкам добавятся новые, но что именно он будет плести? Какой будет их история? Его мысли прервал громкий голос Феликса: "Эй, Куро, кажется, открытие скоро начнется". Куромаку встряхнул головой, отгоняя от себя навязчивые мысли, и направился к своему отряду, который уже успел немного расслабиться. Он внимательно осмотрел ребят: вот тот самый мальчик с зелеными волосами и очками-спиралями, который, кажется, успел уже подружиться с другим мальчишкой; вот девочка, которая с интересом разглядывает птиц на дереве; а вот там, в сторонке, кто-то застенчиво прячется за спиной старшего товарища. Каждый из них - индивидуальность, отдельная вселенная, с которой ему предстоит построить взаимоотношения в течение этих нескольких недель. Он остановился перед ними, выпрямился и слегка кашлянул, чтобы привлечь внимание. “Добро пожаловать в детский лагерь 'Содружество” ну или же просто Сода, - сказал он, стараясь придать голосу уверенность и дружелюбие. Он сделал паузу, пристально взглянув на каждого, словно пытаясь прочитать их мысли. "Я ваш вожатый на эту смену, меня зовут Куромаку, и я надеюсь, что мы подружимся”, - закончил он, стараясь не зацикливаться на мысли о том, что это клише и надо было бы сказать что-то поинтереснее. *Подружимся?* – иронично пронеслось в голове. *Как будто дружба – это некий гарантированный результат, а не то, что нужно выращивать, поливать и защищать от сорняков*. Но, произнося эти слова, он старался вложить в них всю свою искреннюю надежду, что эта смена будет особенной, что они действительно смогут создать маленькое содружество, где каждый будет чувствовать себя в безопасности и будет понят. Он медленно осмотрел их всех, вглядываясь в их лица. Этот мальчик с зелеными волосами явно искал приключений, девочка, разглядывающая птиц, явно была мечтательной. А тот, кто прячется за спиной, явно нуждался в поддержке. Куромаку понимал, что каждому из них потребуется свой особый подход, что у каждого своя уникальная история, и что ему предстоит разгадать все их загадки. Вару 28.05.2015 "Последний год в старой школе," – пробурчал Вару, закидывая рюкзак на плечо. Он плевать хотел на этот последний год, как и на саму школу, в которой ему уже давно все надоело. "Что может произойти в ней? В ней-то ничего, а вот за ее счет много чего", – подумал он, вспоминая о предстоящем лете, которое грозило стать не таким скучным, как он предполагал. В школе раздавали бесплатные путевки в лагерь, название которого Вару даже не запомнил. Ну и пусть, главное, что не надо сидеть дома. – Что ж такого интересного может быть? – с возмущением произнес парень своему соседу по парте, поправляя свои зеленые очки со спиралями на линзах. Нет, конечно, Вару слышал от своих сверстников об интересных днях в этих самых лагерях, но все они казались ему однотипными, не считая королевскую ночь, но и та, спустя десяток историй, казалась чем-то скучным. – Ну, согласись, мазать людей зубной пастой каждую смену, еще и зная, что человек к этому готов – скучноооо, – последнее слово Вару протянул, наигранно «умирая» от тягости. Он не понимал, как люди находят в этом веселье. Это же тупо! – Ну, не знаю, по-моему, это весело, а ты что, не хочешь в лагерь? – спросил сосед, пожав плечами. – Нет. Даже желания не имею, – отрезал Вару, как будто лагерь был заразной болезнью, от которой надо бежать подальше. Но, придя домой, он понял, что этим летом планы строить бесполезно и что в деревню он не поедет. Вот засада - он недовольно вздохнул. Но все не так плохо. Теперь можно баловаться, не боясь маминых кулаков и недовольного ворчания. И вот тот самый день отъезда. Из сладкого царства сна его вырвал очередной толчок. Этот старый автобус собирал все кочки на пути, удивительно, что он вообще на ходу. Ладно бы еще кочки, но это солнце било прямо в глаза, даже очки не спасали. "Может, еще не поздно выйти на следующей остановке?", – подумал Вару, но тут же понял, что нет. Поздно. Вдали виднелись ворота лагеря и ставшие в ряд несколько вожатых. Но парня это не волновало, а лагерь… Лагерь словно утопает в зелени. Высокие и, как казалось, гордые деревья создавали некую стену для лагеря, а трава словно мягкий ковер. Интересно, на ощупь она такая же мягкая, какой кажется? Выйдя из автобуса, первое, что услышал Вару, это пение птиц и крик детей вдали, ну и, конечно, громкие голоса вожатых, которые изо всех сил пытались успокоить детей из младших отрядов. В нос ударил непривычно чистый воздух, и голова немного заболела от резкого изменения климата. И началась суматоха с распределением по отрядам. Вару не понимал, что происходит, но желание как-то разыграть девушку, которая распределяла детей по отрядам, росло с каждой минутой. Не успев ничего придумать, парнишку куда-то потянули. Не став сопротивляться, он встал в строй, похоже, это был его отряд. Рядом стоял парень, на вид не старше Вару, русые длинные, но выше плеч, волосы, голубые, как река, глаза, и с таким тощим телосложением, что казалось, будто ветром сдует. "Ну и хлюпик" только успел подумать Вару, как этот же пацан возмущенно выдал: – Че, пялишься? – Пф... на тебя? Не смеши. Я вон, на шишки смотрю, – сказал парнишка, как тут же взял в руки эти самые шишки. – Глянь, чо могу! И тут же в воздух полетело несколько немного колючих шишек. Недолго покидав в руках, он кинул одну из шишек в девочку спереди и спрятался за этим самым худеньким мальчиком. Зеленоглазая брюнетка (в которую только что попала шишка) тут же возмутилась. И вот, казалось, спустя век, они наконец-то заселились в комнаты. Вару предстояло прожить целую смену с тем самым блондином, которого, кстати, зовут Серега, и еще двумя парнями, которые были близнецами. Оба с ало-рыжими волосами, на солнце казалось, что они горят, и оба с веснушками на всем лице. Старшего звали Илья, а младшего Кирилл. Старший по всем стереотипам был спокойным и сдержанным, а младший – полная его противоположность. Кинув все на кровать, парни, не сговариваясь, побежали на улицу, где уже вовсю знакомились другие ребята из их отряда. Но долго разговаривать не удалось. К ним подошел вожатый, на вожатого он как раз не походил. Вару даже подумал, что это отдыхающий, но алый галстук на шее точно дал понять, что это вожатый. Может, Вару и слушал его, но точно не старался вникать в его слова. Он ведь даже не придумал, как будет шутить над другими. Получится ли у него? Вожатый его отряда казался серьезным, серьезность ему придавали его очки. И парнишка и не думал, что эта смена будет отличаться от смен других ребят. Что же может произойти такого, что не происходит у других? Он же не особенный, или же… Внезапно, внимание Вару переключилось на другого вожатого, что подошел к ним. Это был блондин, он приветливо улыбался и махал рукой, словно давно их всех знал. Он подошел к серьезному вожатому и что-то сказал ему, тихо смеясь. "Этот, похоже, поприятнее будет," – подумал Вару, и в его голове тут же созрел план новой шалости. В этот раз он не будет кидаться шишками, он придумает что-то пооригинальнее. – Привет, ребята! Я Феликс, вожатый из вашего отряда! – сказал блондин с такой широкой улыбкой, что, казалось, мог осветить весь лагерь. – Надеюсь, мы подружимся и весело проведем время! Вару хитро улыбнулся и про себя подумал: «Весело проведем время, говоришь? Ну-ну, посмотрим!» Куромаку. «открытие» Куромаку стоял, словно маяк, неподвижно в центре лагерной суеты. Он наблюдал за снующими вокруг детьми, за их возбужденными лицами и бесконечными вопросами. Он старался отстраниться от всего этого хаоса, сосредоточившись на своей задаче: обеспечить порядок и безопасность. Но, как всегда, это было не так просто, как казалось на первый взгляд. Директор лагеря начал свою речь, его слова, как и всегда, лились рекой, полной пафоса и общих фраз. Куромаку слушал его вполуха, его мысли были заняты составлением плана на день, проверкой списков и мысленным повторением правил безопасности. Он не понимал, как можно всерьез относиться ко всей этой торжественности и показухе, но понимал, что это необходимо для создания определенной атмосферы. И он старался вписаться, хотя порой и казалось, что все его существо восстает против этого. Он бросил быстрый взгляд на Феликса, который, как всегда, сиял улыбкой, словно солнце. Куромаку не понимал, как у него получается быть таким жизнерадостным в любой ситуации. Они были словно две противоположности, две стороны одной медали, которые, тем не менее, дополняли друг друга. Он знал, что Феликс будет следить за тем, чтобы дети веселились, в то время как он будет обеспечивать безопасность и порядок. Подъем флага, исполнение лагерной песни - Куромаку чувствовал, как его внутренний голос ворчит от всей этой показухи. Но, глядя на детей, которые старались петь хором, он понимал, что для них это важно. Для них это часть волшебства, что создает атмосферу лагеря, хоть и наивную. После церемонии он раздал отрядам план мероприятий, стараясь быть кратким и лаконичным. Он видел, как некоторые дети с интересом изучают его, в то время как другие, как этот мальчик с зелеными волосами и очками-спиралями, смотрят на него с явным вызовом. Похоже, с ним будет нелегко, - подумал Куромаку, мысленно прикидывая, как с ним нужно будет взаимодействовать. Ему нравились сложные задачи, даже если они были связаны с какими-то неугомонными детьми. Когда отряды начали расходиться, Феликс стал подходить к каждому ребенку из отряда и спрашивать их мнение про лагерь и само открытие смены. Позже догнав и самого Куромаку. – Ну как тебе открытие? – с улыбкой спросил он. – Стандартно, – ответил Куромаку, стараясь не показывать своей усталости. – Ну, надо же было с чего-то начинать, – Феликс пожал плечами, – Ну что, готов к очередному безумию? Куромаку вздохнул, глядя на него. Он знал, что с Феликсом всегда будет безумие, но это было своего рода приятным безумием, которое уравновешивало его собственную склонность к порядку. В этот момент он увидел, как тот самый мальчик с зелеными волосами подмигнул Феликсу. Он задумал что-то, - подумал Куромаку, и его аналитический ум тут же начал выстраивать возможные сценарии и стратегии, как можно было бы предотвратить возможные неприятности. Он знал, что этот мальчик явно не из тех, кто будет просто сидеть и тихонько ждать. Он наблюдал, как Феликс подошел к мальчику, улыбаясь ему, словно они старые друзья. Он знал, что Феликс всегда найдет общий язык с детьми, и это была одна из его главных способностей. Куромаку же предпочитал наблюдать со стороны, стараясь анализировать ситуацию, прежде чем в нее вмешиваться. Куромаку не понимал, что их ждет в этой смене, и его немного пугала эта неизвестность. Он знал, что всегда должен быть готов к любому повороту событий, и он был готов. Он был тем якорем, который не позволит лагерю уйти в неуправляемый хаос. И даже если это означало, что ему придется каждый день сталкиваться с безумием Феликса и капризами неугомонных детей, он был готов к этому. Потому что он знал, что за этой суетой стоит что-то большее, что-то важное, что стоит защищать. Он видел, как мальчик с зелеными волосами, хитро улыбаясь, отправился изучать территорию лагеря. Посмотрим, что ты задумал, - подумал Куромаку, и его губы тронула едва заметная усмешка. Он понимал, что эта смена будет не такой, как все предыдущие. Первые дни в лагере "Содружество" для Вару были полны скуки и разочарований. Все эти сборы, песни и торжественные речи, казались ему чем-то неестественным и неинтересным. Но его неугомонная натура не давала ему сидеть сложа руки. Он постоянно искал приключения на свою голову, то и дело подшучивая над вожатыми и другими ребятами. Вару «открытие» После заселения, когда шум стих, лагерь оживился с новой силой, но уже по-другому. Дети и вожатые начали собираться у флагштока, где планировалась церемония открытия. Вару, конечно же, не горел желанием участвовать в этом параде скуки. Он неохотно плелся за своим отрядом, поглядывая по сторонам в поисках потенциальных жертв для своих шуток. Он заметил Феликса, стоящего рядом с серьезным вожатым, теперь он знал, что его зовут Куромаку. Феликс махал рукой, подмигивал ребятам и вообще всем своим видом излучал позитив. Слишком приторно, - подумал Вару, но в то же время, его что-то в этом бесило. Хм, а ведь это может быть интересно, - мелькнула мысль в голове, и он уже прикидывал, как бы можно было разыграть этого оптимиста. Церемония открытия началась с торжественной речи директора лагеря. Он говорил что-то про дружбу, сплоченность и веселый отдых. Вару едва сдерживал зевок. Он перевел взгляд на Куромаку, тот стоял неподвижно, словно статуя, и даже не шевелился, казалось, что он даже не слушает директора. Вот зануда, - подумал Вару. В голове он уже придумывал десяток способов, как можно было бы вывести этого вожатого из равновесия. После речи директора началась торжественная часть с поднятием флага и исполнением лагерной песни. Вару едва сдерживал смех. Он не понимал, как можно всерьез относиться ко всем этим ритуалам. Дети, конечно, старались, пели хором, но Вару видел в их глазах такую же тоску, как и в своих. И все-таки здесь есть потенциал, - подумал он. Скучно тут явно не будет. По окончании церемонии Куромаку объявил о начале лагерного дня и раздал отрядам план мероприятий. Вару даже не потрудился посмотреть, что там написано. Он уже знал, что проведет этот день так, как сам захочет. Он перехватил взгляд Феликса и подмигнул ему. Феликс, заметив это, улыбнулся еще шире, как будто он был рад любым выходкам. Ну посмотрим, как долго ты будешь улыбаться, - подумал Вару и нагло подмигнул. Когда отряды начали расходиться по своим местам, Феликс догнал Вару. – Ну как тебе открытие? – спросил он, пытаясь заглянуть ему в глаза. Вару сделал вид, что задумался. – Так себе. Слишком много скуки, – пожал он плечами, как будто это было самое очевидное, что он когда-либо говорил. – Надо это исправить, – добавил он с хитрой ухмылкой. – Ну, я всегда готов к приключениям, – ответил Феликс, не отрывая от него взгляда. Он прищурился и спросил, – И что же ты задумал? – Сюрприз, – ответил Вару, многозначительно улыбнувшись. – Ты скоро все узнаешь. Он отошел от Феликса, чувствуя, как внутри нарастает предвкушение. Он уже видел в этом лагере не только скуку и рутину, но и огромное поле для экспериментов и шалостей. Он пообещал себе, что эта смена запомнится всем. Он будет не просто гостем в этом лагере, он станет его главным шутником, его нарушителем спокойствия. И он обязательно подружится с этим Феликсом, но на своих условиях, конечно же. Куромаку и Феликс, держитесь, - промелькнуло в голове у Вару, и он, хитро ухмыльнувшись, пошел изучать территорию лагеря, высматривая, чем бы поживиться и с чего бы начать. Вару 19.07.2015 Однажды, во время "тихого часа" – который Вару, конечно же, игнорировал – он вместе со своими новыми друзьями, близнецами Ильей и Кириллом, решили исследовать заброшенное крыло корпуса, о котором ходили слухи. Говорили, что там когда-то была библиотека, но теперь там царил мрак и разруха. Пробираясь через завалы старых книг и сломанной мебели, Вару наткнулся на странный тайник в стене. За старым шкафом обнаружился узкий проем, заделанный кирпичом и старой штукатуркой. Любопытство пересилило здравый смысл, и они, недолго думая, начали раскапывать этот проем. Илья и Кирилл старались помогать, но как всегда они были неуклюжи. Когда стена поддалась, они увидели за ней небольшую комнату, пыльную и заброшенную. Внутри, среди старых книг и перевернутых полок, на полу, рядом с прогнившим сундуком, Вару заметил что-то блеснувшее. Он наклонился и подобрал предмет, оказавшийся старым кольцом. Кольцо было сделано из какого-то темного металла, и на нем был выгравирован странный символ. Вару никогда не видел ничего подобного. Интересно, что это такое? - подумал он, крутя кольцо в руках. Кирилл подбежал к нему и начал рассматривать кольцо. – Вау, какое крутое! Может, оно волшебное? – А может, оно проклятое? – с усмешкой добавил Илья. В тот момент, когда парни рассматривали кольцо, Илья заметил еще что-то, лежащее под полом. Оказалось, что там, в щели между досками, лежала старая пожелтевшая газета. Она была сложена несколько раз, но все еще сохраняла свою форму. Развернув газету, они начали читать статью, заголовок которой гласил: "Тайна исчезнувшей деревни Поленово". В статье говорилось о том, что раньше на месте лагеря располагалась деревня, которая была разграблена жестоким помещиком. И что при раскопках было найдено кольцо с похожим описанием. Вару, слушая рассказ Кирилла, начал сопоставлять увиденное. Его сердце забилось быстрее. Это же настоящее приключение! Когда они дочитали до конца, то все трое одновременно посмотрели друг на друга. В их глазах горел огонь азарта и предвкушения. Они поняли, что нашли не просто старые вещи, а ключ к разгадке какой-то тайны. – А ты знаешь, кто был тем помещиком? – спросил Кирилл, посмотрев на кольцо в руках Вару. – Фамилия в статье похожа на фамилию нашего вожатого, Куромаку! – Это уже интересно, – пробормотал Вару. Он понимал, что это не просто совпадение. Он чувствовал, что судьба его сама привела к этой тайне. С этого момента скука была забыта. В голове Вару уже зрел план, как они вместе с друзьями найдут сокровища, что скрываются на территории лагеря, и что они обязательно вовлекут в это приключение своего немного странного, но, похоже, смышленого вожатого Куромаку. после ужина, вожатые, пригласили всех на улицу, к костру. После того как Феликс организовал "свечку" у костра, а Куромаку, на удивление, даже сыграл на гитаре, ночь сгустилась над лагерем, укрывая его своим таинственным покрывалом. дальше была обще лагерная дискотека. Куромаку, уставший от суеты и противоречивых эмоций, сбежал с дискотеки, найдя уединение в тени старых деревьев. Он сидел на скамейке, курил сигарету за сигаретой, стараясь прогнать навязчивые мысли о тайнах прошлого. Но чем больше он пытался от них отмахнуться, тем сильнее они цеплялись за него. Звезды на небе казались холодными и далекими, словно наблюдающие за его страхами и беспокойством. Он смотрел на них, словно ища ответ, но находил лишь тишину. Что я наделал? – проносилось в его голове. Я просто хотел спокойно провести эту смену, но все пошло наперекосяк. Он чувствовал, как его выверенный план действий рушится под натиском событий, и как он все больше погружается в пучину прошлого. Вдруг тишину ночи нарушил шорох из кустов. Куромаку обернулся и увидел Вару. Его зеленые очки блестели в свете луны, а на губах играла хитрая улыбка. Он словно выскочил из-под земли, напугав Куромаку, который и так был на взводе. – И ты здесь? – спокойно спросил Вару, словно встретил его на обычной прогулке. Он подошел к скамейке и приземлился рядом с Куромаку, словно они были закадычными друзьями. – Что, тоже сбежал с этого ужасного дискача? Парень раздраженно выдохнул. – Тебе что здесь нужно, Вару? Почему ты не в своей комнате? Не спится? – Сплю, сплю, – пробурчал Вару, вытаскивая из кармана сигарету и прикуривая её с легким прищуром. – Просто почувствовал, что ты здесь, вот и пришел. Куромаку смерил его презрительным взглядом. Он меня разыгрывает? Или он действительно так нагло лезет ко мне? – пронеслось у него в голове. – Тебе разве не говорили, что курить вредно? – нарочито строго сказал Вару, выпуская кольцо дыма. Вожатый не сдержал усмешки. – Смотрю, ты тоже не без греха, – парировал он. – Вроде бы, должен быть примером для младших. – Ну, я как бы не вожатый, – ответил Вару, пожав плечами. – Так что, могу делать все, что захочу. А ты, как я понял, сегодня не в настроении. Куромаку не ответил, он отвернулся, снова глядя на небо. Ему не хотелось ввязываться в этот бессмысленный диалог, но он чувствовал, что Вару не отступит. – Ладно, оставим эти вредные привычки на потом, – продолжил Вару, потушив свою сигарету. – Давай лучше поговорим о том тайнике и сокровищах, которые здесь спрятаны. Куромаку стиснул зубы. Он знал, что этот разговор неизбежен. Он старался оттянуть этот момент, но Вару был подобен назойливой мухе, которая не отстанет, пока не добьется своего. – Это чушь, Вару, – раздраженно ответил Куромаку. – Это всего лишь старая легенда, не более. Вы просто ищете приключения там, где их нет. Вару ухмыльнулся. – Так ты все-таки о ней слышал? – с насмешкой спросил он. – Значит, не такая уж и чушь, раз даже ты о ней знаешь. И, кстати, – он хитро прищурился, – я нашел кое-что интересное в том заброшенном крыле. Куромаку похолодел. Он не понимал, что задумал Вару, и какое отношение к этому имеет кольцо. – Что ты нашел? – осторожно спросил Куромаку. – Ну вот, например, – Вару протянул руку и показал кольцо на своей ладони. – Такой же символ, как и на твоем браслете. Не находишь это странным? Куромаку резко сел на скамье. Он почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Он не ожидал, что Вару заметит и это. Он старался спрятать свой браслет от чужих глаз, он старался скрыть свою связь с прошлым, но все было напрасно. Он читает мои мысли? Или это просто совпадение? – пронеслось в его голове, – И почему на кольце мой символ? – Ты… ты откуда знаешь? – Куромаку невольно сглотнул, и его голос звучал более тревожно, чем он хотел. Вару хитро улыбнулся, словно разгадал его секрет. – Просто у меня очень хорошая наблюдательность, – ответил он. – И я всегда нахожу то, что ищу. А еще, я не ве рю в совпадения. И я знаю, что это кольцо не простое украшение. И я не понимаю, зачем тебе это все скрывать, ведь это так интересно! Куромаку молчал. Он почувствовал, что его мир начинает рушиться. Он старался защитить свое прошлое, свои тайны, но все его старания были напрасны. Вару, как ищейка, вышел на его след, и теперь Куромаку не знал, как ему действовать дальше. Он смотрел на Вару, словно на противника, и понимал, что ему придется вступить в эту игру, если он не хочет, чтобы все вышло из-под его контроля. Он затушил сигарету, и сжал кулаки от злости. – Ладно, – наконец сказал он, – Допустим, ты прав. Но это ничего не меняет. Мы все равно не будем искать никаких сокровищ. Вару расхохотался. – Ну-ну, вожатый. Посмотрим, как долго ты будешь сопротивляться.