Когда мне плохо-я зову его

Утро.  Илья, как всегда, проснулся первым – чуткий сон выдавал его тревожную натуру, полная противоположность безмятежности Шварца. Осторожно приподнявшись на локте, он залюбовался: рыжие пряди Евгения рассыпались по подушке, словно солнечные нити, губы чуть приоткрыты в тихой улыбке. Как же он красив, когда спит, – промелькнуло в голове Ильи, и, не удержавшись, он легко коснулся губами его щеки. Шварц лишь сморщил нос, не просыпаясь. – Жень… – прошептал Илья, невесомо проводя пальцами по его руке. – М-м? – буркнул Шварц, наконец приоткрыв один глаз, сонный и ласковый. – Вставай, опоздаешь. – Ты же знаешь, я всегда успеваю, – голос Шварца еще хранил хрипотцу сна, но уже прорезался привычной уверенностью. Он сладко потянулся, обвил Илью за талию сильной рукой и притянул к себе, зарываясь лицом в его кудри. – Ты пахнешь сном, – пробормотал Шварц, вдыхая аромат. – Это как? – Теплом. И чем-то… сладко-горьким. Илья тихо рассмеялся, и Шварц наконец открыл глаза полностью, одаривая его улыбкой. Его обычно строгие черты смягчились, как всегда, когда он смотрел на Илью – словно подтаявший лед. Завтрак прошел в уютном молчании – они давно привыкли к этим моментам, когда слова казались лишними, когда все и так было понятно. Шварц сосредоточенно намазывал масло на тост, а Илья, отпивая чай, украдкой любовался им. – Что? – Шварц лукаво вскинул бровь, поймав его взгляд. – Ничего. Просто наслаждаюсь видом. – Перестань, – фыркнул он, но уголки губ предательски дрогнули в улыбке. Илья лишь улыбнулся в ответ, пряча взгляд в чашке, словно храня этот миг. Днем Шварц ушел на работу, а Илья остался один в пустой квартире. Он включил старый фильм, но взгляд его блуждал, не задерживаясь на экране. Рука словно помимо воли скользнула под рукав свитера, пальцы ощутили знакомую, неровную поверхность – грубую вязь шрамов. Еще один. Только один. Он медленно вдохнул и выдохнул, стараясь унять дрожь. Потом замер, словно его окатили холодной водой. Шварц никогда не видел. И никогда не должен увидеть. Илья резко натянул рукав, отдернул руку, словно сбрасывая с себя тяжесть, и с усилием вернулся к фильму, заставляя себя смотреть. Вечером Шварц вернулся с работы усталый, но лицо его расцвело, когда он увидел Илью на кухне, хлопочущего у плиты. – Ты готовишь? – удивленно спросил он, сбрасывая куртку. – Ну… пытаюсь. Надеюсь, это съедобно. Шварц подошел, обнял его сзади, прижался подбородком к его плечу, вдыхая аромат готовящегося ужина. – Пахнет восхитительно. – Это еще не факт, – отшутился Илья, стараясь скрыть смущение. Шварц повернул его к себе и поцеловал. Медленно, нежно, словно хотел впитать этот момент каждой клеточкой. – Я тебя люблю, – сказал он просто, глядя Илье в глаза. Внутри у Ильи что-то болезненно сжалось, словно маленькая птичка в кулаке. – Я тоже тебя люблю, – прошептал он в ответ. Они ужинали, смеялись, потом смотрели кино, тесно прижавшись друг к другу на диване. И все было идеально.