Любовь по контракту

*** Холодный зимний вечер ничего хорошего не сулил. Снежные хлопья градом покрывали крыши домов, дороги заметало. Чонгук вернувшись с офиса отряхнулся у порога и зайдя в дом, тут же услышал разговоры, лязганье посуды и вечно недовольное лицо бабушки, что сидела во главе семейства. Его тётя и дядя со своими семьям сидели за столом и лишь его родителей не было, ведь те больше 15 лет назад погибли в автокатастрофе. – Господин Чон, мы вас ждали, присаживайтесь. – Да, Чонгук, мы ждали тебя, мама уже целый час говорит о твоей скорой помолвке. Тётя недовольство откладывает посуду и смотрит прямо в глаза. Чон присаживается и лишь принимается за трапезу, ему чужды семейные разногласия, хоть грязью полейте - он не отреагирует, ведь не так ему важна эта тётка, что кличит себя его любимой тётушкой. Бабушка недовольно стукает по столу, обращая на себя внимание. – Чонгук, тебе уже в этом году будет 33, что это такое? Ты не одного омегу в дом не привёл, целыми днями сидишь в офисе! Жизни не видишь! – Ты что-то задумала, бабушка? Сонхи улыбается и кивает на слова альфы. Дядя и тётя переглядываются и недовольство озираются по столу. Чонгук же вздыхает и смотрит на бабушку. – Да, в эти выходные будет званый вечер, ты в курсе? – По поводу повышения сына Министра Кана, известно и я приглашён. – Туда много кто приглашëн, но самое главное, туда придёт внук семьи Ким, будет один. Подойди к нему и приглядись, слышал? – Очередной приглянувшийся тебе юнец? Чонгук отпивает вина и вновь принимается за мясо. Бабушка тоже и подзывает остальных приниматься за трапезу, а не с открытыми ртами сидеть. – К сожалению нет, я его не видела, но разговаривала с его дедом, с этим мерзким Сонхëном, думаю, ты знаешь какая он заноза в заднице. – Кха, мама! – Да брось, ты! Будто сама не грязно словишь. Чонгук, не знаю, каков мальчишка, но ты можешь взять этого мальчонку в мужья, и дело с концом, раз ты так не хочешь тратить время на все мною устроенные свидания. Что думаешь? – Мама, это рискованно! А в друг этот Сонхëн решил таким образом к компании подобраться! – Минсу, какое тебе то дело? Ешь и не влезай! Чонгук? – Бабушка, я тебя услышал и пригляжусь к нему. Женщина удовлетворённо кивает и переключается уже на других внуков, а Чонгук мыслями уходит в предложение Сонхи. Ведь предложение то хорошее, чего он потеряет то с этого? Верно, ничего, а лишь приобретëт спокойные дни без вечных встреч с малознакомыми омегами. Проблема лишь одна, захочет ли этого юнец? *** Вечер наступает спустя пару дней. Чонгук приезжает на него со своим секретарём, в качестве пары. И тут же встречается с министром, который его уводит за столик со всеми именитыми гостями этого вечера, каждому сует своего сына. Чон лишь пару раз что-то говорит из-за своей не многословности и поглядывает время от времени на часы, хотелось бы вернуться в компанию и доработать некоторые дела. Секретарь Хван его окликает первым и вырывает из мыслей. – Господин Чон, вы просили вам напомнить о встречи с омегой из семьи Кимов. Я его нашëл, он сидит вон там уже некоторое время, думаю вам стоит подойти. – Вон тот, блондин тот что? – Да. Чонгук разглядывает его и понимает, что бабушка с ума сошла, ведь мальчонка совсем юнец. Словно ему только недавно из-за рта соску вытащили и то не факт, что вытащили. Альфа покидает стол и под многие взгляды подходит к одиноко стоящему мальчишке за столиком у угла, где толком его и не видно. – Здравствуй, Ким Тэхён. Омега поднимает свои глаза из-под веера пышных ресниц. Чонгук аж замирает, пленяют его эти орехового цвета глаза, что словно вглубь глядят. А поразительной красоты юноша их тут же отводит и так тихо словно боится, что услышат подаёт голос. – Вы мне..? – Тебя ведь зовут Тэхён? Я Чон Чонгук. И Тэхён тут же всë понимает. Недавно дедушка поставил его перед фактом, что пора возвращать долги. Ким никогда бы не подумал, что живя у любящей бабушки ему когда-нибудь придётся возвращать всë собой. Ничего хорошего от этой жизни он не видал. – Ох, господин Чон? Да, я наслышан о вас и о предложение обговарëнном тоже... – И что вы думаете? Чонгук берёт со стола бокал нетронутого вина и лишь смотрит на него, пока юноша размышляет о его словах. Но не успевает тот ответить, как к столику наплывом подходят и затеевают не замысловатые разговоры особы омежьего пола. – Господин Чон, негоже просто тут стоять, в такой вечер, не желаете станцевать? – Верно, негоже, – Чонгук не смотрит на омегу, что затеяла с ним разговор и тянет руку перед Кимом. – Неудосужите меня чести? Тэхён теряется, но руку свою маленькую кладёт в большую Чонову ладонь. Сзади остаются недовольные омеги, что спину ему прожигают гадая, кто он. Чонгук плавно их в центр перемещает и на тонкую талию с позволения руки кладёт. Они кружатся и в такт песни перемещаются по залу, где такие же пары танцуют. – Вы спросили, что я думаю... – И что же? – Шепчет в самое ушко от чего омега дрожит. – Не знаю, есть ли выбор у меня, но с отказом меня дедушка домой не примит... Что вы же думаете? – Я считаю это хорошим предложением, а что насчёт того, что вы сказали, то выбор есть всегда. Давайте покинем данный вечер и всë обсудим в более интимной обстановке? – Не имею возражений, я здесь лишь для встречи с вами, господин Чон. *** Февральское утро последнего месяца зимы. Тэхён проспал пару часов перед отправкой на учёбу. С утра получил нагоняй от деда, что считал его учёбу тратой времени, ведь омеги не должны заниматься такой ерундой. Чонгук после их разговора пару недель назад назначил встречу на сегодня, в уединеном котедже, куда Тэхён приехал после окончания пар. Чонгука же не пришлось долго ждать, что радовало. – Здравствуйте, Чонгук. – Да, привет, рад, что ты пришëл. Ты помнишь, о чëм мы разговаривали в прошлый раз? – Да, вы сказали, что если мы сыграем свадьбу, то должны будем заключить контракт. И мой дедушка не будет в выигрыше. – Верно, когда он об этом узнаёт, то вероятнее всего пожалеет о том, что отдал тебя, ты согласен? – Да. – Ведь жалеть он не будет, Тэхён проглатил не сказанные слова. – Мы сегодня его подпишем? – Да, хочу свадьбу сыграть, как можно скорее, в следующем месяце будет не до неë. Тэхён лишь кивает и никак не перечет. Уйдёт он из дома дедушки, тому хоть бы что, а здесь, на попечении собственного, хоть и фиктивного, но мужа, он будет обеспечен, хотя бы до выпуска из юр фака. Ким внимательно смотрит на документы, что перед ним выставили и тут же берёт их в руки, вчитываясь. – Нет срока данного брака, когда оба захотим тогда и разведемся, а можем и вообще не разводиться. – Хорошо, я не против. Тэхён поглядывает на альфу из-под ресниц. – Имущество, которое в браке наживём остаётся того, чьë оно, то-есть при разводе всë твоё это твоë, а моë это моë. Возражения? – Нету, но тут пункт под номером 22... Он меня смущает и вводит в некие заблуждения... Тэхён покрывается румянцем и пролистывает бумагу, вчитываясь дальше. Альфа тоже берёт документ находя пункт 22. – Это обязательное условие, моя бабушка очень хочет правнуков, к сожалению время я не хочу тратить на поиски какого-нибудь омеги, да и если ребёнок родится в браке это намного лучше. Придётся его соблюсти. – Ладно... Но, что с ним будет, когда разведемся..? Тэхён печально смотрит на альфу. – А ты не думай о разводе и не придётся этого делать. Хоть до этого всего ещë далеко, но ребёнка отбирать не буду, но тебе придётся после быть частым гостем моего поместья. Я ответил на твой вопрос? Какие-нибудь ещë вопросы по контракту? – Нет вопросов. Чонгук кивает и тут же ставит свою подпись, а за ним и омега. Они переглядываются и альфа протягивает Киму помолвочное кольцо. – Свяжись с моим секретарём, обсуди с ним все мелочи по свадьбе, если желаешь этого конечно, нет же, он с моими людьми сделает всë по своему вкусу. – Чонгук поднимается с кресла. – Ещë сегодня нужно встретиться с бабушкой, поедем сейчас в поместье, а уже после я тебя сам отвезу домой. – Хорошо. *** Сонхи, как в бреду всем распорядилась: стол накрыть, как на 50 человек; дом украсить, как на рождество; а самое главное постель для молодожен приготовить. Чонгук явился, как не запылился наконец-то в дом привёл омегу, хоть и по выбору бабушки. – Здравствуйте... Тэхён неловко прошëл за альфой и поклонился его бабушке, которой теперь у него самого уже нет. – Здравствуй-здравствуй, проходи и садись. Сонхи невольно загляделась на юношу, хоть и не знала она ещë про его нрав, но внешне и по манерам он ей нравился уже. – Рассказывайте. – Про что бабушка? – Ну что-нибудь! Дети мои не родимые! Только не говорите, что за прошлый месяц, лишь единожды видись! Тэхён отводит глаза и женщине тут же всë становится ясно. Она хмурится и по столу стукает, а Чонгук, как ни в чем не бывало нарезает стэйк и отдаёт омеги, что сидит и неуютно жмётся к спинке стула. – Ешь. – Чонгук, ты серьёзно такой не джентельмен? Разве бабушка тебя так воспитывала? Ещë мне скажи, что после свадьбы, ты куда-нибудь уедешь! А после и вовсе не будешь дома появляться и времени мужу уделять! – Почему не буду? Буду, ночью буду появляться, да и правнуков ты ведь хотела, так что не волнуйся. Женщина вскипает. – Тэхён, и ты что согласен на такое? – Не возражаю. Она обескураженно вздыхает. И прикрывает глаза, а после как в тумане. Тэхён, что первый понял неладное подскачил и Чонгук, что бабушку в машину потащил. Инсульт. Вот чем дело закончилось. Тэхён расплакался вспоминая свою бабушку и сидел у койки чужой плача, прижимая руку Сонхи к своей голове, пол вечера, пока альфа его не утащил из палаты. – С ней всë будет хорошо..? – Доктор говорит, что да, но переживать ей больше не стоит. – Чонгук... – Не плачь, – Чонгук притягивает омегу к себе и успокаивающе гладит по блондинистым волосам. – Я отвезу тебя домой. И Тэхён кивает морально опустев вовсе. *** Свадьбу играют в конце февраля, когда снег в последний раз всë хорошенько припорошил. Сонхи, после серьёзного разговора с молодыми со спокойной душенькой занялась подготовкой к свадьбе вместе с Тэхёном, что стал на тот период частым гостем в еë доме. А после и вовсе стал, как родным. Когда Чонгук куда-то уезжал надолго, то омегу сразу же оставляли с бабушкой, которая была этому очень рада. – Бабушка, какие планы сегодня? – Мм, может быть дать по шее Чонгуку? Вот почему он такой! С вашей свадьбы прошло четыре месяца, а он что? Он постоянно в разъездах! А ты чего ему по головушке не стучишь? – Но он же... Он очень занят и зарабатывает на благо семьи. – Боже ты мой, внучок, ты только его и защищаешь, это конечно хорошо, но...! – Знаю, бабушка! Может испекëм твой фирменный пирог? Он такой вкусный! Научи его меня готовить. Сонхи тут же остывает и улыбаясь приобнимает мужа своего старшего внука. Спелись так спелись. Тэхён сюда влился, как родненький, словно не Чонгук тут все 32 года жил, а он. Альфа приезжает в непогоду, в ливень с градом, через неделю. Весь промокший пугает обоих омег, а особенно собственного мужа, заявившись в комнату после душа в чëм мать родила. Сонхи приносит им обоим горячего чая и контролирует, чтобы те легли спать в одну кровать и только после уходит. – Тебе лучше остаться, бабушка ночью придёт проверять, тебе ли еë не знать. – Если позволишь остаться. Чонгук залезает под одеяло и тут же соприкасается с голыми участками омеги. Тэхён рдеет вспоминая, что лёг спать лишь в ночной сорочке, что ягодицы то его вовсе не прикрывают. – Я, переоденусь... Чонгук ничего не отвечает и без зазрения совести следит за покрасневшим омегой, что всю комнату обходит до гардеробной в одних тоненьких трусиках, да сорочке, что всë открывает. – Не обычно тебя видеть в таком. – Да... Спокойной ночи... Ты завтра уезжаешь? – А что? – Чонгук поудобнее устраивается на кровати и глазами встречается с омежкиными. – Бабушка, сегодня поделилась, что очень недовольна тем, что тебя часто нет дома. – Работа вынуждает, завтра останусь дома, раз такое дела. – Бабушка будет рада. Тэхён прикрывает глаза и вскоре засыпает и лишь от неудобства ближе к альфе прижимается. Сонхи сама выбирала мебель в эту комнату и Чонгук лишь вздыхает и мужа к себе прижимает чувствуя его сладкий запах карамели. Сладко, как он и любит, но Тэхёну этого не обязательно знать. Проснувшись ранним утром Сонхи тут же принялась готовить всякие вкусности, несмотря на то, что у них есть собственный повар. Тэхён проснулся следующим, но подняться так и не смог из-под тяжёлой тушки альфы, что так бесстыдно жался к его телу. Чонгук разлепил глаза лишь к обеду и потянувшись спустился на первый этаж, где уже омеги сидели чаевничали вовсю. – Ну ты и соня, устроил себя день сна конечно. – Утомился. – Чаю? Кофе? – Тэхён поднявшись тут же встал у шкафчиков. – Всë в порядке, сиди, я сам. – Я уже встал, так чего желаешь? – Чаю, с сахаром. Пока омега возился бабушка прочитала хорошую такую лекцию альфе, а тот просто от просонья нагло пялился на своего молодого супруга, даже не стараясь скрыть своего взгляда. Бабашука оценила, а вот омега весь залился краской, когда обнаружил этот взгляд. – Хочешь прогуляться? – Решил всë-таки предложить альфа, но тут же был бабушкой перебит. – Здрасте, приехали. Ты на улицу смотрел? Третий день ливень, вчера вообще погода с ума сошла, сегодня ещë ладно, но что ночью будет боюсь представить. Погулять он решил! Если о себе не заботишься, о Тэхён-и подумай! Ему ещë детей рожать, а ты его в такую не погоду решил вывести. Тэхён покраснел пуще врежнего и тут же решил скрыться на второй этаж под предлогом переодеться. Сонхи усмехнувшись, тут же недовольно внука погнала к омеги. – Вот всему его учить. Чонгук по следам омеги добрался до их спальни и не представляя, что тот действительно переодевается ворвался в комнату без стука. Тэхён его встретил в одном белье и весь до ужа красный. – Прости, не думал, что ты тут переодеваешься. – Я ведь говорил зачем пошёл... Ничего страшного... Тебе что-то тут нужно? – Бабушка отправила к тебе. Чонгук сел около омеги, пока тот начал спешно накидывать на себя чуть свободнее одежду. После появления альфы, дома стало жарковато, а самое главное, только нынешнему Чону. – У тебя лямка от топика торчит. – Она и будет торчать... Так задумано... Не красиво? – Красиво. И молчат, как портизаны. Темы для разговора не находят, но сидят тут словно есть что обсудить. Чонгук чуть откидывается назад и разглядывает мужа, что весь такой нежный и воздушный у него оказывается. – Как учеба? – Всë хорошо, началась сессия, но всë хорошо. – Когда последний день? – 26... А что? Чонгук обдумывает и всë-таки протянув руку и взяв омежкину ладонь в свою предлагает, то от чего омежка не подумывает отказаться. – Не хочешь, после вместе со мной поехать в Европу? У меня будут дела там, подумал прислушаться к словам бабушки, почему бы тебе не поехать со мной? Или у тебя планы? – Планов нет, я согласен, но мешать не буду? – Нет того, чему бы ты помешал, так что не волнуйся. Тэхён кивает поправляя лямку от топика так, чтобы еë не было видна и вместе с альфой выходит из комнаты. Бабушка их недовольно гонит обратно и бормочет, что им что-ли вообще не о чем друг с другом поговорить. *** Поездка в Европу всё перемешивает между ними с ног на голову. Они в Корею возвращаются никакие, толи поникшие, толи счастливые. Тэхён весь пропахший альфой по приезду забирается в ванную и не переставая улыбаться что-то про себя напевает, а альфа наверное впервые после приезда рабочих дел не утыкается вновь в работу, а остаётся дома. Тэхён выходит спустя час весь распаренный в пижаме и неловко переступая садится около мужа. Кусает свои красивые губы и смотрит на альфу блестящими глазами. Между ними пробежала в Европе искра, которая называется чувствами, не любовь ли та? Омега неловко мнëтся и тут же рдеет, когда мужчина просто напросто кладёт свою руку ему на бедро и сминает, так по собственечиски. Они зативают разговор о не о чëм, которые альфа обычно избегал с другими, но с ним он уже не в первый раз готов болтать о чëм угодно, да хоть о погоде. – Вот как, тогда раз так хотелось можем посмотреть и съездить как-нибудь туда вместе. – Ты не будешь занят? – Нет, не буду, – И даже если буду, то для тебя сделаю так, что не буду. *** Сонхи вертится то туда, то сюда и налюбоваться никак не может, Чонгук нежно обнимает своего омегу и Боже упаси в будний день, дома! Кажется этот прохвост всë-таки взялся за ум, ведь не работа и карьера так сильно важна, а семья! Тэхён краснеет и лишь ближе придвигается к мужу и даже не обращает внимания на злобные взгляды тëти альфы, что с возмущением приехала утром и теперь и слова сказать не может. Какая же эта женщина странная! – Тэхëн-а, подойди пожалуйста. Сонхи зовёт омежку к себе и только переглянувшись с Чоном он всë-таки покидает его объятия, а Минха, тётя альфа находит момент начать с ним очередную потасовку. – Бабушка, что-то случилось? Женщина улыбается коварно и порыскав в карманах достаëт оттуда пару квадратиков, что озадачивают юного омегу. А Сонхи улыбается и придвинувшись шепчет в маленькое ушко. – Я ухожу в дендрарий, Минха, тоже сейчас уйдëт, дом в вашем распоряжении, понимаешь? – Что понимаю..? Бабуля... Что ты хочешь сказать... Но не смотря на свои слова омега краснеет, полыхает весь, что шея с ушами загорается. Вскоре две женщины под не понимающий взгляды альфы уходят, а Тэхён неловко садится рядом. – Что бабушка сказала? – Ничего... – И ещё пуще краснеет. – Просто вот это дала... Чонгук из рук маленьких принимает серые квадратики и замирает. Вот же старушка! Тэхён склоняет голову и глаза в чëлке прячет думая, что избежит смущающего взгляда старшего. Альфа переплетает их пальцы и наклонившись шепчет в ушную раковину. – Тебе нечего стыдится, может хочешь посмотреть фильм, ты ведь так любишь это..? Чонгук убирает в карман презервативы и пытается омегу заставить думать о другом, но это явно не получается следя за его взглядом устремленым в карман чужих брюк. – Тэхён? – Я... Я хочу попробовать, то что посоветовала бабушка. И Чонгук замирает и даже похоже перестаёт дышать. Тэхён его сейчас попросил покексится... Сам... Этот невинный ребёнок... Его муж... Попросил о сексе... Ладно. Чонгук отмирает и за подбородок поднимает юное личико, смотрит я ореховые глаза и первый припадает к нежным устам, сминает и слышит тяжелое дыхание. Тэхён покрывается краской смущения, но не отстраняется прижимаясь по ближе, настолько, что Чон его перемещает к себе на бёдра на те, что после станут для него любимым местом сиденья. – Всё хорошо? Альфа пылко отстраняется и нежно обхватывает ладонями чужие полыхающие щëки. Чон младший кивает и опусив взгляд смотрит на знатный такой бугор снизу у альфы. Это льстит, но и смущает. Чонгук понимает это и поэтому нежно целует юношу в розовую щёчку, теперь по волосам и прижимает к себе, поглаживая по спинке. – Мы не обязаны делать это сейчас, давай сперва привыкним к поцелуям, объятиям, а уже после и всё остальное? – Ладно, а можно..? Чонгук не понимающе смотрит на неловки взгляд омежки, а тот отвернув голову аккуратно кладёт свою руку на чужое естество. – Можно посмотреть..? И Чонгук просто расстёгивает молнию брюк и даже не знает к чему это всё приведёт. Тэхён шокированно смотрит, но при любом альфьем желание убрать свой агрегат обратно не позволяет. Разглядывает, а осле нежно прижимается к мужу, поцелует его в щëку и так невинно щебечет о том, что он очень большой. – Разве? – Очень! Он поднялся... – Обычная реакция, на красивого омегу. – Я? – Ты, – Чонгук целует омегу вновь в губы, а член только сильнее начинает сочиться смазкой. – Хочешь научу одевать вот это? Чон достаёт подарочек от бабушки и тут же мастерски всему обучает своего ученика, как и что, откуда, да куда. Тэхён краснея даже просит поучиться на практике, что ему позволяют, а альфа так бесстыдно лишь от юных рук кончает в этот злосщавый презерватив. Кажется они счастливы вместе, такие опытно не опытные, любимо не любимые. Они дополняют друг друга на все 100% какие есть в этой шкале жизни. Тэхён прижимается к старшему и обняв шепчет о том, о чëм желал уже давненько. – Мы можем принять ванну вместе..? – Конечно. Чон вряд-ли ему откажет в чём-то, да хоть переписать компанию на него он не против, а ведь они даже ещë не познали постельных утех. Интересно, когда же Тэхён поймёт, что он рычаг манипуляции у этого хмурого и порой отстранённого мужчины? Использует ли он это в своих целях? Причинит ли вред мужчине? Беспорно нет, использует возможно, но боль никогда в жизни. Потому что он уже любит этого мужчину, что добор к нему, обходителен и хоть и вечно занят, но время удиляет. Нежно его целует, нежно обнимает и так смотрит, что ножки порой не держат. Они ничего не обсуждали, но было и без разговоров всë понятно. К чёрту контракт, они созданны друг для друга. А бабушка кажется была в прошлой жизни купидонам.