В этом месте только мы

Монета блеснула в воздухе, делая последний кульбит, прежде чем упасть в ладонь. — Орёл. Значит, я опять рассказываю тебе свою глупую историю, — усмехнулся Chance, поправляя свою шляпу. Гость 1337 — синий вихрь волос и упрямого взгляда — лишь фыркнул: — Сколько можно гадать на этой монете? Живи ты уже! Ирония скользнула в воздухе, лёгкая, почти невесомая. Они сидели на краю разрушенного мира, где крошечные клочки тумана цеплялись за остатки стен. Порой этот город казался им живым существом: забытым, застывшим, но всё ещё шепчущим свои истории. "Ты не боишься случайности?" — вдруг спросил Гость, не глядя на друга. Его пальцы теребили край рукава, маленький нервный жест, который Chance заметил, но не стал комментировать. "Случайность — это свобода," — ответил Chance, глядя куда-то за горизонт. "Когда ты бросаешь монету, ты хотя бы на мгновение веришь, что всё ещё можешь выбирать." Пауза. Пауза между выдохом и вдохом. Гость усмехнулся: — Ты поэт, только без рифмы. — А ты — солдат без войны, — парировал Шанс и подмигнул. И они засмеялись. И смех их звенел в пустоте, словно разбиваясь о стены прошлого. "Если хочешь, я научу тебя гадать," — сказал Chance вдруг серьёзно. — "Монетку дать?" — спросил Гость, доставая свою потрёпанную пластинку. — "Нет. Ты и есть моя монета." И в этом странном признании — шутливом, нелепом, слишком лёгком — была заложена правда, которая не нуждалась в подбрасывании. Ибо иногда дружба — это тоже случайность. И редкий шанс, который нельзя проиграть.