Жёнушка

Бразилия. Рио де Жанейро. Шура Балаганов в лице советской делегации простых рабочих парней приехал за границу для обмена «рабочим опытом» Но пока их группу везли на бразильские заводы, парень лишь и успевал, что головой крутить, дивясь всему здешнему: высокие деревья («Баобабы, чтоб их!»), загорелые люди, манго там всякие («Неужто вкуснее наших антоновских яблок? Не может быть!!»), яркие одежды, странная еда… Проведя весь день на заводе и употев с непривычно жаркого климата, придя в гостиницу Шура провалился в сон, устало пообещав себе, что завтра сразу после завода он непременно отправиться гулять по городу и изучит местные "колориты"… Но ни на следующий, ни через день он так никуда и не пошёл - 12 часов перенимания опыта на ногах и адская жара буквально делали его бессильным перед лицом обстоятельств! И вот, наконец на последний, четвертый день, когда их делегация, умудренная бесценным бразильским опытом собратьев наших меньших собиралась отправляться обратно в страну Советов, им было объявлено, что дескать у самолета какие-то там неполадки в крыле, а потому улетают они не сегодня вечером, а лишь завтра днём! И Шура, посчитав это знамением свыше («Не "господи", а "советская власть"!!), решил таки метнутся хотя бы на местный базар — уж очень ему хотелось откушать манго… Стоя на рынке перед лотком в весьма ракообразной позе, склонившись в три погибели, Шура тщательно выбирал фрукты. Когда же он решительно разогнулся, сжимая в руке увесистое манго и уже хотел было спросить, какова цена данного деликатеса, его случайно толкнули под локоть - да так, что он чуть не выронил драгоценный фрукт! -Полегче! - хотел было сказать Балаганов, но был перебит: -Пардон, милейший! - удивительно знакомым голосом сказал хам, даже не глядя на него и гордо профланировал дальше. А в глазах у Шуры остались только ослепительно белые штаны и этот голос. -Товарищ Бендер! - закричал парень, еще не до конца осознав, кого именно он зовет Белые штаны медленно повернулись, явив Шуриному взору переднюю часть загадочной фигуры -Балаганов! - отозвался ни кто иной, как сам великий комбинатор, - Какими судьбами в наш рай на земле? -Ох боже, товарищ Бендер, я думал, Вы скончались! Ну там, на финском озере с блюдом! - простодушно отозвался Шура -Ну, не прямо я, но многие… А сколько там в свое время полегло тевтонцев… - туманно отозвался мужчина -За что же? За контрабанду? - удивился Балаганов, совсем не улавливая шутки -За Александра Невского… - серьезно припечатал Бендер, - Ну довольно об этом! Нет, я не умер! И Вы что же, Шура, пришли сами в этом убедиться? -Нет, ну что Вы! Я вообще не знал что Вы здесь — не догадывался даже! Я тут с делегацией с нашего завода на ихний жанейрский завод… вот… -Ах, ну прелестно! Какой вернисаж! - с притворной радостью отозвался Бендер, - Хотя больше смахивает на ералаш, конечно… - чуть тише и про себя добавил он -А я… -Похвально, очень похвально, Шура, что ты помогаешь родной стране! - с пафосом сказал Остап -А Вы что здесь делаете? Тоже помогаете? -Ну разумеется, что же ещё, я могу здесь делать! Все мы тут… помогаем…! - крякнул Остап -А я тут вот… манго выбирал! -Нашел у кого брать! У этого старикашки всегда одно гнильё и кислятина! -Ну они вроде бы все спелые и выглядят хорошо… -«Хорошо выглядят» депутаты в парламенте, а внутри гнилые… -Это вы про манго…? -А про кого ж ещё! Ладно, Шура, пошли что ли по стаканчику пропустим — знаю я тут один хорошенький бар! - поспешил перевести тему великий комбинатор -Но я не пью! -Отставить диверсию, Шура! Русский человек не может не пить!! - припечатал Бендер И вот, спустя четверть часа, они уже сидели в небольшом помещении и активно вливали в себя настойки неизвестного Балаганову содержания… Однако, чем бы не являлось данное пойло, оно было весьма вкусным, но при том очень забористым - и пьянило не хуже советской водки! (а это уж что-то да значило) За те два часа, что они просидели в трактире, они обсудили всё и вспомнили всех: безвременно почившего Паниковского, Козлевича, товарища Корейко, бухгалтера Берлагу, инженера Талмудовского и много кого ещё… Наконец, они нетвердой походкой вышли из бара и отправились куда глаза глядят -И где ты говоришь, Шурочка, твоя гостиница? - заплетающимся языком спросил его Остап -Ик… а чёрт его знает, товарищ Бендер… - пьяно икнул в ответ Балаганов -Ну тогда пойдём ко мне… -Да неудобно, товарищ Бе… -Не боись, Балаганов! Кису мы не побеспокоим! - уверено заявил Бендер -«Киса»… Экое чудное прозвище… Так Вы выходит, комбинатор, Зосю Синицкую таки закадрили? Она стала Вашей женой? -Да какая Зося?! Я же тебе русским языком говорю - Киса! Моя любимая жёнушка… А какой у неё… - мечтательно сказал Остап, и пошире раздвинув ладони, показал что-то похожее на размер мужского достоинства. Шура, выпучив глаза, мгновенно "впучил" их обратно, и подумал, что видимо он что-то не так понял - и наверное Остап Ибрагимович сейчас говорит про широту души (ну или на худой конец, про филейную часть свой супруги!) Но вот, попетляв по улицам, как зайцы (причём не просто косые, но и весьма подвыпившие!), они наконец-то оказались у дома Бендера, которой до этого всю дорогу не переставая, нахваливал свою Кису. Остап приблизился в двери нетвёрдой походкой, и толкнув её, ввалился в прихожую и заорал: -Жена, неси таз! И Шура уже было приготовился лицезреть молодую стройную лань или игривую кошечку, но из недр квартиры на зов отчего-то спешила не прелестная девушка, а мужчина весьма почтенных лет! Причём отвечал он Бендеру в такой же крикливой манере, вопя: -Сейчас, Ося, сейчас!  -Давай-давай, Кисонька, поторопись! - игриво протянул великий комбинатор  -Сию секунду! - и мужчина вновь скрылся в недрах дома Шура обалдело стоял в коридоре и никак не мог понять: кто из них напился до зеленых чертиков? Он или великий комбинатор? Неужели Бендер спутал этого старика со своей женой? Или это сам Балаганов допился до ручки и теперь вместо девушки видит какого-то мужика? Между тем, "резвая кошечка", вернулась в коридор, неся подмышкой небольшой эмалированный тазик Однако Остап вдруг серьезно сказал:  -Не надо таза, дорогой, концепция поменялась… -Как скажешь, милый! - покорно кивнула «Киса», а потом издевательски добавила, явно обращаясь к Шуре, - Товарищ, если у Вас тоже "концепция поменяется", то туалет налево по коридору! -Спасибо… - Балаганову только и оставалось, что машинально кивнуть -Шура, подь-ка сюды! - подозвал его Бендер, между тем как раз вернувшийся из сортира, в который он просочился как уж - Вот комната, видишь в ней диван — можешь спать на нём! Всё, спокойной ночи! Адьос! - отсалютовал ему великий комбинатор -Спасибо… - снова как попугай повторил Балаганов -Пойдём, Кисонька, пойдём, нам тоже давно пора бай-бай… Заждался меня небось? -Ах, Остап! - отмахнулся от него мужчина, а Шура подавил желание протереть глаза, потому как ему показалось, что в темноте коридора, удаляющийся силуэт Остапа весьма страстно приобнял «Кису» рукой пониже спины… Через несколько минут Балаганов вышел из транса, и не раздеваясь прилёг на диван - настойки ударили ему в голову так сильно, что спустя ещё каких-то 5 минут, он уже спал мертвецким сном Следующее утро встретило его больной головой и веселым (почти как знаменитый карнавал!) бразильским похмельем - таким, что Шура еле отлепил себя от кровати и поплелся по коридору в поисках еды — благо на весь дом просто одуряюще пахло яичницей -Товарищ Бендер…? - робко позвал он, просовывая голову в кухню Там его глазам предстала следующая картина: Остап сидел за столом вместе с вчерашним пожилым мужчиной и что-то увлеченно ему говорил, то и дело бросая на него какие-то весьма двусмысленные, если и вовсе не сказать игривые взгляды… -Доброе утро! - первым в себя пришел пожилой мужчина, заметивший Балаганова в дверном проеме -Доброе утро… - робел сказал парень, застигнутый врасплох -А, Шура! И тебе не хворать! Ну садись за стол — чего стоишь! - тут же стал хозяйничать Бендер. Пожилой же мужчина, подхватил со стола кружку с чаем, и медленно, но верно поспешил ретироваться с кухни - видимо подальше от греха и пристального Шуриного взгляда Проводив старика долгим взглядом, и заняв его место, парень медленно повернулся к великому комбинатору и спросил: -Товарищ Бендер, а это кто? -Как кто? -Ну этот мужчина? И кто такая Киса? -Какой ещё Киса? - тут же стукнул кулаком по столу Остап. В серванте тревожно зазвенели рюмки. Такая смена настроения напугала даже Балаганова -Ну как же… Ваша жена… -Ах Киса, моя… жена! Да-да, моя… любимая жёнушка! Так значит я познакомил Вас? - с подозрением спросил Остап -Нет, но Вы вчера столько рассказывали про неё! Но её видимо дома не оказалось, потому как я видел только… -Только что? - снова как будто бы напрягся комбинатор -Только какого-то преклонных лет мужчину! -Ах мужчину… ну да-да, конечно! Это мой деловой компаньон — Ипполит Матвеевич Воробьянинов! И между нами говоря, Шура, так пьяно врываться в чужие дома, как снег на голову просто неприлично! Вам стоит извинится! -Ипполит Матвеевич чем-то недоволен? -Ну разумеется! Балаганов, были бы Вы довольны если бы в Ваш дом бы кто-то ворвался и… -Но ведь это Ваш дом, товарищ Бендер! Разве нет? -Это наш общий дом! -Вас и вашей жены Кисы? Тогда что здесь делает Ипол… -Хватит! Вопросы здесь задаю я! Дом мой, понятно? И вообще, Балаганов, что-то мне подсказывает, что Вы уже опаздываете на самолет! -Ох, точно! У меня ведь через два часа вылет! - спохватился Шура -Ну так значит Вам уже давно пора! Приятно было Вас повидать, Шура! Берегите себя и родимый завод! -До свидания, товарищ Бендер! Всего Вам и Вашей Кисе хорошего! -Ну бывай, бывай! -А как бы мне только до аэропорта добраться? Товарищ Бендер, подсобите мне, а? Христом-богом молю, то есть… -Не боись, поймаю я тебе такси, так и быть! Ты же не бельмеса по-бразильски не знаешь! Дуй пока в свою гостиницу и пакуй манатки! Я попозже подойду! -Ой спасибо!! - пискнул Шура и пулей слетев со стула, понесся к двери. Встретив в коридоре Ипполита Матвеевича, который шёл ему навстречу всё с тем же эмалированным тазиком, на сей раз наполненным постиранным бельем, он на ходу сердечно перед ним извинился, да так не сбавляя темпа, и вылетел во входную дверь - ему надо ведь добежать до гостинцы, пока он ещё помнил куда бежать…! -Что это было? - тихо спросил Воробьянинов, когда за Балагановым закрылась дверь -Недоразумение по имени Шура Балаганов — это ещё со времён Корейко! -Да, я помню, ты рассказывал мне… -Как был дураком, так и остался! Ему небось и в голову не пришло, что мы с тобой любим друг друга! -Надеюсь, что нет… если в Союзе узнают, то… -Я очень сильно тебя люблю и не позволю, чтобы кто-нибудь когда-нибудь помешал нашей совместной, во всех смыслах этого слова, жизни!  -Я знаю, милый и тоже тебя люблю -Ну вот и всё, не волнуйся, Кисуля! И да, вчера я был не в кондиции, но после того, как я провожу Балаганова в аэропорт, обещаю тебе жаркую ночку! -Ох, товарищ Бендер! - смущенно протянул Воробьянинов -До вечера, Ипполит Матвеевич! - подмигнул ему великий комбинатор — Через два часа уже сидя в самолете, Балаганов пытался вспомнить и осознать всё то, что увидел. И почему-то на ум ему приходили не заводы, и даже не сочные манго, которые он-таки успел попробовать, купив парочку штук втридорога в аэпорту. Нет, у него перед глазами стояли Бендер и Воробьянинов - и их темные силуэты в коридоре, когда один из них клал другому руки куда-то пониже спины… Кроме того, Шура внезапно вспомнил как во время своей самой первой встречи с Остапом Ибрагимовичем, тот потирая шрам (который до сих пор алел у него на шее тонкой полоской), рассказывал о том, кто чуть его не убил во время его последней аферы. И вдруг Балаганова как молнией поразило - это ведь был именно никто иной, как Ипполит Матвеевич Воробьянинов! Так выходит он снова его нашёл… ишь как далеко забрался! Аж в Бразилию! Кроме того, не трезвый, но внимательный Шура, пьяным взглядом отметил, что у Остапа и Воробьянинова на руке были одинаковые простые кольца… «Наверное, они оба принадлежат к какому-то таинственному братству! Вроде масонов или даже подпольных большевиков заграницей!» - серьёзно подумал Шура, изо всех сил старясь гнать мысли о том, что эти кольца были страсть как похожи на обручальные… Но несмотря на то, что Шура не переставая и так и эдак вертел в голове мысли об Остапе и его таинственном компаньоне, он так и не пришёл ни к какому определенному (верному) выводу о том, какие же на самом деле отношения связывают этих двоих А всё потому что в отличии от Фимы Собак, Шура Балаганов не знал такого богатого и "знаменитого" слова, как «гомосексуализм»…!