Система Охоты

Где-то в дороге Проснулся я уже в дороге. Шумел двигатель дома на колёсах, Бобби что-то тихо напевал себе под нос. Лежа в кровати и глядя в потолок — мда, походу, я всё-таки стал охотником на нечисть. Как только я произнёс эти слова, пришло уведомление: [Внимание: вы выбрали профессию, синергичную системе. Система дарит в подарок способность путём рандома. Рандом запустится после прочтения уведомления.] Весь мир погрузился во тьму, и только свет от огромного колеса передо мной не дал мне раствориться в ней. Перед глазами закружилось колесо с разными надписями — глаза не успевали прочитать их мельтешение. Только когда оно остановилось, я смог разобрать некоторые: [Телепортация (ур. 1), Хронокинез (ур. 1), Искривление реальности (ур. 1), Невидимость (ур. 1), Пирокинез (ур. 1)] Затем всплыло уведомление: [Поздравляем: вы получили способность — Телекинез (ур. 1)] Да твою ж мать. Одна из самых простых и распространённых способностей. Причём я мог бы сразу скопировать её в более высоком уровне. Я точно помню одного паренька — его избивал отец и его брат , а мачеха не вмешивалась. Неоднозначное ощущение: вроде халява, а вроде мог бы получить её и лучше, если бы подождал. Лучше бы Хронокинез дали — вот это была бы тема. Вот в таком двояком состоянии я попробовал заставить взлететь нож на кухне. Я сосредоточился на ноже, лежавшем на разделочной доске у раковины. Самый обычный — широкое лезвие, деревянная ручка. Мысленно подтолкнул его, будто дёрнул за невидимую нить. Нож задрожал. Я шагнул ближе. — Давай… — прошептал я, сам не зная зачем. Он слегка приподнялся. Не рывком — почти лениво. Качнулся, оторвался от доски и завис в воздухе, словно колеблясь — падать или плыть дальше. Я подошёл ближе, не сводя с него глаз. В голове вспыхнуло возбуждение, перемешанное со страхом. Сконцентрировался — нож рванул к двери, пролетел вдоль рамы с глухим шорохом и застыл у стекла, дрожа. — Бобби, — спокойно позвал я, хотя голос дрожал. — Тут кое-что случилось. Дом слегка вильнул. Бобби отозвался скрипучим голосом: — Не расслышал… Что ты там сказал? — Я говорю, только что поднял нож силой мысли. Я его пролепетировал — провел в воздухе к водительскому креслу. Наступила тишина. Затем скрипнули тормоза, автобус дёрнулся вправо — я чуть не упал. Я бросился к кабине. Нож всё ещё висел у лобового стекла. — Смотри на дорогу! — крикнул я и, сжав зубы, потянулся влево невидимой рукой. Руль вывернул дом на дорогу — будто я повернул его лишь одним желанием. После выехал на обочину и остановился. Бобби был чуть-чуть бледным. — Чёрт побери, мелкий засранец… — выдавил он. — Ты что так пугаешь? — Извини, не хотел, я тебе звал… — выдохнул я. — Похоже, во мне ещё что-то проснулось. Может, из-за призраков. Или из-за того дома. Он пару секунд молчал, потом фыркнул: — Я уж думал, призрак того маньяка к нам залез. В следующий раз предупреждай. А то я дыру в тебе сделаю. Он завёл машину. — Поехали дальше. Я усмехнулся. — Обещаю. Но теперь мне нужно разобраться, что это за способность и как её контролировать. Так… а где мы сейчас? Куда едем? Вчера, после «полётов» по дому, мне было не до планов. Бобби, не отрываясь от дороги: — Пацан, давай по порядку. С утра решил не оставаться возле заброшки. Сейчас подъедем к Солт-Лейк-Сити — позавтракаем, закупимся. Потом — в Йеллоустоун. Выполним одну из последних просьб твоей бабушки. Да и сам давно хотел там побывать. Он поправил кепку. — Потом ко мне, в Су-Фолс. Дом, небольшая оккультная библиотека по всякой нечисти. Начнёшь учиться, читать, выписывать. Что не поймёшь — объясню. В остальное время — охота. А на Аляску сам как-нибудь слетаешь. Не ребёнок уже. Вот такие планы пока. Если что не устраивает — говори. — Звучит хорошо. И… спасибо. Что заедем в Йеллоустоун. И вообще — за всё. Ты ведь не обязан был меня тащить, учить. — Да харэ благодарить. Говорю же — мне самому туда по пути. А растить новое поколение охотников кто-то должен. Сейчас я тебе помогаю — потом ты мне поможешь. Сочтёмся. Так что завязывай с этим. — И всё равно спасибо тебе. Он вздохнул, но в голосе была усмешка. — Вот же упрямый… ещё один балбес на мои плечи, — пробурчал он, но без злости. Почти что с заботой. — Привыкай, — ухмыльнулся я. — Я теперь с тобой надолго. — Тогда запоминай: никаких выкрутасов за рулём. Если решишь полетать ножами — только не рядом с топливным баком и со мной. Или хотя бы заранее предупреди. — Так точно. Я резко выпрямился, щёлкнул каблуками и вскинул руку к виску — отдал честь, как солдат в фильмах. — В следующий раз потренируюсь на яблоке. Или на вилке. Так безопаснее? — Смотря для кого, — буркнул он. — Держись. До города полчаса. Там найдём еду. И кофе. Много кофе. —Ах да, чуть не забыл спросить ещё один? Ты кого-то ещё воспитываешь? — спросил я, прищурившись. Бобби усмехнулся. — Было дело. До тебя был один упёртый морпех — Джон Винчестер. Жена у него погибла в восемьдесят третьем. Сгорела прямо на потолке. Мы встретились в восемьдесят пятом. Я ему книги давал, байки рассказывал, кое-чему научил. Схватывал он быстро. Ярости в нём хватило бы на полроты солдат. Бобби потер шею. — Потом, как водится, решил, что сам всё знает. Стал таскать пацанов с собой, ни с кем не делился. Но иногда оставлял их у меня. Дину тогда был лет десять — с виду крепкий, но внутри… всё время смотрел на дверь, ждал приказа. Как будто только и знал, что следующая цель, следующая тренировка, следующий мотель. Он усмехнулся. — Вот тогда я и решил: к чёрту это. Вначале мы покидали мяч, потом сводил его на бейсбол. Купил хот-дог, посадил на трибуну. Он сначала сидел, как на посту. Только к середине игры расслабился. Представляешь? Мальчишка смеялся, когда кто-то не поймал мяч. Просто смеялся, как ребёнок. Не как солдат на передышке — а как ребёнок. Он вздохнул. — Потом Джон вернулся, и всё закончилось. Мы тогда поссорились. А Сэм ещё совсем мелким был. Джон… всё глубже уходил в себя. Прятал их не только от охотников — от мира. —Ты говорил сгорела на потолке? — нахмурился я. — Это ж… Бобби кивнул. — Да. Прямо на потолке. Огонь вспыхнул ниоткуда. Через секунду — всё в пламени. Джон тогда бросил детей и просто отправил их, выбегать из дома, а сам вначале остался внутри, и пытался спасти Мэри. Стиснул зубы. — Именно с этого всё началось. Он бы и рад поверить в замыкание. Но всё было… неестественно. Полиция, страховая, соседи — все твердили, что это несчастный случай. А он сломался. Не в истерику — ушёл в себя. Стал искать. Нашёл то, что не должен был. И всё. Человек исчез. Остался охотник. Он посмотрел в сторону. — Я ему тогда сказал: “Ты не мстишь — ты горишь вместе с ней.” Но он не слушал. А может, и не мог. — Слушай, Бобби… а ведь мои родители тоже сгорели в пожаре. Он взглянул исподлобья. На мгновение нахмурился. В его глазах промелькнуло нечто — не жалость, а понимание. Он кивнул. — Пожары… — пробормотал он. — Иногда случаются сами. А иногда — нет. Он посмотрел прямо: — Я не скажу тебе, что станет проще. Не скажу, что боль пройдёт. У нас не группа поддержки. Но скажу вот что: ты выжил. А значит — можешь выбрать, кем быть дальше. Если ты рядом со мной — я помогу тебе разобраться, почему это случилось. И с кем у нас счёты. Он замолчал. Переключил передачу, двигатель заурчал ровнее. За окном проносились холмы и редкие деревья. А я впервые за долгое время почувствовал, что у меня появился путь. Я знал, кто убил моих родителей. И Мэри. Но я не мог просто вывалить эту правду. Я должен был прийти к ней. Иногда мне чудился запах гари. Будто дым въелся в память. Я просыпался по ночам, хватая воздух — как тогда, ребёнком, среди пламени. И внутри уже была цель — убить Азазеля. Или помочь Винчестерам, если не смогу один. Потому что это он сжёг моих родителей. Моих. И Эрика. А ещё, похоже, у меня появился наставник. Пусть и ворчливый.