It's Just Beginning

      — Всё в порядке? — тихий полушёпот донёсся до Етао сквозь толщу мыслей. От неожиданности он вздрогнул, возвращаясь из тихого мирка в своей голове в эту шумную реальность.              — Да… — врёт, — просто вышел подышать свежим воздухом, — голос предательски слабый и измученный и, как уже успел выучить Етао, Бэмбэм особенно чуток к таким вещам.              Свежим воздухом это можно было назвать только отчасти. Конечно, по сравнению с душным помещением, где проходила их афтерпати, а точнее неофициальная часть их афтерпати как бы тавтологично это не звучало, всё что угодно сошло бы за свежий воздух. Етао отчётливо чувствовал запах травки, и он уверен, что это дело рук не только многочисленных туристов, облюбовавших этот район. Влажный горячий воздух тоже не способствовал свежести, но с наступлением темноты всё начало остывать, а прохладный ветерок, нежно лаская лицо, действительно бодрил.              — Мне оставить тебя одного? — Етао чувствовал кожей, как мужчина всматривался в его лицо перед тем, как задать вопрос. Он правда хотел побыть один. Все сегодняшние события сильно его измотали. Чувство усталости навалилось так резко и сильно, что вынести ещё хоть один звук или вспышку света казалось невозможным, как и терпеть людей рядом с собой. Но с Бэмбэмом всё было по-другому. С самого начала.              — Если ты можешь остаться… — очень хотелось добавить “со мной навсегда”, но мужчина вряд ли бы оценил такой самоотверженный жест. Впервые за всё это время Етао смог заставить себя поднять глаза.              — Конечно могу, — Бэмбэм улыбнулся, и Етао почувствовал, как внутри запорхали бабочки. Опять.              Он ловил себя на этом чувстве уже несколько раз, но всегда заставлял себя не думать об этом. Всё то, что было на шоу… Это фансервис? Прописанный сценарий, чтобы привлечь зрителей? Етао бы предупредили, наверное… Или продюсеры просто надеялись на его естественную реакцию. Но огонёк надежды в груди горел, пока маленький, но чересчур стойкий.              — Хочешь поговорить? — его голос был таким нежным и тихим, он словно пробирался наощупь сквозь тихий туманный утренний сад, боясь потревожить его обитателей. — Или?.. — мужчина развёл руки, приглашая в свои объятия.              — А если нас увидят? — Етао судорожно осмотрелся: они были не так далеко от всех, их немного скрывали деревья, но в любом случае, если кто-то тоже решит “подышать свежим воздухом”, то точно увидит их.              — И что? — Бэмбэм пожал плечами, не опуская свои руки, — шоу официально закончилось, я не твой ментор и нас больше не связывают какие-то официальные отношения, так что…              Етао надеялся, что его движения не выглядели слишком быстрыми и нетерпеливыми. Его уставший мозг быстро понял, что сказанные слова действительно имеют смысл и они могут делать всё что хотят, по крайней мере, пока на них не направлены камеры. Етао, плохо отдавая отчёт своим действиям, буквально влетел в Бэма, обвивая его шею руками и вжимаясь всем телом так, будто от крепости их объятий зависела его жизнь. Может, в этот момент ему так и казалось. Он уткнулся лицом куда-то в шею и почувствовал, как тело мужчины в его объятиях подрагивало от беззвучного смеха. Стоило крепким рукам обвиться вокруг его талии, тело расслабилось как по команде. Все скованные напряжением мышцы разжались, и Етао наконец-то почувствовал в теле эту долгожданную лёгкость.              Он правда очень давно этого хотел. Просто обнять, просто поговорить. Быть рядом с таким замечательным человеком как Бэмбэм и не иметь возможности ничего с ним сделать — ужасное ощущение. Етао понимал, что тот делает это в первую очередь ради его безопасности. Бэмбэм и так сказал слишком много, нельзя чтобы кто-то подумал, что Етао добился дебюта какими-то нечестными способами, причём настолько грязными. Но это было до невыносимого тяжело.              Етао готов был отдать что угодно, лишь бы эти объятия длились вечно. Он давно не чувствовал себя так комфортно и защищено в чьих-то руках. Они были почти одного роста, но Бэм был крупнее, особенно в плечах. Это заставило Етао ощутить себя таким маленьким, хрупким и беззащитным. Эта уязвимость не была плохой. Иногда надо позволять себе быть слабым, подчиниться кому-то и не брать ответственность.              Стоять в одном положении долго было очень неудобно, поэтому вскоре Бэмбэм опустил руки, выпуская Етао из своих объятий. Физический контакт и правда заставил чувствовать себя лучше. Но Етао уверен, что был бы тут кто-то другой, это не сработало бы должным образом.              — Ты же не сильно расстроился, что получил третье место? — аккуратно спросил Бэм, прощупывая почву.              — Ну, — парень на пару секунд задумался, — только если чуть-чуть. Главное, что я всё-таки дебютировал, а то, на каком месте, не так важно. Тем более, злиться из-за этого всё равно что злиться на своих фанатов, а они и так сделали очень много.              — В самом начале шоу я сказал, что ты будешь главным героем, — начал Бэм, — и я от своих слов не отказываюсь. Я знаю, что для китайских групп позиция центра значит очень много, но… Не всем нужно официально подтверждать свою значимость, чтобы получить признание, понимаешь о чем я?              Смысл слов дошёл до Етао не сразу, но в миг осознания он густо покраснел. Вся эта тема с отбиранием телефонов на время шоу не давала возможности даже приблизительно понять текущее положение дел. Может, у неведенья есть плюсы, но не видеть отдачи было тяжело. Они видели много фанатов: они приходили на живые выступления, встречали на улице или караулили у общежития (этот факт, конечно, не особо положительный), — но очень хотелось узнать, что пишут в интернете, ведь там люди со всех уголков мира, а не только из Таиланда.              Это не первый раз, когда Етао говорят о его популярности. Это не укладывалось у него в голове. Он знает, что некоторые считают его самовлюблённым нарциссом с завышенной самооценкой, но это было далеко не так. Он всегда сомневается в себе и своих способностях. И слишком зависим от чужого мнения. Он знал, что первое, что он сделает, как только ему вернут телефон, — пойдёт гуглить себя же и читать, читать, читать… Это похоже на зависимость. И что самое обидное, среди сотни восхищённых комментариев он увидит один негативный и это испортит его день, а может и неделю. Так было раньше, так будет и сейчас, он уверен. Но любопытство всегда сильнее.              — Ты следил за тем, что говорят о шоу? — решился задать вопрос Етао, не упоминая конкретно себя, чтобы не показаться навязчивым.              — Ну… — Бэмбэм слегка смутился, но сразу же взял себя руки, — и за шоу в том числе. Но больше мне было интересно про тебя… И про нас… — смущение всё-таки взяло верх над многолетним сценическим опытом. — Мне было очень жаль, что я не мог сказать тебе о том, как зрители восхищаются тобой, — а затем добавил совсем тихо: — как я восхищаюсь тобой.              Сердце пропустило пару ударов. Етао изо всех сил старался удерживать себя в сознании и не выглядеть как идиот, пялясь широко раскрытыми глазами на мужчину перед собой. Он не позволял себе питать надежды на то, что его симпатия взаимна. Они были словно из разных миров, хотя по факту так и было: не смотря на усилия Етао в изучении английского, его речь не так хороша, как ему того хотелось, а языковой барьер очень противная штука. Их редкие переглядки и какое-то подобие флирта, которое случалось только под камерами, не давали прочного основания для мечт о чем-то большем. Но так хотелось.              Сейчас вокруг них нет камер. И Бэмбэм говорит такое… Так открыто и честно. Смотрит ещё таким нежным взглядом, очень любящим, как будто это вовсе не первый их разговор и они не почти незнакомцы друг другу.              — Я знаю, что многие восприняли моё поведение в первых эпизодах как фансервис и попытку поднять просмотры. Но знаешь… — мужчина перевёл взгляд куда-то вбок, избегая зрительного контакта. — Я всегда стараюсь быть честным. За столько лет в индустрии я понял, что быть собой это всегда наилучший путь, люди всегда чувствуют фальшь и наигранность. А я честный человек и всегда привык открыто выражать свои мысли и чувства. Так что я хочу, чтобы ты знал, — Бэм снова вернулся взглядом к глазам Етао, — что всё что я говорил о тебе — это чистая правда. И мне даже за неё прилетело, — мужчина нервно хихикнул, — но мне не в первый раз получать за свои слова. Но пусть лучше будет так, чем мне придётся врать и что-то скрывать.              В голове проносятся первые эпизоды. Сейчас они кажутся такими далёкими и туманными. Думать о том, что всё это было не прописанным сценарием, а искренним чувством, было странно и непривычно. Этот абсолютно несуразный подкат, который Етао запомнил на всю жизнь, “я так сильно хочу услышать твой голос” и принц… Етао же выбрал его своим принцем.              — Прилетело?..              — Да, меня настоятельно попросили прекратить, потому что “фаворитизм одного из менторов может исказить мнение зрителей о честности шоу”, — вторую часть предложения мужчина протараторил будто заученную цитату. — И я не мог допустить, чтобы из-за меня у тебя были какие-то проблемы.              Етао всё ещё ощущал себя как во сне. И сердце билось так быстро-быстро. Кажется, что осталось лишь мгновение и вся эта придуманная его сознанием реальность растворится в белой дымке. Бэмбэм очевидно ждал какой-то реакции на свои слова, но в голове была такая блаженная пустота. Мысли вертелись где-то неосознанными образами, как лёгкий летний ветерок, ласкающий вершины деревьев в лесу, но не проникающий вглубь чащи. Единственное, что оставалось чётким в этом поплывшем мире — лицо напротив, такое красивое… И с такими очаровательными пухлыми губами. Етао не раз засматривался на них. Они были как предмет искусства, к которому так и хотелось прикоснуться, ощутить их мягкость и попробовать на вкус, увидеть, как они краснеют и опухают от интенсивных поцелуев…              Етао вздрогнул от неожиданности, уже второй раз за этот вечер, когда перед ним замахали рукой. Резко вернулись все звуки и окружающий мир приобрёл чёткость. Парень почувствовал, как его щеки снова начинают гореть. Бэмбэм улыбался по-доброму, без осуждения, хотя он точно понял куда всё это время смотрел Етао. От стыда хотелось провалиться под землю или, как наиболее возможный вариант, просто сбежать. Придумать какой-нибудь предлог и смыться поскорее. Но противореча внутреннему порыву, Етао лишь замер, смотря так испуганно и виновато.              — Я буду в Бангкоке ещё несколько дней. Я знаю, что у вас запланированы какие-то ивенты, но может мы сможем встретиться?.. — с надеждой спросил Бэм и протянул телефон с открытым WeChat. — Дашь свои контакты?              Скрыть дрожь в пальцах, пока Етао судорожно вбивал свой номер, оказалось очень сложно. Он даже умудрялся промахиваться по символам на клавиатуре. Волнение накрыло с новой силой, в этот раз смешиваясь с сладким предвкушением. Это фактически приглашение на свидание, ведь так? Их общение не закончится с окончанием шоу, они оба в этом заинтересованы и может… Это всё правда перерастёт во что-то большее. Сейчас это даже не звучит как больная фантазия. Етао вернул телефон владельцу и от него не скрылось, что Бэмбэм волновался не меньше него. Это было очень мило. Они правда походили на двух влюблённых подростков: прячутся где-то вдали от толпы, неловко переглядываются и обмениваются номерами, дрожа.              Несмотря на всю неловкость, Етао чувствовал себя комфортно. Чаще всего с ним знакомились и просили номер только чтобы развлечься на одну ночь: выпить, переспать и разойтись. Особенно часто это было в то время, когда он носил длинные волосы и выглядел довольно феминно. Почему-то каждый мужчина считал, что раз он так выглядит — то он точно легкодоступный. Его пытались снять за деньги, выпрашивали страничку на OnlyFans, не веря, что её у него нет. Со временем Етао научился просто игнорировать, это стало обычной частью его жизни. Иногда, правда, приходилось отбиваться от особо назойливых, на словах или физически. И Етао даже не понимал, насколько он от этого всего устал, пока не почувствовал это — искренне восхищение, желание узнать поближе его самого, а не только его тело. Это было приятно. Очень.              Здесь могла бы образоваться неловкая пауза, но, словно точно рассчитав время, перед ними возник Джефф. Он явно был уставший, даже изнурённый, но уж такова судьба интроверта в индустрии развлечений. Он кивнул головой в знак приветствия и сказал:              — Надеюсь я не помешал?              — Немного, — ответил Бэмбэм, шутя.              — Я старался, — было приятно видеть, как улыбка озаряет столь утомлённое лицо. — Мы обещали Яе пофоткаться, — напомнил Джефф Бэмбэму.              — Точно… — Етао показалось, что забывчивость Бэма в этот момент была притворная, он явно не хотел участвовать в том, что задумала Яя. Или просто предпочёл провести время с Етао, пока была такая возможность. Одно из двух.              — А тебя Цзыхао уже обыскался, между прочим, — эта фраза была обращена уже к Етао.              На мгновение он испугался не на шутку, но потом подумал, что чего-то совсем ужасного произойти точно не могло. В любом случае, его надо было быстро найти. Парень поклонился своим бывшим менторам и убежал в помещение. Очень жаль, что он не увидел, как Бэмбэм провожал его влюблённым взглядом и Джеффу пришлось ощутимо пихнуть того в плечо, чтобы вернуть друга в реальность, после чего оба мужчины рассмеялись.       

***

             — И что он тебе пишет? — Цзыхао снова перевернулся на кровати, пытаясь заглянуть в телефон сидящего рядом Етао. Он, как и подобает лучшему другу, проявлял особый интерес к его личной жизни.              Ещё когда Етао пошёл искать Цзыхао по просьбе Джеффа, он решил, что тот будет единственным, кому он расскажет обо всём, что случилось. И о том, что случится дальше он тоже будет рассказывать только ему. Пока что не понятно, как другие мемберы отреагируют на подобные новости. Тем более сейчас и рассказывать особо нечего. А Цзыхао всегда будет на его стороне, Етао уверен.              — У нас же завтра вечером нет расписания? — парень открыл присланную им табличку с графиком. — А послезавтра мероприятие ближе к вечеру… — вслух рассуждал Етао.              — Планируешь на ночь у него остаться что ли? — Цзыхао всё-таки нашёл положение, из которого ему отлично была видна переписка. Етао даже не предпринял попытку отвернуть экран, потому что знал, что это бесполезно.              — Почему бы и нет?.. — Етао сам в своих словах не уверен.              Вариантов мест для встречи у них было не много, точнее, их вообще не было кроме съёмных апартаментов Бэмбэма. Везде слишком много глаз и ушей и рисковать, идя на свидание в какое-то хоть сколько-нибудь людное место, особенно сразу после окончания шоу, было бы глупо. Вариант не идти никуда они оба даже не рассматривали: физической близости, хоть какой-то, хотелось очень сильно. Несмотря на предложение провести время в его квартире, Бэм ясно дал понять, что это не приглашение в постель. Конечно, если они оба почувствуют, что это будет уместно — почему бы и нет, но совсем не обязательно. Это обрадовало тревожное сердце Етао.              Общаться с Бэмбэмом оказалось легче, чем Етао думал. И дело даже не в том, что под рукой всегда был переводчик. Бэм правда был очень честный и открытый. В его словах не надо было искать подтекст, он не выкручивал фразы и не уходил от ответа. Его мысли и чувства были как на ладони. Етао только привыкал к такому. Его жизнь всегда была полна каких-то немотивированных загадок и фраз с двойным дном и не то чтобы он сам хотел что-то скрывать и привирать, все вокруг него так делали, а быть честным в компании лгунов всё равно что подписать смертный приговор. Но Бэмбэм не боялся. И это было заразительно.              — Тогда тебе придётся вернуться очень рано, до того, как все проснуться, — сказал Цзыхао, — или придумать какую-нибудь отмазку.              — Да, я понимаю, — в словах друга был смысл. — Я что-нибудь придумаю.              — Ты пиши если что, я прикрою, — Цзыхао одной рукой приобнял Етао за плечи, взгляд он всё ещё не отводил от переписки и, судя по голосу, его это всё забавляло. Честно, услышать осуждение из уст друга в такой момент было бы очень больно. Етао очень рад, что его лучший друг именно Цзыхао.              — Спасибо, — он был правда очень благодарен за то, что у него есть поддержка. Посвятив в свою личную жизнь Цзыхао, он понимал, что в какой-то степени тот становится его соучастником в этой авантюре, и, если что-то пойдёт не так… Но Етао надеялся, что до чего-то плохого не дойдёт.              — Слушай, а Бэмбэм такой милый, — Цзыхао не стесняясь листал переписку в телефоне, казалось ещё чуть-чуть и он вообще отберёт смартфон у своего друга.              — Имей совесть, а, — Етао шутливо надулся и, заблокировав телефон, убрал его в противоположенную от Цзыхао сторону. Что не особо имело смысл, ведь тот уже прочитал весь их на удивление объёмный для такого короткого промежутка времени диалог.              Цзыхао рассмеялся и лишь поудобнее устроился на плече своего друга, прикрывая глаза. День был очень насыщенный, им всем нужен был хороший отдых. И Етао очень надеялся, что колотящееся от предвкушения завтрашней встречи сердце сдастся перед усталостью и позволит ему уснуть.