Призрак на трассе
29 апреля 2025 г., 18:11
«Не все призраки исчезают на рассвете. Некоторые остаются, чтобы выиграть гонку»
Шуга сидел за круглым столом в полутёмной комнате, уставившись в экран телефона. Лента новостей снова показывала имя Чон Чонгука на первой строчке результатов — яркое, дерзкое имя, как насмешка. Оно пульсировало на экране, будто нарочно — как вызов лично ему.Он нахмурился, сжав телефон в руке так, что тот тихо хрустнул в пальцах. — Этот дерзкий мальчишка… — прошипел Шуга сквозь зубы, голос с каждой нотой наполнялся сталью и ядом. — Думает, если он быстро ездит, то ему всё сходит с рук. Рядом стоял Чимин — его правая рука и тень, которая знала, когда заговорить, а когда — просто ждать. Он наклонил голову, не перебивая, ловя взгляд босса. Шуга медленно оторвал взгляд от экрана, как будто вынырнул из горячей ярости, и повернулся к нему. Комната казалась тише, чем могло быть возможно: слышно было только гудение кондиционера и напряжённое молчание между ними. — Нам нужно его притормозить, — тихо сказал он, но голос звенел холодом. — Он слишком многого хочет. Что там Намджун? Опять щедрит? — Да, он выплатил всё, как обычно, — кивнул Чимин. — Но ставки на Чонгука слишком высоки… — Так! Ставки слишком высоки — пусть убирают их! — рявкнул Шуга, хлопнув ладонью по столу. — Хочет выигрывать — пусть выигрывает. Но удача… Он замолк, в глазах заплескалась тьма, будто в них отражалась надвигающаяся буря. — Удача — штука переменчивая. Так же, как и жизнь. А те, кто на неё полагается, часто остаются с пустыми руками. — Я понял, — коротко отозвался Чимин. — Я всё устрою. Развернувшись, он исчез за дверью. Шуга прикурил сигарету, выпустил сизый дым, наблюдая, как он растворяется в темноте, подобно его мыслям. — Их двое… Но Хосок… — он вздохнул. — Он всегда приходит вторым. А вот Чонгук… Он потушил сигарету об край стола, оставив темное пятно. — Много он хочет… — прошептал он. — А всё, что ему нужно… я могу забрать.***
Сеул задыхался от летнего зноя. Асфальт плавился под солнцем, воздух над дорогами дрожал, как марево в пустыне. Чонгук стоял у уличного автомата с напитками, кожаная куртка висела на руле его байка. Он лениво потягивал колу, наблюдая за прохожими. Из-под белой майки выглядывали татушки, на солнце сверкал пирсинг в губе. Ветер ерошил его волосы, а взгляды прохожих прилипали к нему, как липкий мед: кто с восхищением, кто с завистью. И вдруг… Он почувствовал на себе чей-то взгляд. Резкий, как лезвие по коже. Поднял глаза — и замер. На другой стороне улицы он заметил как кто - то наблюдал за ним. Высокий парень в чёрной куртке и бейсболке, надвинутой на глаза, стоял, прислонившись к стене. Всё в нём — от манеры стоять до того, как он держал руки в карманах, — говорило об опасности и внутренней силе. И ещё… что-то было в его взгляде, хотя глаз почти не было видно. Их взгляды встретились. Мир замер, как кадр из фильма. Ни одного звука. Только солнце, жар, и эта тяжёлая, неотвратимая встреча глазами. Парень слегка наклонил голову, губы дрогнули в намёке на усмешку — или это солнце так сыграло? И — исчез. Растворился в толпе, как дым в жарком воздухе. Чонгук долго стоял, не моргая, пальцы всё ещё сжимали бутылку. — Кто ты, чёрт побери?.. — выдохнул он. Впервые за долгое время его по коже прошёл настоящий мороз. Он ещё не знал, что уже этой ночью всё повторится. И всё изменится.***
Ночь. Сеул в неоне. Двигатели выли, улицы стали полосами света и тьмы. Всё вокруг было как пульс — бешеный, громкий, живой.Чон Чонгук гнал на пределе. Байк под ним словно слился с телом. Сердце стучало в такт двигателю. Он вырывался вперёд. Свет фар мелькал в зеркалах. Он знал — победа близко. И тут - Вспышка. Кто-то пронёсся мимо — будто время замедлилось. Байк, чёрный как ночь, вынырнул из тени и рванул вперёд. На полкорпуса. На миг. Но этого хватило. Гук вдавил педаль в пол. Поздно. На финише его ждали не овации, а злой гул толпы. Хосок подскочил к нему, перекрывая рёв: — Чёрт, Гук, что это было?! Чонгук рывком обернулся — улица за спиной пустела, словно поглотив призрака. Следов гонщика не осталось. Он сжал кулак до хруста. — Я найду его, — выдохнул он сквозь зубы. В сторонке, сливаясь с толпой, стоял Чимин. На губах играла тень улыбки. "Босс будет доволен." Он повернулся и исчез в переулке растворяясь в гудящем неоновом море ночного Сеула.
