bewitched

      Минхо никогда не видел создание наподобие этого.       У демона — предполагает Минхо — широкие плечи, узкая талия. Его поведение скромное, сдержанное и не похожее ни на что, что Минхо когда-либо видел за все те года посещения дома с приведениями.       Минхо всегда заявлял, что это место — пустая трата времени, но, всё равно, ничего путевого не делал, чтобы не быть втянутым сюда. Хёнджин будет не прочь воспользоваться магией, чтобы заставить Минхо последующие три недели спотыкаться на ровном месте, если тот решит «испортить ночь Хэллоуина».       Кроме того, под всеми этими недовольными звуками, Минхо находит милым то, что они остались верны этим традициям. То, что их расписания сошлись — редкость, и встреча со всеми сразу после его дня рождения — само по себе похоже на подарок. Поэтому он согласился.       — У них появился новый актер! — восклицает Феликс, возбужденно кружась, не обращая внимания на то, как крылья щекочут нос Минхо и заставляют его чихнуть.       — Будь здоров, — произносит Чан.       В то же самое время, глаза Минхо находят демона, который кажется появляется и исчезает в коридорах дома. — Похоже, что так, — бормочет он, что-то внутри него притягивало его к рогам, торчащим из миленькой головы демона.       Миленькой. Хах. Минхо даже не осознавал, что так думает, но похоже, что его подсознание впереди него.       — Я пойду…       Минхо затихает, оставляя свою группу кричащих ангелов, фей, и единственного человека (однако Чонин никогда не признает, что кричал, когда они будут на разборе полетов после Хэллоуина) позади. В любом случае они уже привыкли, что разделяются в этом доме-лабиринте, поэтому Минхо вполне может начать это первым.       Что-то есть в прорезающей пространство и заманивающей его фигуре, которую он продолжает видеть.       Минхо посвистывает, поднимаясь по лестнице, и всё вокруг становится тише, когда он заходит в ту часть дома, которую никто не посещает. Вероятнее всего, потому что эта секция аттракциона, наиболее кишащая сущностями. Минхо, со всей своей ведьмовской чувствительностью, может незамедлительно сказать, что магия насыщена в этом месте. Вероятно, в каждом углу этого места прячутся создания…       Позади Минхо звучит шорох шагов, и он выглядывает из-за плеча, чтобы увидеть надвигающегося на него и готового напугать вампира. Не смотря на легкое удивление от нахождения кого-то, кого он точно не ожидал — Минхо ничего не чувствует.       От нарастающего рычания вампира, Минхо остается невозмутим.       Похоже вампир понимает, что Минхо нисколько не боится. Она отступает, её клыки втягиваются. — Что ж, наслаждайся оставшимся временем в Странных чудесах Ву! Аварийные выходы открыты в западной части аттракциона, — произносит она, кланяется и мягко развевает плащ. Минхо моргает, и она улетает прочь в форме летучей мыши. Вниз по лестнице и к следующей жертве.       Прежде чем Минхо выберет, куда хочет пойти дальше, на периферии происходит какое-то движение. Оно торопливое. И достаточно причудливое: оно почти похоже на тень чего-то, кто пытается уйти от Минхо вместо того, чтобы подойти.       Беглец в доме с привидениями. Это большая редкость — заинтриговать Минхо.       Минхо следует за отдаляющимися шагами. Иногда, он теряет того, за кем следует, и ему приходится прикоснуться магией к стене и найти тепловой след. То угасая, то прибывая, Минхо идет по примерному пути, которому следует его загадочная цель.       Затем, рядом с ним звучит тихий вздох, такой близкий, что заставляет Минхо остановится и войти в комнату слева.       Комнаты — любимые места Минхо в этом месте. Они все тематически разные. Эта, похоже, вычурно украшенная спальня: кровать с балдахином и выглядящий древним комод, отодвинутый в угол. Всё помещение освещают свечи. Будто что-то из средневекового романа. Чарующе.       Что-то постукивает по плечу Минхо, и он поворачивается. Не находит ничего. Прищуривает глаза. Здесь кто-то, что-то наблюдает за ним. Минхо это чувствует.       Он проходит в спальню дальше. Дверь скрипит, когда закрывается за ним. Ветер свистит за окнами, скрипит дерево и Октябрь набирает обороты, давая дорогу неизбежной зиме.       В периферии зрения мелькает хвост, и Минхо готов повернуться в последний раз и поймать мистического беглеца с поличным. Вдох. Миг.       — Буу!       Звук вылетел из фигуры, выросшей прямо перед Минхо.       А конкретней — из демона. Это был демон с того раза — тот которого Минхо решил преследовать. Его пальцы на ладонях поджаты, а ногти вытянутые, заостренные, но прелестные. Они выглядят так, будто были подпилены, и окрашены в красивый красный, чтобы они совпадали с фальшивой кровью, пролитой на ключицы. Его рот все ещё приоткрыт в форме у после восторженного буу!       Минхо дважды проходится взглядом по демону и его осеняет.       С силой несущегося на полной скорости поезда, нежелающего останавливаться ни перед кем, он очень быстро осознает, что этот демон — горячий. Милый и горячий. Порок Минхо — слабость. Милые парни, которые выглядят так, будто заплачут, когда их подразнишь. Ходячий дух желания, который каким-то образом упал прямо Минхо в руки.       Минхо снова моргает, отстраняется, чтобы получше взглянуть на актера. Точно новый работник, потому что Минхо никогда его прежде не видел и похоже, что он переполнен нервной энергией. Полные щёки, круглые губы, большие глаза. Он выглядит так, будто он тот, кого нужно пугать, а не тот, кто пугает.       — Эм, — произносит демон, его лицо оттаивает от милого выражения лица, которое он прежде сделал. Зубы обнажены, брови сведены. Он опускает руки и горбится, вздыхая. — Многовато для первой пугалки… — бормочет он под нос, но Минхо все равно ловит его слова.       — Эй, — говорит Минхо, его голос ласков. — Я Минхо, приятно познакомиться с тобой. Ты здорово измотал меня беготней. Я был в шоке.       Он пытался звучать, как можно искренней, и награда — поднятые и смотрящие на него сквозь прелестные ресницы яркие, полные надежды глаза — стоит того.       В глазах демона свет потускнел так же быстро, как и загорелся. — Сначала, я поверил тебе. Но не думаю, что ты вообще испугался, — говорит он. Он надувает губы, как только слова вылетают изо рта. Минхо внезапно проголодался. Он хочет схватить нижнюю губу между зубами и потянуть, куснуть до красноты и угрозы синяка. Этот демон слишком милый для его же блага.       — Если это поможет, — произносит Минхо, ступая ближе и немного сокращая между ними дистанцию. На сделанный Минхо шаг вперед, демон делает шаг назад. — Это не было страшно, потому что я был слишком занят думами о том, какой ты милый, — нахально заканчивает он.       — Что? Ох… — демон издает задушенный звук, переходящий в кашель. — Прости, я прошу прощ…подавился слюной.       Пожалуйста не говори о том, как ты давишься чем-то прямо передо мной, хочет сказать Минхо. Он улыбается и качает головой, вместо этого пытаясь успокоиться.       — Я не могу поверить, что ты, думаешь, что я милый. Ты типо…ага. Спасибо, — произносит демон, румянец высоко восседает на его щеках. Минхо ловит это, когда на фоне вспыхивает, а затем отключается свет.       — Это…немного помогло. Я всё ещё хотел напугать тебя, потому что это мой первый рабочий день, и они сказали мне, что у нас есть квота на испуг, которую я должен выполнить, хотя я всё ещё не уверен, как они отслеживают такое? Я мог бы солгать… Но у меня есть чувство, что Боб из комнаты Ведьм и Колдунов может просто рассказать. Он постоянно продолжает и продолжает говорить о том, что я не похож на того, кто может напугать кого-то… — он замолкает.       — Ахх, кстати, я Джисон. Я болтаю разную чепуху. Прости… ты очень прелестный и я тебе небезразличен и… ты такой…       Минхо мычит, охваченный желанием сделать что-то. Сделать это чем-то большим, чем простое мимолетное общение. — Ну, я особенно рекомендую пойти в другую часть дома и найти Феликса, он бы очень сильно напугался, если бы ты сделал ему буу в лицо. — Джисон внимательно кивнул. — Хотел бы я помочь тебе выполнить квоту, дорогой, — добавляет Минхо.       Джисон издает другой звук, но Минхо не может точно понять, что он означает. Прежде чем он смог бы это выяснить, его перебили.       — Ну, ты мог бы…помочь мне, то есть. Мы можем попробовать ещё раз? И ты мог бы притвориться, что испугался меня.       Минхо хмурит брови. Это милая просьба, но он не уверен, что это действительно поможет Джисону с работой.       Джисон зарывает сомнения Минхо, выпученными глазами. — Что если я вежливо попрошу? Скажу «пожалуйста»? — хвост Джисона качается позади него, его раздвоенный кончик двигается так неистово, что это почти напоминало Минхо о собаке, виляющей хвостом. Он поднимает голову, подбородок приподнят, когда он произносит пожалуйста.       Его лицо взывает имени Минхо под светом свечей, и Минхо — глупец своим порокам.       — Ты бы вежливо попросил, чтобы напугать меня?       Джисон охотно кивает. — И, — он отворачивается, нервничая. Выпрямляет свои плечи, выдыхает через нос. — Может… мы могли бы после сходить на свидание?       Минхо сдается желанию, что плескается в венах.       — Окей, — произносит Минхо, наклоняясь так, чтобы делить воздух с Джисоном. — Я буду ждать этого свидания. Будешь хорошим и дашь хёну фору? И тогда можешь прийти и напугать меня.       Во рту Джисона должно быть настолько мокро, что, когда он сглатывает это отчетливо слышно. Образ, что проносится в голове Минхо, заставляет его глаза затрепетать. Проходящий сквозь него, как фантом из скользо-слюнявого желания.       — Ага, — слабо отвечает Джисон. Волосы, аккуратно подстриженные обрамляют его лицо, прекрасно для того, чтобы рука прошлась сквозь пряди. Они такие густые, что маленькие рога, что торчат из его головы с каждой стороны не всегда заметны.       Вот так близко, Минхо наконец может увидеть детали. Он замечает — Джисон отвернулся будто напуган. Он замечает его несильную дрожь. Тремор. Он видит, как хвост Джисона оборачивается вокруг талии, проникая под плотно облегающую футболку и совершает движения вверх и вниз по боку талии. Словно он пытается заземлить себя.       — Окей, хён. Спасибо тебе. Нет, — он трясет головой, — Я имею ввиду, — Джисон выпячивает грудь, его хвост разворачивается на талии и становится ровно позади него, возвращая себе немного уверенности. — Я собираюсь так сильно тебя напугать.       — Мм, а как же. Закрой глаза, не хочу, чтобы ты видел в каком направлении я пойду. Не жульничай, — игриво произносит Минхо.       Джисон отходит назад, давая Минхо выйти из комнаты. — Мне не нужно жульничать, — нагло отвечает он. — Я поймаю тебя. — глаза Джисона меняются, открывая черную бездонную яму, и лишь эта небольшая попытка запугать, заставляет Минхо захотеть сказать нахуй этой игре и забрать их отсюда.       Странные чудеса Ву всегда был предсказуем. Скримеры на каждом углу. Тут и там аниматроники, если вы решите открыть дверь в комнату, кажущуюся обманчиво привлекательной. Несколько вызывающих, очевидных надписей НЕ ВХОДИТЬ написанных красным, практически взывающих посетителя увидеть, что за ними скрывается.       Минхо идет по коридору, который очень хорошо знает, и клянется, что слышит вдалеке крик Хёнджина, где-то под собой. Они, должно быть, пошли по железнодорожным путям. Он мягко качает головой, каждый раз вспоминая, что они поклялись избегать подвал, после того, как в последствии Чан ни одной ночи не смог провести без объятий.       Дальше, за криками Хёнджина слышится легкий топот, слишком далекий, чтобы услышало человеческое ухо. Минхо понимает, что он сам жульничает, используя магию для этой маленькой игры, которую они затеяли; незнание Джисона, не навредит ему.       Джисон через два коридора налево. Едва ли кто-то ещё есть в этой части дома и Минхо обнаруживает, что делает резкий поворот и приближается ближе к Джисону.       Джисон — молодец, Минхо отдает ему должное. Вместо того, чтобы идти за ним — он двигается хаотично. Отдаляясь, а затем приближаясь, а затем снова отдаляясь, так что Минхо не понимает, что от него ожидать.       К сожалению, Минхо знает, не смотря на изобретательно Джисона. Вот поэтому он взял на себя шанс поменять правила игры. Нечестно? Возможно. Но есть что-то в том, чтобы внимательно слушать каждое движение Джисона — от этого Минхо хочется наброситься на него. Он хочет быть причиной нарисованного удивления на лице Джисона. Он хочет почувствовать триумф от поимки Джисона, не важно насколько легкая он добыча.       И ещё один намек на бурлящее чувство в венах. Осознание, что Джисону понравится это. Ему понравятся острое ощущение того, что на него охотятся вместо того, чтобы самому быть охотником.       Минхо скользит в подсобные помещения. Он знает это место слишком хорошо, потратив слишком много скучных часов, теряясь, потому что все разбегались в разных направлениях, как только их что-то пугало.       Подсобные помещения запутанные, длинные тоннели, проходящие через секретные входы, встроенные в каждую секцию. Минхо случайно наткнулся на них в одну из Хэллоуинских ночей три года назад, когда споткнулся о декорацию и в попытке сохранить баланс открыл дверь.       Джисон в месте под названием Гильотинная Камера. Ножи в этой комнате всегда были слегка низкокачественными, чрезмерно фальшивыми и с тупыми краями, но Минхо ценит приверженность теме.       Джисон останавливается на месте, мешкая. Из его хождения взад и вперед Минхо точно может сказать, что он растерян в том, куда пойти дальше.       Прекрасно. Он отвлекся.       Минхо проскальзывает через черный вход комнаты, наконец мельком замечая тень Джисона. На полу, где силуэт Джисона отражается благодаря тусклым лампам над ними, видно хвост, обернутый вокруг ноги и рога. Джисон водит ладонью по огромной гильотине занимающую центральное место в комнате. Минхо крадется, скользя по стене за ножами прямо за Джисоном, когда тот оборачивается к нему спиной.       Джисон почти ударяется головой о выступающую перед ним деревянную платформу, подавляя вскрик, когда пытается остановиться себя. Он тихо бормочет блять, и Минхо сдерживает хихиканье. Такой милый демон.       Сейчас Джисон на расстоянии вытянутой руки. Для своего преимущества Минхо использует свою скрытность, тихо пригибаясь и подходя ближе; когда он творит магию прямо в мускулы его тело становится легче.       Джисон вздыхает, и Минхо встает позади него, его руки заключают всю фигуру Джисона, поглощая его. Джисон остается блаженно расслабленным.       — Буу, — говорит Минхо прямо в ухо Джисону, проводя рукой и фиксируя его к своей груди, притягивая их ближе к друг другу, так, что губы касаются мочек ушей, когда он говорит. Он чувствует, как Джисон подпрыгивает в его объятиях, чувствует его учащенное сердцебиение под руками. Хвост Джисона беснуется, оборачиваясь и дергая за Минхо руку, пробуя её снять.       Минхо усиливает хватку. Он тянет другую руку назад, вытягивает из стены один из дерьмовых ножей и прислоняет к боку Джисона, тыкая в его одежду. Джисон хнычет от того, что нож давит в него, даже если тот не представляет угрозы; Минхо опускает нос к шее Джисона, вдыхая.       — Х-хён. Что…как ты… — Джисон звучит задушено, произнося эти слова, — откуда ты вообще пришел…       Минхо воркует. — Бедный маленький Джисон. Я напугал тебя?       — Мнгх. Я-я должен был это сделать, — по коже Джисона пробегают мурашки — Минхо так близко, что видит их. Он наклоняется и оставляет поцелуй на плече Джисона, прямо поверх футболки. — Ах…       — Стоит ли хёну продолжать трогать тебя? — спрашивает Минхо, поднося вплотную и растопыривая руку, что держит Джисона, к основанию шеи. Кожа Джисона теплая под ладонью, а грудь слегка вздымается. Минхо задается вопросом, красная ли она.       — Да. Я сплю? Да, пожалуйста. Но… Я был тем, кто хотел поймать тебя, — скулит он.       — Ты должен был это сделать. Но ты был таким медленным, малыш. Это было нарочно? Ты хотел, чтобы вместо этого тебя нашёл хён, — Минхо произносит это прямо в шею Джисона, чувствуя, как подскакивает кадык, когда он сдвигает нож вниз к талии и просовывает его под подол футболки, дразня кожу краешком. — Ты хотел, чтобы я напугал тебя.       Джисон стонет, его тело трясет, будто наэлектризованное. Он бы отпрянул от Минхо, если бы тот не держал его. Спина всё равно прогибается, и когда Минхо начинает оставлять поцелуи на шее, то чувствует вибрацию маленького беспомощного звука, что Джисон издает.       — Скажи мне, — шепчет Минхо, покусывая ухо Джисона. — Что будет теперь, раз я поймал тебя?       Джисон не отвечает, вместо этого стонет, когда нож проскальзывает под резинку штанов, дразня низ живота. Минхо кладет палец на тупой кончик ножа и давит, так чтобы почувствовать, где он упирается в Джисона.       — Ах… — Джисон становится податливым в руках Минхо, вскидывая бедрами вверх. Где-то издалека, эхом разносятся механический волчий вой. Он сопровождается громким гоготанием, которое заставляет Минхо подумать, что кто-то должно быть переигрывает. Не нужно быть таким громким, чтобы напугать. Минхо точно знает.       Магия Минхо опережает его самого. Нож в руке, прежде пластиковый и безобидный — трансформируется. Под рукой он становится острым. Стальным. Он чувствует, как Джисон замирает. Он почти слышит сердце Джисона настолько оно громкое, живое под кончиками пальцев.       Рука Минхо поднимается, мягко обхватывая горло Джисона. Джисон откидывает голову назад, сильнее прижимая шею к руке Минхо, и приоткрывая рот.       Нож в руке Минхо теперь тяжело лежит. Острый. Реальная опасность. Плоское ребро находится на одном уровне с нижней частью живота Джисона. Одним движением он может…       Джисон содрогается в его объятиях, и Минхо убирает от него нож. Джисон громко скулит. — Хён, — выдыхает он, переставляя свой вес с одной ноги на другую. — Ты можешь…оставить его. Нож…ммнгх… — его голос превращается в стон, когда холодная сталь ножа возвращается к коже, его заостренный край задевает живот, когда Минхо медленно и аккуратно рисует окружность.       — Ты хочешь, чтобы я продолжал этим прикасаться к тебе?       — Да, пожалуйста. Пожалуйста, — произносит Джисон, его голос уже так оттрахан, что Минхо не может поверить, что ему так случайно повезло.       — Тогда стой смирно, — бормочет Минхо, в предупреждении сжимая ладонью горло Джисона и проводя ножом по торсу вверх. В процессе футболка Джисона приподнялась, открывая медового оттенка кожу, заставляющую Минхо хотеть полностью её вылизать.       Он следит за траекторией ножа из-за плеча Джисона, смотрит, как румянец растет на его груди. Он наблюдает как Джисон вздрагивает под ним, трясется будто пытается очень, очень сильно делать то, что сказали. Стоять смирно.       — Я сказал стой смирно, Джисон, — произносит Минхо, его голос почти прозвучал, как рычание, когда Джисон попытался снова толкнуться, чтобы ощутить нож на своей коже. — Что если я наврежу тебе, хм?       Джисон стонет. Минхо понимающе мычит, в том месте, где его рот посасывал синяк возле затылка.       Почти бескостный, Джисон всем своим телом опирался о Минхо. Он снова откидывает голову на плечо и поднимает глаза, наполненные влагой и нуждой.       — Блять, — вполголоса произносит Минхо, пораженный этим зрелищем. Резко, он поворачивает Джисона и толкает к ближайшей стене. Рядом с ними искусственная трещина из которой капает фальшивая кровь. Непрекращающийся звук тип тап тип тап — до этого наполнявший комнату — теперь сменился на продолжающие вылетающие изо рта Джисона хныканья, когда Минхо грубо обращается с ним, толкая его. Стена, сделанная специально скрипучей, воет за ними.       — Ууфннгг- хён. Что… — спрашивает он; глаза стеклянные и потрясенные.       Минхо поднимает нож обратно к груди Джисона, наклоняя так, чтобы он едва касался поверхности кожи. Он наблюдает, как дрожь проходит по всему телу Джисона. — Я задал тебе вопрос, — говорит Минхо, его голос отчитывающий. — Что если?       Нож замирает там, где до этого почти надавливал. Джисон жалобно скулит. — Я хочу, чтобы он сделал больно — хёнххх — хочу, чтобы ты сделал мне больно, пожалуйста, — произносит он.       Минхо взирает на Джисона, беспокоясь о спрятанной в его взгляде напряженности. Взгляд Джисона ясен, и он охотно кивает, подстегивая Минхо.       Минхо рисует ножом маленькое сердечко на груди Джисона, слишком аккуратно, чтобы не оставить рану, которую он так хочет. — Окей, малыш. Я сделаю тебе больно. Раз ты так хорошо просишь.       Как только нож касается выпуклость груди Джисона, Минхо давит сильнее, чем прежде, пока не появляется маленький порез там, где бешено бьется сердце. Кровь начинает медленно сочиться, и Минхо прячет нож под рукавом, острием подальше от Джисона. Он подносит большой палец и размазывает кровь, рисуя полосу вверх по груди, вверх по линии горла Джисона.       — Прекрасно, — бормочет Минхо. Он поднимает свой большой палец ко рту и кружит по нему языком, слизывая вкус Джисона. — И вкусный, — он мычит вокруг пальца, убеждаясь, что он чист.       Джисон облизывает губы, и они блестят от слюны, пялясь на Минхо, с приоткрытым ртом и беззастенчивостью. Если бы Минхо не был так близко, он бы не услышал маленький, сдавленный звук, что вылетел из Джисона, когда он выпустил изо рта свой палец с мягким звуком поп. Минхо просовывает бедро между ногами Джисона, приподнимая вверх и ощущая каким твердым он стал. Лишь от небольшой боли.       — И такой милый, — продолжает Минхо, наклоняясь вниз, чтобы провести языком по линии высохшей крови на горле Джисона. Он оставляет горячую, влажную полосу, останавливаясь, когда чувствует, как дергается кадык под языком. Он прикусывает здесь кожу, становясь всё более голодным от того, как наполовину твердый член трется о бедро. Он движется пока лицо не оказывается на одном уровне с Джисоновым.       Минхо способен контролировать себя лишь до определенного предела. Он хотел заставить Джисона ждать, хотел заставить его скулить о большем. Может, оставить ещё несколько порезов на его прелестной коже и заставить его стать ещё больше красным, а не только слегка покраснеть.       Вместо этого, Минхо сталкивается с отчаянием на лице Джисона, молящим его поиграть со своим уловом.       Он толкает бедро вверх, и Джисон высоко стонет. Джисон подается бедрами вверх, гоняясь за давлением, а его хвост самостоятельно вырывается позади него и оборачивается вокруг талии Минхо в попытке притянуть его ещё ближе.       — Шшшш, — успокаивает Минхо, наклоняясь и выпивая следующий звук, что покидает рот Джисона поцелуем. Легкое касание губами мгновенно становится горячим и глубоким. Он наклоняет голову, соединяя свой рот со ртом Джисона, язык в его рту сталкивается с небом.       Рот Джисона столь же нетерпелив, его язык изучающий, любопытный. Он мокро скользит по задней части зубов Минхо, и стонет прямо в поцелуй, когда Минхо позволяет ножу с грохотом упасть на пол, чтобы дотянуться до кончика хвоста Джисона, покоящегося на тазовой косточке Минхо. Почти внезапно, Джисон выгибается в объятиях, его член дергается под всей той тканью между ними, когда пальцы Минхо касаются его хвоста.       Чувствительный, думает Минхо. Он слегка щипает кончик хвоста, и Джисон визжит в его рот, болезненный звук растворяется в медленном движении его бедер о бедра Минхо. Джисон катается на его бедрах медленно, так, будто пытался убедиться, что Минхо этого не замечает.       — Посмотри на себя, — произносит Минхо. Грань чего-то грубого, такого же острого, как нож, который был на коже Джисона, сквозит в его словах. — Трется об меня, в месте, где тебя каждый мог бы увидеть. Я думал, ты хороший мальчик, малыш.       — Я хороший, — Джисон судорожно вздыхает. — Х-хён…заставил меня. Ты… Я…хнхгпожалуйста.       — Я заставил тебя «что»? Разве Джисон-и не хотел напугать меня? — напевает он, протискивая руку между ними и проталкивая её под резинку штанов Джисона. Он царапает кожу ногтями, его магия угрожала выплеснуться наружу с тем, насколько огромным выросло его желание за такой короткий период времени.       — Ты знаешь, о чем я думаю? — интересуется Минхо, протискивая руку ещё ниже и касаясь Джисона через брифы.       — Хтг, — Джисон медленно моргает, а его глаза превратились в черные сферы. Хвост Джисона двинулся вниз, самостоятельно оборачиваясь вокруг бедра Минхо мертвой хваткой в ответ на вопрос. Минхо принимает это за «да».       — Ты заставил меня сделать это. Я пытался позволить тебе найти меня. Но ты не смог удержаться не так ли? Такой медленный, будто молил хёна подкрасться к себе.       — Нет, — стонет Джисон. — Ты не прав. Я просто хочу… Я хочу… — он затихает, бедра поддергиваются под рукой Минхо, поглаживающую длину Джисона и погружающую большой палец туда, где он становится влажным. Влажным для Минхо. Джисон съезжает по стене вниз, толкаясь бедрами навстречу Минхо так, что это движение дает хоть какое-то трение его члену.       — Полегче, малыш. Иди сюда, — успокаивает Минхо, его голос обманчиво мягкий, когда он берет Джисона за талию и подтягивает выше, притягивая его тело к себе, так чтобы у того не было возможности извернуться.       — Я знаю, что ты хочешь, — произносит он напротив губ Джисона, его глаза прикрыты, когда он сокращает дистанцию между их губами.       Рука Минхо возвращается обратно в штаны Джисона, в этот раз воздерживаясь от поддразнивания ткани для того, чтобы почувствовать Джисона, твердого и теплого в руках, дергающегося, когда Минхо начинает надрачивать.       — Вот так, — произносит Минхо между небрежными поцелуями, между их губами ощущается липкая слюна, пока рука набирает скорость. — Хороший мальчик, — хвалит он, ощущая, как щель на члене Джисона становится ещё более влажной, от этих слов. Отчетливый хлюпающий звук движения руки Минхо становится громче.       — Такой громкий, — шепчет Минхо, прерывая их поцелуй, чтобы посмотреть, как лицо Джисона краснеет. Он убирает руку с члена Джисона и улыбается болезненному звуку, который тот в результате издает.       — Шшш, я позабочусь о тебе, малыш. Хочу, чтобы ты был громче, — произносит он, поднося руку, что ранее была на члене Джисона, всё ещё блестящая предэякулятом, к своему рту. Он плюет в неё и чувствует, как жидкость стекает вниз по подбородку. Джисон как в трансе наблюдает, подпрыгивая, когда рука Минхо возвращается к его члену, надрачивая ему более влажными движениями. Его слюна делает скольжение ещё более скользким, чем до этого.       Джисон — громкий. Такой громкий, что это должно вызвать тревогу в этом месте. Ему стоило бы сказать Джисону быть потише, а не помогать ему преодолевать звуковой барьер.       За исключением того, что Минхо с помощью своей магии позаботился о том, чтобы ни единый звук не просочился из этой комнаты задолго до того, как залез в штаны Джисона. За пределами комнаты активно работают чары, блокирующие её для всех остальных посетителей. Несмотря на то, что Минхо и Джисон только познакомились, мысль о том, что кто-то ещё зайдет и вот так увидит Джисона, заставляет зрение Минхо затуманиться яростью ревности.       Нет, думает Минхо. Он не будет делиться. Он оставит Джисона себе используя все средства, что есть в его кончиках пальцев.       А Джисон — Джисон не знает всего этого. Тот факт, что он прислушивается к требованиям быть громче, даже сквозь смущение, просвечивающееся сквозь пятна красного на его круглых щеках, вызывает трепет под кожей Минхо.       Джисон стонет в рот Минхо. Некоторые его звуки проглатывались языками, а некоторые эхом разносились в огромной комнате, отскакивая от стен. Когда Джисон начинает хаотично тереться в его хватке, Минхо ускоряет свою руку с единственной целью, заставить Джисона кончить вот так. На движении вверх, он сильно вдавливает большой палец в щель Джисона, со знающей ухмылкой, он упивается шипением, что выходит изо рта того.       — Я…хён, я собираюсь…нгх…       Минхо довольно мычит. Он смотрит в сторону, замечает, как хвост Джисона разворачивается на талии. — Ты и здесь чувствительный, мм?       — Хмда…дада да, — говорит Джисон, когда Минхо берет в руку хвост, поглаживая вверх и вниз в такт своим движениям. Он дергается в руке, то тут, то там, будто не знает, что делать, и Джисон издает прерывистый звук прямиком в ухо Минхо.       — Ах…кончаю… — хнычет он, выгибая спину и толкая себя в руку Минхо, прежде чем извергнуться в его кулак.       Минхо останавливается, убирая руку с хвоста Джисона.       Джисон, почти неосознанно, двигает хвостом, чтобы обхватить их обоих, притягивая их ещё ближе чем до этого. Минхо улыбается, пряча лицо в шее Джисона и мягко покусывая кожу. — Хороший мальчик, — произносит он, аккуратно засовывая член Джисона в штаны. — Такой хороший.       Джисон издает сдавленный звук. Он прочищает горло, прерывисто вздыхая и поглаживая руками бока Минхо. — Что если… я тоже хочу позаботиться о хёне, — говорит он, слышно, как он дуется.       Минхо толкает бедрами вперед, убеждаясь, что Джисон точно почувствует, какое влияние он произвел на него. Его рука пробирается за Джисона, хватая его задницу и массируя его ягодицы через ткань. — Вроде как хочу быть в тебе, — шепчет Минхо, медленно покачивая бедрами вперед.       — Да, — задушено произносит Джисон. Рука Минхо снова сжимает его задницу. — Тебе стоит. Я просто…не хочу, чтобы кто-то вошел… — он нервно переводит взгляд на дверь в передней части комнаты.       Минхо утыкается носом в щёку Джисона. Отстраняется, позволяя глазами вспыхнуть в доказательство своей магии. Джисон растерянно моргает, приподнимая свои брови.       — Хён удостоверился, что никто не зайдет, малыш, — успокаивает Минхо. Джисон в неверии вздыхает, и посмеиваясь, когда наступает осознание.       — Так это ты жульничал, — обвиняет он, показывая пальцем на Минхо и тыкая в его грудь.       Минхо пожимает плечами. — Я никогда не говорил, что не буду грязно играть, — игриво говорит он, целуя и покусывая надутые губы Джисона, не в силах сопротивляться тому, какие они розовые, когда влажные и выпяченные — все для того, чтобы Минхо видел.       — Ты должен загладить передо мной вину, — внезапно произносит Джисон. Его рука неожиданно пробирается между ними и ложится на прикрытый одеждой член Минхо. Бедра Минхо дергаются, и он вскидывает бровь.       — Как пожелаешь. — Минхо отходит назад и поворачивает Джисона, прижимая его лицо к стене. Пока Минхо удерживает его вот так, Джисон толкает свою задницу ближе к промежности.       Член Минхо вздрагивает, там, где соприкасается с задницей, и ему не нравится, что он слишком одетый. Он протискивает ногу между Джисоном и расставляет его ноги.       — Сними это для меня, — говорит Минхо, натягивая пояс штанов и бриф, а затем резко отпуская их на место. Джисон слегка подпрыгивает, всхлипывая и делая то, что сказали. Минхо освобождает место для Джисона, пока тот стягивает последний барьер между ним и Джисоновой задницей.       Минхо требуется немного времени, чтобы налюбоваться зрелищем, прежде чем он сокращает между ними расстояние. Штаны и трусы Джисона обхватывают бедра, когда он оттопыривает задницу в направлении Минхо, слегка покачивая ею, будто просит внимания.       — Миленько, — произносит Минхо, пока отводит руку назад и оставляет хлопок на мягкой половинке, округлой и такой прекрасной. Джисон пораженно вскрикивает и сильнее вжимается в стену. Его спина выгибается ещё больше, а его задница теперь красная от удара.       — Ещё, — вздыхает Джисон.       Минхо уступает. На этот раз крепкой рукой, он оставляет ещё один шлепок на ягодицу, которую пощадил в прошлый раз, сразу после успокаивая её, пока ладонь звенит от удара. Издаваемый Джисоном болезненный звук растворяется в стоне, громком, и непристойном, и…       — Развратный, малыш. Вот, кто ты, — замечает Минхо, растирая ягодицы Джисона в своих руках и оттягивая их. Он ощущает, как слюна скапливается во рту от этого вида. Он легонько проходит сухим пальцем по дырочке Джисона и сплевывает на поясницу, чувствуя, как его вход сокращается от едва касающегося прикосновения Минхо. Слюна стекает вниз по изгибу тела Джисона, выгнутого для Минхо.       Минхо не может оторвать взгляда. — Хочешь быть оттраханным, Джисон-а? — грубо спрашивает он. Он нашёптывает чары, чтобы смазать свои пальцы и легонько коснуться ими дырочки Джисона, обводя ободок. Поддразнивая. Он чувствует, как Джисон сжимается вокруг пустоты, ощущает, как он трепещет, будто жаждет этого.       Джисон толкается назад в руку Минхо, подгоняя его. — Да, внутрь меня, пожалуйста, — произносит он.       После этого Минхо не стал долго ждать. Он медленно вставляет указательный палец в Джисона. Скользя по его стенкам. — Такой блядски тугой, малыш, — стонет Минхо, его собственный член пульсирует мыслью, о том, чтобы быть окутанным в теплую влажность, что обволакивает его палец. Джисон легко раскрывается ему. В мгновении ока, Минхо набирает скорость, касаясь точки, что заставляет Джисона изо всех сил ухватиться за стену, пытаясь удержаться на ногах.       Минхо добавляет ещё один палец, раздвигая их внутри. Когда Джисон просит снова сползти по стене, хрипя и задыхаясь почти безумными словами, покидающими его рот, Минхо возвращает его в вертикальное положение, дергая и притягивая за волосы. Он растопыривает пальцы, задевая костяшками рога Джисона. Это движение заставляет Джисона сжаться вокруг пальцев Минхо, насаживаясь на них.       — Ох, — произносит Минхо, хватая один из рогов Джисона вместо волос и наблюдая, как выгибается его спина. Большим пальцем он поглаживает грубую кожу на рогах, ощущая, как Джисон вздрагивает от стимуляции. — Тебе это нравится, — говорит он, больше утверждая, чем спрашивая.       Минхо трахает Джисона мокрыми пальцами, удерживая его на месте за рога. Джисон стонет, его голос теперь звучал немного искаженно. Влажно, будто он собирался заплакать от того, как ему хорошо.       — Хён…я готов, мне…нужен твой член, — говорит он, икая между словами, когда пальцы Минхо проходятся по сладкой точке.       Минхо вытаскивает пальцы и расстёгивает штаны. Его член красный, почти в ярости от того, как сильно он с этим затянул. Он хлопает им по дырочке Джисона, но вся его решительность тает, когда Джисон шире расставляет ноги и преподносит себя для Минхо. От этого движения член цепляется за то место, где он уже разработал Джисона и подготовил для себя, давая ему мельком ощутить, каково это быть внутри.       Минхо действительно не может больше ждать. Он подгоняет себя с дырочкой Джисона и толкается, слишком быстро для того, чтобы каждый мог подготовиться к этому. На одном дыхании он входит до основания, и Джисон издает самый громкий звук за все время, беспомощный от ощущения растяжения. — Так хорошо. Такой большой, хён — такой большой. Как ты поместился внутрь…нгх, — он толкается бедрами назад, втягивая Минхо настолько, насколько может. — Хён, вероятно сломает меня, ах…хённгггх, трахни меня, пожалуйста, — просит он.       Подстегнутый словами, Минхо поддается и начинает безжалостно трахать его. Держа бедра Джисона на месте, Минхо входит и выходит из него, будто пытается сломать его. Впрочем, в то же время, он знает — Джисон выдержит. Он всё выдержит.       Каждый раз, когда Джисон сжимается вокруг него, Минхо ускоряет движение бедер. — Принимаешь меня так хорошо, прекрасно, — произносит сквозь стон Минхо.       В точке опоры, там, где Джисона поддерживают руки, его ногти царапают стену, пальцы слегка скручиваются будто не знают куда себя деть. Джисон откидывает голову назад и Минхо наклоняется вперед, облизывая линию его шеи, покусывая его ухо.       — Я…б-близко, — запинается Джисон.       — Кончи для хёна, малыш, — произносит Минхо, неуверенный тем, как он держался так долго, когда Джисон такой влажный и тесный вокруг него, но он не жалуется — он хочет почувствовать, что будет дальше.       Джисон сжимается вокруг члена Минхо почти болезненно, и это давление толкает Минхо к его собственному краю, его член пульсирует внутри Джисона. Джисон доит его, выжимая каждую каплю спермы из Минхо, пока она не оказывается глубоко внутри него. Когда минует пик оргазма Джисона, Минхо выходит и вталкивает свою сперму обратно в Джисона, достаточно убеждаясь, что вся она там, где и должна быть.       — Хотел бы я вставить в тебя плаг, — говорит Минхо, наблюдая как его семя вытекает из Джисона, когда вытаскивает пальцы.       — Хён, — хнычет Джисон. Он не перестает стоять с раздвинутыми ногами, так что Минхо может смотреть.       Как только он заканчивает наблюдать, желание Минхо позаботиться о Джисоне многократно усиливается. — Хочешь, чтобы я привел тебя в порядок, дорогой? — спрашивает Минхо, утыкаясь носом в шею Джисона и оставляя маленькие поцелуи в месте, где бьётся его пульс.       Джисон кивает, и быстрым взмахом пальцев Минхо снова приводит его в порядок и презентабельный вид, после чего он сможет снова натянуть штаны без необходимости ходить и терпеть неприятную влажность. Хотя, ничто не уберет следы, что Минхо оставил на его шее. Или знакомую ломоту, от того, что тебя трахнули, ту болезненность, которая возникнет на следующий день. Джисон будет ощущать это, и Минхо этому очень рад.       Джисон поворачивается, оставляя чмок на губах Минхо.       — Итак. Хён вымотал меня. Я постараюсь впервые напугать кого-нибудь завтра, — произносит он с уверенным кивком. Слишком, блять, милый, даже после того, как его оттрахали. — Знаю, что в конце концов я не напугал тебя, но ты всё ещё хочешь пойти со мной на свидание?       Глаза Джисона блестят, когда он задает этот вопрос. Минхо берет его руку. — Только, если мы выйдем через черный ход. Не хочу, чтобы нам кто-то помешал.       — Конечно, я тоже этого не хочу…погоди. Здесь есть черный ход?       Минхо подмигивает Джисону и выводит их из дома, тихо благодаря Странные чудеса Ву за их неудачные методы обучения сотрудников. В конце концов они подарили ему самого милого демона в мире.