Staff only
19 июля 2025 г., 08:29
Примечания:
Всем привет. Это традиционный подарок вам от меня в мой день рождения. Мой любимый троп. мои любимые метки
Тэхён протёр очки и вернул их на переносицу. Поправив зеркало заднего вида, проверил боковые и выехал с подземной парковки своего жилого комплекса. На улице стояла невыносимая жара, но, к счастью, кондиционер спасал и позволял находиться в машине в костюме-тройке без ущерба для комфорта и самочувствия. Летний зной плавил асфальт и заставлял воздух «плыть». Давненько не было такого пекла.
Через тридцать минут он уже парковался на подземной стоянке своего офисного здания. А дальше всё по старой схеме: лифт, длинный коридор, приёмная директора «K-Cons» и рабочие вопросы до самого вечера. Будучи руководителем небольшой, но успешной компании, Ким Тэхён ценил время, график и чёткое следование инструкциям.
— Сегодня в десять у вас встреча с господином Чхве и маркетологами компании «LееВС» в малом конференц-зале на пятом этаже, — отрапортовала секретарь, как только часы показали девять утра. — В одиннадцать придут представители компании «JIT».
— Не маловато времени между двумя встречами? — задумчиво спросил сам себя Тэхён. — Ты пробовала перенести вторую встречу?
— Да, но мне сказали, либо в одиннадцать, либо через две недели, — Хару не переживала, что босс будет её отчитывать, поэтому голос её был спокойным и ровным. По крайней мере, она сделала, что могла. А остальное от неё не зависит. И Ким не сомневался в её компетентности. — Думаю, в крайнем случае, они могут немного подождать. Я налью им кофе и расположу в приёмной.
— Да, хорошо. — Тэхён взглянул на часы и достал папку с документами по контракту с Чхве. — Можешь дать им наши буклеты и фирменные сувениры.
Переговоры с Чхве, его замом и маркетологами компании, предложенной ему Тэхёном, продлились дольше, чем он ожидал, потому, как бы ему ни хотелось решить всё за одну встречу, пришлось договориться на продолжение диалога в следующий раз. Согласовав время следующих переговоров, все покинули переговорную, а Тэхён, взглянув на часы, выругался и поспешил к лифту.
Едва створки дверей лифта разошлись, он занял единственное место с краю и взглянул на табло с кнопками этажей. Убедился, что нужный ему уже горит, достал телефон и позвонил секретарю.
— Люди из «JIT» уже пришли? — уточнил он, в очередной раз взглянув на часы.
— Ещё нет, — услышал ответ и успокоился. Что ж, несмотря на то, что его немного раздражают опоздания… Хорошо, сильно раздражают… Но в этот раз ему даже на руку то, что новые и пока неизвестные ему партнёры оказались не очень обязательными.
Лифт остановился, выпуская людей, поэтому он немного посторонился, давая им дорогу. Когда движение возобновилось, кабина чуть дёрнулась и свет едва заметно «моргнул».
— Ого, не застрять бы, — донеслось до Тэхёна со стороны, и он машинально перевёл взгляд на говорившего.
Парень лет двадцати пяти выглядел весьма нетипично для офисного здания. Мало того, что вместо офисного костюма на нём были чёрные карго и короткий бомбер, так ещё и в губе поблёскивало металлическое кольцо. Смерив его внимательным взглядом, Тэхён даже не заметил, как губы его искривились в пренебрежительной гримасе. Он фыркнул себе под нос и отвернулся. Наверняка курьер привёз какие-то документы. Что ж, и такие сюда иногда забредают. Отвернувшись, Тэхён тут же пожалел, столкнувшись в отражении зеркала с горящим злостью взглядом. Глаза сами снова скользнули к пирсингу, затем к слишком свободно сидящему бомберу, открывающему шею, и опустились к рукам, сжатым в кулаки. Чёрт, почему он вообще на него смотрит? Встряхнув головой, он уставился в пол, и по спине пробежали мурашки от тихого смеха — низкого, с хрипотцой, будто нарочно дразнящего.
Выйдя на своём этаже вместе с остальными, Тэхён поспешил по длинному коридору к себе в приёмную. Убедившись, что гостей ещё нет, тут же проскользнул в рабочий кабинет. Он даже не успел сесть в кресло, как в динамике раздался голос Хару:
— Представители «JIT» пришли, господин Ким.
— Да, конечно, пусть войдут.
Тэхён встал из-за стола, чтобы поприветствовать гостей, и на секунду потерял самообладание, вскинув брови, когда увидел среди них того самого парня из лифта. Скорее всего, все они ехали вместе с ним, просто внимание Кима сосредоточилось только на несоответствующем месту «курьере». Он, что же, тоже будет обсуждать рабочие вопросы? Интересно. Быстро взяв себя в руки, Тэхён поздоровался и предложил гостям занять места перед его столом.
— Я заместитель директора «JIT» Ким Сокджин, — представился один из них с лёгким поклоном. — Мы рассмотрели ваши корректировки и согласны со всеми предложениями. Готовы обслуживать вашу компанию прямо с сегодняшнего дня.
— Вы обладаете полномочиями подписывать документы? — уточнил Тэхён. Странно, что директора с ними сегодня не было.
— Да, конечно, — улыбка Ким Сокджина обезоруживала.
— Тогда последний вопрос, — Тэхён покосился на «курьера», не зная, можно ли говорить при нём открыто. — Каким образом будет обеспечиваться ваша хвалёная стопроцентная безопасность? У нас слишком много клиентов и слишком много желающих нажиться на их персональных данных.
— Обновлённый список кодов и паролей будет передаваться вам лично в руки ежедневно в конверте с пометкой «для служебного пользования» единственным бессменным сотрудником, закреплённым за вашей компанией. — Сокджин кивнул на парня в бомбере, и Тэхён теперь понял смысл его присутствия.
— Чон Чонгук, — подал тот голос и передразнил презрительную ухмылку, которой одарил его Тэхён минутами ранее.
— Замечательно, — процедил сквозь зубы Ким и выдавил вежливую улыбку.
— Что ж, тогда подпишем документы. — Сокджин вытащил из папки внушительную стопку бумаг, печать и собственную ручку.
Тэхён сначала взглянул на Чон Чонгука, тот продолжал едва заметно улыбаться. Затем он перевёл взгляд на третьего присутствующего представителя компании, но тот не представился и не сказал ни слова со своей стороны, поэтому он снова переключился на заместителя директора. Принял у него один из экземпляров, одобрительно кивнул и начал подписывать договор о сотрудничестве, внимательно вчитываясь в каждую страницу, хотя всё уже читал до этого в электронном виде. Он привык всё перепроверять не по разу, поэтому полностью погрузился в процесс.
И даже не замечал на себе внимательного изучающего взгляда.
***
На следующее утро Тэхён как обычно приехал в офис одним из первых. За несколько минут до начала рабочего дня секретарь сообщила по внутренней связи: — Господин Ким, пришёл Чон Чонгук. — Да, пусть зайдёт, — ответил он и, не тратя времени, начал открывать нужные ему программы. — Доброе утро, — донёсся приятный голос от двери, и он поднял голову. Странно, почему этот парень вызывал у него такое раздражение. Почему вообще он заострял на нём своё внимание? Несмотря на то, что Чон — закреплённый за компанией Тэхёна представитель обслуживающей его организации, прямого отношения к самому Тэхёну он не имел. И должен был бы восприниматься кем-то серым и безликим. Винтиком в его бизнесе. Но Чон Чонгука можно было назвать каким угодно, но не серым. И уж точно не безликим. Тот явно выделялся из общей массы. Именно поэтому Тэхён настаивал на жёстком дресс-коде в своей компании. Чтобы ничего не отвлекало от работы. А сейчас этот выскочка стоял перед ним, привлекая внимание натренированными грудными мышцами, чётко выделяющимися под тонкой белой футболкой. Может быть, стоило выбрать размер побольше, чтобы та не облепляла так его тело? Разве можно так расхаживать по офисному зданию? А эти рваные джинсы. Ему, что, шестнадцать? Тэхён поймал себя на том, что бессовестно разглядывает вошедшего. И понял он это тогда, когда его взгляд натолкнулся на хитрый прищур парня. Нервно и раздражённо выдохнув, он отвернулся к экрану компьютера. — Доброе утро, — запоздало ответил Тэхён, — пароли? — Вот, пожалуйста. Чонгук протянул ему запечатанный конверт. Тэхён взглянул на его руку, увитую вензелями татуировок, и поджал губы. Если бы он проходил собеседование в его компанию, вылетел бы уже на первом этапе, даже без просмотра резюме. Его внешний вид был слишком… громким. — Господин Ким, — снова отвлёк его Чонгук от невольного разглядывания, — вы всегда приходите на работу так рано? Может быть, мы договоримся, что я буду привозить вам пароли в конце рабочего дня? — А вы что, не любитель ранних подъёмов? — скептически поднял бровь Тэхён. Вот ещё, будет курьер ставить ему условия. — Почему же? Любитель, — пожал плечами тот. — Просто по утрам у меня есть более приятные дела. Но если вы категорически против, то, конечно, я подчинюсь. — Всё должно делаться вовремя, — отчеканил Тэхён и вернул своё внимание компьютеру, намекая, что разговор окончен. — Спасибо, всего доброго. — Да, до свидания, — и в голосе Чонгука ему послышалась усмешка, но поднимать взгляд и проверять, так ли это, не очень хотелось. Директор нервно отбросил ручку, чувствуя, как внутри разгорается негодование. Этот… Чонгук будто нарочно играл на его нервах. Но самое противное — Тэхён поймал себя на том, что ждал этого визита и хотел увидеть его снова. А тот будто приготовился к их встрече. Ещё более откровенный вид, чем накануне, соблазнительная улыбка… Стоп, он что, только что посчитал улыбку незнакомого человека… соблазнительной? Бред. В любом случае поведение Чон Чонгука неприемлемо. Неужели он не боится, что Тэхён позвонит его начальству и потребует сменить сотрудника? А может быть, и выскажется в пользу его увольнения за грубость и несоблюдение субординации. С другой стороны, а что он им скажет? Что курьер смотрел на него «странно», светил своими мышцами и татуировками, и, о боже, разговаривал с ним? Это, по меньшей мере, глупо. И скорее всего, Тэхён просто сегодня не выспался, и ему всё это показалось.***
Каждый день в офисе для Тэхёна начинался одинаково: он приходил в свой кабинет минут за пятнадцать до начала рабочего дня, а затем ближе к девяти секретарь оповещала его о приходе Чон Чонгука. Тот проходил в его кабинет с уверенностью главного героя дорамы, при этом выглядя как великовозрастный студент или айдол. Протягивал ему с невозмутимым видом конверт с паролями, оглядывал Тэхёна с головы до ног каким-то уж больно пристальным взглядом и выкидывал абсолютно рандомный комментарий. А иногда и вовсе позволял себе задать какой-нибудь вопрос. Но он, естественно, никогда ему не отвечал, и оставалось только гадать, откуда у курьера столько смелости и уверенности в своей неприкосновенности. А ещё тот, судя по всему, прогонял в голове какие-то одному ему известные мысли и выводы после каждой их встречи. И что самое странное — Тэхён начал замечать, что его собственная рука каждый раз на долю секунды задерживается, принимая конверт. Будто ждёт, не соприкоснутся ли их пальцы. А потом злится на себя за эту глупую надежду. В конце концов, они и в самом деле не в дораме. Сегодня всё шло по привычному сценарию. Тэхён уже сидел за своим столом, просматривая утренние письма. Одному из партнёров понадобилась дополнительная проверка финансовой отчётности. Придётся заняться этим на выходных, если его сотрудники не справятся со всем за оставшиеся два рабочих дня. — Господин Ким, — отвлекла его секретарь, — пришёл Чон Чонгук. Сердце Тэхёна на мгновение замерло, а затем бешено заколотилось. Удивившись такой реакции собственного организма, он прокашлялся и встряхнул головой. Наверное, не выспался. Снова. Сделал глубокий вдох, стараясь успокоиться и принять невозмутимый вид. Дверь распахнулась, и в кабинет вошёл Чонгук. Как всегда, одетый не по дресс-коду, с лёгкой небрежностью в причёске, он выглядел так, словно только что сошёл с обложки журнала. Подошёл практически вплотную, обойдя сбоку барьер в виде директорского стола, протянул конверт с паролями и небрежно окинул его взглядом. — Сегодня вы выглядите особенно задумчивым, господин Ким, — произнёс Чонгук, но в голосе его не было привычной усмешки. Скорее… любопытство. Тэхён даже поднял взгляд, ожидая подвоха, но увидел лишь лёгкий нахмуренный взгляд. Будто тот разгадывал сложный пазл. «Что ему вообще от меня нужно?» — промелькнуло в голове, но спрашивать он, конечно, не стал. А тот, заметив озадаченность у него на лице, спросил: — Что-то случилось? Тэхён почувствовал, как кровь прилила к его щекам. Что за неуместная забота? Голос Чонгука был таким вкрадчивым и при этом твёрдым, что даже не верилось, что такой парень работает всего лишь курьером. Он постарался сохранить спокойствие и ответил: — Просто много работы. Как обычно. Ничего особенного. Чонгук на мгновение замолчал, внимательно рассматривая Тэхёна. Затем он улыбнулся, отчего в его глазах появился едва заметный блеск. Он не торопился отходить, наоборот, казалось, ещё больше сократил расстояние между ними. Тэхён неимоверным усилием воли заставил себя сохранять спокойствие, хотя отчего-то хотелось отстраниться и одновременно податься навстречу. — Хорошо, — кивнул Чонгук. — Но если вам понадобится помощь, не стесняйтесь обращаться. Я буду рад помочь. С этими словами он развернулся и вышел из кабинета, оставив Тэхёна в полном недоумении. Сложно было понять, что происходит в голове у этого самоуверенного и прямолинейного парня. Да и чем курьер мог ему помочь? Или он говорил вовсе не о работе? Его снова окатило горячей волной возмущения от воспоминания о том, с каким едва ли не превосходством разговаривал с ним Чонгук. Хотя… нет. Это вовсе не возмущение. Тэхён внезапно осознал, что ощутил нехилое такое возбуждение. Прикрыл глаза и заставил себя выкинуть из головы этого наглого курьера… с такими идеальными изгибами тела, соблазнительным пирсингом в губе и манящими прикоснуться татуировками. Карандаш в руке сломался пополам, отрезвляя Тэхёна и давая ему понять, что план выкинуть Чонгука из головы точно с таким же треском провалился.***
Не исключено, что сотрудники его компании слегка недолюбливали своего дотошного директора. Целому отделу пришлось накануне задержаться из-за срочной необходимости внеочередной финансовой проверки. Тем не менее, сам он задержался ещё больше. Впрочем, как всегда. Вернувшись домой около одиннадцати вечера, он открыл ноутбук и загрузил рабочие программы. Даже дома он думал только о работе. На следующий день, несмотря на то, что спал катастрофически мало, перепроверяя выполненные его подчинёнными отчёты, он всё равно приехал как обычно до начала рабочего дня. На столике в углу так и осталась вчерашняя упаковка из-под уличной еды, за которой он сбегал уже около восьми вечера, и несколько банок из-под энергетиков. Надо будет сказать Хару, чтобы убрала. Ровно без пяти девять пунктуальный курьер привёз новые пароли. — Доброе утро, — услышал Тэхён знакомый голос. — Вы что же, ночевали здесь? Убиваетесь на работе, директор Ким. Тэхён поднял голову, да так и замер. На Чонгуке были спортивные шорты и пропотевшая насквозь футболка. Волосы слиплись от пота, а лицо раскраснелось. Даже на ключицах, виднеющихся в широком вороте футболки, поблёскивали капельки пота. Какого чёрта? — Не понял, — вместо приветствия выдал он. — Что? — с усмешкой и чуть сбитым дыханием переспросил курьер. — Вы что себе позволяете? — негодовал Тэхён. А сам пытался незаметно сглотнуть неожиданно скопившуюся слюну. — А, знаете, — протянул тот, — раз уж мы с вами не смогли договориться о вечернем графике, я решил совместить приятное с полезным, так сказать. По утрам я всегда бегаю, вот и добежал до вашего офиса. Почему бы и нет? — Да как вы… да вы… да как у вас ума хватило прийти сюда… таким? — Тэхён произнёс последнее слово тоном, вместившим в себя брезгливость, презрение и негодование. По крайней мере, он изо всех сил старался придать своему голосу именно такой тон, потому что внутри у него мигала сигнальная красная кнопка, предупреждающая об отключении всех функций. — Ой, — расплылся в улыбке Чонгук, раздражая этим Тэхёна ещё больше, — ничего страшного в моём виде нет, всё равно рабочий день ещё не начался. Смóтрите на меня, будто я с другой планеты. А вы разве не потеете? Вот совсем-совсем? Всегда с иголочки? Даже во время пробежки? Тренировки? Я не знаю… секса? — Так, всё, хватит, — перебил его Ким, вставая из-за стола. — Давайте пароли и… бегите дальше. Я позвоню в «JIT» и попрошу заменить ответственного сотрудника. Потому что вы… безответственный. — Ответственно заявляю, что мои ноги вам понравились, — бесстыдно проронил Чонгук как ни в чём не бывало, отдавая пароли. — Вы посмотрели на них восемь раз, пока отчитывали за мою беспардонность. — Всего хорошего, — процедил сквозь зубы Тэхён, вырывая конверт слишком резко, выдавая свою раздражённость. Как только дверь за курьером закрылась, он вызвал секретаря, — Хару, позвони Ким Сокджину из «JIT» и соедини со мной.***
Тэхён понимал, что курьер просто попался ему под руку. На самом деле тот всего лишь не одевался по дресс-коду его компании. Но он и не обязан был. Он не офисный работник, к тому же, совершенно другой организации. И Тэхён не имел права отчитывать его. И теперь он, наверное, даже готов был признать, что зря потребовал вчера от Ким Сокджина его замены. Скорее всего, он даже сделал это не из-за одежды, а из-за того, как свободно тот с ним общался. Не боялся быть грубым и прямолинейным. И откровенно говоря, давил на больные мозоли, показывая то, каким сам Тэхён стать не сможет. Свободным. Поэтому он решил, что позвонит ещё раз в «JIT» и скажет, что погорячился. Взглянув на часы, удивился, что парень до сих пор не пришёл. Было уже без одной минуты девять. И как раз в этот момент секретарь сообщила о его приходе. — Господин Ким, пришёл Чон Чонгук. — Да, спасибо. Он был готов ко всему, но всё же слегка приподнял одну бровь в удивлении, когда увидел на курьере классические тёмно-синие джинсы и заправленную в них рубашку. Видеть его в такой одежде было совершенно непривычно. И как-то даже… неправильно. Тэхён даже забыл поздороваться, молча наблюдая за тем, как Чонгук в такой же полной тишине прошёл к его столу и протянул конверт с паролями. Он уже развернулся для того, чтобы уйти, когда Ким опомнился и задержал его. — Подождите, мне нужны будут пароли на завтра, — убедившись, что курьер остановился, чтобы выслушать задание, и обернулся, продолжил: — Я знаю, в договоре прописан наш рабочий график в пятидневную неделю, но я планирую завтра поработать, поэтому мне нужны пароли в эту субботу. — Я принесу их сегодня вечером после окончания рабочего дня, — голос Чонгука казался каким-то не таким. То ли отсутствие игривых ноток делало его ниже обычного, то ли чересчур несвойственная ему серьёзность. — С понедельника за вашей компанией будет закреплён другой сотрудник. — Да. Тэхён заторможенно кивнул, пытаясь осмыслить такую перемену, и проводил его взглядом до выхода. А тот, уже закрывая за собой дверь, кинул себе под нос: — Непрошибаемый булыжник. — Что? — не понял Ким, тупо уставившись на закрытую дверь. Булыжник? Тэхён усмехнулся. За годы работы он совершенно забыл, что такое искренность со стороны собеседника. Друзей он заводить не умел, так как после университета отдавал всё своё время и внимание только работе, растеряв всех и без того немногих студенческих друзей. А партнёры, клиенты и тем более подчинённые не рисковали высказывать ему в глаза всё, что о нём думают. Чонгук же за пару недель уже несколько раз выражался довольно прямолинейно, даже не собираясь соблюдать субординацию и льстить. И это было… непривычно, но интересно. Ведь, по сути, каждый раз он попадал в точку. Да, Тэхён скучный и думает только о работе. Да, одет всегда с иголочки и думает о том, как выглядит со стороны. Да, он не может отвести взгляда от Чонгука и вынужден признать, что неподобающий вид тут совершенно ни при чём. Чонгук пробудил в нём то, что Тэхён старательно усыплял долгие годы. Поэтому его замена была бы идеальным решением… если бы была сделана хотя бы пару дней назад. Тяжело вздохнув, он запустил пальцы в волосы и оттянул их болезненно у корней, приводя себя в порядок. Нужно сосредоточиться на работе. Только на работе. И ему это вполне удалось, впрочем, как всегда. Время пролетело незаметно, звонки, встречи, переговоры, отчёты сотрудников — всё по плану, строго по регламенту. Всё находилось под строгим контролем директора Кима и давало ему ощущение хозяина ситуации. Это ему и нужно было для полного спокойствия. — Господин Ким, я могу идти? — спросила его секретарь в десять минут восьмого, занося в кабинет цветочный чай. — Да, Хару, конечно, — улыбнулся он, отрывая взгляд от монитора. — Хороших выходных. — Спасибо. И вам. До понедельника. Поработав ещё около получаса, он выключил компьютер и собрался выходить. Но вспомнил о том, что курьер ещё не принёс пароли для выходных, и раздражённо выдохнул. Если тот не придёт в ближайшие пятнадцать минут, он вызовет его завтра в девять утра. И если ради этого придётся переписывать условия договора, он сделает это. К счастью, Чонгук пришёл уже через десять минут. Тэхён закрывал кабинет на ключ, когда парень вывернул из-за угла лифтового холла и пошёл по длинному коридору к его приёмной со стеклянными стенами. И Тэхён едва не выронил ключи, увидев, в чём тот был одет. Байкерский костюм. Чёрные кожаные штаны и куртка с двумя узкими бордовыми полосками по бокам. Наколенники, налокотники и шлем, болтающийся на сгибе локтя на ремешке. Собственными руками бы придушил, ей богу. Выйдя ему навстречу, Тэхён решил сократить время их общения до минимума и взять пароли буквально на ходу. Ну потому что он не железный. А байкеры… Байкеры и байки были его огромной слабостью во времена учёбы в университете. И работа в офисе надёжно избавляла его от риска случайной встречи с таким горячим зрелищем все эти годы. Но не в этот раз. — Добрый вечер, давайте, — бросил он на ходу, вытягивая руку, когда поравнялся с Чонгуком. Тот быстро сориентировался, вложил в его руку конверт и развернулся, не отставая. — Уже уходите? — Как видите, — кинул Тэхён, не оборачиваясь. — Отлично. — Вы куда? — непонятливо взглянул на него Ким, когда тот скользнул в лифт вслед за ним. — Как это, куда? — пожал плечами Чонгук. — Вниз. Двери лифта закрылись, отрезая их от внешнего мира. Что ж, пару минут он потерпит. В конце концов, можно погипнотизировать кнопки на панели. В тесном пространстве лифта запах духов Чонгука казался намеренно агрессивным. Древесный аромат с лёгкой горчинкой — явно недешёвый, качественный парфюм. Тэхён стиснул зубы, чувствуя, как по спине пробегают мурашки. Он ненавидел это. Ненавидел, что тело реагирует быстрее, чем разум, что взгляд сам цепляется за гибкие пальцы с татуировками, за кадык, смещающийся при глотании, за обтянутые кожаными штанами бёдра. — Вы в байкеры заделались? — вырвалось у него раздражённое. Ну потому что он знал, как дорого стоит байкерская амуниция, и на обычном мопеде курьера она явно не нужна. — Я сегодня встречаюсь с друзьями-байкерами, — пояснил Чонгук, не считая этот вопрос оскорблением. — По пятницам мы собираемся и едем к морю. А как вы проводите вечер пятницы, господин директор? Впрочем, на этот вопрос мне тоже не дождаться ответа. Что, всё так сложно у вас, да? Судя по тому, что парень сразу отвернулся, ответа он и не ждал. Да Тэхён и не стал бы признаваться, что на все вопросы, заданные Чонгуком, у него просто-напросто нет ответов. Уже несколько лет он не задумывается ни о чём, кроме работы. Внезапно лампочка на верхней панели мигнула, и лифт, странно дёрнувшись, остановился. — Я так и знал, — пробормотал Чонгук. Тэхён нажал на кнопку вызова диспетчера, но в ответ раздались лишь треск и шипение. Нажал ещё раз, но результат был тем же. — Чёрт, — выругался он и оглянулся на Чонгука. — Надеюсь, вы не страдаете клаустрофобией? — Оу, мне приятно, что вы заботитесь обо мне. Но нет, не страдаю. — Чонгук откинул нервно чёлку и добавил: — Хотя не радуюсь тому, что пропущу встречу с друзьями. Тэхён достал телефон и понял, что связи в лифте нет. Что ж. Оставалось надеяться, что охрана заметит, что с одним из лифтов что-то произошло, посмотрит камеры и увидит их, застрявших между вторым и третьим этажами. Чёрт, почти ведь доехали. Закатив глаза, он повернулся к камере и убедился, что кнопка горит, а значит, хотя бы она работает. Но тут свет в лифте погас, а через пару секунд включилось резервное освещение. — А вот это уже хуже, — напрягся Тэхён, заметив, что индикатор на камере погас. — Да чтоб тебя, — взмахнул руками Чонгук и прислонился к стене. — Не так я мечтал провести вечер пятницы. — Да, я тоже, — проворчал Тэхён. — Ой, а что такое? — хмыкнул курьер. — У вас были какие-то планы? Работа сама себя не сделает, да? — Я не говорил, что… — А вам и не надо говорить, — отмахнулся Чонгук. Тэхён окинул Чонгука раздражённым взглядом. Ну вот, ещё и этот курьер со своими остротами. Мало того, что застряли, так ещё и слушать его язвительные замечания. Он уже пожалел, что вообще согласился сегодня получить от него конверт с паролями. Мог бы сейчас быть дома, спокойно доделывать дела. А вместо этого — в тесной коробке с байкером недоделанным, который, кажется, решил вывести его из себя. Чонгук, заметив его взгляд, лишь усмехнулся. — Видимо, мои подколки снова задели вас? — Так этот нахал, значит, целенаправленно злил его. — А я и не думал, что окажется так легко пошатнуть уверенность такого высокомерного типа, как вы. — Да что вы говорите? То есть вы всё это время знали, что делаете? — Конечно, — ничуть не смущаясь, признался Чонгук. — Безумно нравилось наблюдать за вашей реакцией, видеть, как ваше безупречное выражение лица слегка искажается. Может, я ждал, что вы хоть немного спуститесь с небес на землю. Я не понимал, почему вы вечно такой напряжённый. А сейчас мне это и вовсе стало неинтересно. — Не понял. — Тэхёна как ведром холодной воды окатили. — Да забей, — плюнул на вежливость курьер. — Нет, ты объясни, — Тэхён решил прояснить все вопросы здесь и сейчас. — Окей, — вздохнул парень и расстегнул куртку, потому что в лифте становилось жарче. От этого действия стало жарко уже Тэхёну, потому что теперь ему снова открылся вид на бесстыдно облепляющую натренированные мышцы белую футболку. — Ты можешь вспомнить сорт любимой клубники? Когда ты в последний раз любовался закатом? Фильм детства помнишь? Да хотя бы свой любимый цвет? Ох, можешь даже не отвечать, потому что я знаю, что в твоей голове кроме вечных дедлайнов и отчётов ничего больше нет. — Неправда, — попытался возразить Тэхён, но понимал, что и на эти вопросы он тоже не сможет ответить, как и на все те, что курьер задавал до этого. — Помнишь ли ты, каково это, смеяться от души, не прикрывая рот ладонью из-за страха быть осуждённым в обществе? — продолжал тот, размахивая руками, войдя в раж. — Когда ты в последний раз чувствовал себя свободным, как птица, парящая в небе? Без груза ответственности на плечах? — Ты ни черта обо мне не знаешь, — еле скрывая разгорающуюся злость, едва ли не прошипел Тэхён. Каждым словом Чонгук бил точно в цель. А самое противное, он и сам знал это, поэтому продолжал атаковать. — Да у тебя броня, как из гранита, — глаза Чонгука горели таким диким блеском, будто он выплёскивал сейчас то, что ему уже давно хотелось сказать. — Такое ощущение, что на твоём закрытом от всех внутреннем мире висит табличка какая-нибудь, типа, «только для персонала», «посторонним вход запрещен» или «для служебного пользования», как на наших конвертах. Никому туда не пробиться. Ни одной живой душе. Как бы ни старался. Ты и сам не знаешь, что у тебя там, — Чонгук почти кричал, будто пытался достучаться до чего-то внутри Тэхёна. — Ты сам слился с этим гранитом! Ты — каменная статуя, глыба льда, бесчувственный робот… Его пламенную речь оборвал оглушающий звук пощёчины. Алые полосы проступили на щеке Чонгука. Он машинально схватился за неё и на пару мгновений опешил, растеряв все слова. Но стоило ему прийти в себя, злость вскипела в нём мгновенно. Не раздумывая, он ответил ударом. Тэхён отшатнулся и врезался спиной в стену лифта. Его глаза метали молнии. — Ты пожалеешь об этом! — процедил он сквозь зубы, бросаясь на Чонгука. Завязалась потасовка. В тесном пространстве лифта было неудобно, но кого это волновало? Тэхён, хоть и был выше, оказался менее подготовлен к драке, но даже он нанёс пару ударов. Чонгук, явно занимавшийся единоборствами, умело отбивался и сбил противника с ног, сделав подсечку. Спустя несколько минут оба, запыхавшиеся и с разбитыми губами, сидели, прислонившись к стенам лифта. — За правду, которую ты не хочешь, но должен был услышать, не жалко и в рожу получить, — усмехнулся Чонгук, сплёвывая кровь. — Надеюсь, в отличие от меня, ты сделаешь правильные выводы. Тэхён нахмурился. Слова парня, как зудящая заноза, до сих пор звучали на повторе в его голове. Бесчувственный робот. Неужели со стороны он выглядит именно таким? Он всегда ставил карьеру превыше всего, подавляя любые эмоции. Может, в словах простого курьера есть доля правды? В этот момент Чонгук снова дёрнулся к нему, и Тэхён, не успев среагировать или поставить блок, опешил, когда почувствовал поцелуй и с ним металлический привкус крови на своих губах. Крови Чонгука с разбитой им губы. Что? Внезапно лифт дёрнулся, лампы включились, ослепляя их ярким светом. Механизм зажужжал, лифт поехал и через пару секунд остановился, а Чонгук тут же отстранился от Тэхёна. Двери распахнулись, и они поняли, что приехали в холл первого этажа, где в это время уже никого не было. Оба, пошатываясь, вышли наружу, избегая зрительного контакта. Странная неловкость повисла между ними, как будто они в момент включения света вернули себе рациональное мышление. Тэхён прислонился к стене и стоял некоторое время в прострации, провожая взглядом спину удаляющегося Чонгука. Сквозь панорамные окна здания он наблюдал за тем, как парень сел на свой байк — недешёвый, к слову, и с рёвом мотора скрылся за поворотом. Но перед глазами Кима до сих пор стояло его лицо — разгорячённое, с каплей крови на губе. Той самой, которую он почувствовал, не успев сообразить, что происходит. И хуже всего было то, что в какой-то миг он явственно ощутил, что хочет ответить на поцелуй. На секунду. Но так отчаянно. Срочно нужно было покурить. Он делал это редко, лишь когда сильно нервничал, но понимал, что сейчас никуда не поедет, пока не выкурит хотя бы две сигареты. Дойдя до машины на стоянке офисного здания, он устроился на водительском сиденье, потянулся к бардачку и достал оттуда пачку сигарет. Прикурив, откинулся на спинку, высунул руку с сигаретой в открытое окно и прикрыл глаза. Пальцы слегка подрагивали. То ли из-за адреналина после внезапной драки, то ли из-за ещё более неожиданного поцелуя. Прокручивая его в голове, Тэхён понял одно: ему этого катастрофически недостаточно, и он хотел бы ещё. Ему будто показали какую-то важную вещь из прошлого и тут же забрали её. Он встречался с парнем в университете, но едва покинул стены общежития, заставил себя поверить в то, что это была ошибка молодости. Последняя шалость перед началом взрослой жизни. И только ощутив снова это чувство, понял, что обманывал себя. Всё это время злился на Чонгука лишь из-за того, что тот возрождал в нём давно забытые желания. Бесчувственный робот. Да, именно таким он и был. Ещё буквально несколько недель назад. Но не теперь. Чонгук заставил его чувствовать снова. Осознание, пришедшее вдруг в голову, никак не давало ему покоя. А ведь он действительно не знает, чем хочет заняться на выходных. Обычно он работает дома, контролирует всё, выполненное за неделю. Мысль о том, что выходные могут быть не просто временем для перепроверки отчётов, а возможностью вернуться к себе, к тому, что он любит, пугала и одновременно манила. Докурив, он отправился домой с чёткой уверенностью в том, что проведёт выходные по-другому. Но когда приехал в свои апартаменты, обнаружил, что это гораздо сложнее, чем он думал. Он со всей ясностью понял, что не знает, что ему нравится, кроме работы. Он чувствовал себя потерянным в собственном доме, как будто он — гость, а не хозяин. В этот вечер Тэхён впервые за долгое время не открыл ноутбук. Он подошёл к окну и просто смотрел на город, пытаясь вспомнить, когда в последний раз он наслаждался моментом, не думая о работе. И Чонгук был прав, задавая ему все эти вопросы. Вопросы, ставящие Тэхёна в тупик, заставляющие осознать, как сильно он отдалился от самого себя, от простых радостей жизни. Сейчас он чувствовал, как тяжесть этих вопросов давит на него. Он прокручивал в голове рабочие таблицы, но теперь к ним примешивались образы заката, клубники и давно забытого смеха. Он понимал, что Чонгук, возможно, прав. Он действительно зарылся в работе, забыв о том, что значит жить. Он понял, что парень задал ему самые важные вопросы, на которые он должен был ответить в первую очередь самому себе. Решительно двинувшись в гардеробную, он оделся и вышел из дома. Сегодня вечером он будет кататься по городу. Просто потому что это единственное, что пришло ему в голову. Которую, кстати говоря, не мешало бы проветрить. Приоткрыв окна машины, он колесил по дорогам совершенно бесцельно, чего не было с ним уже несколько лет. И это вводило в какое-то подобие транса, заставляя забыть о внешнем мире и всех делах, оставленных за пределами его автомобиля. Ничего не могло остановить его, только светофоры. Притормозив на очередном из них, Тэхён бросил взгляд в окно. Один из автосалонов на окраине города сиял яркими огнями панорамных окон. Новинки автопрома и классика, выставленные на подиумах, завлекали потенциальных покупателей. Но его взгляд привлекли не они. Байк, стоящий чуть в стороне на возвышении, в момент участил его сердцебиение. И не только из-за того, что откинул его мыслями к Чонгуку. Он и сам когда-то любил байки, в студенческие годы катался на мотоцикле того самого соседа по общежитию. Любил то чувство… свободы… о котором говорил и Чон. И вообще, много чего он любил до того, как решил основать свою компанию и полностью уйти в работу. Как же он незаметно стал тенью самого себя.***
В понедельник утром он пришёл на работу как обычно без пятнадцати девять. Секретарь, пришедшая следом, поздоровалась и принесла ему чай. А через несколько минут сообщила, что принесли пароли. Тэхён напрягся и нервно положил руки на колени. Прикрыв глаза, тяжело выдохнул, приводя внутреннее состояние в порядок. Как Чонгук теперь будет с ним общаться? И будет ли вообще… — Доброе утро, — отвлёк его голос. Голос не Чонгука. Распахнув глаза, он удивлённо уставился на вошедшего. Сразу же признал в нём того самого третьего сотрудника «JIT», что был на подписании договора. Выглядел он вполне обычно для работника офиса и ничем не выделялся из общей толпы. В отличие от Чонгука. — Здравствуйте, — с некоторой заминкой ответил Тэхён и увидел в его руке конверт с паролями. Тут же память услужливо подкинула ему воспоминание о телефонном разговоре с Ким Сокджином в пятницу днём, где недвусмысленно сообщил, что видеть Чон Чонгука в своём кабинете больше не желает. По-видимому, в компании пошли навстречу и сменили ответственное лицо. Точно, и Чонгук что-то говорил об этом, как он мог забыть? Молча взяв конверт, он попрощался с новым курьером и откинулся на спинку кресла. Что ж, снова звонить Сокджину и просить поменять всё обратно — несерьёзно. Но оставлять всё вот так, тоже не хочется. Не думая долго, он позвал секретаря. — Хару, подвинь, пожалуйста, все встречи сегодня поплотнее, мне нужно уйти из офиса раньше. — Насколько раньше? — уточнила та, доставая планшет. — Часа на два. Кивнув, секретарь вышла и через некоторое время прислала ему новый, согласованный с клиентами и партнёрами изменённый график на день. Ей всегда удаётся добиться нужных результатов, надо бы поднять ей зарплату, давно заслужила. День был насыщенным, но Тэхёна держала в тонусе мысль о встрече с Чонгуком. Он твёрдо решил приехать в компанию «JIT» до закрытия и попросить прощения у курьера за драку и за то, что, возможно, испортил его отношения с начальством. Просто из-за того, что тот силой достал из него то, что он так долго прятал. А тот поцелуй в лифте окончательно дал понять, что он проиграл и должен признать поражение. Когда последняя встреча подошла к концу, он собрался и, попрощавшись с Хару, поспешил к Чонгуку. Высокое офисное здание в конце рабочего дня казалось особенно шумным ульем. Кто-то уходил пораньше, кто-то торопился успеть до закрытия в нужный офис, а кто-то заканчивал телефонные переговоры на ходу. Пропускная система здесь оказалась довольно строгой, и без пропуска или записи никому не позволяли войти. Тэхён подошёл к администратору и вежливо улыбнулся. — Добрый вечер, мне нужно в компанию «JIT». — Запись на какое время? — уточнила она, сверяясь с компьютером. — У меня нет записи, — взглянул на неё умоляюще Тэхён. — Мне нужно срочно поговорить с Чон Чонгуком. Я не могу ждать. — Ваше имя? — нахмурила та брови. — Ким Тэхён. Набрав номер на внутреннем телефоне, администратор сообщила: — Ким Тэхён пришёл без записи к Чон Чонгуку. Тэхён вздохнул, понимая, что вряд ли его пропустят, и уже начинал присматривать себе место с лучшим обзором, чтобы не упустить Чонгука, когда тот будет выходить из офиса. И практически сразу понял, что народу слишком много и сделать это будет весьма проблематично. Но тут администратор положила трубку и нажала на кнопку пропускной системы. — Проходите, пожалуйста. Десятый этаж. — Спасибо, — удивлённо вскинул брови Тэхён и прошёл к лифту. На нужном этаже его встретила девушка и, поклонившись, предложила проследовать за ней. — Прошу, господин Ким. — Нет, я здесь подожду, всё в порядке. Просто позовите Чон Чонгука, — отмахнулся он. — Это неудобно. Его сейчас нет на месте. На нашем этаже несколько компаний, и я не знаю, сколько вам придётся ждать. — Хорошо, — сдался Тэхён и прошёл по длинному коридору за девушкой. Пройдя мимо нескольких дверей, она открыла дальнюю и пропустила его вперёд. После закрыла за ним дверь, оставляя одного в пустом кабинете, лаконично обставленном, без каких-то особых признаков того, что это за помещение. То ли это была комната для переговоров, то ли приёмная клиентов. Тэхён присел на диван и стал терпеливо ждать. Прошло не меньше получаса, прежде чем дверь открылась, и в неё вошёл Чонгук. Сегодня он так же проигнорировал офисный дресс-код. Однако пришлось признать, что широкие джинсы и футболка оверсайз ему определённо были к лицу. Увидев Тэхёна, он вздохнул и прошёл к массивному столу в центре кабинета. Порылся в ящиках и достал пачку жевательной резинки. И только после того, как закинул одну в рот, подал голос. — Господин Ким? Не ожидал. — Чонгук, давай выйдем в коридор и поговорим, — начал Тэхён. — Не хотелось бы занимать помещение, вдруг оно кому-нибудь понадобится. — Ага, — как-то неопределённо ответил тот, но с места не сдвинулся. Дверь открылась, и в кабинет заглянула девушка, проводившая сюда Тэхёна. — Директор Чон, чай вам и вашему посетителю? — Да, пожалуйста, — ответил Чонгук и усмехнулся, увидев, как рот Тэхёна открылся в немом удивлении.***
Чонгук сидел за столом и смотрел на этого директора Кима, такого красивого и такого бесчувственного. И так обидно становилось. Не столько за себя, что не смог его расшевелить, сколько за него самого. Сначала он просто хотел немного пораздражать своим видом этого сноба. Но почти сразу понял, что его слова и действия идут вразрез с его взглядами и душевными метаниями. Ким сам загнал себя в рамки, отстроил стену и уже не мог оттуда выбраться. Чонгук пытался достучаться — не получилось. Все его вопросы и намёки отскакивали от этой стены, как горох. А внезапный даже для самого Чонгука поцелуй тот и вовсе проигнорировал. Ни врезал, ни ответил. И вывод напрашивался сам собой: ему просто плевать. — То есть ты директор? — нарушил тишину Тэхён. — Как видишь, — Чонгук пожал плечами, не торопясь развивать диалог. Хватит. Наговорился. Теперь очередь Кима. — Значит, пароли приносить не должен был, — догадался, надо же. — Не должен. Ответственным сотрудником изначально должен был быть Пак. — Тогда почему приходил ты? — в глазах Тэхёна было столько вопросов, но задавал он их постепенно, дозированно и с осторожностью в голосе. — Потому что захотел. А если точнее, — Чонгук наклонился, и его голос стал тише, — потому что я поставил себе цель. Узнать, что скрывается за этим костюмом. Хотелось откопать за всеми этими слоями тебя настоящего. Тебе знакомо такое понятие? Когда делаешь что-то, потому что тебе этого очень сильно хочется. — Да, — отрывисто выдохнул Тэхён. — Когда-то давно я поступал именно так. Но не сейчас. — Печально. Знаешь, когда-то и я был таким. — Чонгук откинулся на спинку кресла. — Зарылся в делах, стартап съедал по пятнадцать часов в сутки. Иногда ночевал в офисе, сгорал на работе до тех пор, пока однажды лучший друг не ворвался в мой кабинет с криком: «Ты живой ещё?» Я тогда отмахнулся от него, сказав, что много работы. А через месяц меня позвали на его похороны. Оказалось, был неизлечимо болен, — взглянув на Тэхёна, он грустно улыбнулся. — Я ненавидел тебя первые две недели. Потом понял — ты просто зеркало, в котором я вижу себя до того, как всё потерял. — Так это всего лишь долг перед вселенной? — не без разочарования в голосе уточнил Тэхён. — Не только. — Поехали ко мне, — после минутного молчания предложил Тэхён, — поговорим. Повисла неловкая пауза, и положение спасла секретарь, вошедшая после стука с подносом, на котором был чай и печенье для директора и его гостя. Оставив всё на столе, она кивнула и вышла. Чонгуку определённо нужно было время, чтобы осознать сказанное, поэтому он взял чашку и пил с таким видом, будто это самое важное дело сейчас. Тэхён же даже не притронулся к своей. Чону не верилось, что его сейчас позвали на встречу в неформальной обстановке. Более того, в личное пространство. Это могло означать лишь одно — его словам всё же удалось пробить брешь в неприступной крепости вокруг сурового директора. — Поговорим, — эхом отозвался Чонгук и встал из-за стола. Постучав пальцем по его поверхности, решительно двинулся к двери и, открыв её, сообщил секретарю: — Хани, я поехал по делам. Сегодня в офис не вернусь. — И, кивнув Тэхёну следовать за ним, вышел из кабинета. В лифте они ехали молча. Приглашение «в гости», судя по всему, даже для самого Тэхёна оказалось неожиданным. Чонгук то и дело поглядывал на его слегка нахмуренные брови, опущенный в задумчивости взгляд и безбожно терзаемую зубами нижнюю губу. И он даже не удивится, если тот вдруг пойдёт на попятную, придумав какой-нибудь повод разойтись по домам. Выйдя на парковку перед зданием, он уже готовился поехать в машине Кима, оставив свой байк здесь, но притормозил, в шоке глядя на то, как Тэхён подошёл к байку, припаркованному рядом с его. — Твой? — спросил он, подходя ближе. — Да. — Не знал, что ты ездишь на байке, — с лёгким недоверием в голосе признался Чон. — Ездил в универе, — пожал плечами Тэхён, снял пиджак и убрал его в багажник. — Это как с велосипедом: если научился, то не забудешь, как это делать. А Чонгук уже не особо улавливал его слова. Он как заворожённый наблюдал за тем, как Тэхён подворачивает рукава своей белоснежной рубашки, открывая вид на изящные руки. Облизывал взглядом его фигуру в приталенном классическом жилете и не мог справиться с желанием нарушить эту идеальность образа, сорвав с него галстук или растрепав волосы. Тэхён даже не представлял, какие мысли гуляли в его голове, пока он спокойно и сосредоточенно готовился к поездке. Надев кожаные перчатки, он сел на байк, взял в руки шлем и взглянул на Чонгука. — Ты едешь? — А, да. Тряхнув головой, Чонгук с трудом отвёл взгляд от его бёдер, обтянутых классическими брюками, сел на свой байк, надел шлем и, заведя мотор, поехал вслед за Тэхёном. Наблюдая за его спиной, он осознавал, что и сам не заметил, как попался в ловушку, которую хотел устроить для Тэхёна. Когда он успел потерять голову, пока ходил и отдавал ему пароли? Но именно сейчас он вдруг почувствовал, что не зря тормошил его триггеры. Видеть, как свободно ощущает себя этот закрытый директор, рассекая на байке, было безумно приятно. И, чего уж скрывать, заводило. Он не видел ничего горячее мужчины в классическом костюме на байке. Притормозив возле жилого комплекса, они спустились в подземный паркинг и, оставив там байки, поднялись на лифте на последний этаж. Пройдя по длинному коридору, Тэхён открыл дверь и впустил Чонгука в свои апартаменты. — Уф, — присвистнул тот, — сразу видно, чья это квартира: всё стерильно, ничего лишнего. У тебя тут как в гостинице. Я бы кинул пару ярких личных акцентов. — Можешь кинуть, — пробубнил Тэхён. — Чего? — Чонгук отвлёкся и не расслышал. — Ничего. Вино будешь? — Оу, — удивлённо подняв бровь. — Вино… хм. Буду. Когда Тэхён прошёл к барной стойке, Чонгук решил оглядеться. Просторная гостиная, плавно перетекающая в кухонную зону, не выглядела приветливо. Строгие линии современной мебели, глянцевые поверхности, идеально подобранные в монохромной гамме — каждый элемент интерьера словно проходил строгий отбор на соответствие статусу владельца. Огромное панорамное окно открывало вид на ночной город, но даже этот романтичный пейзаж казался частью тщательно продуманного дизайна. Стеклянные поверхности отражали свет встроенных светильников, создавая ощущение стерильной чистоты выставочного зала. А кожаный диван выглядел так, будто на нём никто никогда не сидел. На кухонном островке из дорогого, но какого-то бездушного мрамора, не было ни пятнышка, ни случайно оставленной чашки, ничего, что бы показало, что здесь завтракали этим утром. Даже воздух здесь казался особенным, фильтрованным, лишённым обычных домашних запахов. Это было не жилое пространство, а продолжение офиса, воплощение безупречного имиджа директора Кима. Красиво, дорого, бездушно — прямо как его жизнь. Наблюдая за тем, с какой лёгкой нервозностью тот открывает бутылку вина и разливает алкоголь по бокалам, Чонгук хмыкнул: — Что ж, похоже, разговор будет серьёзный. Тэхён протянул Чонгуку бокал вина, их пальцы ненадолго соприкоснулись, и оба почувствовали лёгкое напряжение в воздухе. Чонгук сделал глоток, оценивая вкус, а затем медленно облизнул губы, проверяя реакцию Тэхёна. Тот не отводил от него взгляда, но казался до невозможности напряжённым. Пришлось взять инициативу в свои руки. — Ну что, господин Ким, — начал он, слегка наклонив голову, — о чём ты хотел поговорить? Тэхён замер на мгновение, его взгляд скользнул по лицу Чонгука, вернувшись к его губам, где ещё виднелся след от их стычки в лифте. Он глубоко вздохнул, словно собираясь с мыслями. — О том, что ты был прав, — наконец произнёс он, опуская взгляд в бокал. — Я действительно забыл, каково это — жить, а не существовать. И… я хотел извиниться за то, как вёл себя с тобой. Чонгук улыбнулся. Похоже, он на самом деле пробил эту броню. И надо лишь немного дожать, чтобы сломать её окончательно. — Извинения приняты. Но мне интересно другое: ты ненавидел меня или боялся, что не сможешь перестать думать обо мне? Тэхён не ответил, но сделал большой глоток вина. Что ж, он прав, определённо нужно расслабиться, иначе они так и не сдвинутся с мёртвой точки. Отсалютовав своим бокалом, Чонгук демонстративно осушил его до дна, намекая этим последовать его примеру. Вторые бокалы пошли так же хорошо и быстро, а с третьими они решили слегка передохнуть. Тэхён очевидно захмелел, слегка ослабил галстук и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. Однако всё ещё избегал прямого взгляда в глаза, предпочитая небрежно скользить по губам, шее и рукам Чонгука. — Твои татуировки что-то значат? — спросил он наконец. — Да, — охотно поддержал тему Чонгук. — Каждая из них имеет какое-то значение. Например, лилия — это символ свободы. А тигровая лилия ещё и цветок моего рождения, означающая «пожалуйста, полюби меня». — Пожалуйста, — выдохнул Тэхён, сделал глоток вина и поднялся со стула. Чонгук проследил за тем, как тот подошёл к панорамному окну, и последовал за ним. Взяв у него из руки бокал, он поставил его на книжную полку у стены и приблизился почти вплотную. Проведя пальцами по воротнику рубашки, галстуку и пуговицам жилета, он спросил негромко: — Ты так стараешься быть идеальным… А кто видел, какой ты на самом деле? — Ты, — как-то уж больно обречённо проговорил Тэхён, подняв на него взгляд, — в лифте. — Хм, — Чонгук сделал вид, что задумался и продолжил: — А знаешь, ты ведь не ответил на мой поцелуй. Нехорошо получается. Или я слишком сильно врезал тебе тогда? Он провёл подушечкой большого пальца по следу от своего удара, и губы, вкус которых он фантомно ощутил на своих, слегка приоткрылись в ответ на это действие. Тэхён перехватил его запястье, но не оттолкнул, как тот уж было подумал. А наоборот, притянул его ещё ближе к себе. Это импульсивное движение заставило их обоих замереть на мгновение, но Чонгук первым взял себя в руки и с улыбкой произнёс: — Директор Ким, посылай к чёрту свой самоконтроль. И едва он договорил, как его утянули в долгожданный поцелуй — жёсткий, страстный и жадный. Тэхён больше не сдерживал себя, обхватив его талию, прижал к себе, будто боялся, что его оттолкнут. Чонгук лишь посмеивался, с удовольствием отвечая и позволяя ему управлять процессом. Было даже интересно, как далеко он сможет зайти. На губах чувствовался вкус алкоголя и немного крови. Кажется, губа снова лопнула — да и чёрт с ней. Поцелуй сводил с ума, Чонгук уже и сам перестал отвечать за свои действия, повернул Тэхёна так, чтобы тот упёрся спиной в окно, и, перехватив инициативу, углубил поцелуй. Отстранившись на мгновение, он не смог сдержать улыбки. Такой поплывший и растрёпанный директор Ким ему даже в мечтах не мог привидеться. Это оказалось слишком красиво. — Чонгук, — хрипло попросил Тэхён, — сними это, — кивнув на футболку. Отбросив ненужную вещь на пол, Чонгук наблюдал за тем, как Тэхён скользит взглядом по его татуировкам. Да, он мог представить, каким ярким пятном современного искусства выглядел в этой сдержанной цветовой гамме его квартиры. Он сейчас казался чем-то инородным, но Тэхёна это не смущало, а, судя по его горящим глазам, манило. Медленно, едва касаясь пальцами, он провёл по вензелям на груди, спустился к рёбрам и остановился у пояса джинсов. — Там тоже есть? — Хочешь посмотреть? — поиграл бровями Чонгук, хотя и самому уже не терпелось продолжить. — Но сейчас твоя очередь. Развязав галстук, Чонгук откинул ненужный аксессуар в сторону и начал медленно расстёгивать пуговицы на его жилете, а после и на рубашке. Одну за другой, с удовлетворением подмечая сбившееся дыхание Тэхёна, подрагивающие пальцы, которыми он то и дело цеплялся за его джинсы. Он не торопился, за каждую оставлял крохотный поцелуй на шее и всё больше открывающейся коже. Тэхён откинул голову, наслаждаясь лёгкими прикосновениями и позволяя управлять собой. Кожа его покрывалась мурашками от прохладного сквозняка или от переполняющих его эмоций. Хотелось бы верить, что от второго. — Ты дрожишь, — прошептал Чонгук, опаляя гладкую нежную кожу, которую беспрестанно покрывал поцелуями. Провёл руками по его обнажившимся плечам, и рубашка вместе с жилетом скользнули вниз, открывая ему прекрасный вид на возбуждённые соски и острые ключицы. Чуть подтолкнул к стоящему рядом дивану и усадил на него, забираясь сверху. Тэхён подался навстречу, притягивая его ближе. Горячее дыхание опаляло шею, а руки блуждали по спине, лаская и возбуждая ещё больше. Он закрыл глаза, ощущая, как горячие губы Тэхёна скользят по его шее, оставляя влажный след, который тут же охлаждался, вызывая волны возбуждённой дрожи. Нежно коснувшись подбородка, Чонгук снова примкнул к его губам, уже таким зацелованным, но ещё таким желанным. Поцелуй был немного хаотичным, то медленно-тягучим и каким-то даже ленивым, то снова рваным и кусачим. Будто Тэхён и сам не мог определиться, чего он хочет. И совершенно не хотелось мешать ему вспоминать или узнавать заново свои желания. Чонгук оторвался от губ, спускаясь поцелуями к ключицам, оставляя лёгкие засосы, и тут же услышал первый тихий полувыдох-полустон, а в волосы его вплелись дрожащие от нетерпения пальцы. Подняв взгляд, он увидел в глазах напротив желание и обожание. Это пьянило, разжигало огонь внутри. Пальцы замерли на пряжке ремня, играя с металлом, но не расстёгивая. Тэхён сглотнул, подаваясь вперёд, словно желая ускорить процесс. Чонгук усмехнулся, забавляясь его нетерпением. — Ты хочешь этого, директор Ким? Тэхён кивнул, не в силах произнести ни слова. Но Чонгуку нужно было больше. Он наклонился так близко, что их губы почти соприкоснулись. — Скажи, — потребовал он мягко, а тот будто перестал дышать, зачарованно глядя на него. — Да, — выдохнул Тэхён, и это слово прорвало какую-то плотину. Ремень расстегнулся с громким щелчком, молния тихо вжикнула, расходясь, и Чонгук, отстранившись от него на секунду, стянул брюки и отбросил их в сторону. Теперь Тэхён сидел на диване в одном белье, с раскрасневшимся лицом и учащённым дыханием. Чонгук стоял, наслаждаясь открывшимся видом. Он знал, что сегодня сделает всё, чтобы доставить ему удовольствие. Не теряя драгоценных секунд, скинул собственные джинсы и снова сел сверху, полностью заваливая Тэхёна на сиденье. Холодная кожа дивана скрипела, но это нисколько не отвлекало. Они слышали только тяжёлое дыхание друг друга и собственное сердцебиение. Целовать Тэхёна было так приятно, ощущение мурашек и напрягающихся мышц доставляло неописуемое удовольствие. Он и предположить не мог, что, сломав его стены, столкнётся с такой отзывчивостью и неожиданной чувствительностью. И чем ниже спускались поцелуи Чонгука, тем сильнее Тэхён проявлял нетерпение. И стон снова сорвался с его губ, когда пальцы коснулись возбуждённого члена. Он чувствовал, как Тэхён напрягается под прикосновениями, как его дыхание становится более прерывистым. Знал, что много времени не понадобится и он уже близок к тому, чтобы довести его до предела. Пальцы скользнули под резинку белья и обхватили возбуждённый орган. Рука двигалась вверх и вниз, наращивая темп, и Тэхён закрыл сгибом локтя лицо и закусил губу в попытках быть тише. Чонгук же, напротив, делал всё, чтобы стоны прорывались помимо его воли. И у него это получалось. — Не прячься, — прошептал Чонгук, свободной рукой отводя его локоть от лица, приподнялся и навис над ним. И когда их взгляды встретились, он увидел в глазах Тэхёна чистое желание, без стыда, стеснения и запретов. То, чего он и добивался. Чонгук нарочито медленно провёл кончиком языка по его нижней губе, осторожно прихватил её зубами и втянул, заставляя промычать и открыть рот. Углубил поцелуй, вкладывая в него всю свою страсть и желание. Язык скользил по нёбу, дразнил и заставлял Тэхёна прикрывать глаза в наслаждении. Одновременно с этим рука Чонгука продолжала ласкать его член, доводя до предела. Пальцы с лёгким нажимом двигались, размазывая предэякулят, ощущения были такими приятными, что хотелось большего. Он оторвался от зацелованных губ со смачным чмоком, спустился к паху и обвёл языком блестящую от естественной смазки головку. Тело под ним выгнулось и напряглось, а пальцы Тэхёна нервно цапнули его плечо. — Ещё? — подталкивал Чонгук к откровенности. — Да, — искренне в ответ, но снова с закрытыми глазами. Язык медленно, но с нажимом прошёлся по всей длине подрагивающего от напряжения члена. Губы обхватили головку и проскользили вниз, вызывая приглушённое мычание. Язык кружил, размазывая слюну и смазку, надавливая и вылизывая каждую вену набухшего ствола. Чонгук двигался умело и уверенно, зная, как доставить Тэхёну максимум удовольствия. Он чувствовал, как напряжение в его теле нарастает, как он приближается к грани. Придерживая возбуждённый орган у основания рукой, он начал двигать головой вверх-вниз, сразу взяв быстрый темп, не меняя его до тех пор, пока не услышал низкий протяжный стон, а в горле не почувствовал тёплое вязкое семя. Тэхён громко дышал, а грудь его тяжело вздымалась в попытках восстановить дыхание. Он ничего не говорил, но в словах они и не нуждались. Всё и так было понятно, он слишком очевидно утонул в оргазменной неге. Чонгук с улыбкой оглядел его и лёг рядом, обнимая и прижимая к себе. Его вдруг окатило волной нежности к этому мужчине, который оказался вовсе не бесчувственным роботом, а очень даже эмоциональным человеком. Слегка отстранился и посмотрел на него с безграничным трепетом. — Ты прекрасен, — прошептал он, целуя Тэхёна в губы. — Я хочу ещё, — услышал в ответ и, не сдержавшись, прыснул. — Что ж. До утра я совершенно свободен…***
Тэхён проснулся от необычных ощущений. В голове шумело от выпитой накануне бутылки вина, он лежал в кровати абсолютно голый, а к его спине прижималось что-то тяжёлое, тёплое и твёрдое. Воспоминания вчерашней ночи вспыхнули в нём в одно мгновение и залили краской смущения. Картинки в голове сменяли друг друга, вводя его в тихую панику. Он не мог поверить, как легко и просто сдался и отпустил свой контроль. Как потянул Чонгука в спальню, как хищно и жадно кусал его шею, плечи, живот и грудь, там наверняка остались следы от его зубов. Как разозлился на него за то, что тот отказался идти в аптеку за смазкой и презервативами, уверяя, что наутро Тэхён пожалеет об этом внезапном порыве. Да уж. Уже жалеет. Он сейчас ощущал себя не директором компании, а неопытным юнцом. И напрягся, ощущая неловкость. Чонгук, будто прочитав эти хаотичные мысли, крепче прижал его к себе. — Даже не думай, — прохрипел он сквозь сон, — никуда не отпущу. Что-то прожужжало. Тэхён бросил взгляд на тумбочку и протянул руку к телефону. Но, зависнув на секунду, убрал её и устроился удобнее в объятиях Чона. Судя по тому, что за окном едва занимался рассвет, времени поваляться у них было ещё предостаточно. — Прогресс, — похихикал Чонгук и поцеловал его в шею.***
Месяц спустя. Директор Ким сидел за своим столом, перебирая бумаги. Рабочий день ещё не начался, но на столе у него уже дымилась чашка горячего чая, а на ноутбуке были загружены все необходимые программы. Не хватало только паролей. В дверь постучали, и он выпрямился в ожидании Пака с конвертом. Но удивлённо вскинул брови, увидев Чонгука. Тот выглядел слишком непривычно в классическом костюме, хотя и с расстёгнутой верхней пуговицей и без галстука. Увидев его реакцию, тот удовлетворённо хмыкнул и передал конверт с печатью «для служебного пользования». — Директорский визит, — сообщил он, — и новый договор. С сегодняшнего дня я лично курирую вашу компанию. — Хорошо. — Тэхён скользнул по нему взглядом и улыбнулся. — Помнишь, как ты в первый раз пришёл ко мне в разорванных джинсах и с пирсингом? Я тогда подумал, что ты худшее, что случалось с моим офисом. — А теперь я лучшее, что случилось в твоей жизни, — усмехнулся Чонгук, поправляя манжеты. — Кстати, ты не забыл, что в субботу тест-драйв моего нового байка, не передумал поехать со мной? В ответ лишь закатывающиеся глаза и ухмылка. Передумать? Ну уж, нет. Теперь он согласен на любое предложение своего нового… парня. Пока, правда, ещё не до конца верилось, что у них всё серьёзно. Тот присел на край его стола и протянул папку с новым договором. Тэхён медленно потянулся за ней, но Чонгук перехватил его руку. — Только одно условие, — его пальцы нежно погладили тыльную сторону ладони Тэхёна, — ровно в девятнадцать ноль ноль ты заканчиваешь работу, директор Ким. Иначе я приду в одних трусах и выдерну шнур из твоего драгоценного сервера. Тэхён рассмеялся — звонко, безудержно, так, что эхо разнеслось по кабинету. Смех, от которого перехватывает дыхание, который заставляет забыть обо всех условностях и приличиях. Смех, рождающий мурашки на коже и лёгкую дрожь в животе. Он даже не попытался прикрыть рот рукой, впервые за долгие годы позволив себе эту простую, такую естественную радость. Потому что в этот момент видел, как вспыхнули глаза Чонгука, как его губы растянулись в той самой улыбке — хищной и нежной одновременно. Той самой, ради которой хотелось смеяться снова и снова. Ведь больше всего на свете этот бесшабашный, несносный, прекрасный человек любил видеть его — Ким Тэхёна — по-настоящему счастливым.
