Блэк, но не с площади Гриммо

13 июля 1989 года. Именно в этот день, ровно одиннадцать лет назад, родилась юная мисс Кингзман, которая вот уже пять лет ходила в обычную магловскую школу, где проводит бо́льшую часть своей жизни за всё последнее время. Как ни странно, у Ансер было много друзей, но самой верной подругой являлась некая Эмили Кит. Именно она позвонила рано утром на домашний телефон своей подруге, чем, конечно же, разбудила всё семейство Кингзман. — Привет и с днём рождения! — громкий голос Кит тут же заставил Ансер проснуться и начать тереть лицо в попытках избавить свое зрение от размытого круга в глазах, который появился после долгого десятичасового сна. — Я приду ненадолго, через минут двадцать, и занесу подарок. – Почему только на двадцать? Оставайся на весь день! Родители сказали, что я могу делать всё, что захочу сегодня. – Игривый голос Ансер наконец-то прозвучал после недолгого молчания в трубку. Она уже вовсю рисовала у себя в голове картины, как будет бегать с тремя морожеными в руках и смеяться на всю улицу, чего нередко запрещала делать мать. – Я уезжаю в другой город. Забыла? Папа сказал, что уже нашел для меня хорошую школу-интернат, – пожала плечами девчонка, кладя свой подбородок на руку. 

***

Кит уехала, а родители так и не поздравили дочь. Забыли. Вот и настроение на весь вечер испорчено. Вообще родители часто делали девочке такие неожиданные сюрпризы: забывали про ее праздник на полдня, а вечером, когда она, например, спускалась на кухню перекусить, ее ждал торт, украшенный дом и какой-нибудь подарок, не дорогой, но от всей души. Сегодня же было не так. Ансер вот пять раз за вечер спускалась на первый этаж, но о сюрпризе и речи не было. Приближалась глубокая ночь. – Ансер Амелия Кингзман, немедленно спустись на первый этаж! – раздался громкий, строгий голос отца. Мама, которая также сидела на первом этаже вместе с отцом за столом, вероятно, уже оглохла. Ее звали за все последние десять минут уже где-то двенадцатый раз. — Милая, разве ты не хочешь получить подарок? — вдруг нежный голос миссис Кингзман растопил ее холодное сердце, которое успело заледенеть за этот день. Девчушка пулей выскочила из комнаты и направилась на кухню-гостиную. Что же это может быть? Обычно родители готовили ей символичный, но недорогой подарок. Например, в прошлом году семейство Кингзман подарило ей красивую фигурную рамку с фотографией всей семьи на море. Взор девчонки по прибытию на место сразу же устремился на родителей, которые почему-то смотрели на нее не с любовью в глазах или хотя бы радостью, а с некой жалостью. Уже подойдя к столу, брюнетка начала рвать подарочную бумагу на подозрительно маленькой коробке. Та бубнила себе под нос: «Почему вы сразу меня не поздравили? Я уже расстроилась!» К основному подарку, состоящему из одного пакетика мармелада и красивого блокнота с карандашами, прилагалось письмо, которое выглядело так, как будто бы ему уже лет двести было, но весь этот вид смягчала красивая печать на конверте с четырьмя животными и огромной буквой «H», которая так бережно скрывала содержимое письма. Кингзман младшая открыла письмо и быстро прошлась по его строкам, вчитываясь в содержимое. В моменте ее сердце ушло под землю. Очередная шутка Эмили, верно ведь? Эми часто подстебывала Ансер именно шутками про волшебство, что оно существует, когда-нибудь темные силы одолеют светлые и что-то в этом роде. Девочка опять перечитала письмо.

" ШКОЛА ЧАРОДЕЙСТВА И ВОЛШЕБСТВА «ХОГВАРТС»

Директор: Альбус Дамблдор

(Кавалер ордена Мерлина I степени, Великий волшебник, Верховный чародей, Президент Международной конфедерации магов)

Дорогая миссис Кингзман!

Мы рады проинформировать Вас, что Вам предоставлено место в Школе чародейства и волшебства «Хогвартс». Пожалуйста, ознакомьтесь с приложенным к данному письму списком необходимых книг и предметов.

Занятия начинаются 1 сентября. Ждём вашу сову не позднее 31 июля.

Искренне Ваша, Минерва МакГонагалл, заместитель директора! "

— Эми не уехала? Это шутка такая? — в один момент Ансер подумала, что это всё-таки её лучший день рождения. Кит не уехала! — Нет, она и вправду уехала ещё утром, — ее мечты развеял голос отца. Мать мялась рядом с дочерью, как будто хотела что-то сказать, но не могла. На секунду девочку охватил страх. Мама всегда была прямолинейной и говорит сразу о чем ей вздумается. Вероятно, это был ее единственный минус. — Недавно к нам приходил один человек и передал это письмо лично нам. Этим человеком был Альбус Дамблдор, директор школы, в которой ты будешь учиться. Мир магии и волшебства и вправду существует. Ты, скорее всего, не поверишь в это, но не спроста мы такие грустные? Двадцать пятого августа утром мы идём в одно место, будь готова.

***

1 сентября 1989 года. Ансер Амелии Кингзман пришлось самой добираться до платформы 9¾, из-за чего толком не успев попрощаться с родителями. Им опять поставили смену в пятницу – в их законный выходной день. Родителей вышвырнут с работы, если они не будут работать, начала успокаивать себя юная Кингзман, видя, как все остальные родители смогли отпроситься с работы и просто по обниматься и попрощаться со своим ребенком. Порой у девчонки возникал вопрос: «А точно ли я их родная дочь?» Ансер не очень-то похожа на родителей, зеленоглазых шатенов, да и отношения у них не самые лучшие. Ссорятся много, да и наговорить лишнего друг на друга не проблема. Обычно в настоящих семьях такого не бывает.

***

В поезде все было тихо. Кингзман ехала весь путь одна, не включая какую-то склизкую и противную лягушку, которая явно только что высунулась из канализации, ну или сбежала от непутёвого хозяина. Сейчас же все первокурсники отправлялись вслед за великаном, который вел их к огромному озеру с лодками. Старшекурсники сказали, что он просто добрый здоровяк и лесничий школы Хогвартс. Девочка слабо в это верила.

***

Дети стояли в Большом зале вот уже как десять минут и все до единого смотрели вверх. Потолок был заколдован, на нем можно было рассмотреть каждое созвездие, каждую звёздочку и каждый метеор. Маглорожденных детей было особенно слышно. «Вай! Ух! Вот это да! Что это?» — было слышно с каждого угла и даже с некоторых столов факультетов. Профессор МакГонагалл, по совместительству анимаг и заместитель директора, вынесла старую, временами потрепанную шляпу. Выглядел головной убор так, будто бы его пожевали и выплюнули огры лет сто назад. Закончив свою козлиную песенку, профессор называла имена учеников, которые с поднятыми подбородками шли к стулу.

***

С того дня распределения прошло уже больше недели. Ансер попала на Гриффиндор. В Хогвартсе было намного веселей, чем в обычной школе, но тем не менее Кингзман не смогла найти себе ни одного друга. Девчушке казалось, что ее сторонились. Например, когда она подсаживалась за стол к самому общительному ученику, он тут же умалкивал и не произносил в ее присутствии больше ни одного слова. Изменилось всё в один день, когда Ансер задержалась в общей гостиной за книжкой по зельеварению, по которой она так и не смогла за день выучить хоть одного рецепта зелья из десяти. За спиной в один момент послышались странные шорохи, как будто кто-то только что вошёл в гостиную. Но сейчас же ночь. Это запрещено! В итоге на следующее утро к Фреду и Джорджу обратился Филч под предлогом: «Чем докажите, что это не вы ходили по замку ночью?» На что те показали пальцем на Ансер, мол, вот мы сидели тогда в гостиной и собирались идти спать, спросите у нее. Девочка прикрыла близнецов ещё пару раз перед профессорами, и вот тебе новые друзья. Так и началась дружба Уизли и Кингзман.