восковые полоски

      Близится утро. Судя по небу, даже скоро начнет рассветать, но слава богам, что человечество придумало шторы. Парни разошлись по комнатам, только Антон остался вести стрим. Макс все жаловался на храп Дениса и их терки даже не собирались кончаться, потому Ильей было решено забить хуй на то, кто с ним будет спать, и отправиться в спальню.       Лунный свет пробивался сквозь щель между штор. За окном приглушенно была слышна стройка. Коряков отбросил футболку на пол куда-то в сторону, падая на кровать. Последний шот егера явно был лишним. Матрас приятно прогнулся под телом. Глаза непроизвольно слипались, голову словно сдавливали тяжелые тески, а кожа все еще побаливала после восковых полосок, вызывая усталый вздох. Вдруг спокойствие парня прервала резко открывшаяся дверь. Илью передернуло от неожиданности, и он подскочил на кровати. — Илиль, ты можешь мне с этим воском ебучим помочь? Он не оттирается ничем, – раздался низкий голос Дениса, который, пошатываясь от опьянения, светил в лицо парню фонариком. — Блять, ты угораешь нахуй? Чего Макса не попросишь? – жмурясь от яркого света. — Да он выгнал меня из-за сопления моего. Поможешь? — Сопения, а не сопления. Как мне эту хуйню отодрать тебе-то? И хватит меня уже слепить. — Тут полоски еще остались, – ответил Денис, выключая фонарь и протягивая восковые полосы.       Парень взял их и включил ночник у кровати, похлопав по одеялу рядом с собой: — Присаживайся давай, хули.       Илья стал разогревать воск, активно потирая руками. Другой же уселся в ожидании, расфокусированно следя за действиями друга. Они встретились взглядами, ненадолго задержав молчаливый зрительный контакт. Коряков разделил полоску и взял Дрейка за ногу, чтобы избавиться от оставшегося воска. — Бля, а тут-то реально придется на плечо закидывать, – он рассмеялся, пожалуй, даже слишком громко для такого позднего часа. — Да пошел нахуй, – рассмеявшись в ответ, парень смущенно отвел взгляд в сторону. — Клей давай.       Илья приклеил к многострадальному месту на бедре восковую полоску. Ногу действительно пришлось закинуть на плечо, иначе разогреть воск будет практически невозможно. Одна рука парня натирала бедро, вторая же придерживала ногу. Большой палец непроизвольно стал поглаживать внешнюю часть бедра, вызывая табун мурашек по коже и замешательство со стороны друга.       Глаза Дениса неловко забегали по фигуре парня и открывающейся картине в целом, но сказать что-либо он не решился. Дернув головой, словно пытаясь стряхнуть липкие мысли, он попытался отвлечься.       Резкий рывок – полоска сдернута. На коже все еще оставалась кусочки воска, не желающие отлипать. Коломиец сдавленно прошипел от боли, сжимая одеяло подле себя. — Ну тут все равно осталось немного, – Илья чуть приблизился и коснулся покрасневшего места, поглаживая. — Точно хочешь дальше отдирать? — Нахуй, – в ответ махнул рукой он, показывая безразличие. На секунду он в жесте отвел взгляд, но снова вернулся к руке, все еще лежащей на внутренней стороне бедра.       По коже вновь пробежали мурашки, и Дениса словно ударило током. Он посмотрел в глаза Илье, так красило отражающих теплый свет ночника. Спокойный – что не удивительно для пьяного человека, – взгляд теплил что-то в груди. Дрейк аккуратно опустил ногу, своей рукой сдвинув чужую чуть правее, но не убирая совсем.       У Ильи мысли уже плавились – перед глазами все начинало плыть как от усталости, так и от алкоголя. Образ друга перед ним казался ему все более мягким, почти нереальным.       Теплое освещение и контровой лунный свет невесомо обозначали границы фигуры. Картинка была воздушная и слегка мыльная, в особенности из-за того, что Коряков уже снял линзы. Шумное дыхание напротив было единственным звуком, пробивавшимся в его сознание. Он аккуратно положил руку Денису на шею, медленно поглаживая нежную кожу.       Дрейк, сбивчиво дыша, слегка сжал чужую руку на своем бедре. Заторможенно он изучал черты лица перед собой: блестящие расслабленные глаза, прикрытые уже сильно отросшими волосами; насыщенные губы; несчитанное количество родинок повсюду. Он осторожно отодвинул темные пряди в сторону, всматриваясь в едва различимый цвет радужек.       И когда Илья вдруг притянул его к себе, это казалось таким правильным. Не возникало и мысли о том, что что-то должно быть иначе. Что кто-то из них должен это прекратить. Расстояние меж ними исчезло, а горячее дыхание обожгло кожу. Губы слились в поцелуе.       Небо за окном светлело, но шторы это надежно скрывали. Светильник был выключен. Комната была погружена практически в полную темноту. С улицы доносилось только тихое чириканье птиц. Антон все так же вел стрим в главной комнате, развалившись на диване. Остальные спокойно спали.       Только узнает ли кто, что двое из них заснули в обнимку?