Запоздалое счастье

Был зимний вечер. В Петербурге уже небо было тëмным, а снег хлопьями падал на землю. Красота и уют окутывал этот город. Пилецкий был в магазине и покупал продукты домой, а также и выбирал разные вкусняшки по типу булочек с шоколадной начинкой, соки. Но, конечно же он не для себя это покупал, а для одного мальчика в детском доме – Пушкину. Это был 12-летний мальчик с кудрявый головой, карими глазами и уж очень с дерзким характером. Пилецкий, что всегда был за дисциплину и порядок приглянулся к этому бунтарю. Интересно почему же? Хотя наверное в нëм проснулось что-то большее, чем какая-то забота или жалость. Скорее..отцовский инстинкт? Вот как у матерей бывает материнский инстинкт к детям, так и у Пилецкого случилось. Но бунтовал Саша лишь словесно, ведь из-за болезни было ему очень тяжело ходить. У мальчика была миодистрофия Дюшенна: при этой болезни было очень сложно передвигаться, а лестницы становились кругами ада. Но Пилецкого это не волновало, ведь он ничем не отличался от других детей. Человек он и есть человек, но со своими патологиями, мутациями и прелестями. Но здоров ли ты или болен – человеком ты быть не прекращаешь. Пилецкий купил всë необходимое в магазине, расплатился и идëт по снежному покрову улицы в тот детский дом, где был Пушкин. В ту же очередь мальчик ждал мужчину, ведь он обещал вновь навести его. Спустя 15 минут двери здания открылись и вошëл весь в снегу и с мокрыми очками Мартын. Довольно миловидная, но в возрасте женщина стала оттрязивать гостя, попутно шутя, что Пилецкий был похож на снеговика из-за такого обильного снегопада. –снова за Пушкиным пришли? –само собой –мне провести вас или помните дорогу? –не стоит, я сам, спасибо И Мартын направился в игровую, где были на данный момент дети. Многие развились, играли в какие-то активные или не очень игры, а кто-то читал. Александр, сразу заметя мужчину, хотел уже встать и подойти к нему, но Пилецкий показал, чтобы тот остановился и сам вскоре подошëл к мальчику, протягивает тому клюквенный морс в бутылке и валдайские баранки. Радостно приняв подарки, Пушкин обнял Пилецкого, а после стал кушать. Он начал рассказывать какие-то истории, которые сам придумывал. Саша безусловно был талантлив, у него хорошо получалось придумывать истории, которые нравились и взрослым, и детям. Мартыну они тоже нравились, поэтому он слушал с вниманием и интересом мальчика. Но после рассказа одного из историй, Пилецкий заговорил: –слушай, у меня для тебя ещë небольшой такой..сюрприз –какой же? –ты теперь официально мой сын. Я уже все бумаги об усыновлении подписал –значит я твой приëмыш? –ну типо того –теперь я буду тебя одного доставать словесным поносом. Просыпаться будешь под театр одного актëра, где во всех ролях буду я –ну ничего, привыкну со временем –но тебя..не смущает, что я почти что инвалид? –почему меня должно это смущать? Я выбирал тебя не из внешности, а из характера. Хоть и вредный, но интересный После данного разговора Пилецкий подхватил на руки Пушкина и, кивнув той женщине, что встретила первого, оба ушли. Шли они не особо долго, где-то минут 20. Дошли они до квартиры Пилецкого. Дверь отворилась, щëлкнул свет, и, усадив на пуфик Александра, Мартын начал раздавать мальчика, а после и сам разделся. –слушай, тебе что приготовить? –хочу макароны с сыном! –хорошо, будут тебе макароны, кудряшки Усмезнувшись, отец и сын направились в ванную, помыли руки, а затем на кухню. Пока старший занимался отварной макарон, младший наблюдал за готовкой. К счастью для второго ждать долго не пришлось, да и нечего толком там ждать то: отварил макароны, посыпал сыр натëртый. Вот тебе и все дела. Пушкин уселся на стул, Пилецкий дал тому вилку и наблюдал, как мальчик аппетитно поглащает пищу. Раз, раз и еды нет, а Саша сидит теперь довольный. Казалось, что этот вечер был просто чудесным, незабываемым и просто лучшим. Оба пошли смотреть в гостинной какой-то мультик. Спустя 12 минут Мартын чувствует на своëм плече голову мальчика и улыбается. Подхватив того, он отнëс его в комнату, которую освободил специально. Положив того на кровать и накрыв одеялом, мужчина поцеловал сына в лоб и ушëл в свою комнату, перед этим выключив телевизор. 10 утра. Пилецкий довольно просыпается, радуясь тому, что это утро он явно встретит не один, а со своим сыном. Подойдя к комнате мальчика, он начал его потихоньку будить –Саша, вставай давай Ноль реакций. –Сашааа. Кудряш, уже не смешно И так же никакой реакции. Тут Пилецкий запаниковал и начал сильнее трясти мальчика, но тот никак не реагировал и не подавал признаков жизни. Прислонив 2 пальца к шее, он проверил пульс. Нету. Мальчик мëртв. А ведь его предупреждали, что долго не проживëт. Так почему именно сегодня? Почему именно в первый и, как оказалось, в последний день нормальной, не детдомовской жизни он умер? Почему в этой борьбе выиграла болезнь, а не любимый сынишка? –Саша, Сашенька..прости, что думал слишком поздно, чтобы забрать тебя. Я не успел.. Слëзы поступали к глазам. Пилецкий не стал сдерживаться, и, обняв бездыханное тело Пушкина, заплакал. Казалось, обнимал он вовсе не того весëлого и дерзкого подростка, а что-то..чужое ему. Холодное, мëртвое тело. Зато он умер во сне и не мучился. Хотя может и мучился, может молил о спасении, но Мартын не слышал. И если это так..то он не сможет себе этого простить никогда.