Я не смог полюбить тебя...

В середине пятого курса, где-то в декабре, ко мне пересадили одного гриффиндорца. Он постоянно был с растрёпанными волосами, что создавалось ощущение будто бы расчёска для него незнакома. Первый урок — зельеварение, что преподаёт Северус Снейп. Я уважал этого мужчину, но в настоящий момент у меня появилось пренебрежение к его методам. Он решил ко мне посадить шумного ученика дабы тот почерпнёт от меня хоть что-то. Не знаю, как я выглядел со стороны, но на лице учителя промелькнуло удивление. Вскочил резко и хотел ответить, но этот самодовольный кретин меня прервал. — Мистер Реддл, мои решения не обговариваются, — его голос был злым и я не мог осознать, что плохого в моей реакции. Мне пришлось отступить и сесть обратно. — Мистер Поттер, сядьте рядом с Реддлом. — Я не хочу сидеть возле слизеринца, ещё и на первой парте! — воскликнул юноша и выглядел он глупо. Ему всё равно придётся быть рядом именно на этом предмете. Но в этом же нет проблемы? Конечно, нет… — Поттер! Быстро сели и замолчали или пойдёте к директору! — я заметил, как, так называемый Поттер, застыл и сжал кулаки. Он посмотрел на меня и одарил ядовитой зеленью. Дальше дерганно отвернулся и подхватил книгу, кивнул рыжему, видимо другу, ушёл ко мне. Снейп наблюдал со всей строгостью во взгляде, а после продолжил рассказывать план на урок. — Не думай, что я останусь тут на долго! — зашипел разозлённый юноша рядом и выглядел… он глупо. Я не сдержал смешок, а этот гриффиндорец весь раскраснелся и был готов меня ударить. — Я бы хотел, чтобы ты пропал, как можно быстрее, — довольно я ответил юноше, а тот нахмурился. Ничего не ответил и повернулся к Снейпу. Так и началось моё соседство по парте с первым учеником гриффиндора. После того дня я расспросил Малфоя и остальных слизеринцев, что они знают о Поттере. Известно было достаточно: лучший ловец, из рода Поттеров, сирота, постоянно быстро взрывается, имеет близкие отношения с преподавателем ЗОТИ и с директором, а также ненавидит Снейпа. Последнее скорее всего взаимное чувство между ними. Также я решил узнать полное расписание Гарри и понял, что мы практически всегда вместе. Меня это удивило, но я мало обращал внимания на шум и скорее всего поэтому не запомнил, что Гарри так много в моей повседневной жизни. После всего этого я начал замечать Поттера везде: на обеде, когда тот улыбался, в кабинете, где бы Гарри не сидел, а в конце стал замечать его из далека в коридоре. Его отношение ко мне было негативным всегда. Когда гриф видел, что я за ним наблюдаю, то сразу смотрел с угрозой в зелёных глазах и кривил губы, пару раз даже показывал кулаком в мою сторону. Я бы не сказал, что делал какие-то пакости для гриффиндорцев, но Поттер меня явно ненавидел. Меня это странным образом задевало и я невольно начал думать о нём чаще. Я стал изучать его поведение и также наблюдал за его друзьями. Меня удивило, что дружелюбия в нём было хоть отбавляй, но что же не так со мной? Даже Драко, который задирал его с первого курса и перестал только в прошлом году не являлось веской причиной, чтобы замечая блондина рядом, махать в его сторону кулаком. Узнать, что Малфой принижал способного мага, была для меня странной. Я не знал ничего из того, что было вокруг меня, но сейчас мне не даёт это покоя. Спустя ещё месяц я узнал про его друга Рональда Уизли и Гермиону Грейнджер всё, что мог. Они были самыми близкими к нему, также возле него было и много других людей. Мне казалось, что я добрался до причины ненависти ко мне. Был неприятный момент, когда я накричал на его глупую грязнокровку и скорее всего она ему всё рассказала. Мне хватило этого понять, что я сделал и с того момента Поттер перестал интересовать мой взгляд. Мне стало всё равно на Гарри Поттера и я продолжил заниматься своими делами. — Прекрати всё портить! — на мой голос повернулись некоторые одноклассники, а также все гриффиндорцы. А мой сосед посмотрел на меня сначала испуганно, а потом виновато. — Не ори на меня! — воскликнул Поттер и направил на меня руку с ножом. — Да как на тебя не орать?! Я говорю — ты не слышишь, я пытаюсь сделать всё сам — ты мешаешь! Хочешь портить себе отметки, пожалуйста, но из-за тебя это сказывается на моих оценках тоже! — во мне было так много злости, что я был готов превратить его в мышь и скормить коту его подруги. — Я… — в кабинет вошёл Северус и он был явно не в настроении. Черт. — Заткнись и дай мне всё доделать, — я выхватил из руки юноши нож и начал нарезать ингридиенты. Краем глаза я видел, что зелёный взгляд был притуплен и я услышал чужую яркую мысль: «Я должен извиниться.» Я быстро почувствовал, что Поттер уставился на меня и кусал губу. — Прости, просто я хотел бы с тобой дружить, — Что? У меня от удивления выпал нож из рук и я удивился. — Ты сбрендил, Поттер? — Гарри опустил плечи и снова потупил взгляд. — Я, подумал, что ты меня ненавидишь и твой взгляд был такой злой постоянно. Я ведь думал, что раз ты ненавидишь мою подругу, то и меня соответственно тоже, а значит захочешь обидеть, —потрясающий идиот. — Ты идиот, — подытожил я и продолжил резать корень. — Но зачем тогда ты махал мне кулаком? — Я не тебе, а Драко. Он стоял позади тебя и рожицы корчил, — совсем тихо сказал юноша и подошёл ко мне ближе. — Вот же… включайся в работу и отмеряй вот тот порошок. Только грамм в грамм! — услышав то, что всё это время между нами было недопонимание стало приятной мыслью. Гарри спокойно клал порошок в котёл и с улыбкой поглядывал на меня. Я не хотел знать, что в голове у этого взбалмошного юноши, но был рад, что теперь у нас не будет проблем с зельеварением. Снейп заинтересованно смотрел в нашу сторону, но не стал подходить. Взглянув из далека на наше зелье, он с полуулыбкой кивнул мне и я ответил тем же. Вместе с этим он отпустил меня с Поттером с урока и я пошёл в сторону библиотеки. Я хотел уточнить информацию по поводу доклада, а юноша увязался за мной. — Том, а тебе нравится кто-то? — я удивился такому вопросу от него, но списал это на любознательность кого-то из девушек с его курса. — Я не способен на любовь, ты должен был знать это, — чужое лёгкое отчаяние затрепетало в воздухе и заставило засомневаться в какой-то гриффиндорке. — Мне казалось, что это ложь. Ты ведь удивительный и не выглядишь бесчувственным, — я потянул Гарри вперёд за руку и тот дёрнулся. Его ладонь была горячей и такой мягкой, даже и не поверишь, что он истинный ловец. — Ты действительно мало что понимаешь про зелья? — Поттер кивнул и неловко улыбнулся, а я отпустил его руку, — извини, просто не ходи позади меня. Меня это злит. — Да, просто я ничего не смыслю во всех этих замесах. Гермиона пыталась научить чему-то, но я не преуспел, — смотреть на такого Поттера было в новинку. Часто закусывал губы и постоянно падала челка на его лицо, когда тот опускал голову. — Тогда спрашивай, я на всё отвечу, пока ты мой напарник, — попытка улыбнуться была успешной и я даже увидел тёплую улыбку Гарри. Где-то внутри потеплело. Три месяца пролетели незаметно и меня развлекал Поттер. Тот решил сблизиться со мной и по всей видимости, даже сделал нам определённые обряды. Гарри всегда таскал мне булочки в библиотеку, всегда звал на обеды и начал таскаться за мной каждый день. Его постоянная улыбка была чем-то неправильным, а искренние искры в глазах удивляли. В голове не укладывалось, что Поттер хочет с ним дружить. Но Поттер не думал о чем-то плохом. На самом деле были сильно банальные, ведь в его голове постоянно крутились мысли обо мне и том, что ему хочется меня заставить поверить, что он не бездарь. В такие моменты я часто усмехался и смотрел из ресниц в лучащееся лицо Гарри. А теперь я привык, что он рядом. Меня удивляло, что Гарри редко стал видеться с Гермионой и Роном. Но по своим наблюдением я понял, что они теперь вместе и не против, что их друг проводит время со мной. Мне это от части льстило и порождала во мне жадные мысли, что Поттер всегда будет моим. Будто марионетка, за которые дергаю только я. Не буду скрывать, что пользуюсь его добротой и прошу иногда постоять на шухере, чтобы я мог узнать необходимую мне информацию. Но приходится в дополнение помогать с домашним заданиями Поттеру. Я не против. — Том. Я могу сесть с тобой рядом на остальных уроках? — Гарри переминается в ногах и прячет взгляд. Что-то случилось? — Эй, а ты не обнаглел, Поттер? Я сижу вообще-то с Томом! — недовольно бурчит Драко и размахивает руками. А Поттер краснеет и не сразу осознает, что сглупил. Хотя возможно Гарри не дурак и давно знает, что я попал на верх иерархии слизерина. Он тоже научился мной пользоваться. — Драко, можешь пересесть к Блейзу? — любезность была напущенной, но только так Малфой поймет, что я не шучу. — Ты сейчас серьёзно? — блондин передо мной хмурится и кривит губы. После моего кивка сразу подрывается и забирает свои вещи, уходит, — ну и пошёл ты со своим полукровкой! — Не обращай внимание на него, драгоценный, — на выдохе произношу и получаю нужную реакцию. Смотреть на поникшего парня не было сил, а сейчас он краснеет и садится рядом. — Прекрати, ты ведь знаешь, что нельзя так называть друзей, — недовольно бурчит подросток, но всё равно двигает стул ближе, а я ему это позволяю. Вновь моя вольность, но я чувствую, что Гарри это необходимо. — Постараюсь больше не называть, если ты расскажешь, что приключилось с тобой, — на самом деле мне всё равно, но хочется оставить его рядом, как можно дольше. Занятный парень, что идёт на любые жертвы и крайне полезен мне. — Я узнал, что у тебя было день рождение, а я ничего тебе не подарил, — он вероятнее всего шутит, — так вот. Я нашёл что тебе подарить, всего лишь безделушка, но тебе должна понравиться. Поттер слегка покрасневший, достал свёрток грязной ткани и положил на стол, подвинув ко мне. Его взгляд говорил, что он опасается моей реакции, но мысли так и трубили, что Гарри хочет, чтобы я открыл. Сначала во мне пылало сомнение, а после я даже хотел проверить данный предмет на проклятия, но тогда бы показал, что на самом деле мы не друзья. Вдохнув поглубже и приготовившись к удару, начал разворачивать жёсткую ткань, которая была вся в рыжих, чёрных и местами грязно-красных пятнах. А после я замер. Медальон Слизерина — безделушка… Мои руки дрогнули, когда я хотел коснуться металла, а лицо скорее показало жуткий оскал, ведь Гарри нахмурился и уже не улыбался так ярко. — Тебе не нравится? — прошептал юноша и утопил меня в непонятном ощущение. Скорее всего это была благодарность с примесью сильного шока. — Гарри, как тебе удалось? — хватая медальон, я рассматривал зелёный цвет и подумал, что цвет чуть бледнее чем глаза Поттера, но не менее красивый. Стоп, я считаю глаза Поттера красивыми? — Просто попросил Дамблдора, чтобы он выкупил его для меня и… вот он твой, — сомнения и опасения, что Гарри что-то потребует появились, но затухли, когда гриффиндорец прижался к моему телу. Он обнял меня за шею. И мысли Поттера затопили меня, в его голове столько чуши. Но одна вещь меня вновь заставила пожалеть, что я связался с этим учеником: «Я бы смотрел на твоё счастье вечно, Том». Не знаю почему, но у меня затаивается кусочек страха, где-то на краю мыслей, прямо над пропастью. Пропастью страха перед моей собственной смертью. — С Днём Рождения, Том! — шепчет на ухо мне Гарри, согревая дыханием шею. Странно. Я касаюсь рукой, его руки и сжимаю в благодарность. — Спасибо, Драгоценный, — и Гарри действительно драгоценность. Так юрко прошмыгнул и стал ближе всех, завладел моими мыслями ещё в первый месяц, как сел рядом, а после удивлял ещё больше. А после этого время быстро промчалось до следующего года. Наступил июнь и всё изменилось. Мы остались в Хогвартсе, меня оставили только из-за просьбы Гарри. Я не был благодарен, но определенно должен был воспользоваться шансом, чтобы узнать о крестражах. На пару месяцев я совсем забыл о действительности своих желаний и поддался увлечению и приятному времени, что проводил в компании грифа. Не забывая, что должен и Гарри подарить что-то. Первый месяц июня даже не замечал, что Гарри хандрил. Меня на это натолкнул директор, как бы не было мне неприятно. Я снова отвлёкся от своих изучений и начал наблюдать за Поттером. Тот тоже весьма успешно избегал меня. Сначала мне казалось, а потом когда мальчишка побежал по коридорам от меня, то я понял. И снова я начал гнаться за тенью Гарри, в надежде узнать, что случилось. Мне повезло поймать его в коридоре, что ведёт на улицу. Я не стал смягчать удар и впечатал подростка в стену. У него хрустнуло в шеи, а я скривился от неприятного ощущения в сердце. — Какого мордреда, ты бегаешь от меня? — зашипел я ему в лицо. — Я… просто думал, что ты понял, — щенячий взгляд меня остудил. Я убрал руку с его шеи и отошёл на шаг. — Понял? — не совсем понимаю, что должен был растолковать в чужой беготне. — Я влюбился, сильно, — и тут осознание меня окатило. В нашем мире можно влюбить один раз и если не получишь взаимных чувств, то погибаешь. Медленно, но всё равно магия играет против тебя и медленно убивает. А если признаешься, то сгниёшь ещё быстрее Но я не совсем понимал в чем проблема, ведь с женским полом у Гарри не было проблем. Девушки часто спорили, кто из нас красивее и с кем они пошли на свидание. — В кого? — Гарри тупит взгляд, а после делает шаг и дёргает меня за мантию, целует в губы. Я вижу лицо Гарри так близко, что даже вены на глазах становятся слишком чёткими. Не сразу понимаю, что происходит и после отталкиваю Поттера. — Ты с ума сошёл? — Это нет? — я вытираю губы и морщусь. Я не умею любить, я лишь могу жадно желать чьего-то внимания. — Нет, — шёпотом я говорю и мой голос дрогнул. Гарри не выживет. — Прости, я пойду, — гриффиндорец проходит, как ни в чем не бывает, а после падает на пол. Я успеваю среагировать, до того, как Гарри может разбить голову. Оседаю с его телом и ощущаю внутренний тремор, кажется, я начал терять контроль. — Помогите! — кричу я и передо мной появляется Эльф. Я сжимаю руку и стараюсь придумать, как спасти от такой глупости друга. Моего единственного друга. А после нас срочно телепортируют к Помфри и она начинает осмотр. Я сижу рядом, она не выгоняет, а я и не хочу уходить. Вижу, как женщина хмурится, а после поджимает губу. Она уходит и возвращается спустя тридцать минут с мутным зельем, которое вливает в глотку Поттера. После этого действия Помфри замечает меня и просит остаться, если Гарри очнётся. Она говорит, что ей необходимо к директору. Мне остаётся кивнуть и сесть рядом с Гарри. Смотреть на такого Поттера становится невыносимо. В какой момент Гарри влюбился в него? Можно ли разорвать зарождающуюся влюблённость, чтобы тот остался? — Кха-кха, — откашливается юноша и смотрит непонимающе на меня. — Ты как? — шепчу, двигаюсь ближе и наклоняюсь к нему. Утыкаюсь лбом в его грудь и вдыхаю. — Всё отлично, Том, — тёплая улыбка выглядит, как насмешка и мне хочется её стереть. — Всё ужасно, Гарри, — шепчу я, не зная, что делать в такой ситуации. В голову приходят крестражи, но они бесполезны будут, если душа поражена. — Отлично, я знал, что ты не ответишь взаимностью, — подскакиваю и смотрю слишком угрожающе, раз Поттер поднимает руки в защитном жесте. — С какого момента? — Гарри кладёт руку поверх моей и поглаживает большим пальцем. — Когда увидел твою первую улыбку. Я подумал, что не за что бы не хотел терять твою улыбку, — и меня бьёт под дых. Вот почему я испугался. — Зачем признался? — юноша пожимает плечи и поджимает нижнюю губу. — Чтобы не тянуть с этим всем. я знаю, что смерть так и так настигнет, как бы не хотел избежать, а находится рядом становилось всё тяжелее, — взгляд зелёных глаз метался по моему лицу, а после остановился на моей ладони, — можно? — Я не люблю, когда меня трогают, — Гарри кивает, но руку не убирает. Знает, что настолько близок, что я уже устал что-то запрещать. — У меня ещё год. Не забывай об этом, — Поттер переплетает наши пальцы, а после смотрит без надежды в мои глаза. — Я тебя убью… — шепчу я дрожащим голосом, в горле собирается ком и я думаю соврать. Что люблю, лишь бы Гарри жил. Можно ли схитрить? — А я тебя люблю, что не против умереть, — тёплая улыбка впечатывается в память и глаза щиплет. Я отмахиваюсь, что я могу всё исправить. Что выход есть всегда, а тем временем заходит директор и выгоняет меня. Теперь меня точно ненавидит. Зарывшись в библиотеки я теряю наше ценное время, которого остаётся слишком мало. Непозволительно мало. Гарри пытался получить мою любовь, но это невозможно. Мы прибегали даже к амортеннции и ничего не получалось. Я забросил попытки узнать о крестражах и посвятил себя этому проклятию. Как нереально то, что Гарри влюбился в меня, который не имеет и возможности ответить взаимностью. Директор также приходил ко мне и твердил, что я ничего не смогу сделать, а если прибегну к темной магии то могу разрушить и себя. Я злился и бился в немой истерики ночью, а утром вновь и вновь пытался разбудить чувства. И так было ежедневно. Пытался заставить ненавидеть себя, но ничего не вышло. Я даже раскрыл какой я монстр и что я делал, чтобы стать номер один в слизерине. Рассказал, что было в приюте, а Гарри и глазом не моргнув всё принял. А Гарри тем временем угасал. Его магия стала слабой, отражаясь на теле. Глаза, что были темнее зелени в лесу, становились всё бледнее. Нижняя губа стала вся в незаживающих укусах, а на теле всё больше появлялось синяков. А потом я стал безумен мыслю, что он умрёт. В один вечер я нашёл путь к тайной комнате и позвал туда Поттера. Тот пришёл и выглядел паршиво, но я всё ещё считал его драгоценным. — Драгоценный, давай сделаем это? — спросил я, зная ответ Поттера. Тот кивнул и позволил обхватить его за талию, а после поднять и отнести кровати. Я навис над ним и вглядывался в затухающую зелень, а после закрыл глаза и поцеловал. Грубо и требовательно, вёл всю инициативу, будто срывался за всё. А Гарри принимал и отвечал, нежно касался щеки и улыбался. В поцелуе мне казалось, что я видел его улыбку. Такую же тёплую и такую ласковую. Я начал целовать его щеки, подбородок, а после двинулся ниже. Я терзал его шею, кусал, зализывал и снова кусал. До моего слуха доносились стоны Гарри и мне срывало крышу. Я был почти безумен в своём желание не только жадно обладать телом Гарри, но и попытаться полюбить грифа. Кожа Гарри было солоноватой, что было странно, а после я понял, что у меня текут слезы. Моя психика сдалась и все эмоции перемешались. Это будет первый и последний раз для Гарри. Осознание жгло так сильно, что укусы перестали быть безобидными, а на языке появился вкус крови. Ночь летела быстро, тонула в бесконечном шёпоте и стонах. Я утопал в глазах Гарри, а он таял у меня в руках. Я не жалел, что так поступил, ведь это последнее о чем просил меня Гарри. В моих силах было это выполнить. Но на утро наваждение пропало и я проснулся с отвратительным настроением. В моей голове закрепилась мысль, что и для меня это был первый и последний раз. Я повернулся и уткнулся в грудь Гарри, вдыхая запах кедра. Поттер слегка поёрзал, но потом обнял меня и поглаживал по спине. Сейчас я выглядел более жалко, чем Гарри. — Я ничего не чувствую, — шепчу я, а гриф замирает. Я чувствую, что поглаживания останавливаются. А после рука перемещается на волосы. Он вплетается пальцами и массируют голову. — Ничего страшного, — говорит Поттер и меня бесит, что он меня успокаивает. Сейчас мне надо было поддерживать Гарри, а не наоборот. — Ты идиот, — шепчу я и обхватываю руками за талию юношу, прижимаюсь сильнее. — За то ты мне доверяешь, — он попадает метко в цель. Не будет такого второго парня, что останется рядом. Кого я не покину на утро и не захочу закрыться. — Прости, — в последнее время я постоянно извиняюсь. Мне кажется, что виноват я, когда начал играться с чувствами Гарри, чтобы он был привязан ко мне. Я не осознавал, что он полюбит. — Прекрати, Том. Тебе не идёт извиняться, как же то, что ты жестокий садист и ненавидишь всех вокруг? — с усмешкой говорит брюнет. — Ты не все и заслужил мои извинения, — Поттер отодвигает меня и я теряюсь, когда он смотрит на меня с лаской. Он тянет на себя и я поддаюсь, а после целует. Нежно, не так как целовал я, без напора или похоти. Меня отравляет такое отношение, но я отвечаю. Будто бы могу разделить его боль на двоих. После одеваемся и выходим из тайной комнаты. Гарри улыбается и держит меня за руку, как будто бы всё хорошо. Идти по коридорам уже странно и мерзко. А в душе остаётся осадок. Мы направляемся в Хогсмид, чтобы изобразить подобие свидания. Смеёмся, улыбаемся, светят яркие лучи солнца, которые согревают. Создаётся иллюзия счастья, что между нами отношения. Мы гуляем до вечера, пока силы остаются в Гарри, а к вечеру возвращаемся в Хогвартс. Перед тем, как разойтись я обнимаю грифа и целую. Также жадно, будто бы он сбежит от меня, если я не буду напирать. Мы долго смотрим друг другу в глаза. — Ты удивительный, Том. Не смей губить своё будущее, не становись Воландемортом, — меня злит наставление Гарри, но я понимаю, что им движет. — Я постараюсь, — вижу, что он поджимает губы и кивает. Я замечаю, что за этот день взгляд стал ещё туманнее, чем вчера. По всей видимости, чем больше не взаимной любви, тем больше эффект. Я знаю, что Гарри уже четыре месяца не может пользоваться магией и даже люмос даётся с усилием. — Я люблю тебя, Том Марволо Реддл, — и снова полное обращение. Гарри имеет слабость к тому, что я ненавижу свою магловское имя. Но он его обожает, говоря, что оно моё. — А я тебя, Гарри Джеймс Поттер, — вижу как его губы растягиваются в улыбке, а глаза сияют. Я вру, но ему хватает и этого. Мы оба знаем, что такое чувство мне не знакомо. — До завтра? — я неуверенно киваю, а потом вспоминаю. Уже наступило день рождение Гарри. — С днём рождения, Драгоценный. Теперь тебе восемнадцать и скоро ты будешь на седьмом курсе, — вручаю ему кольцо, после чего мнусь и мне становится неловко. Тот берёт его и удивляется. Я вижу, как его зрачок расширяется, а зелёный цвет будто бы становится ярче на мгновение. — Кольцо твоей семьи? — мне кажется так поступить будет верно. Мне хочется показать, что я благодарен за всё. — Спасибо, — он улыбается и принимает его. Надевает и на его тонком пальце кольцо выглядит громоздким. А после расходимся. Во мне появляется плохое предчувствие, что завтра что-то изменится. Навсегда. Но я все равно иду в свою спальню и укладываюсь в кровать. В голове метания между тем, чтобы что-то сделать и дать идти событиям своим ходом. Я стараюсь уснуть, даже через сильную тоску. Утро начинается с плохих новостей. Я не могу найти по всему Хогвартсу и бегу в башню гриффиндорцев. Меня останавливает директор и провожает до своего кабинет. Он сообщает мне неприятную новость, что времени у Гарри больше нет. Говорит, что у меня есть время попрощаться, если я хочу. Я подрываюсь, но директор снова останавливает меня. — Ты стал достойным, Том, — ощущаю лёгкое извинение в голосе старика и киваю. Мне всегда было всё равно, что про меня думают. Но эти слова были важными. Бежать до кабинета Помфри было не долго. Я быстро оказался в кабинете и убедил оставить нас вдвоём. Женщина грустно посмотрела на Гарри и пустила меня. Казалось, что на её лице тоже отразилось проклятие Поттера. Быстро поблагодарил и поспешил сесть. Гарри выглядел ужасно. Цвет кожи серый, под глазами были синяки, а глаза стали цвета серого зелёного чая. Даже чёрные волосы не блестели и не торчали в разные стороны. А он также улыбался, совсем тепло и выглядел счастливым. Я первый взял его руку и обхватил ладонями, создавая своеобразный замок из рук. Целую холодные руки и смотрю внимательно ему в глаза. — Нам никогда не быть вместе и мы оба это понимали, но почему же ты тянулся ко мне? Ты летел, как мотылёк и я тот яркий огонь, что сжёг тебя дотла. Теперь ты меня возненавидишь? Почему не тонешь в море омерзения ко мне? А может и к себе тоже… — шептал я и пытался раскопать ответ в мыслях Поттера. — Всё это стоило, чтобы полюбить тебя. Ты заслуживаешь моей любви и будь у меня выбор, то я бы полюбил тебя вновь, — Гарри приподнимается и я вижу, что он сдерживается, чтобы не скорчить лицо, а после тянется ладонью к моему лицу. Я лащусь к его ладони и пытаюсь держать себя в руках. — Я бы хотел суметь полюбить тебя, по-настоящему, — в полтона говорю и Гарри сжимает губы в улыбке. Кажется в его глазах появляются слезы, которые он старается спрятать. — Быть может в следующей жизни ты сможешь полюбить меня, — с тоской говорит Гарри. И я вижу, как перестаю чувствовать его магию. — Быть может, — рука Поттера падает и его ладонь в моих руках обмякает. Конец. Я кладу его ладони на грудь и целую на прощание в лоб. Во мне разливается горечь от своего бессилия. Выхожу и говорю Помфри, что Гарри мёртв. Женщина обнимает меня за шею, нашёптывает успокаивающие слова. Я принимаю её поддержку, ведь сейчас нет сил даже оттолкнуть Помфри. А потом когда она отпускает меня, я бреду по коридорам и иду в спальню. Я чувствую такую усталость, как будто бы не спал весь этот год. На утро никто меня не встречает, никто не ждёт. Гарри не очнётся сегодня утром и не будет всё, как обычно. И проходя мимо входа в спальню гриффиндора замираю. Быть может в надежде, что Поттер выйдет, а может просто постоять. Действие, что стало их обрядом. Маленькая традиция из многих, что создавала их дружбу и подобие отношений. Я закрываю глаза и снова вижу нежную улыбку Поттера и ощущаю его холодные ладони. Вижу насколько он плох и знаю, что виноват я. — Прости, что не сумел полюбить тебя вовремя, — заталкивая образ гриффиндорца куда подальше, я открываю глаза. Пусто. Пусто и во мне. Я поворачиваюсь и ухожу. Один, без возможности встретиться вновь. Но с непонятным чувством в душе, что начало отравлять и меня.