Вишнёвый Сироп

Converse High — BTS Когда Юнги впервые увидел еë, он подумал, что это парень. Так и было. Он несколько месяцев не приходил на учёбу из-за срочного проекта по работе и тут она. День был откровенно дерьмовый, честно говоря. Юнги проспал, придя ко второй паре, а потом долго отчитывался перед деканом за своё отсутствие. Обходил всех преподов, получая от них задания, и бегал за однокурсником Сокджином, чтобы тот дал ему конспекты. Пришлось пообещать тому выпить в награду за одолженные конспекты. Они с тонсэном Чонгук-и сидели в кафетерии. Младший пил своё банановое молоко и быстро что-то клацал в телефоне, а старший даже не удосужился прикоснутся к своему кофе, который он, между прочим, не оставлял без внимания никогда. Мин рассматривал Эми, которая сидела у окна. Его, как казалось Юнги. Миловидный парень. Отросшая чёлка, огромная футболка, которая скрывала худощавое тело и просто потрясающая улыбка. Она слушала музыку в наушниках и что-то листала в телефоне, иногда улыбаясь. А Мин возьми и лупани: — Что это за красавчик за вторым столиком у окна? Чонгук оторвался от телефона и посмотрел в ту же сторону, что и старший. И чуть не подавился. — Хён! Это же Ли Эми! Она! — Это девушка?! Чонгук только кивнул, ошарашенно глядя на хёна. С того дня Юнги стало не по себе. Он не планировал встречаться с девушками. Познакомились они на баскетбольной площадке. Юнги просто обожал в него играть, но никогда не рассматривал себя в качестве профессионала. Он сегодня как всегда, а именно когда у него было на то время, тренировался забрасывать мяч в кольцо. Он и так промахивался раз в тысячелетие, но от скуки некуда было деваться. Юнги совсем не перфекционист, когда дело не касается работы. Один бросок, второй. С одно края, с другого, с дальнего расстояния, одной, двумя руками. Мускулы уже побаливали и ноги ныли, всë же не на столько Мин спортивный. — Никогда не понимала, как его забросить, — слышится сзади. Юнги бросает мяч и удивлённо поворачивается. Это была она. Самая прекрасная и волшебная, по скромному мнению Юнги. Похожая на фею. С чего он это взял? Просто время от времени наблюдал за ней в столовой, в коридоре, на некоторых совместных парах. Почему, черт возьми, первого и четвёртого курса были совместные пары истории искусств непонятно, но теперь Юнги это радовало. — Хочешь научу? — срывается само собой. И он учит. Дотошно объясняет, показывая самый простоя способ. Встать прямо под кольцом, сбоку и целится в квадратик — так он сказал Эми. Девушка внимательно слушает и кивает своей блондинистой головой. Стоят они близко и Юнги может почувствовать приятный запах кофе и вишни, исходящий от неё. Эми учится, не сдаётся. И у неë ничего не получается. Где-то пол часа она не забрасывает, но она продолжает. И вот первое попадание. Она ярко улыбается и кидается Юнги на шею, от радости конечно. — Ой, прости! — она отпрянула и виновато взглянула прямо в глаза. Юнги бормочет что-то вроде: «Ничего страшного», хотя сам он не уверен, слишком смущён. Он не привык к близости девушек. Они тренировались до самого вечера, пока не пошёл дождь. Несколько месяцев спустя Чонгук придумал устроить вечер кино. Он собрал всех друзей в своей квартире, то есть теперь Юнги-хëна, Эми-нуну и своего хахаля, как его называл Юнги, Тэхёни-хëна. Для своих — Ви, а для Гуки —Тэ-Тэ. Та ещë сопливая парочка. Юнги не был с ним знаком, знал только: «Самый красивый в мире хён, такой привлекательный и невероятный, а ешë у него милая родинка на носу. Он заботливый и верный!». Но честно говоря сам Юнги думал, что он чокнутый. Тэхён был младше его самого и был невыносимо тактильным, он ластится к Чонгуку, потом прилип к Юнги, а когда был аккуратно отцеплен, обиделся и назвал своего хëна занудой, а своë утешение нашëл в Эми, она с радостью обнимала его на протяжении всего фильма. Чонгук тихо негодовал, Юнги громко, но оба просто беспочвенно ревновали. Выбор фильма пал на «Поезд в Пусан». Классика. Юнги уже его смотрел, и ему было не особенно интересно. Он пялил в окно и медленно пил своё пиво. — Хëн, почему мне пиво не купил? — грустно спросил Чонгук. — Не дорос ещë. Настроение было ни к чëрту, голова болела, ещë и на работе завал. Привалила новая группа и дебют был не за горами, надо было придумывать альбом, а продюсер Шуга совсем не знал, что может подойти группе с джазовым концептом и главным вокалистом с баритоном. Идея главных продюсеров была связана со смешением классического джаза и R&B, схема не нова, но совсем неизвестная индустрии. ШиХёк придумал и, похлопав по плечу сказал: «Шуга, ты же гений, значит справишься!». А Шуга, сука, не уверен в этом. — Юнги-хëнним... — прошептал Тэхён. — Да...? — А где ты работаешь? Чонгук говорил, что ты занят н работе постоянно. — Я продюсер в HYBE, — вздохнул старший. — Серьёзно?! Правда?! А под каким псевдонимом?! — Шуга. — скучающе. — Шуга?! Юнги-хëнним, Юнги-хëнним! Я просто обожаю твои песни! Я был бы очень рад, если бы ты стал айдолом! Юнги застонал от невыносимости всей ситуации. Боже блять, какой день. Хочется просто воткнуть нож в горло не только себе, но и Чонгуку, который это затеял. — Да! Я слежу за твоим творчеством! — младший горделиво поднял подбородок и стукнул ладонью по груди. Проснувшаяся Эми хлопала глазами и смотрела на Тэхёна, глаза которого блестели от гордости за самого себя. — Шуга-хëнним, можно твой автограф?! — Ким восторженно хлопнул в ладоши. — Серьёзно? Ладно. Он подписывал карточку с NewJeans, которую Тэ вытащил из под чехла телефона. — Ты продюсер? — тихо спросила Эми. Тэ и Шуга резко на неë повернулись. Шуга кивнул. — Это так круто! — Эми солнечно улыбнулась. Юнги почувствовал, как его щеки заалели и отвернулся. — Хён, ты что покраснел? — удивился Чонгук. Он схватил старшего за щëки. — Невероятно! Айщ, я понял, понял! Ты что же влюбился в Эми? — Заткнись. Где твоё уважение, ребёнок? Юнги забрал своë пиво и вышел на балкон. Заебали его эти придурки. Как малые дети себя ведут, да и сам не лучше. Уже не мальчишка, а краснеет как школьник. Сбросится бы с этого балкона, да не сдохнет. Второй этаж. Как же стыдно. С того дня Юнги избегал Эми. Их пары нигде не совпадали, да и Мин был старше на четыре года. Учился на последнем курсе продюсирования и медиа. Со съемкой не задалось и он изучал только дизайн и музыку. В универе, он не приходил на обед в столовку, выпивал свой айс-американо с вишнëвым сиропом в ближайшей кофейне за углом. (Видит бог, Юнги стал добавлять сироп только из-за Эми и её духов) Там он познакомился с милым парнишкой. Он назвался Хоби. Хоби излучал тепло и надежду, был почти таким же шумным как Тэхён, но не шабутным. С широкой душой и тëплой улыбкой. Хоби работал бариста, а в свободное время танцевал и читал реп на андеграундной сцене. Юнги договорился о скорой встрече. Всë таки ему хотелось исполнить пару своих песен, как в старые добрые. Ещё в Тэгу он занимался рэпом, а затем уже ударился в продюсирование и продажу своих текстов. Всë свободное время заняла работа. Написание текстов, редактирование старых. Он подготовил мелодии для последних заказов и дорожку фортепьяно для новой песни в джазовом стиле. ШиХёк доверил ему разработку ещë и нового альбома NewJeans, а группу JazzDancers отдал кому-то другому. Юнги просто переслал черновики для новой группы ему, а сам занялся NewJeans. Девочки и сами были достаточно смышлеными и подкинули ему кучу идей. За это ему нравилось с ними работать, они не скидывали всю работу на умного продюсера, а сами участвовали в создании контента для фанатов. Он старался откидывать мысли о Эми куда подальше. Чтоб не мешали. По каким-то причинам, ему казалось, что он совершенно ей не нужен. Да и его способности в очаровании девушек не работали, всë же до неë ему всегда нравились парни. Юнги на дому отредактировал своё древнее соло Agust D и подрезал весь мат. Хоть немного, но его стало меньше. А в субботу вышел на сцену. Читал почти идеально и публика хлопала, им нравился Agust D. Хоби похвалил его и познакомил с Намджуном, своим другом репером и его парнем Сокджином, который был самый старший в компании. Он был старше своего парня аж на семь лет. Намджун представился как — RM, а Хоби — J-hope или Хосок, как захотят фанаты. Парни были лучшими из всех кого знал Юнги. Джун был умным малым и, наверное, умнее половины населения планеты, он писал глубокие тексты, которые дал просмотреть Мину. Джин, как главная мамочка позвал всех поесть в ресторанчике после шоу, а никто не посмел отказаться. Всё было хорошо до того момента пока Хосок не привëл свою подругу. — Юнги, знакомься — это Эми, моя девушка! Эми — это Юнги, наш новый репер. Тогда и начался лютый пиздец. По-другому Мин сказать не мог. Сердце ушло в пятки. Нет, оно упало под землю и пробилось к магме и загорелось. Нет шансов. А самое смешное, что это был человек, с которым он бы хотел дружить. Если бы это был не Хоби. Было бы не так обидно. С Юнги такое случалось частенько. Все парни, которые ему нравились уходили к его знакомым или даже хуже — к лучшим друзьям. Таким образом он переставал общаться с обоими, слишком больно. Все его отношения заканчивались редким перепихоном на квартире и встречи в месте, где они познакомились. Самые долгие отношения длились три месяца. Это конечно полный пиздец, но можно привыкнуть. Хосок отличный парень, даже за их недолгое знакомство Мин смог это понять. Он вполне подходит Эми, чего нельзя сказать о самом Юнги: сломленный жизнью музыкант, пьющий виски стаканами. Специально губит своë здоровье кофеином и алкоголем, а из-за частых головных болей пьëт обезболивающее. Тут ещë и закрались мысли о непривлекательности. Все его прошлые партнёры говорили, что он невысокий и слишком тощий. «Таким ножкам любая девушка позавидует, жаль волосатые, я бы представил, что трахаю девушку» — так говорил Джехван. И блять, будто бы был прав. Глаза маленькие, губы тонкие. Одни руки ему нравились: от постоянной игре на инструментах стали красивее — пальцы тонкие, жилистые. Пока Мин Юнги мысленно топил себя в ванной, Эми шла за ним через весь зал под крики толпы. Он решил, что лучше не позорится и уйти на улицу. Сокджин и Намджун громко перешептывались, а Хоби так и не смог понять, что он такого сказал. Мин вышел из здания и, завернув за угол, сполз по стенке на асфальт. Он не знал, что к нему идëт встревоженная Эми. — Оппа. Юнги не отвечал. Ему было так плевать, кто его зовëт. Его голову снова заполнили мысли о собственном несовершенстве. Не бывает ведь, чтобы человек не нравился всем просто так, да? — Оппа, прости меня. Мин молчал. — Прости, что не пришла к тебе. Мне нужно было извинится за шутки Гуки, это должно быть оскорбило тебя, — она вздохнула и села рядом. — Прости. Я не думаю, что ты влюблён в меня, это было бы невозможным. Ну и знаешь, я не встречаюсь с Хоби. Он так говорит, чтобы меня в здешней компании не обижали, здесь контингент бывает тот ещë, андеграунд всё таки. Мы с ним вместе тренируемся, ставим танец. — Ты ни в чëм не виновата, это я дебил. Избегал тебя, думал, что ты смеяться будешь, — хрипло прошептал он после минутного молчания, — Как в тебя можно не влюбится? — добавил уже тише. Хоть один раз в этой жизни он должен признаться. — Не знаю. Я никому никогда не нравилась, — Эми смущëнно отпустила голову, Юнги почувствовал как она чуть отодвинулась. — Мне кажется, я не нравлюсь парням из-за своего поведения и внешности. Им нравятся длинноногие, темноволосые красавицы с блестящими от блеска губами, как IU. Она раньше была идеалом красоты для меня. Вообще что-ли все слова мимо ушей пропустила? — Мне вообще раньше девушки не нравились. Я не знаю, какой у меня типаж. Но точно знаю, что с парнями мне не везло. Тупые козлы, заставляли прогибался под них. Пошли нахуй эти мужики, да? Юнги невесело засмеялся и стукнул кулаком по асфальту. Его как всегда отвергли. Но он не понимал, как она могла никому не нравится? Эми? Такая потрясающая и светлая девушка? — Д-да! На-х.. а-а-нафик этих мужиков! — она стукнула своей маленькой ладошкой и ойкнула. И вдруг зашмыгала носом, подтянула коленки к груди и громко зарыдала. Юнги беспокойно повернулся к ней. — Эми-а, эй, ты чего? — он положил руку ей на плечо и сжал. — Не нуж-ж-жна я не кому-у-у , ником-му не нравлюсь. Не женственная, некрасивая, кто такую полюбит, а? Нафик этих мужиков, пусть вообще в мире только они и были бы и нет проблем. Никаких стандартов женской красоты! — глухо кричала она в коленки и шмыгала носом. — Ну чего ты, не плачь! Ты вот мне нравишься. Эми, ну ты чего? — он погладил еë по мягким волосам. — Чего? — Я влюблён в тебя. А IU, кстати, мне вообще не нравится, я с ней знаком. — сердце гулко стучало в груди, ему было очень страшно это произносить. Одно дело признаться самому себе в этом, а другое рассказать самой Эми. — Ты что шутишь надо мной? — она подняла на него свой заплаканный взгляд. — Конечно нет! Клянусь! — А если, я тоже в тебя влюблена? — Чего? Эми неожиданно поцеловала его. Невинно так, мягко. Губы горели, а Мин кажется только что продал душу за этот поцелуй. Какая романтика в этой подворотне. Ли покраснела до кончив ушей и начала сбивчиво извиняться, кажется опять разрыдавшись. Пока Юнги не отмер от шока и решился поцеловать еë в ответ. Глубоко, ласково и мокро. Было очень непривычно. Особенно ощутимая мягкая грудь, прижимающаяся к его. Он целовал еë медленно, растягивая момент, пробуя на вкус, а Эми под ним задыхалась и мëртвой хваткой вцепилась в его толстовку на плечах. Они разорвали поцелуй с громким «чмок» и оба смотрели друг другу в глаза пока Юнги не поднял еë с земли. — Пойдëшь со мной на свидание? — он же джентльмен, должен делать первые шаги. — П-пойду, — Эми трогательно прикасалась к своим губам и кусала их. Юнги спрятал руки в карманы и подтянул толстовку пониже. Он махнул головой в пригласительном жесте и впервые за неделю по-настоящему улыбнулся. *** Они встречались уже целый месяц. Ходили на свидание, в гости, Эми познакомила его со своим котом (которого, на удивление, звали Шуга). Это был самый белый и самый злющий из всех котов, что Юнги видел. Ходили друг другу в гости и на работу. Юнги в свободное от работы время приходил на тренировки к Эми. А ещë он частенько вспоминал их первое свидание: Было не сильно поздно, поэтому можно было найти вагончики с уличной едой. Юнги купил Эми корн-дог, которые так обожала, как выяснилось, а себе взял рыбные палочки. Им не нужна была слащавая романтика, определённое время и букеты цветов. Обоим было до одури хорошо и комфортно вдвоём. Они медленно прогуливались по парку и наслаждались ранней осенью, когда ещё не холодно, но уже не жарко, а листья только начинают желтеть. Эми молчала и Юнги тоже. Он предложил ей наушник с музыкой. И они всю дорогу слушали его плэй-лист, где что только не пересекалось. Счастливое время. Сейчас они видятся часто, но совсем не ходят на свидания. Покупают друг другу кофе и перекидываться дуратскими селфи в какао. Хотя Эми отвечает очень медленно. Может моментально, но обычно через пару часов. На еë телефоне выключена даже вибрация. Юнги знает, что если Эми быстро ответила это значит только одно: она держит телефон в руках. Он никогда не осуждал еë за такие долгие ответы, но это всë равно его задевало, даже зная, что его девушка занята, учëбой и подготовкой к летнему концерту и всяким рандом-дэнсам, которыми она тоже занималась. В каком-то смысле им было хорошо. Это не были отношения, в которых они что-то требовали друг от друга. Они просто были. И Эми и Юнги знали — у меня есть человек, которому они могут в любой обратится, а самое главное, то что это мой любимый человек и ничей больше. Эти двое наслаждались временем вдвоëм, обсуждали музыку, фильмы и придурков преподавателей, кусали друг друга за щëки по приколу и смотрели забавные аниме, когда выпадал момент. Слушали музыку, по очереди меняя плэй-листы и медленно целовались на мягком диване в моменты, когда их мысли чудным образом сталкивались. Они практически жили вместе. Это была блядская идиллия женатиков. Про себя думал, как это странно в его холостятской жизни одинокого недогея, но ему так нравилась эта ровная полоса без грëбаных эмоциональных качелей. Тупые качели, на которых всегда катался он один. А сейчас так легко и хорошо. Благодать и штиль. Не обходилось и без печальных моментов. В те моменты, когда Юнги оглаживал упругие бедра Эми и пытался донести, что они прекрасны и никакие не толстые, а она только продолжала говорить: «Худеть мне надо, совсем уже пухлая.» Мин Юнги всем сердцем это ненавидел. Было странное ощущение. Мин слышал в свою сторону комплименты, ему не раз говорили, что он красив, и где-то в глубине души верил в это, но упрямые мысли говорили о тех или иных недостатках. А Эми же свято верила в свою непривлекательность. Этого он не понимал. У него самооценка скачет, как Тэхён получивший шуточное предложение руки и сердца от Чонгука, а у Эми оставалась на одном месте — внизу, плачущая от безысходности. Он продолжал громко восхищаться ей. То кричал на всю улицу, какая она красивая при встрече, то шептал на ухо всякие пошлые комплименты, то целовал еë пальцы, говоря: «Никакие это не пальчики, а милые пальцы». То выстанывая еë имя в душе, представляя как еë бëдра седлают его. (Об этом Эми, конечно, не знала) А это чуть-чуть, но помогало ей, ну и очень смущало. Ещë Эми сдружилась с Тэхëном. Они часто проводили время вместе (даже чаще, чем с Юнги), в столовой сидели рядом и обнимались при возможности. Юнги не такой тактильный, но тоже хотел чтоб его обняли. Чонгук лишь пожимал плечами на все испепеляющие взгляды своего Юнги-хëна. Юнги хотел лишь одного. Чтобы эта история длилась вечно. Девушка, которую не принимали и парень, чье достоинство опускали на дно. Они так друг другу подходят. И сумеют быть вместе, не смотря на мнение других. Они обязаны. Мир не такой сложный. Он слишком простой, людям просто хочется его усложнить.