I have loved you since we were...

Я чувствую тепло. Сквозь сон. Оно постепенно окутывает меня, растекается по телу. В тех точках, где Его тело прикасается к моему, тепло переходит жар. Кожа будто бы плавится. Я чувствую руку, Его руку на своей груди. Он обнял меня во сне. Как бывало, кажется, тысячу раз до этого. Просто Он такой. Просто любит обниматься. Просто Он ласковый, как маленький котенок или щенок. Это просто проявление дружеских чувств. Просто... Да какого же хрена тогда все так сложно?!!! Почему только с Ним мне становится невыносимо горячо? Почему в голове образовывается какой-то непонятный кисель из странных эмоций? Почему, когда Он кладет голову мне на плечо, мысли и слова начинают путаться? Почему все одновременно и так приятно и так сложно? Почему это все так не похоже на отношения с... Да с кем угодно! Почему невозможно удержаться от прикосновений? Откуда это желание постоянно смотреть, не отрывая взгляда, зарыться пальцами в Его кудри? И почему, черт возьми, так сложно спокойно реагировать на одно только Его присутствие? Каждый раз, когда Он оказывается рядом, кажется, что сердце на секунду бросается вверх, к самому горлу, и от этих внезапных кульбитов из него будто выплёскивается раскалённое нечто и заливает все внутренности! И почему иногда так до слез, по-детски, обидно, что Он возможно не чувствует такого же шквала эмоций в ответ? Ну, точнее, Он, конечно же, чувствует привязанность, какую-то симпатию. Ведь они всё-таки друзья. Они ведь просто друзья? "Вот, - мысленно говорю сам себе,- ты чертовски прав, Луи. Вы просто друзья! Не придумывай себе ничего лишнего. Расслабься и получай удовольствие. Тебе тепло и хорошо рядом с ним? Отлично. Вот лежи себе спокойно и спи!" Но какой-то другой голосок в голове ехидно замечает: "Спи спокойно? Когда от одного Его горячего дыхания прямо в твою шею у тебя на спине муравьи устроили парад и маршируют стройными рядами? Ха! Ну, что ж, попробуй усни. Особенно когда Его рука как-то незаметно, постепенно сместилась очень сильно вниз. Она уже даже не на твоём животе, а...Вау! Так стоп!!! Дыши, Луи. Дыши. Вдох-выдох, вдох-выдох . Это Он неосознанно, во сне. Ничего такого. Случайность." Я ещё, наверное, за всю свою жизнь настолько не старался контролировать себя, свое дыхание, свои малейшие движения. Я весь как натянутая до предела струна. С одной стороны ужасно не хочется шевельнуться, чтобы Он не заворочался во сне и не убрал руку, а с другой - я же не выдержу! Ещё буквально сантиметр и Он коснется... А у меня в штанах и так уже будто скауты палатку поставили... О, да! Прекрасно! Просто прекрасно. Теперь он зарылся носом в мои волосы на затылке и я практически чувствую его губы на моей шее. Правильно. А чего уж? Добей меня. Мне уже даже стало интересно, что не выдержит первым: мое сердце остановится окончательно или член взорвется от желания. Да за что мне такая пытка?! Вот опять Он ворочается, прижимаясь теснее и ... упс! Да под этим одеялом оказывается не одна "палатка", а целый кемпинг! Это уже намного интереснее. Мой невольный "палач", изводивший меня последний час, и сам "жертва"? Остаётся невыясненным вопрос: Он все таки спит или делает это осознанно? Да пошло́ оно всё! Какого хрена я должен себя сдерживать и мучать, если Ему самому тоже явно нравится происходящее?! И уже честно говоря, плевать, сквозь сон это или нет. Я, решительно разворачиваюсь в Его объятиях, оказываясь лицом к Нему. В тусклом свете уличного фонаря, проникающем сквозь не занавешенное окно, я за секунду вижу весь спектр эмоций, сменяющихся в Его глазах. Сначала в них плещется паника, наверное от того, что я либо вообще не спал все это время, либо только что проснулся от Его действий. Но потом, понимая, что я очевидно не собираюсь Его отталкивать, взгляд сначала теплеет, а потом будто застилается туманной поволокой от возбуждения. Он просто молчит и смотрит мне в глаза. Напряженно, даже не моргая. И я молчу. И сдаюсь первым - я тянусь к Его губам, уже практически уверенный, что не буду отвергнут. Его губы горячие, сухие. И я понимаю, что Он, сомневаясь долю секунды, отвечает на поцелуй, только вздрагивает и издает звук, похожий то ли на всхлип, то ли на облегченный вздох. Это как "на раз-два-три" решиться окунуться в ледяную воду. Это одновременно и страшно и волнительно, это кажется неправильным, но в то же время понимаешь, что это самое невероятно приятное из того, что случалось с тобой за всю жизнь. Первые секунды наши тела будто парализованы, а все силы и чувства сосредоточены в поверхности губ, на кончиках языков. Меня нет и Его нет. Есть только две пары губ и одно дыхание на двоих. Сердце набатом стучит где-то внутри. Такое ощущение, что их очень много, маленьких горячих сердечек, которые колотятся в каждой клеточке тела. Чьё это сердце, мое или его, кстати, я так и не понял - мы будто стали одним целым. Сколько это длилось? Не знаю. Казалось, что несколько секунд или целую вечность. Внезапно Он резко отпрянул от меня и в его глазах... В них отразилось сразу всё: страх, волнение, смущение, стыд. Он не сказал ни слова. За него все сделал его взгляд. Он продолжал понемногу отодвигаться от меня, потом соскользнул с кровати и так же молча рванул к двери. Я и сам был растерян и очень мягко говоря в шоке от этого всего. А он так быстро юркнул прочь из комнаты, что мое робкое: "Гарр..." оборвалось на полуслове звуком аккуратно закрывающейся двери. Последнее, что я услышал, были торопливые но осторожные шаги по коридору. Я замер на постели, не зная, что же мне делать. То ли рвануть за ним вслед, то ли оставить на время в покое и дать нам обоим немного остыть. Разные мысли кружили и вились по лабиринту извилин, и от этой их возни мозг буквально горел огнем. Первое: что это мы сейчас сделали, черт возьми? Второе: почему? Точнее, даже не в том порядке. Первая мысль которая робко шевельнулась в голове, это "будет ли этому какое-то продолжение?" Единственное, что я понял однозначно, что мы приоткрыли этот ящик Пандоры, и что-то оттуда выпустили... Но во что это все выльется? Так, хватит! Я пытаюсь прервать свой мысленный диалог с самим собой. Нам нужно обсудить все с Гарри. Но для начала успокоиться. Нехотя поднявшись с кровати, я направился в ванную. Стоя перед раковиной и держась за нее обеими руками, пытаюсь усмирить дыхание и пульс. Поднимаю взгляд к зеркалу и просто не могу узнать самого себя. Вид совершенно безумный - волосы взъерошены, щеки горят, будто я отхватил неплохих таких пощечин, губы все ещё немного припухшие, глаза - два блюдца с дикой смесью из удивления, волнения и... желания. Окатил лицо холодной водой. От ощущений на секунду перехватило дыхание. Плеснул воды ещё пару горстей. В голове начало немного проясняться. Постояв, вперив взгляд в пол, потом неспеша вытеревшись, возвращаюсь в свою постель. Я уснул неожиданно быстро. Видимо, избыток эмоций и неоднозначных событий истощил все мои ресурсы и организму срочно понадобилась "перезагрузка" Проснулся я с дичайшей головной болью и мыслью, такой очевидной, что я почувствовал себя самым последним идиотом. Ведь это я первый проявил инициативу, поцеловал его. А он то, может быть, и не собирался этого делать? Возможно, он действительно спал, и ему, как любому другому шестнадцатилетнему подростку, снилось что-то эдакое, на что организм (а точнее определенная его часть) отреагировал естественным образом. С чего я собственно решил, что он хотел этого, так же сильно, как и я, что он хотел этого со мной? "Что же, поздравляю тебя, Луи, - говорю сам себе, - теперь ты его напугал и оттолкнул! Тебе мало было его дружбы? Мало было всех тех невинных, нежных "обнимашек" под пледом во время просмотра глупых шоу по телевизору? Теперь у тебя не будет и этого. Вот увидишь. Теперь он решит, что ты псих и извращенец. Браво! Аплодирую стоя. Ты все испортил. А тебе, между прочим, ещё и по сути работать с ним, выступать на одной сцене" Нужно срочно с ним поговорить. И если я его действительно напугал своим напором, извинится и попытаться отмазаться, мол, с просонья чего не учудишь. Случайность. Глупость. Хотя, честно говоря, (а хотя бы с самим собой то нужно быть честным) где-то глубоко на самой дальней периферии зудела шальная мысль: а что если что-нибудь все таки получится? Что если, ну хотя бы в порядке бреда, Гарри тоже этого хочет? Что если я ему нравлюсь? Ну, хоть немного... Что же, пора расхлёбывать кашу, которую я заварил. И кстати, про "расхлёбывать" - неплохо было бы все таки выпить что-то от головной боли, потому что это уже невыносимо. По пути на кухню чувствую аппетитные запахи - печенье с шоколадной крошкой. Кто-то, менее осведомлённый, может подумать, что Гарри, наш талантливый кулинар, решил побаловать друзей и себя свежим печеньем. Но я-то знаю, что именно эти свои "фирменные печеньки" он стряпает вместо "прости меня, мне очень жаль...". Значит Разговор все таки будет и не факт, что на веселой ноте. Извиняться Гарри вроде бы не за что, это я перешёл черту, следовательно, этот диалог начнется приблизительно с "извини, но я не разделяю твоих чувств" Вхожу на кухню, как на эшафот. Он конечно же там. На столе целая гора печенья в большой тарелке (он что всю ночь их пёк или я так долго спал?) В руках у него чашка с чаем, в которую он так вцепился, когда я появился на пороге, что я начал переживать за ее сохранность. Повисло неловкое молчание. Кажется, теперь это и будет "саундтреком" нашего дальнейшего общения. Прочищаю горло и выдаю самое безобидное, безопасное и логичное: — Доброе утро. У Гарри невольно вырывается смешок: — Добрый ДЕНЬ. Надеюсь, ты выспался? Наконец-то. — А который час? - меня немного успокаивает его весёлый тон. Значит, казнь отменяется. Или откладывается. — Почти полдень. — Ого. Неудивительно, что ты успел весь измазаться в муке, - ого, я даже осмелел до шуток в его адрес и решился протянуть руку и стряхнуть муку, которой действительно был припорошен его локон! (Черт, обожаю его кудри! ) Но от моего жеста, от этой протянутой в его сторону руки он на секунду еле уловимо зажимается в комочек. И я понимаю - приговор окончательный и обжалованию не подлежит - я все испортил и он больше не подпустит меня к себе даже пять метров. Ну, что же, справедливо. Опускаю виновато глаза в пол, как нашкодивший щенок. — Лу... Я хотел сказать... Прости... Вот оно, сейчас он это скажет: "прости, но ничего не получится, ты мне не нравишься в этом плане." — В общем... Лу, прости меня, что я вчера позволил себе... Стоп! Что?! ОН позволил?! — ...я практически облапал тебя... Я не хотел... То есть, хотел... Но ...ты не должен был...будто я тебя заставил...Господи, я сам не знаю, что я несу... В общем прости меня. Этого больше не повторится... Я был в таком шоке от его слов, что сильно разочарованное , еле слышное "Почему не повторится?" просто вырвалось само. — Что? То есть... Что ты сказал? - Гарри пытался заглянуть в мои глаза, которые я теперь уже точно не решался поднять. Не знаю, где я внезапно набрался с чайную ложку храбрости, но я смог буквально прошептать: — Я бы хотел, чтобы ты... чтобы мы... Гарри резко поднялся из-за стола и расстояние между нами сократилось катастрофически быстро и до предела. Он просто сгреб меня в охапку и его губы были везде - на моих глазах, на щеках, на кончике носа, на губах... По очевидным причинам мы не заметили, как открылась входная дверь и ребята застали нас врасплох, прежде чем мы услышали возмущенный голос Найла: — Гарри, я просто не могу поверить, что в такую собачью погоду ты отправил нас за долбанным молоком. Лично я бы справился с печеньем и всухомят... Голос затих и три пары глаз вошедших на кухню парней смотрели на нас. Первым нарушил молчание именно Найл: — А что я вам говорил?! Это все равно бы случилось! - обратился он смеясь к Лиаму и Зейну, - Гоните двадцатку.