***
Я наблюдал за своими похоронами со стороны, держась за своë запястье. Мне было искренне жаль, что я умер таким образом, но я ничего не мог поделать... Мне было жалко Дем, ведь она осталась без какой-либо поддержки. Кажется, она до моей смерти совсем не понимала, что я для неë хоть что-то значу. Хотя, я если честно тоже не думал, что мог бы быть ей хоть как-то нужен. Жаль, что Босс не может оказать ей помощи, просто прогоняя еë. Мой сынишка... Мой 5.0.5... Слëзы на моих глазах наворачивались сами собой. Я хотел его обнять и быть рядом с ним, но не мог. Руки предательски задрожали. Моë уже не бьющееся сердце сжалось в отчаянии. Ну зачем же, Сир, вы так с ним жестоки? Хех.. Пенелопа, твои изобретения действительно интересны! Будь я жив, то скорее всего позаимствовал у тебя парочку идей, конечно же, с твоим разрешением. Также, мне очень нравятся эти цветы, что ты мне приносишь и оставляешь. Я рад, что у тебя всë хорошо и я буду оказывать тебе поддержку, даже в таком виде. Спасибо Боссу, что позволил тебе приходить сюда тогда, когда тебе хочется. Я был бы не против, посмотреть на новенького работника в организации, правда мне уже его жаль. На его плечи упадëт так много обязанностей... Лорду следовало бы сделать это по быстрее. О нет! Геройские хакеры же воспользуются этой возможностью... А. Нет. Босс уже всех их убил. Интересно, как там Сесилия? Она скучает? Ну не думаю. Она скорее всего обвиняет кого-то или Сира. Ох этот золотой героишка оставил интервью на счëт моей смерти! Да как он посмел?! Набирает себе фанатов, за счëт чужой смерти. Нашëлся мне, герой. А вот и слова о моей смерти, которые являются не правдой. Я даже не смог сдержать грустной улыбки, направляясь в кабинет своего уже бывшего Босса.***
Постучав по двери, Флëг осознал, что эти двери далеко не обычные, а вновь волшебные, что они могут ощущать присутствие призрака. Интересно. Грубый «Войдите» и он вошëл. Лорд Блэк Хэт видел меня. По его взгляду ему было абсолютно плевать. Хотя логично, я ведь точно такой же смертный, как и все предыдущие ученые до меня. «Здравствуйте, Сир. » кратко поздоровался я. — Здравствуй, какими судьбами? — Босс чуть ухмыльнулся, создавая для меня стул рядом с ним. Лорд не выглядел злым или предвещающим опасность, поэтому я просто сел около него, раздумывая над ответом. «Наверное просто поговорить. Если вы не против, конечно.» . Мой голос совсем не дрожал. Мне было просто всë равно, ведь Босс не собирался меня воскрешать, о чëм ясно дал понять ещë давно. — Не против. Как поживаешь? — он использовал толику чëрного юмора, от чего я не смог сдержать усмешки. — Куда свой пакет дел? Как прятать своë уродское лицо собираешься? Я чуть покачал головой, запуская руку в свои волосы. «Да в целом, я в порядке, а на счëт своей маски, то меня похоронили без неë. Меня впервые увидели с лицом.» Я чуть усмехнулся, потирая лицо. «А вы как? Я слышал, что герои пытались прорвать защиту. » Я сделал тщательный вид, что не знаю, чем это всë обернулось. — Они мертвы. Увидишь их призраки, разрешаю пригласить на чашечку чая. — Блэк Хэт злобно ухмыльнулся, от чего у меня по спине прошли знакомые мурашки. Даже странно. «С вами легко говорить, на самом деле.» Я не мог не признаться. Всë же я стал слишком уж сентиментальным, хотя при жизни тоже был частично таким. Я посмотрел на Босса, что который лишь закатил глаза. — Скоро найду нового ученого. А ты катись на все четыре стороны, понял? — немного строго сказал он, но я не возражал, согласно кивая. — Так как твоя душа у меня, ты временно привязан ко мне, идиот. Поэтому, я сожру еë и ты умрëшь окончательно. — Он повторил слова при нашей первой сделке, поэтому я снова кивнул, вздыхая. Всë же я знал, куда и на что иду. Также, мне первые дни казалось странным, что Босс ко мне относится с терпением, а после объяснения дошло, что моя душа навечно привязана к нему, пока он не уничтожит еë окончательно. Я рад, что у меня есть время, на что чтобы понаблюдать за миром в спокойствии. Увидел, как он вытаскивает из своего плаща нечто знакомое, от чего я улыбнулся. Он собирался проглотить мою душу. — Босс, спасибо, что никому не сказали, что сам себя убил. — это были его последние слова, после чего он растворился в кабинете самого зла.