Delicacy

Раннее утро, Иван валялся в постели после их с отцом перелета в Лос-Анджелес. Голова раскалывалась, тело затекло и ломило после долгого сна. Солнечный свет пробивался сквозь шторы, ярко освещая комнату. Иван сел на кровати, протирая глаза, пытаясь проснуться. У них с отцом наконец получилось на летних каникулах прилетать к давним знакомым, американской семье. Как бы странно это не звучало, но средства на поездку были всё же накоплены и планировалось это всё давно, лет 5 назад, когда Ивану было 16. Русский понятия не имел, что за давние знакомые и что это за семья вообще, ведь Китай, его отец, не раскрывал карты, говоря, мол, "узнаешь потом". Брагинский потянулся, вставая с кровати всё ещё сонный, чувствуя запах доносящийся с кухни. Видно отец уже проснулся, готовя им двоим завтрак. Его длинные русые волосы слегка растрепались. Ну и видок конечно пронеслось у него в мыслях. Он пошёл в ванную, привести себя в порядок.

***

Брагинский переоделся в свой вполне обычный аутфит недоэмо-панка какого-то, направляясь на кухню. Сегодня как раз они и пойдут в гости к давним знакомым его отца во второй половине дня. Поэтому он сразу надел выходную одежду, дабы не тратить лишнее время на это потом. Иван, будучи нелюдимым человеком и домоседом, не особо горел желанием видеться с кем-то, тем более после перелета. От волнения предстоящей встречи у него в животе сжался тугой узел. Однако он не хотел обижать своего отца, он ведь не маленький ребёнок, да и интерес всё равно какой-никакой был. А их квартира, снятая на, всего лишь, пару недель, была небольшой, но уютной, без всякой вычурности. Брагинский зашёл на кухню, видя отца у плиты, здороваясь с ним, присаживаясь за стол. - Доброе, ты уже собрался? - не поворачиваясь к сыну, спросил Китай. - Угу, - приступая к трапезе, промычал Иван. - Может ты уже скажешь, к кому мы едем? - недовольно спросил он. Китай вздохнул, поворачиваясь всем корпусом к русскому: - Да, это семья Фредериков, помнишь? - спросил отец, понимая, как отреагирует на эту новость Иван. Просто если бы Китай сказал об этом сыну раньше, то Брагинский бы точно не поехал никуда и отказался бы впринципе от этой встречи. Иван перестал жевать, удивлённо смотря на отца: - Ты серьезно? К родителям Альфреда? - всё ещё не веря в услышанное, простонал Иван, лбом утыкаясь в кухонный стол. Китай виновато посмотрел на него, начиная успокаивать. - Да ладно, Иван, вы столько не виделись, уже повзрослели. Сейчас вы взрослые люди. Я уверен, что вы найдёте общий язык, не парься, - садясь со своей порцией еды за стол, произнес Китай. Иван взглянул на него исподлобья, с раздражением: - Пап, ты хоть понимаешь что ты говоришь? - тяжело вздохнул он. Китай промолчал, начиная завтракать. Сидели они в неловкой тишине. В голове Ивана сразу предстали воспоминания с начальной-средней школы, когда он учился вместе с мальчиком из Америки. Он всегда был любимчиком учителей, ведь он же из "Америки", такой красивый, активный подлиза. Ивана всегда он раздражал, поэтому нередко у них случались конфликты. Иногда ситуации доходили до драк, где их разнимали одноклассники и учителя. На самом деле тот период был достаточно трудным для Ивана, ведь учился он в престижной школе, где было много избалованных и богатых детей. Джонс был как раз одним из них. Иван часто подвергался насмешкам со стороны других детей и подростков, ведь был из среднестатистической семьи, со средним достатком, особо не выделяющийся на фоне других. Тихий скромный мальчик, который всегда хорошо учился и поступил в межнациональную престижную школу не по бартеру, а благодаря своим знаниям и хорошей учёбе, ведь для его семьи, а если точнее, для его отца, всегда было важно, чтобы его дети получили хорошее образование. Одним из тех, кто над ним смеялся, был как раз-таки Альфред Джонс. Ведь русский - идеальный (по логике Альфреда) объект для издевательств. Так и "развивалось" их общение друг с другом со 2 по 8 класс включительно. А затем произошло каноничное событие для Ивана, ведь им передали, что Альфред возвращается, так сказать, на Родину, в Америку. На тот момент американец уже пользовался значительной популярностью в их школе, поэтому эта новость вызвала резонанс у учащихся. Но русский от этой новости был на седьмом небе от счастья. С тех пор и прекратилось их "общение", ровно семь лет назад. И вот сейчас он узнает эту новость от своего отца, пытаясь смириться с этой мыслью. Он закончил завтракать, направляясь в свою комнату, попутно пробормотав слова благодарности за еду. - Мы выходим через час, не забудь ничего из вещей, мы будем до позднего вечера. - заключил Китай, провожая взглядом удаляющуюся фигуру.

***

Время ехать. Руки Ивана подрагивали от волнения и некого интереса. С одной стороны он не хотел видеть этого человека, но с другой стороны любопытство пересиливало. Он собрал свой рюкзак и они с отцом вышли на улицу, садясь в заказанное ими такси. Поездка длилась где-то около часа. Сердце Ивана стучало прямо в ушах, пальцы рук подрагивали от беспокойства, а живот скручивало - ощущения не самые приятные, конечно. Они подъехали к большому дому. Сразу было видно - семья обеспеченная проживает: небольшой сад, высокие ворота и гараж, где наверняка стоит дорогая машина. Они вышли из машины, направляясь к высоким воротам, звоня в домофон. Их встретил... дворецкий? Или слуга, уборщик, не совсем было понятно. Хотя чему тут удивляться? Он завёл их в дом, попутно представляя и зовя хозяев. С кухни вышли, примерно одинаковые по возрасту мужчина и женщина. Одеты были достаточно современно, подстать их особняку, но в классическую одежду, тем самым показывая высокий уровень жизни. - Oh, mon cher, Англия. Посмотри кто к нам приехал, - протягивая руку к Китаю, произнесла певуче Франция. Китай вежливо поклонился, сжимая руку страны. Англия последовал её примеру. Их вежливое общение и видимое уважение немного удивили Ивана своей формальностью. Ему даже стало неловко за свой внешний вид. Он явно не вписывался в атмосферу дома и хозяев. - Иван, trés bien, как ты вырос, возмужал. Такой красивый, утончённый, - обняла его Франция, делая комплименты. - Да да, мы так давно не виделись, ты так вытянулся, - с улыбкой произнес Англия. Иван вежливо улыбнулся, так, слегка, всё ещё ощущая неловкость. Он не сразу заметил ещё одного человека, стоящего позади своих родителей. Альфред Джонс. Они сразу узнали друг друга. Иван встретился с ним взглядом, удивляясь тому, как тот выглядит: Высокий (чуть ниже Ивана) блондин, всё те же голубые задористые глаза и атлетичное телосложение, он выглядел просто потрясающе. Впринципе, что в подростковые годы, что сейчас, он особо не отличался внешне, хотя да, он определенно вырос и стал ещё привлекательнее. Альфред одарил гостей самой "дружелюбной" улыбкой, выходя в центр, чтобы поприветствовать гостей. - Здравствуйте, Ван Яо, - поздоровался американец, тут же переводя взгляд на русского, внимательно его оглядывая. - Привет, Ваня, - подходя вплотную, обнимая за талию чуть дольше дозволенного, поприветствовал Альфред. Взгляд у него был слишком пристальным, Иван поежился, кивая в ответ. Похоже, остальные присутствующие не заметили между ними никакого напряжения, ведь в этот момент они вели активный диалог.

***

- Проходите на кухню, присаживайтесь, - пригласила Франция, проводя их к небольшому, но красивому столу с обилием еды. Иван с Китаем сели по одну сторону, а Франция, Англия и Америка - по другую. Родители, давние знакомые, вели долгие разговоры, расспрашивая обо всем на свете, в том числе и про личную жизнь. Иван сидел, уткнувшись в тарелку, ужиная без особого аппетита. Его напрягало присутствие одного человека прямо напротив. Он незамысловато поднял взгляд, встречаясь тут же с насмешливым взором голубых глаз, похоже, разглядывающими его уже продолжительное время. Тот подпёр подбородок рукой, блуждая взглядом по шее и ключицам русского, даже не скрывая этого. Смотря прямо в упор. Иван слегка покраснел, тут же отворачиваясь, просто чтобы не смотреть. Да, это определённо было странное поведение со стороны давнего врага. - Иван, а как у тебя на личном счёте? - с интересом спросила Франция. Брагинский замялся под пристальным вниманием присутствующих, особенно, под пристальным вниманием парня, сидящего напротив. - Да ничего особенного, - отмахнулся Иван, не намеренный продолжать этот разговор. - У тебя нет девушки... парня? - продолжая настаивать, спросила Франция. Иван снова вспыхнул, остро ощущая неловкость, не торопясь говорить. Конечно у него никого не было. - Не дави, дорогая. Это не наше дело, - разрядил обстановку Артур. Они все посмеялись, забыв про эту ситуацию. Альфред вёл себя достаточно сдержанно, будто сосредоточив всё своё внимание на русском.

***

Время близилось к полуночи, Иван отчаянно хотел домой, лучше всего обратно в Россию. - Ну что ж, уже время, нам пора уезжать, - вежливо сказал Китай, вставая из-за стола. Иван последовал его примеру. - Ради бога, mon cher, останьтесь. У нас всё подготовлено для вас, мы столько не виделись, - стала уговаривать их Франция. Артур согласился, выражая такое же мнение. - Да, вам лучше остаться, уже поздно, - с насмешливой улыбкой протянул Альфред, настаивая, поднимаясь со своего места. Иван чуть было не выругался вслух, разочарованный тем, что Китай легко согласился на их уговоры. Неужели ему придётся провести ночь с этим придурком? - Отлично, тогда для Ван Яо комната вон в той стороне, - указывая пальцем в сторону коридора, сказала Франция. - Чарльз, проведи его, - приказала она прислуге. - А тебе, Иван, лучше будет спать с Альфредом, там комната как раз для двоих и она очень удобная, тебе понравится, - положив руку на плечо русского, произнесла Франция. Иван уже собирался начать отнекиваться, пытаясь скрыть своё возмущение, как внезапно Альфред ответил: - Да, конечно, там ему будет намного лучше. Мы тогда пойдем, - беря за запястье Ивана, повёл в свою комнату на второй этаж Джонс. Когда они поднимались, Иван выдернул свою руку из хватки, шипя при этом: - Какого черта ты творишь, пендос? Альфред обернулся, озорно сверкая глазами. - Давненько не виделись, принцесса, - бросил он, подмигивая. Иван покраснел, не ожидавший такой "клички ". Он уже забыл, как Альфред его так называл. В то время его дико раздражало это обращение, поэтому Джонсу частенько прилетало. В груди зародилось теплое чувство от воспоминаний. Сейчас, из уст уже взрослого парня это обращение звучало очень даже... неплохо. Иван прикусил губу, отгоняя подальше эти мысли, на секунды две уходя в себя. Он проигнорировал взгляд американца, отворачивая голову, якобы отвлекаясь на какую-то вещь в его комнате, когда они зашли. Комната была небольшой, но видно, холостяцкой: вещи разбросаны, где-то оставлены пустые баночки от энергетиков, постель не заправлена, бардак на рабочем столе. И, что самое главное, комната была окутана полностью дорогим одеколоном Альфреда. - Ну проходи, чего стоишь в проёме? - протянул Альфред, закрывая за русским дверь. Затем Джонс подошёл к кровати, начиная приводить её в порядок. - Я буду спать на полу, - видя, как американец расстилает постель на правой стороне кровати, для него явно, отчеканил Иван. Альфред лениво перевел на него взгляд, молча оглядывая его с ног до головы, останавливаясь на лице, говоря: - Не говори ерунды, ложись сюда и не рыпайся. Иван попытался унять дрожь из-за этого изучающего взгляда. Он всегда так смотрел вообще? При этом русский начинал закипать. Хоть внешне этот пендос и вырос, но развитием своего ума остался походу в классе 8. - Альфред, я тебе сказал уже. Ты думаешь я буду спать с таким придурком, как ты? - раздражённо сказал Иван, подходя к своей стороне кровати. - С таким привлекательным и сексуальным парнем, ты это хотел сказать? - начиная издеваться, протянул Альфред, заканчивая расстилать постель. - К чёрту иди, - зло отчеканил Иван, собираясь взять постельное белье, чтобы постелить себе на полу. Альфред резко перехватил его запястье, держа крепко: - Я сказал тебе ложиться сюда, не заставляй меня применять силу. - с неким предупреждением низко сказал он. Иван остановился, переводя взгляд на крепко сжимающую его запястье ладонь американца. Проступающие вены на загорелой коже его руки выглядели просто потрясающе. Иван внезапно поймал себя на этой мысли, густо краснея. Альфред, похоже, что-то подметил, всё ещё держа его. - Ложись, - рывком потянул он вниз Ивана, на кровать. Иван подставил руки, чтобы не упасть, вырывая своё запястье. С чего вдруг он вообще должен тут спать, с ним? Снова Альфред проявлял свою настойчивость и безрассудность, привыкший добиваться своего, зная, что другие будут выполнять его прихоти. И русского это сильно раздражало. Однако, иногда нужно смириться с обстоятельствами и потерпеть. Так себя успокаивал Брагинский, в конце концов устраиваясь на краю постели, подальше от американца. - Придурок, - тихо, с раздражением пробормотал Иван, отворачиваясь в противоположную сторону, спиной к Альфреду. Тот, в свою очередь, усмехнулся, не отворачиваясь от русского, всматриваясь в темноте комнаты в его спину. Тишина.

....

- Ты спишь? - придвигаясь ближе, шёпотом спросил Альфред. Иван раздражённо выдохнул, игнорируя вопрос. Джонс не собирался так просто это оставлять, видя, что Иван не спит. Он почти что прижался к его спине, выдыхая на ухо: - Не игнорируй меня. Иван дернулся, отодвигаясь от него на край кровати: - Отвали, придурок, - низко прорычал он. Взгляд Альфреда блуждал по телу Ивана, разглядывая в полутьме комнаты его волосы и шею. Свет от луны пробивался в комнату, немного её освещая, совсем чуть-чуть и делая кожу Ивана ещё бледнее. - Я рад, что мы встретились, - внезапно сказал Альфред. Иван, казалось, снова покраснел. Какого черта этот американец творит? Столько лет прошло, он всё ещё докапывается до него, будто бы все его издёвки и насмешки в прошлом были детским лепетом. - Если ты сейчас не заткнешься, я сломаю тебе нос.

...

- Знаешь, я был очень удивлен, когда увидел тебя сегодня. Ты так изменился, вытянулся, отрастил себе волосы, - продолжая наседать, низко шептал Альфред. Он потянулся рукой к волосам Ивана, зарываясь в них глубоко. Иван крупно вздрогнул, не ожидав, что к нему так прикоснутся. Сильная рука перебирала пряди его волос, поглаживая, затем снова зарываясь глубоко, ведя вниз к затылку, проводя всей ладонью по нему, потом снова поднимаясь наверх, слегка оттягивая назад пальцами редкие прядки. Иван затих, даже не попытавшись убрать его руку, потому что это было очень приятно. Чужая рука игралась с его волосами, наматывая мягкие локоны на пальцы, снова оттягивая назад волоски. - Такие мягкие, - зарываясь снова в волосы, прошептал Альфред. - Когда мне сказали, что ты со своим отцом приедешь, я был так рад. Я так хотел тебя увидеть, ты даже не представляешь. У Ивана, похоже, сбилось дыхание. Он всё ещё ощущал руку в своих волосах, которая игралась с ними. Почему он позволял это делать? Почему он не отталкивал, слушая эти слова? Почему ему было приятно в конце концов? Они ведь враги, всю школьную жизнь они терпеть друг друга не могли. Прошло 7 лет. Да, они уже выросли, да, они всё это время не общались. Но ведь у Ивана была своя жизнь, одинокая в каком-то смысле, конечно, но всё же. Альфред явно пользовался той же популярностью, что и в подростковые годы. У него должна была быть девушка. Или парень. Походу он уже обзавелся парнем. - П-прекрати, - лишь выдавил Иван. Голос предательски задрожал от прикосновений. Альфред приподнялся, придвигаясь ближе к русскому, склоняя голову над ним: - Я так давно хотел прикоснуться к тебе, увидеть тебя, услышать в конце концов. Я писал тебе, но, похоже, у тебя новый номер и из другой страны дописаться трудно. Мне так жаль, что я так к тебе относился, - с придыханием выговорился Альфред, лбом упираясь в бок русского. Иван молча слушал это, он явно не ожидал этих слов от Джонса. - И почему ты это делал? - прошептал Брагинский, чувствуя движение рядом. - Потому что ты мне нравился, прямо с начальной школы, - произнёс Альфред, переворачивая на спину Ивана, тут же нависая над ним. - Ч-что? - удивлённо уставился на парня над ним Иван. Альфред ничего не сказал, резко впиваясь в губы русского, тут же просовывая язык глубоко, буквально вылизывая его рот. Иван, всё ещё пребывая в шоке, чуть не поперхнулся воздухом от этого внезапного порыва. Он рукой схватился за футболку на спине Альфреда, оттягивая, пытаясь оттащить от себя американца. Тот прикусил его губу, как бы приказывая не вырываться, через время оторвавшись от него. Оба судорожно дышали, Иван прикрыл тыльной стороной руки рот, удивлённо глядя на американца. Зрачки Альфреда заполонили всю его радужку, он выглядел дико. Он оглядел парня под собой с желанием и голодом. Иван резко выдохнул, когда чужие сильные руки прижали его запястья к подушке, нависая: - Я так хочу тебя, - выдохнул Альфред, припадая к его шее, мокро целуя. - А-альфред, стой, - попытался вырвать свои запястья из хватки американца, проскулил Иван. Да, Альфред явно был силён. Иван далеко не был слабаком, стаж тренировок давал о себе знать, однако Альфред, по крайней мере сейчас, был сильнее. Казалось, когда Джонс чего-то хотел, он становился невыносимо сильным. Поцелуями Альфред спустился к его ключицам, начиная оставлять багровые засосы. Из Ивана вырывались достаточно громкие вздохи, которые не могли быть заглушены ничем. - П-подожди, там всё слышно, - выпустил дрожащий вздох Иван. Он попытался снова дёрнуться и вырваться из рук Альфреда, как внезапно тот сжал его бедро, очень сильно. Иван зажмурился и прикусил до крови губу, подавив крик, чтобы их не дай бог услышали. Шумоизоляция в этом доме оставляла желать лучшего. Ну, картонные дома в Америке - обычное дело. Маленькая капелька крови выступила, начиная потихоньку течь. Альфред вытер её пальцем, наклоняясь к Ивану, всё ещё держа его запястья: - Малыш, вырывайся сильнее, меня это только сильнее заводит, - хрипло усмехаясь, выцеловывал челюсть Ивана Альфред. Иван издал то ли всхлип, то ли стон, а может всё вместе. Потому что он дрожал от этих слов. Ему было очень стыдно за своё положение, однако как же хорошо это все ощущалось. Эти сильные руки на его теле, этот голос, это взгляд - всё это показывало контроль Альфреда над Иваном. Альфред спустился мокрыми поцелуями к низу живота Ивана, уже отпустив его запястья, оттягивая зубами резинку трусов. Русский приподнялся на локтях, смотря на эту картину затуманенным взглядом и красными щеками. Альфред устремил на него свои стеклянные глаза, смотря с диким желанием. Это всё выглядело слишком пошло. Разве так должны вести себя школьные враги? Почему Иван сейчас лежит под этим парнем, покорно всё принимая? Разве он не должен сломать тому руки за это всё? Альфред стянул с него штаны, оглядывая зрелище под собой, видя Ивана в таком разваленном состоянии, наслаждаясь этим. Как же он долго ждал, долго терпел. Если бы была возможность, он бы тут же сорвался обратно в Россию, к Ивану. Сейчас всё происходящее ощущалось как сон. Альфред раздвинул его ноги, крепко их держа, не давая русскому закрыться, пошло ухмыляясь. Иван смущённо отвернул взгляд, было тяжело смотреть на парня напротив. - Такой хороший, - промурлыкал Альфред, стягивая с того боксеры. Ивану было дико стыдно, он хотел закрыться, однако Джонс не позволил, перехватывая его руку, прижимая к подушке. Он наклонился к его уху, облизывая и прикусывая мочку. Иван тихо простонал, сжимая простынь. Альфред отстранился, снял с себя футболку, показывая очерченный пресс. Да, он определенно был горяч. Иван почувствовал жгучее желание, чтобы к нему прикоснулись, ведь член стоял колом. Однако он подавил это желание, стараясь сохранить ясный ум. Американец спустился вниз, к его члену, наклоняясь к нему. Иван понял что к чему, тут же останавливая его руками: - Н-не надо, пожалуйста, не делай этого, - жалобно прошептал он. Альфред перехватил его руки, скользя взглядом по его лицу и шее, затем прижимая его тело к матрасу, нависая: - Я хочу это сделать, расслабься, - снова целуя и покусывая его шею, усмехнулся парень. Иван громко выдохнул, тут же зажимая рот рукой. - Раздвинь ножки, малыш, - издевательски протянул Альфред, тихо смеясь, затем руками раздвигая его колени. Иван подавился вздохом от этих слов, от этих действий. Его вело от всего происходящего. Он считал себя натуралом, он не был геем. Но у Альфреда, похоже, была способность подминать под себя людей. Или только его. Джонс обхватил губами головку члена русского, начиная облизывать. Иван простонал в руку, стараясь максимально заглушить любой звук, вырывающийся из его рта. Альфред улыбнулся его реакции; он стал посасывать кончик, затем спускаясь вниз, обхватывая ртом почти всю длину ствола. Иван выгнулся, закрывая лицо подушкой. Похоже единственная вещь в этом доме, с каким никаким подавлением звука. Альфред взглянул на русского, подмечая то, что не видит его лица. - Открой хотя бы свои глаза, я хочу видеть тебя, - выпустив изо рта член Ивана с непристойным звуком, отозвался Альфред. Иван почему-то подчинился, дрожащими руками приспуская подушку так, чтобы его глаза были открыты, но рот также прижимался к подушке. Альфред снова припал губами к его члену, начиная целовать, беря в рот полностью. Иван откинулся на подушки, сводя ноги вместе, однако Альфред придержал их, довольствуясь собой. Затем Иван дрожащим шепотом прохрипел: - Я-я сейчас, - снова откидываясь на подушки, потому что Альфред прекрасно делал минет. Он снова поднялся от основания к кончику его члена, посасывая. Иван почти в панике схватил его за волосы, оттаскивая от своего члена, наконец кончая себе на живот. Брагинский откинулся назад, на подушки, пытаясь отдышаться. Альфред умилился его действию и заботе. Он навис над парнем, вглядываясь в его полуоткрытые глаза, целуя уголок рта, затем припадая к его губам, начиная оглаживать живот и талию русского. Иван сдавленно промычал, обессиленно поворачивая голову в сторону, когда Альфред стал оставлять засосы теперь уже на шее русского. Американец оторвался от этого занятия, стягивая с себя штаны, открывая тумбочку рядом с кроватью. Иван скользнул взглядом по его подтянутой, натренированной спине, отмечая то, как же горячо парень выглядит. Джонс вытащил баночку со смазкой, обильно размазывая её себе по пальцам, с голодом оглядывая Ивана: - Такой красивый, хочу войти в тебя, - серьезно отозвался Альфред, снова устраиваясь между его ног. Иван отвернулся, заливаясь краской. Он всхлипнул, когда почувствовал, как к его входу приставляют палец, смазывая колечко мышц смазкой. Он невольно сжался, подрагивая. - У тебя это первый раз? - низко спросил Альфред, заглядывая тому в глаза, но держа крепко его бедро. - Да, - отводя взгляд, отозвался Иван. Альфред ухмыльнулся, наконец вставляя первый палец. Иван зажал рот рукой, сдерживая выдох. Рука Альфреда поглаживала его бедро, поднимаясь выше к тазу, затем обхватывая его, на этот момент, уже полувставший член, оглаживая кончик, из которого сочился предэкулят. Иван вцепился пальцами в простынь, прикусывая губу. - Ты меня так соблазняешь, я еле держусь, - с усмешкой проговорил Альфред, вставляя второй палец, разрабатывая вход. Иван взглянул на него, не в силах даже приподняться: - Закрой рот, Дж-, - внезапно он откинулся на подушку, скуля, выгибаясь в спине. Волна удовольствия прокатилась по его телу. - Что ты сказал? - с напущенной невинностью спросил Альфред, делая пальцами движение "ножницы". На этот раз его толчки были чуть глубже. Затем он добавил уже третий палец, вырывая тихий болезненный стон у русского. Через время он уже понял, что парень под ним подготовлен. Была бы его воля, он бы тут же заломил руки Ивана и трахнул бы его основательно ещё в гостиной. Но они же воспитанные люди как никак. Брагинский сейчас такой беспомощный под ним, такой нуждающийся. Альфред зубами открыл пакетик с презервативом, разглядывая русского: волосы раскинулись по подушке, взгляд затуманенный, синева его глаз просто поражала. Иван смутился под его пристальным взглядом, бормоча: - Хватит пялиться. Альфред надел презерватив, придвигаясь к нему, усаживаясь между его ног, широко их разведя: - Хочу тебя, очень сильно, - также совершенно невозмутимо сказал американец. Иван отвернулся, не в силах смотреть на него, как внезапно в него резко вошли, не до конца, но основательно так скажем. Иван укусил своё запястье, зажмуриваясь и откидываясь головой на подушку. - Почему ты это делаешь, - хныча, прохрипел Иван. Его достаточно низкий голос очень сексуально контрастировал со всхлипами и хныканьем. Глаза Альфреда, казалось, потемнели от желания. - Такой узкий, - выдохнул в ухо Ивану Джонс, пока не двигаясь, давая привыкнуть парню. Иван загнанно дышал, его сердце колотилось в бешеном ритме. - Двигайся... - еле слышно выдавил Брагинский. Альфред резко толкнулся, затыкая Ивана поцелуем, тем самым заглушая его стоны. - Малыш, так хорошо принимаешь меня, - шепча в губы, сипло произнес Альфред. Иван крупно задрожал, пытаясь быть тихим, сжимая простыни. Альфред не контролировал почти свою силу: он грубыми толчками вбивался в тело Ивана, заставляя того чуть ли не хрипеть. - Как же тебе хорошо, такой податливый, - стонал в шею Ивана Альфред, глубоко толкаясь в его вход. Иван вцепился в спину Альфреда пальцами, неосознанно царапая. С каждым резким толчком, Джонс вырывал из русского милые (как он считал) низкие всхлипы и стоны. - П-перестань, заткнись, - выпустил дрожащий вздох Иван, наверняка оставляя глубокие царапины на спине американца. Ему было так хорошо от этих толчков, а разговоры Альфреда только сильнее заводили и смущали. Даже в этой ситуации Иван старался сохранить какое-никакое достоинство. Однако, как видно, от него ничего не осталось. - Как же хорошо тебя трахать, ты был создан только для меня, - рвано вбиваясь в тело под ним, укусил за плечо Брагинского Альфред. Казалось, его даже не смутили грубые слова Ивана. Иван откинул голову назад снова, открывая шею, будто нарочно подставляя её. Альфред припал к ней, буквально вылизывая её, грубо и глубоко толкаясь в русского. Финальные толчки и Альфред излился в Ивана, пытаясь отдышаться. Иван совсем обмяк под ним, лениво поворачиваясь к нему. Однако, Альфред совсем не выглядел уставшим. Ивана это напрягло, он хотел было спихнуть с себя американца, как внезапно тот резко перевернул его на живот, выходя из него. - Что ты-, - голос Ивана был прерван подушкой. Его буквально вдавили в неё лицом. - Подожди, я хочу тебя ещё немного трахнуть, - наклоняясь к уху Ивана, низко просипел Альфред, снова резко входя в него. Благо Иван был уткнут в подушку, поэтому его громкий стон был заглушен ею. Альфред толкнулся глубоко, по самую, что ни на есть рукоятку, основание, держа загривок Ивана. Русский пускал слюни, дрожал, стонал в подушку и хныкал. Самая унижающая поза, и он сейчас в ней стоит. Силы покидали его. Внезапно Альфред рывком оторвал его от подушки, прижимая к своей груди, рукой спускаясь к его животу. - У тебя так живот поджимается, когда я вхожу в тебя. Мило, - прямо на ухо протянул насмешливо он. - Б-боже, а-ах, - всё что смог в ответ сказать Иван. Он не мог выговорить ни слова. Всё, что он мог делать, это поддерживать себя кое-как руками, стонать и хрипеть. Причем жалобно. Мозг вообще не работал, его тело безвольно принимало все грубые толчки Альфреда, уже из последних сил. Его тело, поддерживаемое его руками и руками Джонса, принимающее темп американца, ходило взад-вперёд, не задерживаясь на месте. Альфред низко посмеялся, давая Ивану упасть снова лицом в подушку, не сбавляя темп. Иван просто стоял в коленно-локтевой позе, со всеми унижениями принимая абсолютно всё. Альфред зарылся в его волосы рукой, лукаво улыбаясь виду парня под ним. Ну просто загляденье. Их тела были потные, в сперме и смазке, сколько уже прошло времени? Услышали ли их родители скрип кровати? Всё-таки Иван, на удивление, ещё был в сознании думать об этом. Но это ненадолго. - Я вижу, тебе так нравится это. Толчок. - Твои бедра дрожат, красиво хаха. Толчок. Иван уже не мог, он просто чуть ли не рыдал в подушку, пуская слюни. Волосы прилипли к шее, лбу и затылку. Русский внезапно кончил, всхлипывая в подушку, сжимая её. Альфред хищно улыбнулся, ещё сильнее и грубее вдалбливаясь в тело парня, тоже кончая следом. - Не ожидал, что ты кончишь 2 раза, - посмеялся Альфред, падая рядом на кровать. Теперь сил не было ни у кого. Иван нашел в себе силы зло сверкнуть на него глазами, ложась в удобную позу. Альфред, счастливый от всего произошедшего, уткнулся носом в его ключицу, сгребая в объятья. Так они и заснули.

***

С утра осознание к Ивану пришло довольно быстро. Он переспал с самым ненавистным для него человеком. Так ещё и его жёстко и основательно отымели. И даже больше, он 2 раза кончил. Сейчас он смотрел в зеркало, ужасаясь картине перед ним: на его бледной коже, а именно шее и ключицах были багровые засосы и укусы. Иван удручённо простонал в руки, не зная что делать. Ведь у него была лишь кофта одна, которая открывала вид на его ключицы. Время близилось к завтраку, надо было что-то делать. Альфред наблюдал за Иваном, издевательски улыбаясь беспомощности русского: - Ну, придется тебе так идти. - Тварина, я тебе нос сломаю, - прохрипел Иван. Ещё лучше. Голос совсем охрип, а задница болела неимоверно. Альфред громко засмеялся, просто в восторге от себя. - Ты звучишь просто прекрасно, - подмигнул он. Иван готов был его прибить, казалось, даже тень легла на его лицо. Настолько был убийственным его взгляд. В конце концов они решили накинуть на Ивана шарф Альфреда (потом Иван полностью пропахся его одеколоном) и сказать, мол, "простудился наш Ваня". На кухне у него всё же спросили об этом, видя, какой Иван красный. Пришлось оправдываться за всё, чтобы было не подозрительно. Кто знал, что именно так обернётся их первая, за долгие годы, встреча?