Ужасы Фазбера фан рассказ "Химическая реакция"

Джейкоб, как и все люди, не любил понедельники. Он бы с радостью ходил в школу по вторникам, чем в этот злополучный день. Несмотря на то, что Джейкоб был неплох для своего возраста и проблем со школой у него не возникало, он всегда ненавидел что-то учить. Единственным предметом, который он мог бы назвать любимым, была химия. Ему нравилось изучать все эти атомы, молекулы, а особенно проводить опыты. А в понедельник не только не было химии, но и задали учить стихотворение по литературе. Джейкоб честно пытался его выучить всю ночь, но один куплет за целых два часа — даже для него это было слишком. Он сдался и лег спать: один стих всё равно не исправит его тройку за четверть. Долгое время Джейкоб учился в малонаселенном пункте, где каждый знал друг друга как родственника. Но для его отца карьера была важнее всего, поэтому они переехали в шумный город. Для Джейкоба это был сокрушительный удар. В новой школе он никак не мог адаптироваться: там всё было устроено по-другому. И, конечно же, его оценки скатились — из твердого ударника он постепенно стал троечником. Казалось бы, хуже быть уже не могло, но, по крайней мере, так думал Джейкоб. В школе ему никак не давал покоя Эдвард, которого боялись не только ученики, но и сами учителя. В его ярко-голубых глазах можно было увидеть свой самый худший кошмар, а его светлые волосы сильно блестели на свету, что можно было увидеть свое испуганное лицо. По слухам, он однажды даже отправил учителя физкультуры в больницу — да-да, того самого высокого и стройного физрука. Внезапно Джейкоб проснулся. Часы на прикроватной тумбочке показывали 07:35 — школьный автобус должен был вот-вот уехать. Без него Джейкобу до школы было идти довольно долго. Надев первую попавшуюся одежду, он быстро выскочил из дома. Он не успел... Школьный автобус уже давно покинул его дом, не дождавшись. Джейкоб часто опаздывал на него, поэтому родители договорились: если он не успевает, это его вина, и ему приходится идти пешком. Разумеется, он не успевал к первому уроку. Джейкоб понимал, что торопиться нет смысла — тем более если он пропустит литературу первым уроком, всё равно исход будет тем же. Тяжело зевнув, он открыл холодильник. В нем еще оставались клубничные кексы с дня рождения его двоюродной сестры. Это была единственная вкусная еда в его жизни — по крайней мере, он так думал. Но Джейкоб не жаловался, ведь они хотя бы у него были. Иногда родители в качестве наказания лишали его даже возможности поесть горбушку хлеба. Впрочем, они даже не разбирались в его проблемах и ситуациях, чтобы заслуженно его наказывать — они были слишком заняты работой и рутиной. Но ему нравилось оставаться одному дома. Медленно позавтракав, он еще более медленно почистил зубы. Часы уже показывали 8:00 AM — начало первого урока. Спокойно выйдя из дома, он дошел до школы к 8:40 AM. До начала второго урока оставалось ещё пять минут. Джейкоб достал кнопочный телефон и наушники, чтобы послушать музыку. Из всего класса только у него был кнопочный телефон — у остальных уже были сенсорные. Этот старый телефон ему передарил кузен, когда Джейкоб еще учился в начальных классах: он купил себе сенсорный, а старый отдал Джейкобу. Слушая любимую музыку, он внезапно почувствовал, как в него прилетел камень. Это была компания курящих за школой хулиганов, главарем которой был Эдвард. Скорее всего, они прогуливали школу, что было вполне очевидно и предсказуемо. Джейкоб не поранился, но его телефон упал на асфальт и разбился. — Вот черт... — подумал Джейкоб в тот момент. Он знал, что дома его скорее всего накажут за это. Отчаянно пытаясь его включить, он понял, что телефон окончательно сломан. Джейкоб подошел бы к ним и хорошенько отлупасил бы их, если бы мог. На самом деле он так хотел сделать, но был слишком слаб, чтобы противостоять хотя бы даже одному из них. Как и ожидалось, на следующем уроке все стали задаваться вопросом, где же был Джейкоб на первом уроке. Но он ничего не мог им ответить. Помимо него, с опозданием пришёл и Эдвард, но к его прогулам уже все давно привыкли. Учительница была вне себя от ярости. — Я понимаю этих бездарей, но ты, Джейкоб, в последнее время часто опаздываешь! Если ещё хотя бы раз опоздаешь хоть на одну минутку, я сообщу твоим родителям! Джейкоб очень сильно испугался. В прошлый раз, когда родители узнали о его опоздании, в наказание он не ел больше трёх дней. Он не мог сдержать эмоций. В прошлой школе его любили все учителя, и он не был привыкший к таким строгим замечаниям. Также у него скатились все оценки, потому что программа в новой школе была намного сложнее. Хотя химию Джейкоб знал лучше всех в классе. Уроки тянулись медленно, один за другим. Но всё же они наконец закончились. Джейкобу даже показалось, что всё не так уж плохо, и, возможно, вскоре всё наладится. На улице была весна. Джейкоб засунул руки в карманы, так как подул холодный ветер. Внезапно его рука укололась о что-то острое. Это был осколок его разбитого телефона. И надежда Джейкоба угасла. Ему даже перехотелось идти домой. Но дома было хотя бы теплее, чем на улице. После долгой поездки в общественном автобусе, где от людей веяло безнадёжностью и усталостью, Джейкоб задумался: кем он вырастет? Он наблюдал за уставшими пассажирами, явно возвращавшимися после тяжёлого рабочего дня. После долгих размышлений он решил, что ему ещё рано думать об этом. Сейчас он надеялся только на одно — пережить встречу с родителями. Он прекрасно понимал, что родители вряд ли обрадуются новости о разбитом телефоне. В этом Джейкоб винил не только Эдварда — он считал, что сам тоже виноват: не смог уследить за такой ценной вещью. По словам родителей, они долго и тяжело работают, чтобы его прокормить, а он, по их мнению, неблагодарный. Именно поэтому они наказывали его голодовкой — чтобы он осознал тяжесть их труда и не жаловался на "пустяки". Стоя у входной двери, Джейкоб пару минут смотрел на дверную ручку, прежде чем зайти. Открыв дверь, он заметил погашенный свет во всём доме. Он с облегчением вздохнул. Джейкоб вспомнил, что родители планировали уехать за покупками в огромный торговый центр, который находился далеко от их дома. Это означало, что Джейкоб сможет скрывать поломку телефона как минимум ещё один день. В холодильнике было пусто. Одиноко стоял суп в дальнем его углу, а внизу лежали овощи, на некоторых из которых уже появилась плесень. Тяжело вздохнув, Джейкоб подогрел суп в микроволновке, отобрал более-менее нормальные овощи и нарезал их, сделав хоть какой-то салат. После еды он пошёл к себе в комнату. Часы показывали 7:40 PM. Делать было нечего, и он решил заняться уроками. Завтра должна была быть химия, но, к его сожалению, по ней ничего не задали. "Странно", — подумал он про себя, — "обычно по химии всегда что-то да задают." Пожал плечами, он открыл свой дневник. Посмотрев задания на завтра, он никак не мог выбросить из головы замечание о прогуле первого урока. Теперь он даже не знал, что было бы хуже — плохая оценка или замечание. Но делать уже нечего, в прошлое не вернёшься. Тем более он всё равно бы не успел на литературу. Внимательно посмотрев на заданные уроки, он принял решение вообще их не делать. Тем более "серьёзных" заданий, по его мнению, не было — в основном устные ответы, которые он считал лёгкими и бесполезными. Поэтому Джейкоб уселся на диван в гостиной и включил телевизор. Там шли различные передачи, комедии, которые он так любил, а также реклама пиццерии "У Фредди", где как раз на днях они отмечали день рождения его двоюродной сестры. Постепенно его глаза начали закрываться, и он незаметно для себя уснул... На следующий день Джейкоба разбудил громкий и раздражённый голос: — Ты чего разлёгся, бестолочь? Ты нарушил сразу три правила, о которых мы договаривались! Ты заснул не в своей постели — что мы тебе говорили про это? Ладно бы ещё это... Мало того, что ты смотрел телевизор после восьми, так ты ещё и не выключил его! Он всю ночь работал! Ты знаешь, сколько мы тратим на электричество?! И прекрасно знаешь, сколько мы с мамой работаем, чтобы прокормить тебя! Отец замахнулся, но в последний момент опомнился. — Неси дневник. И не дай бог там будет хотя бы одна плохая отметка — всю жизнь полы будешь мыть! И ещё: три месяца без телевизора. Джейкоб уже привык к пробуждениям из-за крика. Но сказать отцу что-либо он не мог: по своему опыту знал, что будет только хуже. Поэтому он молча отнёс дневник. К счастью, отец не увидел плохих оценок, разве что замечание о прогуле. Всё обошлось: — Поднимайся раньше, — буркнул он. — Никто не будет тратить своё драгоценное время, чтобы ждать тебя. Видимо, сегодня у отца отменили встречу, чему он был явно не рад. Но Джейкоб не стал спрашивать — настроение и так было опасным. Не позавтракав, чтобы не опоздать, он быстро собрался и вышел к автобусной остановке. Ждав автобус, к нему подсела Джессика. Джессика была самой красивой девушкой в классе — её светлые волосы сводили с ума почти всех парней, включая Джейкоба. Однако он даже не пытался с ней заговорить — считал, что у него нет никаких шансов. Скорее всего, она его не заметила или сделала вид, что не замечает. Достав свой сенсорный телефон, она увлечённо переписывалась с кем-то. Джейкоб почувствовал, как у него на сердце стало ещё тяжелее — он вспомнил о своём разбитом телефоне. В автобусе он задремал, но внезапная резкая остановка разбудила его: он ударился губой об переднее сиденье и разбил её. "День обещает быть чудесным", — горько подумал он. Удача явно отвернулась: когда он входил в школу, споткнулся об чей-то портфель. По реакции окружающих он догадался, что это был портфель Эдварда — и тот был недоволен. — Смотри, куда прёшь, — толкнув его в плечо, бросил Эдвард. Уроки шли своим чередом. На географии Джейкоб получил тройку. Наступил предпоследний урок — математика. Джейкоб спокойно сидел за партой, когда вдруг заметил большое слизистое пятно на своей тетради — мерзкое, жёлто-зелёное. Проведя мысленное расследование, он понял, что, скорее всего, это дело рук Эдварда или его дружков. Попытался протереть тетрадь — стало только хуже. В отчаянии он пошёл в туалет попытаться смыть пятно водой, но чернила поплыли, примеры расплылись, и вместо тетради остался цветной амальгамет. И в этот момент его вызвали к доске. Не сумев решить пример, учительница потребовала принести тетрадь. — Тетрадь?.. — с лёгким ужасом переспросил Джейкоб. Он пытался объяснить про инцидент, но услышал шёпот Эдварда: — После урока тебе не жить. Учительница не стала вникать — поставила плохую отметку. После звонка Джейкоб попытался побыстрее уйти на химию, но резкий окрик за спиной: — Куда собрался?! Хулиганы затащили его в туалет. Несколько раз обмакнули его головой в унитаз, затем толкнули об стену — губа и нос были разбиты. Наконец, они затолкали его в женский туалет и заперли. Джейкоб был в истерике. Он сел возле раковины и заплакал. В уборную вошла Джессика. Она уже собиралась возмутиться, но, увидев его состояние, вздохнула и села рядом. — Что-то случилось? — мягко спросила она. Джейкоб молчал. — Это те мальчишки? — продолжила она. Он лишь кивнул. Джессика всё прекрасно понимала. Оказалось, что она встречалась с Эдвардом, но об этом Джейкоб не знал. Она спокойно помогла ему умыться и открыть дверь. — Не переживай. Я помогу тебе. Эдвард исправится, — пообещала она. Едва услышав звонок, Джейкоб поспешил в класс. Благо, это была химия — его любимый предмет, и единственное светлое пятно в жизни. Но на его месте стоял новый учитель: высокий, в чёрном смокинге, со строгим взглядом. Он начал с опроса: — Домашнее задание! — Домашнее задание?! — воскликнул Джейкоб вслух. Учитель взглянул на него холодно: — Да. Нужно было выучить периодическую таблицу. Джейкоб знал таблицу. Но из-за потрясений, страха и усталости он запинался, забывал, сбивался. В итоге получил плохую оценку. Ему было так больно, для него это был большой удар, он бы мог доказать обратное, что он знает химию лучше всех в классе, но что-то ему не давало это сделать. А затем последовали слова, добившие его: — Ваш учитель-слабак уволился. Теперь я здесь. Я тут на подработке и нянчиться ни с кем не собираюсь, особенно с теми, кто считает химию лёгким предметом. Может быть, для Джейкоба химия и была лёгкой. Но явно не с этим учителем. Он опустил голову на парту и замер. Всё валилось из рук. И казалось, будто против него ополчился весь мир. Придя домой, родители явно были недовольны. Они были вне себя от ярости. "Мало того, что мы тебя утром пожалели, так ты ещё сильнее нас подвёл!" — отец сильно замахнулся и на этот раз ударил. "За что мы тебя кормили, поили и одевали?" — отец потворил те же действия. "Ты бестолочь, ничего в жизни не добьёшься!" —удар был настолько сильный, что у Джейкоба закружилась голова. "Ну, теперь-то мы знаем, какой ты человек! Теперь мы тебе больше ничего не купим, раз считаешь, что самый умный!" — отец ударил уже до крови. Мать тоже добавила: "Теперь ты у нас будешь заниматься только уроками и уроками, а мы проследим за этим", — добавила мать. "А теперь иди в свою комнату, немедленно!" Джейкоб со всей злостью хлопнул дверью — интересно, как она не упала? Он лёг в свою постель и рыдал около часа. Он стал злиться, разбрасывать вещи, рвать подушки, но тут его взгляд упал на его плюшевого кролика от компании серии пиццерий у Фредди Фазбера. Этот кролик был похож на огромную подушку. У него были видны передние два зуба — они выглядели так нелепо, особенно с его глупенькими глазами. На его шее была ярко-синяя галстук-бабочка. Он выглядел глупеньким, но в то же время важным, как какой-то депутат или министр. У него были два уха, которые торчали в разные стороны. Кролик был очень мягким на ощупь, его белая и гладкая шерсть успокаивала Джейкоба в детстве. Он и сам не помнил, откуда тот родом. Но знал, что сейчас их не выпускают, да и других он больше не видел. Его подарила двоюродная сестра Джейкоба, когда тому было шесть лет. С тех пор он всегда спал рядом с ним. На его шее также была бирка, на которой был написан слоган: "Твой приятель Бади всегда защитит тебя от бед и плохих снов! Я всегда с тобой, Джейкоб!" Имя "Джейкоб" было написано ручкой — видимо, там было оставлено пустое место, чтобы каждый мог написать, кому принадлежит эта игрушка. Но что-то в нём было особенно притягательным — может, его взгляд, может, его костюм. Джейкоб знал: этот Бади особенный. В этот раз Джейкоб посмотрел на него с яростью. Он накинулся на него, как зверь, и попытался разорвать его в клочья, а тот отвечал встроенными фразами: "Я всегда буду с тобой, Джейкоб!" "После того, как ты появился, у меня начались беды!" — говорил Джейкоб и всё сильнее бил его, а тот всё так же отвечал: "Я всегда буду твоим приятелем!" Джейкоб, отчаянно рыдая, пытался выразить свой гнев на нём, но вскоре сдался и заснул. На следующий день в школе всё пошло наперекосяк с самого утра. Учитель, не выслушав объяснений, поставил Джейкобу двойку за задание, которое он на самом деле сделал. В классе все начали тихонько посмеиваться, а некоторые громко шептались у него за спиной. Джейкоб, сжав кулаки, молча досидел до конца урока. Когда уроки закончились, он вернулся домой. И снова выместил свой гнев на Бади. Но все же он понял, что дело так не пойдет. Бади смотрел на него с порванным глазам и изорванным уже костюмом, и тогда Джейкоб решил, надо действовать... На следующий день его ждали новые проблемы. В коридоре школы его поймали местные хулиганы. Они начали подтрунивать над ним, скидывая учебники на пол. Джейкоб попытался защититься, но один из старшеклассников толкнул его так сильно, что он ударился спиной об шкафчики. А потом и вовсе, заперли его там. Вскоре его нашел директор и вызвал родителей в школу. От чего Джейкоб вообще выпал, это самое страшное что могло случиться. Прошлый раз, в 4 классе, когда родителей вызвали в школу, у Джейкоба потом недели две болела рука. В тот день отец все усерднее бил его по руке. Еле сдерживая слёзы, он подобрал свои вещи и вернулся домой. Дома он стал углубленно исследовать химию, в его голове был план. Надёжный план. Он смог узнать куда ушел прежний учитель, он ушел на пенсию. Но впрочем он был не прочь помочь Джейкобу изучать химию, поэтому ежедневно они виделись и вместе изучали вещества. Конечно, родители вряд-ли поверят ему, и он решил соврать. Это никогда не нравилось Джейкобу, он это плохо умел, да и совесть его терзала. Но на этот раз он сказал что будет в школе репетиция, поэтому он будет готовиться. Родители все равно не будут проверять. Когда в детском саду у Джейкоба было важное для него выступление, он танцевал с другими ребятами. Его родители не пришли... Сказали что были слишком заняты, после этого он понял что никому в этом мире нельзя доверять. Прошло ещё несколько дней. На уроке физкультуры учитель сделал его посмешищем перед всем классом, заставив сто раз переделывать одно упражнение, в то время как остальные уже ушли играть. Одноклассники радостно наблюдали за его унижением, кидая в него мячи исподтишка. Когда всё наконец закончилось, Джейкоб забрал свои вещи и вернулся домой. Вместе с учителем они разработали кислоту, преподаватель до конца не знал цель Джейкоба и просто хотел помочь человеку, который рвется за знаниями с большим энтузиазмом. Он проверил кислоту на Бади, того слегка разъела из за чего второй глаз выпал. Но Джейкоб не был доволен результатом, он понял, ему нужно более усерднее стараться. После этого он забыл про уроки, и стремится сделать одно, разработать кислоту и отомстить Эдварду... В другой день его случайно обвинили в краже чьего-то пенала. Класс замер в ожидании наказания. Джейкоб пытался объясниться, но его даже не стали слушать. Учитель вызвал родителей, а до этого момента велел ему сидеть в пустом кабинете. Проведя там весь день в одиночестве, Джейкоб потом медленно побрёл домой. Пока родители искали его, он заперся дома и дальше разрабатывал свой секретик. Кислота была почти готова, он вылил его на Бади, и того разъело окончательно, что от него осталось лишь пух, его глаза вытекли из за чего у него были темные, бездушно смотрящие в темноту отверстия, где когда то были смешные и глупые глаза. Родители вернулись в ярости. Они были готовы избить Джейкоба, но тот сбежал из дома. Несмотря на всё, он решил переночевать у своего прежнего учителя, пока не завершит план. На улице пошёл дождь. Глядя в окно, он сгрустнул и задумался. Он подумал про себя: "Простите, мама с папой... Я думаю, что поступаю неправильно, но я очень устал... Совсем скоро я покажу всем, что чего-то стою..." С собой он взял кислоту. Аккуратно пронеся её, в школе во время обеденного перерыва он был готов. Вот-вот, когда к нему подойдёт Эдвард, он будет готов к плану. Джейкоб собирался облить своего обидчика кислотой. Он представлял, как его кости будут разъедены, а кожа будет медленно и мучительно сползать с него. Он надеялся, что Эдвард будет долго страдать, пока не умрёт. Правда, пока он замечтался, сзади уже подкрался Эдвард, который резко сказал: — Что ты делаешь, сопляк? Ешь свой суп? Вся столовая рассмеялась. Джейкоб растерялся. Эдвард взял и вылил ему на голову тарелку супа. Тот, не обращая внимания на толпу смеха и насмешек, попытался достать кислоту. Однако он её не нашёл — оказывается, он положил её в другой карман. Но уже было поздно. Эдвард ушёл, и Джейкоб не успел. Он был в ярости, но подумал про себя: "Погоди, Эдвард... скоро ты поплатишься, ой как скоро..." Однако он заметил своё состояние: облитый супом, с мокрыми волосами, а длинная лапша свисала с его головы. Он тяжело дышал. К нему подошла обеспокоенная Джесси. — Ты прости его... — произнесла она, вытирая его бумажными салфетками. — Знаешь, а ты с супом даже ещё милее! — снова сказала она. Джейкоб был удивлён и смущён. Он тихо произнёс: — Спасибо... Джесси наконец решилась: — Ты не хочешь пойти со мной завтра на школьный бал? Джейкоб был без ума от радости и, конечно же, согласился. Всё же он подумал, что не так всё и плохо... И, может быть, не стоит воплощать свой план в реальность? Наступил вечер бала. Джейкоб пришёл весь нарядный, в пиджаке. Он долго думал, нужно ли брать кислоту с собой, но принял решение не брать. Он наконец понял, что, несмотря на все преграды и трудности, всегда будет свет в конце туннеля. Он решил забросить свой план, ведь сейчас самое главное — это бал с Джессикой. Придя на бал, его встретила Джессика. — О, ты как раз вовремя! Мы тебя все ждём! — радостно сказала она. Они прошли в красивое помещение — это был местный клуб. Там играла музыка, пол был ярким и красочным. В центре стоял диджей, который крутил треки. На столах были различные угощения: блинчики с сиропом, клубника в шоколаде и многое другое, что семья Джейкоба не могла себе позволить. Джесси взяла большой блин и стала его есть. Её светлые волосы сверкали из-за диско-шара, из-за чего казались ещё красивее. Она была одета в ярко-розовое платье, и от неё приятно пахло клубникой. Она попросила Джейкоба налить ей на блинчик побольше сиропа, но он случайно промахнулся и облил себя. — Ничего, — произнесла Джесси. — Я схожу за салфетками. Она быстро покинула зал и пошла в уборную. Тем временем Джейкоб подошёл к местному бару — конечно же, там разливали только соки и коктейли. Внезапно свет выключился. Стало очень темно, а музыка затихла. Затем загорелся прожектор, указывая прямо на Джейкоба. Свет был настолько ярким, что он зажмурил глаза. Неожиданно сверху на него высыпалось ведро с мукой, а следом — перья. Из-за липкого сиропа они тут же прилипли к нему. Толпа разразилась смехом, в том числе и Джессика. "Она обманула меня..." — подумал он. "А я ей верил... Как дурак..." — с грустью пронеслось в его голове. Он тяжело упал на яркий ковёр, который был в пятнах от сока, и дальше погрузился в свои мысли: "А я ей верил...". Особенно больно ему было смотреть как Джессика вместе Эдвардом стояли вместе, в обнимку смеясь над ним. Сегодня наконец все закончиться! — думал про себя Джейкоб. После унизительного бала он точно определился: нужно совершить свой план. Если раньше он много думал, стоит ли ему решать свои проблемы таким путем, или все самим наладиться. Он взял с собой кислоту и отправился в класс. Как всегда, там творился ужас: все бесились и кричали. Эдвард подошёл и слегка толкнул его. — Поплачь, — сказал он и ушёл. Джейкоб ничего не ответил. Он знал: скоро всё вернётся ему сполна... Он решил действовать на уроке химии. Солнце уже ушло за горизонт, на улице стемнело. Новый учитель химии продолжал объяснять новую тему: — Таким образом была создана периодическая таблица элементов, — закончил он свою речь. Но вдруг внезапно погас свет. Джейкоб подумал: вот он, шанс совершить правосудие. Пока дети радостно кричали — ведь выключение света означало, что скоро их отпустят домой, — Джейкоб приблизился к Эдварду. В классе загорелись аварийные фонарики. Но тут раздался сильный грохот. Учитель вышел в коридор проверить, что происходит, но его тут же отбросило ударной волной в стену. Он потерял сознание. Дверь в коридор медленно и скрипуче открылась. Видна была лишь густая темнота. Из неё донёсся скрежет когтей, а на двери появились глубокие царапины. И тогда появился он. Худощавый монстр с длинными руками и не менее длинными пальцами медленно посмотрел на Джейкоба. Тот в ужасе узнал его: тёмные пустоты на месте глаз, вытекшие глазные яблоки и изуродованное, покрытое волдырями тело, разъеденное кислотой. Кожа его была бледно-белой. Это был Бади. Джейкоб оцепенел от ужаса. Он попытался защититься, кинул в монстра циркуль. Но Бади ловко перехватил его, а затем силой вонзил острый циркуль в Эдварда. Тот упал без признаков жизни. Все в классе закричали, Джессика с ужасом завизжала, “Джейкоб убил Эдварда!”. Для него это было большой неожиданностью, он попытался объяснить, но это было бесполезно. Все смотрели на него как на сумасшедшего, очевидно, никто не видел его. Тем временем чудище перевело взгляд на Джейкоба и побежала за ним. Джейкоб бросился бежать. Он забежал в кладовую, где хранились различные химические препараты и оборудование, и запер дверь. Но худощавый монстр стал ломиться внутрь. Своими жёлтыми зубами он с треском прокусил дверь и выглянул на Джейкоба. Он загнал его в угол. Бади схватил его. Джейкоб, отчаянно сопротивляясь, вылил на монстра всю кислоту. Бади закричал от боли и с силой швырнул Джейкоба в стеллаж. От удара препараты смешались — начался пожар. Все дети в панике разбежались. А Бади вновь схватил Джейкоба и крепко обнял его. Тот чувстовал тяжелое дыхание и легкий треск огня. Он держал его так, что выбраться было невозможно. Огонь медленно поглощал их обоих. Тихо, хриплым голосом Бади прошептал: — Друзья навсегда...