кроваво-красный ураган

-Араши- Курама был подлым. Он чувствовал, как нечеткость медленно отступает, по мере того как его чакра все больше вычищала алкоголь из его организма. Там, на разрушенном поле, Араши воздвиг вокруг себя барьер, чтобы отогнать людей, которых он купил со всех концов Пяти Наций, и сел, прижав колени к груди и обхватив руками ноги. «Моя жизнь отстой», — пробормотал он в колени. «Это отстой. Где Индра? И Сенсей, и Кура, и Химе... Даже Мэдди был бы допустим, если бы не был сумасшедшим...» «Араши», — прошептала Сидзунэ. «Мы все еще слышим тебя». «Рама сказал мне, что я должен прекратить извергать чакру, хотя у меня ее еще так много осталось. Я не могу сделать еще одну печать без того, чтобы он не начал на меня кричать», — раздраженно пробормотал он. «Рама?» — услышал он подсказку Хирузена. «Кхм», — Энсуи прочистил горло. «Слово в слово Араши описал: «один из девяти моих друзей-демонов. Есть еще десятый, но он отстой, и я его ненавижу, потому что он любимая сучка бабушки, и она любит его есть, и он дерево и святотатство для людей-деревьев, таких как Хаширама-сан и Тензо-сан»... А также: «но Рама-чан девятый и хороший, но ненавистный и злой, но также хороший, потому что он стал хорошим и полным жизни. Он большой и оранжевый, и он ест людей, хотя и называет их безвкусными мясными мешками»...» "...Нет." - простонал Араши. " Нет. " Он этого не говорил. Он этого не говорил. Пожалуйста. Затем он просеял свои воспоминания и понял, что он действительно это сказал, и даже больше. Нара продолжил, слегка извиняясь, глядя на рыжеволосую. «Он также сказал, что ''Рама был как его родители, но его родители, как сообщается, мертвы, и ''Рама на самом деле убил их, так что это как замена''. Кроме того, Араши ''уже так много раз избивал ''Раму, что он предположил, что убийство его родителей было прощено''». « Нет ». Узумаки продолжал причитать, слушая сдавленные звуки, издаваемые окружающими. «Кроме того, это неизвестное существо также помогает саду Араши», — перечислил Энсуи, как будто то, что он описал, не было ни капельки абсурдным. ««Красивые большие деревья и цветы»». « Мне они нравятся », — добавил Тензо. «То, что он сказал потом». «Что?» — пробормотал Сикаку, прежде чем повторить. « Что? » Араши уткнулся лбом в колени, намеренно игнорируя людей вокруг, и снова тихо застонал от боли. Нет... «Араши-сан, пожалуйста, не будь таким неуклюжим», — торжественно сказал Хаку, прижимая ладонь к барьеру, заставляя его колебаться. «Он свернулся в маленький клубочек». Забуза прищурился. «Что… Ты дуешься? » «Заткнись, коровьи руки», — пробормотал Араши с хрипом. «Не могу поверить, что я это сделал. Я сам себе не верю». «Ваааа, не отправляй меня обратно, Араши-сан». Каруи ударила руками по барьеру. «Пожалуйста, пожалуйста?» «Политика...» — тихонько заскулил Араши. « Нет, нет, я их ненавижу... » «Все в порядке», — неловко попытался успокоить Канкуро. «Тебе просто нужно снова пригрозить Тоу-саме, и все будет хорошо». «Он такой же слабак». Темари с энтузиазмом кивнула. «А теперь о Фуутон Джутсу-» «Не время, Темари», — у Гаары потек пот. «Тебе даже не стоит беспокоиться о Кири». Мэй плавно пожала плечами. «Ты называешь Мизукаге «Ягура-тян». «Коноха теперь боится тебя», — добавил Шикамару. «Так что тебе не нужно даже беспокоиться. Хлопотно. У тебя есть привилегия выпутываться из всего, что тебе не нравится». «Райкаге-сама тоже не любит политику». Си коротко кивнул. «Я уверен, он не будет возражать... настолько». Омои неуверенно кивнул: «Араши-сан в любом случае дружит с половиной наших рядов». «Ненавижу политику...» Он шмыгнул носом, сворачиваясь в клубок. « Нет, я хочу пушистую ...» «Нет, черт возьми!» — рявкнул Тензо. " Боль ", - прошептал Араши. Боль по всему телу, как душевная, так и физическая. "...Но у него комплекс бога". Он не мог не добавить. Он, должно быть, все еще немного пьян. «Красный», — Цунаде бросила на него взгляд, заставивший его нервно отвести взгляд. «Ты ранен?» "Нет..." - пробормотал он, прежде чем выплюнуть еще одну каплю крови. Араши демонстративно отвернулся от вида капли, медленно стекающей по барьеру. «Правильно». Она цокнула языком. «По-моему, ты не понял, о чем я спрашивала». Она ударила ладонями по барьеру и прижалась к нему лбом, глядя на него сверху вниз. «Узумаки-Казама Араши». Цунаде прогремела, сверля его взглядом. « Ты. Ранен? » «У-ух...» — пробормотал Араши. «У меня оценка?» Затем он кое-что понял, почувствовав еще одну волну боли: «Если я снова создам торнадо, появится Рама и накричит на меня!» «О нет, черт возьми, не делай этого ». Женщина с седыми волосами зарычала, мелькнув в барьере. Затем ее рычание смягчилось до певучего голоса, который у нее всегда был. «Араши-чама, тебе категорически нельзя». "ВОЗ-" «Это призыв Араши», — перебил его Асума, нервно отводя взгляд, когда все глаза обратились на него. Рыжий сам ответил на невысказанный вопрос, когда он ворчливо поприветствовал: "Широ. Несчастный комок шерсти. Я..." Он сморщил лицо, подыскивая подходящие слова, прежде чем остановиться на: "...злится. На тебя". Араши на самом деле не помнил, что произошло, кроме того, что она была раздражающей. «Да, да», — поддалась она, погладив его по голове и заставив щелкнуть зубами, пытаясь укусить ее пальцы. «Ч-что? Араши-сан может призывать людей-ттебаё?» «Бака!» Сакура толкнула его плечом. «Это Широ-сама. Лиса, помнишь?» «Лиса Араши-сана — горячая сестренка? » — воскликнул Наруто. «Хорошо, я отвезу тебя обратно...» «Нет». «Нет, нет». «Ни за что». «Араши-сааан-» «Я считаю, что сейчас неподходящее время». «Фуутон Дзюцу-» «Ты привёл меня сюда, а мне даже не разрешено никого убивать?» «-Но этот супермилый Хьюга-» «Политика». «А, точно. Политика». Араши опустил руку и слегка, панически улыбнулся. «Ненависть». Вскоре события развернулись следующим образом: Был уголок для обсуждения Джинчуурики с Каруи, Омои - потому что их сенсеем был Джинчуурики Хатиби - Чоджуро, потому что он был довольно хорошо знаком с Ягурой, Гаарой и его братьями и сестрами, и, конечно же, с самим Наруто. Был кровожадный уголок, где были только люди, желающие убить друг друга, и некто Юки Хаку, который безуспешно пытался успокоить Забузу. Был также тихий уголок, где люди, которые считали это слишком хлопотным или политически раздражающим, собирались, чтобы договориться молча «ненавидеть» ситуацию, в которой они находились. ...Излишне говорить, что сам Хокаге медленно двинулся в том направлении. Затем был уголок 'чилла', где всем было наплевать на дела Village и бывших преступников. Они болтали о травмах и случайно отпустили несколько шуток, которые выдали секретную информацию, но кого это волновало? Конечно, не их. Там был угол, который на самом деле не был углом, и в нем находились люди, с энтузиазмом раскрашивавшие его унылую и унылую квартиру. А потом... в центре его квартиры был Араши. Грустный Араши. Он смотрел на свой беспорядок с чем-то вроде «ба, он уже сделал это, так почему бы не пойти с ним?», но также и с чем-то вроде «если кто-то хотел ударить его ножом, сейчас самое время». Широ искоса поглядывала на него со своего места, сидя на голове Сакуры. Цунаде поймала его взгляд и сердито уставилась на него, угрожающе ткнув пальцем в его сторону, и по его рту потекла струйка крови. А. Упс. Он тут же вытер его. Теперь, когда его посчитали «достаточно трезвым» (хотя он все еще чувствовал себя немного нечетко), Нара и Яманаки и — о, точно, Джирайя и Сарутоби тоже — поглядывали на него совершенно не тонко. Его АНБУ находил все забавным, Какаши был подлым, а С бросил на него неодобрительный взгляд «плохого щенка», заставивший его отвернуться. По крайней мере, Хаку пытался исправить ситуацию с ним. ...Связи деревни с Ивой укреплялись?! «-Могу ли я встретиться с Бо-оччаном или Ягурой-сан?» Араши оживился: «Конечно, Нару, я могу просто...» «Сядь на задницу!» — рявкнула половина шиноби и Широ. Араши не издал ни звука и послушно сел обратно. После паузы С добавил: «Хороший придурок S-ранга». "-Ты, фиолетоволосая дама с помадой". Забуза усмехнулся Югао, и она с отвращением надела маску АНБУ обратно на лицо. "Я почти хочу сразиться с тобой-" Она медленно двинулась к «кровожадному углу» с... кровожадностью, ее рука застыла вокруг ее танто. «Но я знаю, что могу переломить тебя пополам». С ухмылкой он добавил: «Так, как тебе, возможно, и понравится». «Подожди здесь, акула, тебе стоит посмотреть, что вылезет из твоей уродливой рожи», — перехватила его Рен, плавно втиснувшись между ними. Почувствовав некую драму, все шиноби посмотрели в их сторону... вполне очевидно. Нохара выгнул бровь, окидывая его взглядом с ног до головы с легким презрением. «Хотя «человек» — не совсем подходящее слово, учитывая, что я в нескольких секундах от того, чтобы отломить твою маленькую веточку от ветки. Ветка — это ты сам, конечно, если твои мозги управляют твоим огромным мечом...» Рен ткнул пальцем в Кубикирибочо. «-И твой меч-зубочистка-» Затем ее глаза не так-то тонко скользнули вниз к его промежности. «-Один». Через несколько секунд, в течение которых Забуза безмолвно оскорблялся, Югао была польщена и удивлена, а Рен сохраняла свою крутую позу и выражение лица, Хаяте закашлялся: «Я... я парень?» «Что». Рен отступила, прежде чем обнять Югао за плечи. «Ну и что? Я ее жена». «Что?» Хаяте на этот раз закашлялся более агрессивно. «С каких это пор...» «С тех пор, как я понял, что она может приготовить убийственный кацуобуси». «С каких это пор у Тори есть время готовить кацуобуси?» Югао пожала плечами: «Она находит время так же, как мы находим время для сна». Мужчина уставился на свою девушку с чем-то вроде «какого черта?». "...Я же говорил". Генма прервал тишину. Он выпрямился, огляделся. "Я, черт возьми, позвонил, ребята. Я первый сказал..." «Я думал, что это место кровожадности, а не флирта! Никому, особенно Генинам , нет дела до ваших секскапад!» — возмущенно крикнул Тензо с расстояния в несколько метров, высунув лицо из стены. «...Вообще-то да, — Ино вскинула руку. — Только не говори Анко, а то она сделает из этого фо-» « Нет », — Иноичи резко оборвал тему, глядя в небо. «Ино, нет ». «Как хлопотно». Шикамару настороженно взглянул на взрослых. «Вы можете вытащить меня из Хираишина?» «Конечно». Араши помахал ему рукой, прежде чем он понял: «Подожди. Моя вещь — не Хирайшин». Сандайме повернулся и пристально посмотрел на него. «Хох». «Любой, у кого есть мозги, догадался, что это Хираишин или то же самое, но с другим названием», — фыркнул Сикаку, и все в комнате вздрогнули от удивления. « Араши использует Хираишин?! » «...Проблема». «Значит, ни у кого в этой комнате нет мозгов». «Ладно, я закончил», — фыркнул Араши. «Убирайся. Политика — это неизбежная катастрофа, с которой мне придется столкнуться. Нет смысла тянуть». «Слава богу », — невозмутимо ответил Шикамару. «Что?» — простонала Каруи. «НЕТ! Араши-сан, не делай этого со мной!» «Что». Омои с вызовом прищурился. «Ты предпочитаешь, чтобы он нас убил? П-потому что, знаешь, может быть, он настолько не любит политику, что готов просто нажить врагов с Кумо, и лучшим выходом было бы взять нас в хо...» «Но Мэй-сан определенно нужно проводить больше времени с Анко-» «Нет, Ино! Это ужасное сочетание!» «С чего бы это? Я верю, что юность Анко и Мэй-сама будет ярко гореть с-» «Гай, заткнись». «Прошло всего три часа», — попытался урезонить его Гаара. «Ты три часа не рассказывал мне, где ты ранен ». Цунаде бросила на него еще один сердитый взгляд. «Я же говорил тебе...» — слабо запротестовал Араши. « Много раз. Я не ранен. Это не то, что кто-то может исправить...» «Я не кто-нибудь!» «Никто не может это исправить...» «Попробуй меня, черт возьми, попробуй меня!» «Это не травма...» «Я чертов медик, Рэд!» «...Ладно», — шмыгнул носом Араши. «Оба-сан первый на скачке Хираишин. ...Я имею в виду, что это на самом деле не Хираишин-» Араши уставился на свой список дел. Другими словами, он уставился абсолютно в никуда, потому что Араши понял, что он совершенно не готов. Может ли он просто пойти и убить Данзо? «Давайте не будем этого делать». Он вздохнул, переворачиваясь в своей теперь пустой квартире. Предупредить Хирузена, а затем убить Данзо? Нет. Рассказать Саске правду, пока он ведёт Итачи в Коноху, сразится с Хирузеном, убьёт Данзо, а затем пошлёт всё остальное нафиг? ...Что ещё там было? Ему просто нужно было тянуть как можно дольше; он был морально утомлен, и, выплескивая все свои секреты, какими бы бессмысленными они ни были, он чувствовал тревогу и — несмотря на то, что это было совершенно нелепо, учитывая его силу — некоторую неуверенность. Не говоря уже о том, что была определенная «линия времени», которая должна была совпасть. Араши давно перестал размышлять над глупой ерундой о «судьбе», так что теперь он просто задавался вопросом: где это будет? Во время тренировок с Джирайей Узумаки Наруто выпустил чакру, равную четырем хвостам. Араши чувствовал себя не в своей тарелке все это время. Но он не мог точно сказать, потому что в последнее время он чувствовал себя так много раз. Это было что-то из его Регрессии или из текущего сценария? Он почувствовал определенное колебание и страх в выражении лица Наруто, но в его глазах также было упрямое упорство. Это было понятно, выход на улицу напрашивался на эти взгляды. Араши был глуп. Он был на краю дороги, уделяя часть внимания трем детям, когда в присутствии гражданского человека произошел всплеск гнева. Он обернулся и увидел Сакуру, застывшую в замешательстве и легком страхе в метре от Наруто, сам светловолосый мальчик был неподвижен, съежившись от чайника. Чайник? Ах. Он был глуп. Эта дорога. Этот запах. Эти люди. Обжигающе горячая вода и вонь жасмина. После того инцидента, который произошел, когда ему было пять лет, он больше никогда не выходил на улицу. Араши потратил долю секунды на расчеты и наблюдения — прилично загруженная дорога, этот старик, у которого был сын, погибший в атаке Кьюби, презрительная усмешка на его лице — но также страх, слепая ярость, боль и горе — Наруто не выглядел удивленным и, казалось, приготовился, в то время как Саске просто повернулся с обеспокоенным выражением лица. Сакура все еще была в шоке, когда ее глаза зацепились за летящий объект. Араши поджал губы, когда начал двигаться- Затем внутри него всколыхнулся взрыв чакры- Курама? Нет, это было по-другому. «Безмозглый Кьюби» из прошлого с разъедающей чакрой и безразличием к нему. Он почувствовал, как его желудок упал от ужаса, когда его сознание дрогнуло, зрение на мгновение окрасилось в красный цвет. Не сейчас. Он внутренне закричал. Почему сейчас? Из всех времен для этой глупой вещи... Наблюдая, как кипящий металл летит в сторону Наруто, Араши с силой оттолкнул его, не заботясь о последствиях. А в следующее мгновение Саске оказался там же, перед Наруто, положив руку ему на правое плечо, а другую — ему на затылок, прижимая голову Наруто к своей груди, пока тот защищался от обжигающего жара. Он так и не пришел. Раздался глухой стук и всплески воды. Саске на секунду замер, прежде чем трое детей тихо ахнули. Араши стоял там, держа одну руку рядом с собой, а другую руку подняв, когда его пальцы сжимали дно чайника... Араши сжал руку в кулак, одним небрежным движением уничтожив чайник, когда он бросил его обратно. Он загрохотал, катясь по полу улицы. Часть его волос была мокрой, а брызги воды падали на нижнюю часть его лица и по всему телу, стекая по коже его руки. «Упс». — сказал Араши жутко веселым и фальшивым тоном. Он усмехнулся, и вся улица дружно вздрогнула. «Иди купи себе еще один гребаный чайник, придурок » . В спешке, чтобы предотвратить какую-то глупую Регрессию, он полностью заблокировал свою сеть чакры этой запасной печатью, которую он призвал. Конечно, — подумал он, когда она тут же начала распадаться полсекунды спустя, — никакая простая печать, активированная на месте, не могла бы удержать всю его чакру. Араши, не слагая ручных печатей, начал тщательно заталкивать чакру Курамы глубоко в свой собственный бассейн чакры. «Время было выбрано ужасно», — рассеянно подумал Араши. «Чакра Курамы испортилась, у меня едва хватило времени что-либо сделать, кроме как использовать себя в качестве мясного щита, и я даже не мог использовать чакру, чтобы предотвратить раны на коже. Теперь я даже не смогу их вылечить в случае, если чакра Курамы снова протечет. Лечение вызывает испарение, что может напугать детей; его кожа и так выпускала достаточно пара, чтобы напугать их. ...Его АНБУ были ужасно некомпетентны». Было неприятно, что произошло что-то столь внезапное, и он не должен был удивляться. Ситуация Наруто вообще не изменилась, и только после экзаменов на Чунина воздух вокруг него начал проясняться. Араши подавил усталый стон; ему не следовало жонглировать таким количеством проблем одновременно, потому что он знал, что он даже близко не был достаточно компетентен, чтобы исправить все это. Он не мог просто убить и все. Затем он повернулся, мягко улыбнувшись, почувствовав, что его кожа начала пульсировать, и он знал, что это будет волдырь. Ах, блестяще. Какая радость. Она была свежекипяченой. Араши наклонился, осторожно касаясь остатков горячей воды, положив две руки на плечи Саске и Наруто. «Ты не ранен, да?» — тихо спросил Араши, оглядывая их обоих в поисках капли воды, от которой он, возможно, не смог их защитить. Меньше секунды полного отсутствия чакры были ужасно разными секундами; он чувствовал себя так, будто оглох и ослеп на эту секунду. Сакура пришла в себя и подняла дрожащие руки к покрасневшей, раздраженной коже Араши. Зеленая чакра Ирё Ниндзюцу просачивалась в его кожу и медленно успокаивала ее. «Ого, Черри так быстро выучил Ирё». Он просиял. «Я знал, что нашел в тебе золотую жилу». Затем Саске наконец вышел из транса и наконец ответил: «Конечно, мы не ранены. О чем ты думал? Ты мог бы... С твоей скоростью ты мог бы отбросить его, или использовать оружие, или дзюцу, или...» Араши пожал плечами, увидев шокированные и обеспокоенные лица троих. "Боже мой, Кей-чан. Это не похоже на тебя — говорить таким неприглядным образом". Он не упомянул, как Саске вообще планировал защитить Наруто. Их отношения стали другими после разговора, и Араши не знал, как этому противостоять. "Я-" Наруто заговорил впервые, он оглядел Араши, прежде чем наклонить голову, прислонившись к Саске для подобия защиты. "Мне жаль". Слова потрясли его товарищей по команде, подавленное, но паническое извинение завело их. "Я- я не хотел-" «Стой, Наруто». Араши нахмурился, не зная, как передать сообщение, которое сам Араши вряд ли понимал. «Это не твоя вина. Тебе не нужно извиняться». Не имея лучшего утешения, Араши снова наклонился вперед, обхватив троих детей руками. Ирё Сакуры сжалось, когда она схватила двух других с широко открытыми, смущенными и испуганными глазами, не рыдая, но это было что-то близкое с крупными слезами, пузырящимися и тянущимися по ее щекам. Он проигнорировал раздражающий шум старика, оправдывающегося за его спиной, когда он повернул шею, чтобы посмотреть на него. Араши на самом деле не хотел спорить с ничего не подозревающей гражданкой о статусе Наруто как Джинчурики; технически он не мог этого сделать, если это перерастет во что-то законно и политически опасное. Не говоря уже о том, какое бремя это возложило бы на Араши и Наруто, чтобы обсудить это. И поэтому Араши сделал то, что Араши мог сделать вторым после убийства... (Угрожающе.) «Бросишь чайник или что-нибудь опасное в моих детей еще раз и...» — небрежно сказал ему Араши, издав тихий звук, когда крошечное облачко огня вырвалось из его губ. «Я сожгу тебя изнутри » . Он не стал дожидаться ответа, не стал придавать этому человеку большее значение, чем оно должно было быть, прежде чем потянуть его чакру. «Что еще важнее», Араши выскочил из улицы и ее шума, появился на дереве и посадил троих детей. «АНБУ». Он уставился на ближайшего к месту происшествия АНБУ — Тензо и Дото. «В нашу защиту», — тихо произнес Тензо, не слишком обороняясь. «Мы не очень хорошо реагируем на шок». «Какаши-сан?» Он повернулся и уставился на Джонина, изогнув бровь, не выражающую никакого удивления. "...В мои смены такого никогда не случалось, — пробормотал он. — Честно говоря, я знал, что ты все равно пойдешь. Я не ожидал задержки или какой-то... ошибки в твоей чакре". Араши фыркнул от раздражения, противоречиво. Он осмотрел детей — Наруто с пустым лицом и ужасными глазами, Сакура с проясняющимся замешательством, Саске с задумчивым гневом. ...Араши не мог вписаться туда. (Араши не принадлежал к этому.) Он так и не исправил эту проблему в своей прошлой жизни - жители деревни не знали, что означает Джинчурики - они просто думали, что «Кьюби» перевернул новую страницу. Это так и не было решено, и проблемы Араши... также так и не были решены. И вот Араши принял решение: «Убирайтесь, дети. Нару, обсуди это с кем-нибудь». Он колебался: «Квартира, если хочешь, я — у меня есть дела АНБУ , которые нужно обсудить». Через мгновение Сакура дернула их обоих к себе, коротко, почти профессионально кивнув рыжей, и они все умчались прочь. Араши был так горд! Они прошли путь от новичков Генинов до юнлингов, которые могли Шуншин! «Это была ложь». Араши тут же схватился за ветку дерева рядом с собой, чтобы удержаться на ногах. «Нет никаких обсуждений, кроме как извините, что я такой некомпетентный». Какаши мгновенно взял себя в руки: «Но что же случилось ?» "Псевдохроническая болезнь". Он махнул рукой в ​​отпугивающем движении, чувствуя, как чакра Курамы неприятно бурлит под его кожей. Рен присел рядом с ним, базовый Шосен залечивал ожоги кожи. Силач или нет, без чакры Курамы и Араши он не мог избежать последствий кипятка, выплеснутого на его кожу. Араши чувствовал, как чакра Курамы все больше и больше начинает подниматься. В пятнадцать лет его восприимчивость к чакре Курамы была очень высокой. Югао был удивительным сенсором, и если он всего на секунду ослабит свою защиту , все может рухнуть. У него не может быть еще больше проблем вдобавок к этому. Прошло несколько секунд, и обычно он был бы встревожен своей ужасной способностью контролировать себя. Но его больше беспокоило то, насколько все было размыто , и это не было размыто, как от опьянения. Голоса были размыты, зрение затуманилось, в ушах звенело. Он чувствовал, как что-то нарастает где-то в верхней части груди, и жжение в горле. Он не мог дышать- Он смягчился, прижав ладони к глазам и стараясь не вдыхать и выдыхать слишком механически. Прошло несколько минут, прежде чем бой закончился. Однако «закончился» не обязательно означало, что он был в хорошем состоянии. На самом деле, все было совсем наоборот. Сколько чакры потребовалось, чтобы подавлять Кьюби в течение бесконечных минут? Ответ был: слишком много. Даже обладая невероятно большими возможностями, он не имел предварительной подготовки и поэтому непрерывно извергал достаточно чакры, чтобы подавить чакру Кьюби щедрым количеством своей собственной. Перед тем, как его сознание покинуло его, он вытащил несколько оставшихся осколков, чтобы потянуть за свой Хираишин, телепортируясь в Отогакуре. Забавно, что место, которого он боялся в До, стало его убежищем здесь. -Тем временем- « Как ты мог подумать, что это твоя вина? » — надавил Саске, голосом едва шепотом, когда они свернули в изолированный переулок. Взгляд Наруто был где-то внизу и в стороне. «Эй». Учиха нерешительно ударил его по плечу. Тело Наруто покачнулось от удара, прежде чем он немного отступил назад, плечи опустились. «Посмотри на меня. Как? » "Чья..." Наруто закашлялся, голос стал хриплым. Он звучал подавленно, и Саске это ненавидел. "Тогда чья это будет вина?" Саске недоверчиво уставился на мальчика, пытаясь, но не сумев встретиться с ним взглядом. « Это вина старика. Это... Очевидно. Совершенно очевидно » . «Я Джинчурики!» — вспылил он, все еще глядя куда-то в сторону левого колена Саске. «Он гражданский; он не поймет. Он не знает и на самом деле думает, что я убил его сына или что-то в этом роде». «Верните моего сына» — эту фразу Наруто слышал много раз, и один из таких случаев исходил от того старика. Саске посмотрел на него, как на идиота. "Ты хоть помнишь, о чем говорили тебе все эти шиноби? С Мизукаге, Киллером Би и Гаарой — быть Джинчурики не значит быть виноватым. Что бы ни думал этот старик, это не делает это твоей виной". «Кто-то должен принять на себя падение, заслужил он этого или нет». Наруто закрыл глаза ладонями. «Араши-сан был прав. Это не чья-то вина. Это просто большой беспорядок». «Это не значит, что вам нужно это принимать». Наруто тихонько фыркнул, заставив Саске раздраженно потянуться вперед. «Не уворачивайся, черт возьми. Это не делает тебя виноватым » . «Я знаю», — выплюнул Наруто. «Я знаю». « А ты? » — надавил он, делая шаг вперед. Наруто сделал шаг назад. Саске схватил его за запястье: «Посмотри мне в глаза и скажи, что ты знаешь, что это не твоя вина». «Ты чертовски настойчива». Прошипел он, выдергивая руку из его хватки. «Конечно, я знаю». «Тогда посмотри на меня и повтори это». Саске надавил, не обращая внимания на его враждебность. Он схватил его за плечи, слегка сотрясая их. « Ты чертов идиот, ты думаешь, что можешь убедительно спорить, когда все, что ты делаешь, это смотришь в землю, как жалкий неудачник?» "Отвали-" Саске переместил руки, чтобы слегка ударить себя обеими руками по щекам, обхватив лицо и заставив себя встретиться глазами с его глазами. «Ты сказал «ближайший друг», не так ли?» Глаза Наруто расширились от резкого шепота. «Посмотри на меня, Наруто». Сказал Саске самым мягким, но в то же время самым твердым тоном, который когда-либо слетал с его губ. «И скажи это снова » . «Сакура?» — нерешительно спросила Ино, прежде чем заметила красные круги вокруг глаз. «Сакура? Что случилось?» Слезы снова навернулись на глаза, и Ино тут же заключила ее в объятия, на ее лице промелькнуло яростно-темное выражение. «Кто тебя обидел? Я их убью, черт возьми». Иноичи, остановившись у двери, не смог заставить себя даже упрекнуть ее за ругань. Даже он почувствовал себя немного напуганным чистой яростью своей дочери — и он также рассердился, услышав о событиях из других источников. «Нет, Ино, это было не так. Это...» Снова раздается всхлип, и обе Яманаки понимают, что она плакала не потому, что ей было грустно. Она плакала, потому что была в ярости. «Я чувствую себя такой глупой и бесполезной. Почему... почему все так жестоки к Наруто? Просто потому, что он...» Иноичи прищурился: эта гражданская девушка знала? «Он... Наруто... Он не сделал ничего плохого. Это несправедливо » . «Расскажи мне, что случилось», — непроницаемое выражение лица Ино было ужасающим. «И мы... решим... это вместе». Иноичи наклонил голову, прежде чем удалиться в свой кабинет, предоставив им уединение... и подготовившись к бизнесу, который вот-вот должен был обанкротиться. «...убить тебя по прихоти». «Откажись от Саске». «...моя единственная цель... во тьме». «Араши-сан», Ино даже не взглянула на него. «У тебя...» Ее указательный палец потянулся, чтобы постучать по собственному носу, и с гримасой Араши вытер его, увидев, как его кожа окрасилась в красный цвет. « Блядь ». Он тихо вздохнул, закрыв глаза, как будто смирившись. «Ты только что опрокинулся!» Джирайя уставился на него в ужасе и тревоге. «Ты только что упал... Как... Как... Что за...» Он взглянул на АНБУ, прежде чем понизить голос: «Что, черт возьми, происходит , Араши?» «...Есть ли что-то, о чем мне следует беспокоиться, Араши-сама?» Сатико бросила на него косой взгляд, голос был на удивление тихим и серьезным. «Да». Пробормотала Сакура. «Генин» уже был повышен до официального помощника, получив столько советов от Карин и Цунаде за время их короткого пребывания. «...Да». Араши раздраженно смягчился, выпрямляясь и отводя взгляд от звезд. «Но даже Оба-сан не мог это исправить. Ничто, кроме божественных сил, не могло». Затем они становились все хуже, поскольку внутренние повреждения и случайные потери сознания превратились в полноценные обмороки, которые давили и на его гордость , и на его терпение. С каждым разом у него оставалось только достаточно сознательной мысли, чтобы Хираишин оказался в безопасном месте, прежде чем чернота поглотит его зрение. Его сознание шевельнулось. Араши двинулся еще до того, как он открыл глаза, перевернул и швырнул нарушителя-врага-убийцу- на пол, лезвие коснулось кожи. Мангецу не отреагировал и подождал, пока свет не вернулся в его фиолетовые глаза, прежде чем небрежно вынул клинок из шеи, вытирая вытекающую воду, обеспокоенно нахмурившись. «Ты снова потерял сознание». Еще один более мощный всплеск чакры Кьюби. Четыре. Пять. Шесть. Семь. Восемь хвостов. Желание убить Пэйна. Того, кто разрушил его жизнь, его Деревню, его Сенсея, его друзей... Шестеренки продолжают двигаться, время продолжает течь. Боль не умирает. Нагато продолжает жить в сердце Наруто. В другой части Пяти Наций Саске впервые открывает глаза с тех пор, как узнал новость о миссии Итачи. Мангекё становится Вечным. Глаза, жизнь и дух Итачи теперь живут в Саске. Но сам Саске... мог бы быть и мертвым. «Я расскажу Саске», — сказал он Итачи. «А потом убью Данзо». Глаза Итачи расширились, прежде чем он медленно кивнул, напряжение замедлило морщины на его лбу. «Я... желаю тебе удачи, Араши». «Мне это не понадобится». Удача никогда не помогала, когда Араши все-таки сражался. Это была битва. "Эй, Саске," Араши некоторое время тупо смотрел на мальчика, игнорируя его замешательство. Этот Саске нашел почти второй дом в Конохе и был мягким и нежным, каким его Саске никогда не был и никогда не мог быть естественным образом. Он заботился о других, как будто он был их старшим братом, и с каждой крупицей поддержки, которую он получал, его защитное высокомерие стихало, превращаясь в созерцательное замешательство. Этот Саске смягчился, стал теплее, счастливее. «...Я знаю кое-что о той ночи , чего не знаешь ты. Я собирался рассказать тебе после экзамена на звание Чунина, но ты кажешься более крепким духом, чем когда-либо». Саске медленно побледнел, неподвижно переваривая его слова. «Ты хочешь услышать правду от своего брата или от меня?» Араши не хотел ему говорить. Но он должен был. Чтобы они оба и Итачи могли двигаться дальше. Чтобы шестеренки продолжали вращаться. Чтобы мир продолжал двигаться. «Я могу взять тебя прямо сейчас, если хочешь». Араши перевел взгляд на Саске. «Хочешь снова увидеть Учиха Итачи?» Затишье перед бурей. Боль перед Армагеддоном. Осталось всего два финальных «акта», прежде чем повтор «Наруто» под названием «Араши» будет завершён. Осталось всего два последних «акта», прежде чем Пророчество исполнится и все будет... решено.