Айдол

Юнги стоял в очереди, нервно теребя рукав куртки. Наконец раздалось: — Следующий! Мин глубоко вдохнул и вышел вперёд. Представился, как положено, и, услышав знакомую мелодию, начал читать рэп. Когда закончил, один из судей кивнул: — Мы пришлём вам сообщение. Альфа коротко поклонился и покинул зал, где проходило прослушивание в компанию BigHit Entertainment. На улице Юнги тут же направился к метро. Купив билет, он занял свободное место в вагоне. До родного Тэгу было три часа пути, а потом ещё час до самого дома. В итоге он оказался дома только через четыре часа. Сняв куртку и обувь, Юн первым делом направился на кухню — за день он здорово проголодался. Там его уже ждали родители и старший брат. — Всем привет, — сказал он, садясь за стол. — Привет! Как съездил? — поинтересовался Джунки. — Спасибо, хорошо, — коротко ответил Юнги. — А где был? — с подозрением спросил отец. — Только не говори, что ездил в Сеул на прослушивание, — с недовольством добавила мать. Мин гордо поднял голову, не желая скрывать правду. — Мы же говорили, что не поддерживаем твоё увлечение музыкой! — строго сказал отец. — Это не увлечение, — спокойно, но твёрдо ответил Юнги. — Я ничего не хочу слышать! — отрезал отец. Юнги молча встал из-за стола. — Я не голоден, — бросил он и ушёл к себе в комнату. Через несколько минут за ним зашёл Джунки. — Как ты? — тихо спросил он. — Не очень… Они не верят в меня. Только ты меня поддерживаешь, хён. — Не говори так. Они тебя любят, просто… боятся, что в этой сфере трудно чего-то добиться, — попытался утешить его брат. Юнги ничего не ответил, просто крепко обнял Джунки. Прошла неделя. Юнги сидел в комнате с книгой в руках. С отцом он так и не разговаривал. Вдруг, около 15:21, телефон завибрировал. Получив сообщение, Мин сразу открыл его — и через минуту крики потрясли весь дом: — Дааа! Меня взяли! В комнату ворвался Джунки. — Ты чего орёшь? Куда тебя взяли? — Хён, я теперь трейни! — Поздравляю! Я знал, что у тебя получится, — с улыбкой сказал брат, обняв его. — Спасибо, хён. — Родителям скажешь? — Нет. Им ведь всё равно не нравится моё “увлечение”. — Эй, ну не будь таким упрямым… Юнги лишь махнул рукой. На следующий день. Вещи были собраны ещё вечером. Мин вышел из комнаты с чемоданом и уже собирался уходить, когда его остановила мать: — Сынок, ты куда? — В Сеул, — коротко ответил Мин, избегая взгляда родителей. — Зачем? — Я принят в компанию. Теперь я трейни. Отец недовольно закатил глаза и молча ушёл, не попрощавшись. Мать лишь тяжело вздохнула: — Я не одобряю этого… но, пожалуйста, будь осторожен, — сдержанно сказала мать. Юнги кивнул. Он уже потянулся к дверной ручке, как вдруг: — Эй! А попрощаться?! — окликнул его Джунки, выбегая в коридор. — Как я мог забыть про тебя, хён? — улыбнулся Юнги. Они обнялись, и Мин направился к метро. Через семь часов. Юнги приехал в Сеул. Большой город встретил его шумом, огнями и лёгким напряжением в воздухе. Мин добрался до общежития для стажёров и начал раскладывать вещи. Сегодня он позволил себе просто отдыхать: пролежал весь вечер на кровати, листая телефон. На следующее утро. Юнги тщательно собрался и, выйдя из общежития, направился к зданию компании. Оно возвышалось на улице, словно символ будущего. Собравшись с мыслями, Мин направился в здание компании. Подойдя к нужной двери, Мин постучал. — Войдите! — послышалось изнутри. — Здравствуйте, — поклонился он, войдя. Ему протянули контракт. Мин внимательно прочитал каждый пункт, прежде чем поставить подпись. Контракт был заключён на четыре года. Среди правил были такие: 1. Запрещено посещать бары и клубы. 2. Отношения с омегами под запретом. 3. Нельзя ходить на свидания. 4. Использование нецензурной лексики запрещено. 5. Обязательная строгая диета. 6. Чёткое соблюдение графика тренировок. И это лишь малая часть требований. Для настоящих айдолов требования были ещё строже, но пока Юнги был всего лишь трейни. Подписав контракт, он вернулся в общежитие. Вечером пришло сообщение от Джунки: “Я горжусь тобой, брат. Никогда не сдавайся.” Юнги улыбнулся, крепче сжав телефон в руке. Теперь он точно знал: всё только начинается.