Малиновка

      Красный чемодан с милыми нашивками в виде цветов и бабочек лежал открытым на аккуратно заправленной кровати. Та совершенно никак не сочеталась с творившимся в спальне хаосом. Её хозяйка — молодая женщина по имени Ванесса Смит — суетливо собирала свои вещи, словно боялась куда-то опоздать или что-то забыть. Она беспокойно носилась по комнате, не соблюдая никакой структуры, что происходило с ней только в моменты сильной тревоги. Прямо как сейчас.       Политика всегда была важной частью жизни Ванессы. Мало того, что она была юристкой, так ещё и активно боролась за права угнетённых групп, к которым сама принадлежала. Неудивительно, что для Смит смена правящей партии и президента стала серьёзным ударом: на место демократа пришёл республиканец. И хотя женщина не была в восторге от предыдущего лидера страны, тот явно был лучше, чем открытый женоненавистник, гомофоб и расист. Подливали масла в огонь и агрессивно настроенные соратники нового президента, которые не стеснялись высказывать свои мизогинные взгляды, а также губернаторы штатов, ограничивающие женскую телесную автономию. В таких условиях оставаться в родной стране Ви казалось опасным. Хотя она и без этого планировала переехать в соседнюю Канаду, но произошедшее во внутренней политике США заставило Смит сделать это раньше срока.       Ванесса купила билет из Бостона в Ванкувер на самое ближайшее число, лишь бы больше не испытывать давящей тревоги из-за смены власти. Только не учла, что ей придётся в срочном порядке собирать свои вещи и нервничать из-за этого.       — Солнышко, твой чай остыл, — в комнату к взрослой дочери зашла Вирджиния Смит.       — Мама, я ничего не успеваю! — пожаловалась та.       — Ви, у тебя достаточно времени. Самолёт же только вечером, — пыталась успокоить своего ребёнка Вирджиния.       — Но я должна быть уже готовой. И мне нужно ещё сделать несколько важных дел перед отлётом, — оставалась непреклонна младшая Смит.       — Может, я могу тебе с чем-то помочь? — предложила женщина постарше.       — Да! — слишком резко ответила взвинченная Ванесса и тут же пристыдилась. — Ой! Я хотела сказать, что буду благодарна тебе, если ты купишь какой-нибудь подарок от имени нашей семьи для Эшли и её мамы, — смущённо улыбнулась она.       — Хорошо, без проблем, — спокойно произнесла Вирджиния, а затем подошла к своей дочке и мягко поцеловала ту в лобик. — Только не нервничай так сильно, хорошо? Ты всё успеешь. Если что-то из вещей забудешь забрать, мы с папой тебе по почте отправим, — заверила она её.       — Но в Канаде плохая почта, — с разочарованием в голосе выдала Ви.       — Оу, правда? Я и не знала, — удивилась старшая Смит.       — Поэтому я не хочу ничего забывать, иначе не факт, что я когда-нибудь получу свою же вещь, — поделилась младшая женщина одной из своих тревог.       — Ладно, тогда не буду тебе мешать и съезжу в магазин за подарком. А ты не забудь позавтракать, хорошо? — с заботой сказала её мама.       — Хорошо. И спасибо тебе, — чуть спокойнее ответила Ванесса, приобнимая родного человека.       Зарядившись от всегда собранной и решительной Вирджинии уверенностью, младшая Смит наконец смогла заполнить свой милый чемоданчик нужными вещами и уже даже без суетливой спешки. Любовь и поддержка матери, с которой она сегодня расстанется, подействовали лучше любого успокоительного, как и приготовленные ею зелёный чай с веганскими бутербродами. Теперь Ви чувствовала, что успеет до вечера завершить все свои дела.

***

      Улететь жить в другую страну и не повидаться перед этим с родным старшим братом, которого обрела лишь недавно, Ванесса не могла. Она кое-как договорилась с лечащим психиатром Джеймса Смита о визите вне положенного для свиданий времени.       — Значит, ты улетаешь сегодня? — мужчина был задумчив и не проявлял никаких эмоций по поводу раннего переезда сестры.       — Да. Так получилось. Я просто боюсь оставаться здесь, — неловко оправдывалась женщина.       — Я не понимаю этот мир, где люди вынуждены из-за страха за свою жизнь покидать родной дом, — несмотря на внешнюю невозмутимость, Джеймс был недоволен.       — Я тоже. Хотя, ты же знаешь, я в любом случае собиралась переехать, — с тоской выдала Ви.       — Я тебя не осуждаю, если что, — старший из детей Смитов выразил свою поддержку сестре, мягко сжав её руку своей. — Ты должна быть со своей любовью.       — Да, но мне так страшно, — призналась та. — Я никогда раньше не мечтала покинуть родину. Я всегда думала, что буду жить здесь, в Бостоне. Буду тут бороться за то, чтобы сделать нашу страну действительно великой державой. Но всё изменилось из-за человека, которого я люблю больше всего на свете, и из-за людей, которые ненавидят таких, как я, — продолжила она с болью в голосе.       — В мире Брентона было бы проще. Там нет ни любви, ни ненависти, ни других стран, — почти цинично заметил Джеймс.       — Но ему это чести не делает, — ощетинилась Ванесса при упоминании своего врага, из-за которого и была долгие годы лишена брата.       — Согласен, — слегка улыбнулся мужчина, глядя за спину сестры. Та обернулась, чтобы понять, что его так порадовало и увидела лишь небольшую серо-коричневую птицу с рыжим пузиком за окном. — Это американская малиновка. Они любят находиться рядом с людьми. Конкретно эта часто посещает двор психиатрической лечебницы. Я её часто здесь вижу, — зачем-то рассказал Джеймс женщине.       — Малиновка? — задумчиво протянула Ви.       Ей почему-то вспомнился одноимённый помощник Бэтмена из комиксов DC. И хотя она никогда не любила ассоциировать себя с мужскими персонажами, но сейчас младшей Смит казалось, что она похожа на него: если останется рядом с привычным окружением, то может погибнуть. Как и та наивная птичка за окном, не понимающая, что в стенах больницы содержатся преимущественно опасные личности, которым не составит труда свернуть ей шею.       — Я должна идти, братик, — решительно заявила Ванесса. — Прости, что больше не буду навещать тебя каждую неделю, — уже с грустью добавила она.       — Мы не прощаемся. Ты ведь всё равно будешь прилетать иногда домой, — уверенно сказал Джеймс.       — Не так часто, как хотелось бы. Но лучше бы тебе поскорее выздороветь, чтобы с родителями прилетать ко мне в Ванкувер, — женщина слегка улыбнулась.       — Я постараюсь, — мужчина сделал в ответ то же.       Разлучённые на долгие годы сестра и брат обнялись перед расставанием. В этот уютный жест каждый из них вложил невысказанную любовь и понятный страх за близкого человека. Но время окончания внепланового визита не позволило растянуть этот момент.       Покидая стены психиатрической лечебницы, Ви подумала: «Вот бы всё, что портит людям жизнь, исчезло: ненависть, дискриминация, жестокость, войны, болезни, психические расстройства». Жаль, что это невозможно, и всё, что остаётся — это сменить место жительства. Ведь правда в том, что не только любовь зовёт Смит в другую страну. Но пора Малиновке вырасти в Ночное Крыло, если не хочется умереть. Ведь не факт, что тогда она переродится в Красного Колпака.