Подопытный №

      Я щурюсь, приглядываясь. Тёмные пряди лезут в глаза. Мори предлагал мне подстричься, но я отказался. Из вредности, разумеется. Я знаю, что это глупо, но мне хочется показать всем, в первую очередь себе, что я не нуждаюсь в помощи, что я самостоятельный, пусть мне всего семь лет.       Коё-сан не очень любит меня. Она пыталась найти со мной общий язык, когда Мори только приютил меня, но я быстро дал ей понять, что её жалость ко мне отвратительна.       Озаки ведёт за руку рыжеволосого мальчишку, моего ровесника. Со стороны они могли бы сойти за мать и сына, но я-то знаю, что детей у Коё-сан нет.       Мальчик сжимает руку женщины своей маленькой бледной ладошкой.       Я склоняю голову вбок, рассматривая их. — Познакомься, Дазай-кун, — Мори по-доброму улыбается, положив руку мне на голову. — Это Чуя-кун.       Мои губы растянулись в улыбке, которая обычно не предвещала ничего хорошего.       Большую часть времени я проводил в кабинете Мори, иногда он отлучался по делам, оставляя меня одного. Я не упускал возможности поиграть в его компьютер, посмотреть документы, полазить в ящиках.       Однажды я нашёл документы на имя Чуи Накахары. — Ах, — я краем глаза заметил, что Коё-сан нахмурилась и строго посмотрела на меня. — Я знаю про тебя, — сказал я, обращаясь к Чуе, который всё это время разглядывал свои новые кроссовки. — Накахара Чуя из лаборатории, исследующей одарённых людей, эсперов. Я слышал, что они проводят эксперименты над людьми. В основном, над маленькими детьми, которые в системе числятся как умершие, чтобы никто не искал. Их выкупают у приютов, родственников или опекунов, — я усмехнулся. — За сколько продали тебя? — Дазай-кун! — воскликнула Коё-сан. Я невинно посмотрел на неё. — Что я не так сказал? — спросил я, обращаясь к Мори-сану. Я действительно не понимал, в чём дело, но старался не показывать этого. — Это же правда!       Мори вздохнул и покачал головой. — Это не тактично, Дазай-кун, — сказал мужчина. — Твои слова задели чувства Чуи-куна.       Я повернулся к Чуе. Он стоял, низко опустив голову, но я заметил, что его щёки и нос покраснели. Накахара шмыгнул носом, отпустил руку Озаки и потёр глаза, стирая слёзы.       Я нахмурился. Почему-то я почувствовал какую-то пустоту в районе рёбер. Мне вдруг очень захотелось, чтобы Чуя прекратил плакать. — Эй, прекрати! — немного раздраженно сказал я, но Чуя только сильнее заплакал. Коё обеспокоенно посмотрела на рыжеволосого мальчика. Я беспомощно обернулся к Мори-сану. — Извинись перед Чуей-куном, — тихо сказал Огай, — покажи ему, что тебе жаль.       Я подумал, что это очень глупо, хотел возразить Мори. Кем он хочет выставить меня перед Чуей и Коё-сан? Я испугался, что Накахара рассмеётся мне в лицо, но потом вспомнил, что он сейчас горько плачет.       Я неуверенно подошёл к Чуе и потянул его за рукав, привлекая внимание. Он поднял на меня покрасневшие от слёз глаза. — Прости меня, Чуя. Я не хотел, чтобы ты плакал, — честно сказал я.       Накахара пару секунд просто смотрел на меня, а после кивнул и протянул мне руку. — Как тебя зовут? — тихо спросил рыжеволосый. Я почему-то обрадовался, впервые услышав, как звучит его голос. — Дазай Осаму, — я пожал ему руку, как это делали взрослые. Когда я хотел отпустить и подойти обратно к Мори, ладошка Чуя сильнее сжала мою, не отпуская.       Мне неожиданно понравилось держать его за руку, поэтому я не стал сопротивляться и сжал его ладонь в ответ.       Я заметил, что Коё-сан перестала хмуриться, выражение её лица снова стало спокойным. Она легко улыбнулась своими нежно розовыми губами, которые красила помадой. Мне тоже захотелось улыбнуться, ведь Чуя больше не плакал. — Защищай Чую-куна, — сказал мне Мори, когда Коё Озаки и Накахара Чуя покинули его кабинет.— Помоги ему освоиться на новом месте.       Я не любил выполнять просьбы Мори-сана, но в этот раз я даже не стал спорить с ним. Мне понравилось, как он это сказал.       Защищай Чую-куна.       Я непременно буду заботиться о нём, потому что больше никогда не хочу видеть, как он плачет.