***
27 апреля 2025 г., 18:28
Было достаточно тёплое мартовское утро. С самых ранних часов я уже прошла школьную диспансеризацию: невролога, ортопеда, педиатра, оториноларинголога, окулиста, и представьте, как список ещё не заканчивается.
— Какую строчку видишь? — спросила тётенька-окулист, надменно глядя на то, как я путаю правую и левую руку.
— Третью, — соврала я.
— Читай.
Я прочитала.
— Нормально тебе со зрением тридцать процентов? — усмехнулась женщина.
— Вполне.
— Очки бы носить. Иди.
Классная руководительница, суетясь вокруг нас, сообщила, что на втором этаже нас ждёт психиатр. Оно и удобно: на этом же этаже следующим уроком биология.
Мы столпились у учительской, которая на день стала кабинетом психиатра, и ждали очереди.
Только вот в чём подвох: прямо напротив располагался её кабинет… Я вспомнила, что она всегда заботится о тех, кто ей небезразличен, и просит девочек не сидеть на холодном полу. Я решила провести эксперимент: сесть на пол прямо у её кабинета, пока все толпилисть рядом.
Ждать пришлось недолго. Она вышла из класса и, оглядевшись, заметила меня, тихо сидящую у стены коридора, поджав под себя ноги. Никакого внимания на меня не обратили. Я лелеяла надежду, что она скажет хоть что-нибудь: она никогда не видела, как я сижу на полу.
Спустя несколько секунд она направилась в мою сторону, и я ещё больше поджала под себя ноги, пропуская.
— Наталья Владимировна! — кто-то окликнул её с другой стороны коридора.
Она на мгновение задержала ногу в воздухе и развернулась к тому человеку. Я, наконец, смогла разжать ноги. Она встала рядом со мной, совсем рядом — сантиметров двадцать — и жаловалась подошедшей к ней учительнице, что у второго класса снимают её урок из-за их экскурсии.
Я посидела так ещё немного. Она на меня больше не смотрела; а потом и вовсе, решив выпить чаю, скрылась в своём кабинете.
Я, сжавшись в комочек, поднялась с пола и незаметно отряхнулась. У меня скоро биология, священный предмет, а я какой-то ерундой маюсь. И мне не обидно. Я привыкла.