Оставленные позади

„Счастье зависит только от нас самих“

— Аристотель

      Ночь. Странная ванная комната, которую Юн раньше никогда не видел. Отдаленно похожая на ту, что в его доме, но с огромнейшим рядом отличий. Он находился в полумраке, ведь горела всего одна очень слабая люминесцентная лампа. Пространство вокруг было каким-то очень сжатым и тесным, что придавало еще большую некомфортную атмосферу. Да и все здесь казалось некомфортным: запах и ощущение невыносимой сырости, мелкая темно-зеленая плитка, которая будто бы усиливала эту сырость, грязная, чуть пожелтевшая из-за старости сама ванная. Та лампа будто бы вообще не освещала пространство, ведь Юн не мог увидеть другой конец комнаты. Почти все расплывалось перед глазами паренька, как бы он ни пытался более отчетливо рассмотреть простоанство вокруг себя. Когда Юн начинал улавливать хоть какие-то расплывчатые образы, все сразу же снова смазывалось.       Паренек переводит свой взгляд на другую стену и видит его... Неизвестный ему парень, который стоит напротив раковины и смотрит в зеркало. Юн пытается понять, кто это, разглядеть его лицо, но оно было будто бы заблюрино. Единственное, что мог разглядеть паренек: у того неизвестного были растрепанные, каштановые волосы. Из одежды на нем: простая серая футболка и рваные джинсы. Он молча стоял и смотрел на себя в зеркале. Выглядит так, будто бы он собирается с мыслями, настраивался на что-то. Юн хотел бы подойти к нему или спросить что-то, но не мог. Ему будто бы сшили рот, а ноги приклеили к полу. Как бы Юн ни пытался бы что-либо сделать, ничего не выходило.       Но вскоре тот парень сам обернулся и посмотрел на Юна... Майкл... Паренек смог отчетливо увидеть его лицо. Хулиган посмотрел на Юна пару секундсекунд, а затем улыбнулся. Снова эта хитрая, лисья улыбка, но при этом глаза у него добрые и нежные... Майкл осмотрел Юна с ног до головы. Только после он заговорил:       — Ну-ну, пока что держишься смело...— эти слова звучали тяжело, но при этом игриво. Голос Майкла будто бы эхом отдавался по ванной и звучал как-то чересчур сладко, медово.       И хулиган начал медленно приближаться к Юну. Они находились в расстоянии всего примерно двух метров друг от друга, но Майкл двигался как-то чересчур медленно. Это выглядит так, будто бы Юн смотрит замедленную съемку. Но, все таки, Майкл оказался рядом, в нескольких сантиметрах от него. Юн поднял голову вверх, чтоб посмотреть на своего хулигана. Их лица оказались невероятно близко друг к другу, паренек спокойно мог ощутить теплое дыхание Майкла на своей коже. Хулиган положил свои руки на плечи Юна, ласково их сжимая. Они оба молчали, наслаждаясь этой интимной близостью. Внутри Юна все трепетали и полыхало, буквально. То, как Майкл стоял близко к нему, как нежно дышал, каким нежным, влюбленным взглядом смотрел на Юна... Все это заставляло сердце паренька стучить в сто раз сильнее обычного. Майкл убрал одну свою руку с плеча Юна, положил ее ему на щеку, нежно поглаживая большим пальцем. Улыбка исчезла с лица хулигана, на нем отоброзилось легкое волнение и беспокойство.       — Ты точно этого хочешь?..— тихо спрашивает Майкл, его голос звучит все так же завораживающе.       — Хочу...— подтверждает Юн, понимая, к чему это спросил его возлюбленный. Он полностью готов и на все согласен. На лицо Майкла вернулась улыбка, когда он удостоверился в том, что паренек полностью настроен на это.       — Я буду нежным...— обещает Майкл, и за секунду сокращает расстояние между их лицами, захватывая губы Юна своими в нежный, но при этом страстный поцелуй. Паренек ощущает, как его сердце совершает кульбит, ноги тут же стали ватными и мягкими. Он обхватил руками тело Майкла, боясь, что если отпустит его, то упадет. Поцелуй был не долгим, но очень чувсивенным. Вскоре Майкл отстранился, разрывая поцелуй. Оба парня тяжело дышали, их сердца бились в такт с бешенной скоростью. Майкл нежно улыбнулся и прошептал.— Как же ты прекрасен...— и вновь впился в губы Юна своими, на этот раз с большим напором и страстью.       Не разрывая поцелуй, Майкл прижал паренька спиной к стене. Страсть и возбуждение накрыли их обоих, они уже не смогут остановиться. Майкл приоткрыл рот, углубив поцелуй. Юн тут же ответил ему тем же. Это было настолько невоборозимо и приятно, что пареньку казалось, что у него сейчас вырастут крылья и он взлетит на небеса. Юн прикрыл глаза и полностью отдался воле своего хулигана. Руки Майкла аккуратно соскользнули вниз и проникли под ткань футболки, которая сейчас была надета на Юна. Паренек ощущал каждое теплое прикосновение к своей мягкой коже, как грубые руки хулигана оглаживают его талию и спину. А затем они мягко опустились ниже и крепко сжали зад Юна. Тем временем Майкл разорвал поцелуй и принялся покрывать шею паренька страстными поцелуями и легкими засосами. Дыхание Юна стало прерывистым, он чувствовал, как с каждой секундой между его ног твердеет все сильнее и сильнее. Он не знал, как вести себя в подобных ситуациях.       — Расслабься и получай удовольствие, жмурик...— ответил Майкл, будто бы прочитав мысли Юна.— Но я хочу услышать твои сладкие стоны...— с этими словами хулиган просунул своë колено между ног паренька и прижался им прямо в его промежность. Этот жест заставил Юна зажмуритьмя и издать тихий стон удовольствия.— Хороший мальчик...       Сказав это, Майкл сильнее начал сжимать зад Юна своими руками, а его губы вновь нашли свое счастье на шее паренька. Это все оказывает на Юна необыкновенный эффект, в нем просыпаются те чувства, что он никогда не испытывал до этого момента. Майкл был опытнее, в любом случае, ему было легче переносить эти играющие в крови ощущения. Юн же задыхался от малейшего прикосновения. Вскоре, долго не думая, хулиган чуть отстранился от паренька, убрал свое колено между его ног. Это дало небольшую передышку Юну, но не на долго. Майкл схватил паренька за плечи и повернул его на 180 градусов. Не медля ни секунды, хулиган плотно прижал тело Юна к стене своим телом. Паренек ощутил, как к его груди прижалась к холодной стене этой сырой комнаты, а позади него пристроился Майкл, и... Юн чувствует, как к его заду прижался твердый бугорок на ткани джинс хулигана, образованный его собственным возбужденным членом. И паренек вновь издал тихий стон.       Майкл не унимался, его губы блуждали по шее и плечам Юна, а его руки вновь принялись исследовать нежное тело паренька. Он же, в свою очередь, трясся из-за эмоций и удовольствия, отвечая на каждый жест своего хулигана легкими скулежем и всхлипами. Все, что происходило с ним сейчас, было настолько приятно, что Юн начал потихоньку сходить с ума. Руки Майкла, тем временем, нашли грудь паренька и стали трогать и сжимать его соски. Эти прикосновения заставили Юна прикусить нижнюю губу и чуть выгнуть спину от удовольствия. Майклу нравилось наблюдать за каждой реакцией паренька, они приносили ему удовольствие и еще большее возбуждение. Хулиган начал двигать бедрами, тем самым тереться своей выпуклостью на джинсах об зад Юна. Эти движение оказали на обоих парней невероятно сильный эффект.       — Черт, я не могу больше ждать...— прошептал Майкл на ухо Юну, нежно проведя по нему губами. Руки хулигана торопливо спустились вниз и принялись снимать с паренька его низ. Первыми с него спали штаны, следом за ними и нижнее белье. Руки Майкла начали ждано лапать и сжимать бедра и зад Юна, а одна из них обхватила его возбужденный член. Это прикосновение заставило Юна простонать громче обычного. С губ хулигана слетела легкая усмешка, а после он резко полностью убрал свои руки с тела паренька. Юн решил, что Майкл дал ему немного передохнуть, но нет... Почти сразу он услышал звук расстегивающейся ширинки джинсы...       Громкое пиканье будильника разразилось на всю спальню, заставляя Юна проснуться моментально. Он резко поднимается с кровати, весь красный и в поту, тяжело дыша. "Это всë... Сон?..— пронислась нервная мысль в его голове.— Мне действительно такое приснилось?!" Пиканье начало раздражать и Юн отключил будильник. Он откинулся обратно на кровать, пытаясь обработать то, что ему только что приснилось. Ему было и стыдно, и мерзко одновременно, что из всех тысячных вариантов того, какой сон с участием Майкла мог увидеть Юн, ему в голову пришло именно ЭТО. Он покраснел еще сильнее, теперь из-за смущения, а не возбуждения. Паренек проклинает себя, проклинает свой извращенный мозг за то, что показал ему это, тем более так красноречиво и подробно. Сон был настолько реалистичный, что Юн действительно ощущал теплые прикосновения грубых рук Майкла. Ему с каждой секундой становится все более мерзко от самого себя, он начинает считать себя настоящим психом и извращенцем.       Думая и проклиная самого себя, Юн и не заметил одну небольшую проблему. Опустив взгляд вниз, на свое тело, паренек увидел, что у него стоит... И это не просто утренний стояк, это конкретно следствие его возбуждения во сне. От этого Юну стало еще более мерзко, чем до этого. Никогда до этого он не думал, или старался не думать о Майкле в подобном ключе, но за последние три дня его голову все чаще и чаще навещают подобного рода мысли. Может это из-за появившейся надежды на то, что он сблизится со своим хулиганом?.. Ну, или из-за того, что к нему в руки попала та самая серая кофта Майкла. Все эти три дня Юн постоянно носил только ее: и в школе, и дома, и когда ложился спать. Это постоянное ощущение тепла и запаха Майкла рядом с собой... Вот походу плоды этих ощущений и выливаются в неконтролируемые эротические фантазии. Но он не может перестать носить эту кофту, уж больно она теперь много значит для него.       Юн поспешно встает с кровати и спешит в ванную. Холодный душ — лучший способ избавиться от "похотливого дружка". Паренек старается двигаться быстро, не останавливаясь и не обращая ни на что внимание. Добравшись до ванной комнаты, которая была в разы уютнее и комфортнее чем та из его сна, Юн принялся снимать с себя одежду. Закончив с ней, паренек залез в ванную и включил холодный душ и сразу же почувствовал невероятное облегчение... Это так странно. Ему впервые снится нечто подобное, впервые он представлял Майкла в плане своего полового партнера. И, как бы Юну не было мерзко это признавать, ему понравилось...       Пятница. Конец учебной недели. Приезд родителей.

***

      Урок физкультуры, что же может быть ненавистнее для Юна? Их он не любил больше всего в своей жизни, по большей части из-за своих комплексов. Пока другие парни бегают по спортивному залу по 15-20 кругов без передышки, Юн еле еле как способен пробежать 5 из-за слабой выносливости. Пока другие парни переодеваются, не стесняясь друг друга и своих тел, Юн до ужаса боится снять одну футболку на глазах у всех. Но самым ненавистным для него была сдача нормативов. На них Юну либо ставили максимально низкие балы, либо отправляли сдавать облегченный вариант для девочек. Так что у паренька вообще не было желания идти на физкультуру, но ему это необходимо, чтобы исправить оценки. Выбора у Юна нет, пришлось идти. Единственное, что есть позитивное в физре, которая проходит в пятницу, — это Майкл. Точнее, они вместе идут на этот ненавистный Юном урок.       В мужской раздевалке все было как обычно: шумные разговоры парней, смех, шутки, подколы. Ну и Юн, который сидел на скамейке в уголку, ожидая, пока все переоденутся и уйдут, попутно смотря в пол. Он понимал, что если позволит себе поднять взгляд, то его глаза сами в итоге остановятся на теле Майкла, и оторвать их от него уже будет невозможно. Он слышал его голос, слышал, как тот разговаривает и смеется с Джереми и еще какими-то парнями, не из компании четырех хулиганов. Развратные разговоры о девушках, пошлые шутки... Юн слышал каждое слово, хоть и не показывал это. Неприятно слышать из губ своего возлюбленного слова о том, что ему нравятся женские ножки и, цитатой, "большие сиськи". Услышав это, паренек осмотрел свое тело. Он вновь ощутил себя неполноценным. Тело женственное, но при этом он парень. И в его голове начали закрадываться мысли о том, что ему несуждено быть вместе с Майклом.       Внезапно кто-то из парней, с которым разговаривал его хулиган, перевел взгляд на одинокого Юна. Наш тихоня, естественно, это не заметил, ведь смотрел в пол. Тот парень осмотрел его с ног до головы, будто бы пытаясь понять, что с ним не так. Затем он перевел свой взгляд на Майкла.       — Чувак, а почему тот педик в твоей любимой кофте уже несколько дней расхаживает?— напрямую спросил тот парень. Услышав эти слова, Юн сразу понял, что разговор идет о нем, и... Это любимая кофта Майкла?.. Паренек лишь сейчас об это задумался. А ведь правда: Майкл постоянно носил эту кофту, чтобы не случилось. Неужели он просто так отдал любимую вещь человеку, которого, по идее, ненавидел все эти годы? Нет, это звучал как полный бред. Но все таки нужно услышать, что скажет сам Майкл. Хулиган немного подумал, но после произнес:       — А тебя это ебать должно?— как обычно, голос Майкла звучит раздраженно.— Отдал и отдал. А то, что он теперь ее носит постоянно, не мои проблемы. Сами с ним разбирайтесь...       Майкл так и не дал четкий ответ на этот вопрос, поэтому Юн начал додумывать сам. Он прокручивал в своей голове тысяча и один вариант того, почему он все таки поступил так. Эти постоянные мысли, сомнения, метания из крайности в крайность... Они сильно утомили Юна за эту неделю. Впервые он сталкивается с подобным состоянием, ведь до этого он так сильно не грузил себя мыслями о любви. Но почему стал? Потому что Майкл изменился с того дня, что они делают вместе проект. Днем, при всех и своих друзьях, он вел себя как последний мудак. А когда они оставались наедине в библиотеке, в том небольшом пространстве из книжных полок, он превращался в самого доброго и милого парня из всех, что Юн встречал за свою жизнь. Майкл снимал с себя весь свой пафос, наигранную крутизну и становился обычным парнем, только для Юна. Размышляя об этом, паренек чувствовал себя особенным. На его губах даже появилась улыбка, но он сразу убрал ее, чтоб другие парни не заметили и не подумали ничего лишнего.       Наконец-то, все ученики из раздевалке ушли в спорт зал, а до звонка оставалось пять минут. Юн вскочил и, убедившись, что никого нет, принялся переодеваться. Он всегда носил самую обычную спортивную форму: белая, мятая футболка, черные, свободные штаны и мягкие кросовки, максимально удобные для бега. Пока Юн переодевался, он не замечал, что происходит вокруг. И даже не заметил Майкла, который, судя по всему, вернулся в раздевалку, ведь что-то забыл. Хулиган впервые видел, как паренек переодевался и ему стало интересно понаблюдать за этим необычным действием. Он уселся, на скамью напротив места, где переодевался Юн, и наблюдал за каждым его действием, пока его не видят. Паренек уже собирался натянуть футболку, как тут же краем глаза увидел Майкла. Он дернулся и быстро прикрыл той футболку свое тело.       — Что ты здесь делаешь?..— неуверенно спросил Юн, его голос дрожит из-за паники. Услышав это, Майкл хитро улыбнулся своей фирменной лисьей улыбкой.       — Да так, заскочил взять кое-что... А тут у нас раздевашки с жмуриком происходят. Ну, я такое представление пропустить не мог.— Майкл засмеялся. Юн начал краснеть из-за всей этой ситуации. Ему стало так невыносимо и неприятно от того, что за ним подглядывали, пускай это и был его любимый Майкл. Хулиган, заметив, что Юну некомфортно, поменялся в лице. Он посерьезнил, внимательно посмотрел на Юна.— Ладно, прости, что подглядывал...— внезапно произносит Майкл, что звучит неестественно из его уст. Раньше он никогда бы не позволил себе извеняться, тем более так часто и тем более перед Юном.       — ...— эти слова успокоили паренька, он выдохнул и произнес.— Ничего... Ну, то есть, всë в порядке, я прощаю.— Юн покраснел еще сильнее, вновь понимая, что сейчас всеми силами прикрывает свой голый верх.— Ты... Ты можешь отвернуться?..— тихо просит Юн.       — Эм, да, конечно.— сразу же согласился Майкл и отвернулся, ожидая, когда Юн полностью переоденится. Точнее, ему остался только натянуть ту самую футболку, с чем он справился за пару секунд. Но паренек не спешил сообщить Майклу о том, что уже закончил. Он смотрел на спину своего хулигана, невольно вспоминая сегоднешний сон, который так же начинался с того, что он смотрел на его спину. Странное чувство охватило тело Юна, которое он мгновенно попытался подавить. "Ебаный извращенец"— в мыслях обозвал он сам себя и вздохнул.       — Майкл, я всë.— наконец-то послышался голос Юна, который больше не хотел предаваться воспоминаниями о его последнем сне. Хулиган обернулся и посмотрел на паренька. Было видно, что тот на долю секунды улыбнулся, то была максимально добрая и нежная улыбка. Юн покраснел, заметив это, но попытался успокоиться.— Так... А за чем ты шел в раздевалку?       — А, точно!— Майкл, не медля, кинулся к своему портфелю и достал оттуда бутылку с водой.— Я хотел взять с собой воду. У нас сегодня совмещенка с девятиклассниками, мы собирались провести соревнование по баскетболу между нашим и их классом.— объяснил Майкл, подойдя чуть ближе к Юну.— Ты и на этот раз не будешь с нами играть?       — Ну, нет... Сам знаешь, спортивные игры это не моë.— Юн старался сформулировать мысли как можно мягче, чтоб не сказать напрямую, что всем сердцем ненавидет спорт и всë, что с ним связано.       — Ну, жаль...— Майкл вздохнул, но, чтоб не создавать неприятную атмосферу, улыбнулся.— По крайней мере, надеюсь, что ты будешь болеть с трибун за наш класс.       — Да, обязательно буду!— радостно сообщает Юн, надеясь, что хотя бы таким способом сможет поддержать своего хулигага. На его искренние эмоции Майкл снова улыбнулся. И внезапно он... Поднимает руку... Юн испугался, вдруг тот снова его ударит. Но вместо этого хулиган нежно положил ее на голову паренька и взъерошил его голубые волосы.       — Тогда я точно смогу победить...— голос Майкла звучал по-особенному нежно и трепетно. Юн в откровенном шоке и не скрывает этого. Прямо сейчас он горит невыносимым желанием спросить у Майкла напрямую, что тот к нему чувствует, но он сдерживается. С каждым днем желание спросить именно это увеличивается в сто, нет, в тысячи раз. В его голове зародилось неимоверное количество всевозможных вопросов, на которое он хотел узнать ответ больше всего в своей жизни.       Но эту милую сцену нежностей прервал чей-то кашель позади них. Майкл сразу же резко убрал руку с головы Юна и отошел от него, обернувшись. Увидев, кто стоит перед ними, он выдохнул... Джереми, его лучший друг. Парень, такой же высокий, как и Майкл, даже и выше его ростом. У Джереми загорелая кожа и черные, вьющиеся, волосы. Недавно он начал их отращивать. Глаза у него обычные, карие, но они настолько темные, что со стороны кажется, что они полностью черные. В тот момент Джереми был одет в красно-белую кофту, черные спортивные штаны и кросовки. Но у него было недовольное, можно даже сказать встревоженное лицо. В его глазах читался вопрос: "Что это только что было?" Майкл, не медля, начал говорить:       — Йоу, чувак, что ты здесь делаешь? Ты же сказал, что пойдешь с остальными в спорт зал готовиться.       — Ну, я просто заметил, что тебя слишком долго нет, вот и решил проверить, что случилось, а ты...— Джереми замолчал, не в силах подобрать слова, чтобы описать то, что только что увидел перед собой. Майкл тоже молчал, думая над тем, что сказать другу. Ну а Юн просто хлопал глазами, как рыбка, застигнутая врасплох, ощущая смесь из страха и шока.       — И что?— решает ответить Майкл самым банальным способом.— Мы просто поговорили немного и все.       — А потом перешли на действия? Майкл, блять, кого ты пытаешься обмануть? Что с тобой, нахуй, происходит в последние дни?!— Джереми был раздражен из-за непонимания поведения своего лучшего друга. Ожидаемая реакция, учитывая его темперамент.       Услышав эти слова, Майкл помрачнел. Он прекрасно понимал, что его изменения слишком хорошо видны другим людям, особенно Джереми. Он лишь тяжело вздохнул и произнес:       — Поговорим об этом позже. Нам нужно на урок...— выдержав паузу, Майкл добавил.— Я обещаю, что я расскажу всë.       Майкл звучал серьезно, его друг понял, что тот не врет. Джереми тяжело вздохнул, покачав головой. Он много лет знает Майкла, много общается с ним, он уже и привык к его странному поведению. Но подобное с ним происходило в первые. Закончив этот короткий разговор, Майкл и Джереми ушли, оставив Юна наедине с его многотысячными вопросами.

***

      Урок физкультуры шел своим чередом. Бег по спорт залу, странные упражнения, а после и какие-то спортивные игры. Но, очевидно, сегодня это был баскетбол, соревнование между двумя классами. Юн, понимая, что на стадионе от него толку ноль, спокойно сидел на трибунах и что-то рисовал в своей тетради. На этот раз он решил заняться делом, а именно практиковался рисовать схемы и чертежи. Это каардианольно отличалось от того, что обычно рисовал Юн, поэтому ему нужно было набить руку. Попутно он переодически поглядывал на то, как играет Майкл, восхищаясь его талантами к спорту. Вновь Юн убеждался в том, какой его хулиган замечательный человек: спортивный, умный, красивый, популярный, общительный, с зададками первоклассного лидера. Паренек восхищался этим всем в Майкле, но и при этом понимал, что у него самого нет ни одного из этих качеств. Возможно даже его надежды на взаимность — полная чушь, ведь не может настолько совершенный, по его мнению, человек, влюбиться в кого-то в роде него.       Сам же Майкл, тем временем, выкладывался по полной на стадионе. Их команда выигрывала с большим отрывом, что не могло не радовать его. Но вскоре наступил тайм-аут буквально на 5 минут. Майкл принялся взглядом искать Юна. Увидев, где он сидит, уже собирался пойти к нему. Но его остановил Джереми. Он схватил своего друга за плечо, не дав ему идти дальше, и в грубой форме повернул лицом к себе. Недовольный взгляд Джереми буквально говорил: "Мы с тобой еще не закончили наш недавний разговор". Майкл тяжело вздохнул, понимая, что этот момент рано или поздно должны был произойти. Не медля, оба хулигана отправились в туалет, чтоб поговорить в приватной обстановке, без лишних ушей.       Пока они шли по коридору, Майкл сильнее нервничал и, по привычке, сжимал от нервов кулаки. Он понимал, что не сможет ничего утаить от Джереми и тот узнает, возможно, самые темные и страшные секреты хулигана. Нервы росли до предела, ведь то, о чем он собирался, рассказать, никак не укладывалось в голове даже у самого Майкла. Он все еще не принял это, не отработал, не попытался это осмыслить и сделать частью себя и своей личности. А уже ему приходиться рассказывать об этом, будто бы он давно осознал это в себе. Ну а Джереми... Он тоже был напряжен. Всю эту неделю он наблюдал за изменениями в поведение своего лучшего друга: большая раздражительность, частая задумчивость, молчаливость и свое главное: Юн. Майкл продолжает говорить всем на право и на лево, как он ненавидит Юна, ненавидит геев и все связанное с этим. Но при этом всем он стал оказывать тому "мелкому пидору" знаки внимания. Говорит о вечной ненависти, но при этом отдал ему свою любимую кофту, тратил свои деньги чтоб покупать ему обеды, снизил буллинг до минимума, но если что-то и случалось, он сразу же просил у Юна прощение, что он никогда до этого не делал. Это все вызывало в Джереми тревогу и беспокойство за лучшего друга.       Войдя в мужской туалет, хулиганы первым же делом убедились, что здесь никого нет. Тот факт, что их разговор никто не будет подслушивать, помог расслабиться им обоим, но не сильно. Напряжение витало в воздухе и давило на обоих парней. Джереми не выдержал и полез рукой в карман штанов.       — Курить будешь?— спрашивает он, достав пачку сигарет и спички.       — Не откажусь.— ответил Майкл и протянул руку, чтоб взять сигарету из пачки.       Оба закурили. Мужской туалет сразу же наполнился запахом табачного дыма. Оба парня молча курили, прислонившись к стене. Никто из них не решался первым начать этот напряженный разговор. Но вскоре довящую тишину нарушил Джереми, который выпустил изо рта сигаретный дым и произнес:       — Ну, я жду твоих объяснений.       — Объяснений?— переспрашивает Майкл, так, будто бы не понимает, о чем идет речь. Но выкрутиться ему все равно не удастся, а врать смысла нет.— Чувак, ты же... Ты же мне братан? Не будешь осуждать?       — Конечно я тебе братан и осуждать тебя ни за что не стану.— дает свое обещание Джереми, продолжая ждать, что все таки скажет Майкл. Повисла долгая, мучительная пауза. Хулиган собирался с мыслями, обдумывал, что стоит лучше всего сказать. Но, не придумав ничего, он промямлил:       — Мне кажется, я из этих...       — Из кого?— переспрашивает Джереми, искренне не понимая, что хочет сказать ему его лучший друг этими словами. Повисла очередная пауза, перед тем, как Майкл ответил. Он хотел сказать это как можно мягче, но в итоге не смог подобрать верных слов, собрался с силами и выдал:       — Из пидарасов.       Джереми, услышав это откровенное заявление, подавился сигаретным дымом, начал задыхаться и кашлять. Майкл, сразу же, кинулся ему на помощь. На самом деле он был очень хорошим другом, сильно боялся за каждого из членов их хулиганской четверки. Особенно за Джереми, все таки они были лучшими друзьями и многое прошли вместе.       — Чел, тебе плохо?!— нервно спрашивает Майкл, думая и не понимая, как лучше помочь другу. Джереми, вскоре, полностью откашлялся, но все еще был на эмоциях.       — Ты... Ты сейчас, блять, серьезно?!— кричит на него Джереми, не в силах подавить свои эмоции. В нем смешалось все: гнев, тревога, шок, раздрожение, отрицание и прочее.       — Тише, Джереми, успокойся!— произносит Майкл, положив свободную руку на плечо Джереми, как он часто делал раньше, чтоб его успокоить.— Ты пообещал, что не будешь осуждать. Я... Я, блять, понимаю, что являюсь ошибкой природы, но, сука, я ничего не могу с этим поделать, понимаешь?!       — ...— потихоньку Джереми начал успокаиваться. Майкл был прав, если он действительно голубой ориентации, то это особо ничего не меняет. Ну, кроме того факта, что у его лучшего друга встает на других парней. Все равно это все тот же Майкл Афтон, его лучший друг. Тяжело вздохнув, чтоб успокоиться, Джереми поднимает взгляд на Майкла.— Ладно, хорошо. Для начала, с чего ты воообще это взял? Это из-за той Мальвины с хером?— спрашивает он. Майкл сразу понял, что речь идет о Юне.       — Да.. Да из-за него.— подтвердил Майкл, отходя чуть назад, чтоб вновь упереться об стену спиной.— Хочешь знать всей правды? Хорошо, я тебе все расскажу. Как только я перешёл в ваш класс, мое внимание сразу же полностью сфокусировалось на Юне. Меня... Меня так заворожил один его взгляд. Ты когда-нибудь видел человека с настолько прекрасными глазами?.. Ну, эм, то есть... В итоге Юн стал единственным, что осталось в моей голове в то время. И я начал представлять. Сначала как мы просто дружим, гуляем вместе, общаемся. Но в какой-то момент в мою голову стали приходить мысли о том, что я хочу держать его за руку, обнять, поцеловать... Но я отогнал это всë. Я пытался спрятать свои чувства, даже от самого себя. Поэтому я и начал его буллить. Я надеялся, что издевательства помогут мне возненавидеть его. Но все блять получилось совсем наоборот! С каждым годом я все сильнее ощущал, что люблю его, всем своим ебаным сердцем...— Майкл вздохнул и опустил голову вниз.— А сейчас я не выдержал. Когда мы стали парой по проекту, я больше не мог скрывать это. Я не хочу его обижать, наоборот, хочу заботиться о нем, любить...— Майкл поднял свой взгляд на Джереми, его глаза полны боли, печали и неподдельных чувств.— А теперь, ответь, я нормальный?       — ...— Джереми молчит в шоке от услышанного рассказа Майкла. Он никогда бы не подумал, что его друг влюблен в паренька, над которым они вместе издевались без капли сожаления.— Нет, Майкл, ты не нормальный. Но не потому, что пидор, а потому, что тварил с Юном всю ту хуйню...       — Знаю...— ответил Майкл, стараясь не показать эмоции.— Ты... Ты просто блять не представляешь, как я мучался все эти годы. Я ненавидел себя, стал сам для себя омерзителен. Просто за то, что влюбился... Я и Юна ненавидел за то, что тот появился в моей жизни. Но, блять... Каждый раз когда он смотрит на меня, мне кажется, что он одним взглядом разъедает мне нутро. И ты знаешь, что? Он постоянно на меня смотрит! Думает, что я не замечаю это, но я, все прекрасно вижу! Чертов мелкий засранец с такой невыносимо милой улыбкой!.. Никто... Никто никогда не смотрел на меня настолько ласковым, влюбленным взглядом! Даже те шлюхи, с которыми я пробовал встречаться!— Майкл выдержал паузу, перед тем, как продолжить.— Я столько причинил ему боли... И каждый раз, когда я, делал больно ему, мне и самому было чертовски больно. А знаешь, чего я хочу? Хочу просто быть рядом с ним... Возможно это и есть счастье моë...       — Мужик, успокойся.— перебил того Джереми. По лицу парня было понятно, что он в полнейшем шоке от слов лучшего друга, что это все было правдой.       — ...— Майкл замолчал. Он понимал, насколько резко это все звучало для Джереми, но он сам хотел узнать всю правду.— Прости меня, мне кажется, я увлекся.       — Ничего, чувак, я рад, что ты наконец-то поделился этим.— Джереми посторался успокоиться и переводить все, что только что услышал. Он натянул улыбку, чтоб успокоить и Майкла.— В любом случае... Нет ничего страшного в том, что ты гей. Ты крутой мужик и я бы ни за что не стал бы тебе что-то предъявлять из-за этого.       — Спасибо, братан.— ответил Майкл, но улыбкой не ответил, сил уже не осталось.       Но на самом деле Майкл был действительно рад. Рад тому, что его лучший друг не отталкнул его, не назвал его больным на голову, каким Майкл себя и считал все эти годы, а принял. Полностью понял и принял. На самом же деле Джереми действительно не имел ничего против нетрадиционных отношений, хоть ему, как и любому челвеку того времени, это все казалось слишком странным. Но ради лучшего друга он готов принять и это. Джереми стал первым человеком, который узнал о страшнейшем секрете Майкла, но далеко не последним...

***

      Школьный день постепенно подошел к концу. Наконец-то наступил самый любимый момент для Юна — поход в библиотеку. Там его уже ждет куча книг по механике и Майкл, увидеть которого он мечтал на протяжении всего дня. Тем более после сегодняшних событий в раздевалке. Конечно, Юн задавался вопросами, куда во время урока физры он уходил вместе с Джереми и почему, когда вернулся, выглядил каким-то подавленным. Он планировал задать все эти вопросы своему хулигану уже при встрече. А сейчас Юн был просто окрылен. Последняя неделя прошла великолепно по сравнению со всеми теми годами пустоты и одиночества, которые проживал паренек. А сейчас он сблизился с Майклом и даже тот стал о нем заботиться. На самом деле, хулиган и до этого проявлял хоть какую-то заботу к Юну, но до этого она меркла на фоне издевательств и травли. В любом случае, сейчас ему нужно сосредоточиться на сегодняшней встрече.       Юн заходит в библиотеку и замедляет шаг, чтобы не шуметь. Он уже знает, что библиотекарша сегодня чересчур злая, так что лучше лишний раз не издавать вообще никаких звуков, чтоб ни ему, ни Майклу не прилетело. Юн смог не попасть под горячую руку злой женщины и наконец-то добрался до их с Майклом стола. Тот, как это обычно и бывало, уже ждет его. Но на этот раз он ничего не читал, не писал, а просто сидел и ожидал приход паренька. Это удивило Юна, ведь до этого, когда он приходит, хулиган упорно занимался какой-либо деятельностью, связанной с их проектом. Но он ничего не сказал. Судя по лицу Майкла, он все еще был в задумчивости после того разговора с Джереми в туалете. Да, это помогло ему немного выпустить эмоции, но и при этом заставило лишний раз задуматься о серьезности всей этой ситуации. Но он хочет совершить последний безрассудный поступок за этот день, чтобы точно убедиться в своих чувствах и действиях.       — Привет...— произнес Юн. Улыбка с его лица медленно сошла на нет, когда он увидел задумчивого, подавленного Майкла.       — Привет...— ответил ему хулиган, так же тихо и без счастливых эмоций в голосе. В воздухе витала напряженная атмосфера. Что случилось? Почему Майкл вдруг резко стал таким? Юну хотелось узнать, что стало причиной его подобного состояние и, возможно помочь и поддержать, если это необходимо.       — Всë хорошо?..— решается спросить Юн, стоя наблюдая за своим хулиганом и его эмоции.       — Да, ничего, устал за день просто...— Майкл тяжело вздохнул и похлопал по месту рядом с собой.— Садись. Ты, вроде, сегодня какие-то чертежи делал. Покажешь?       — Да, конечно..       Юн неуверенно улыбнулся и сел рядом с Майклом. Хулиган окинул паренька взглядом и тоже не сдержал улыбку. Видеть, как это милое личико так искренне улыбается... Что же, это была самая прекрасная картина в глазах Майкла. Хулиган решил отогнать все мысли прочь, просто расслабиться и сосредоточиться на Юне и их проекте.       Паренек уже доставал из своего портфеля тетрадь и открыл ее, показывая Майклу нужные страницы. За этот учебный день Юн сделал несколько набросков, на которых, ориентируясь на чертежи самого отца Майкла, пытался нарисовать свои. Попутно он подмечал длину, ширину, диаметр высоту и прочее. Так же Юн попытался повторить внутренне строение, подписав, где, и что, и какой материал используется. Конечно, до совершенства еще далеко, но это уже был неплохой результат. Вместе с Майклом они принялись вместе обсуждать все чертежи, где какие есть недочеты, как нарисовать и оформить лучше и так далее. Командная работа вместе с Юном действительно помогла Майклу расслабиться. Улыбка на его лице уже стала искренней, он даже начал посмеивается и выдавать какие-то странные шутки в своем стиле. Юн их не понимал, но он был рад, что Майклу полегчало, и это самое главное.       Вскоре они достали и книги, принялись, как обычно, искать информацию. Но оба парня больше сосредоточились на чертежах, раз уж они начали эту тему. Сейчас они работали по книге Юна про эндоскилеты, пытались перерисовать некоторые чертежи и вместе придумывали оформление каждого из них. Пока это всего лишь пробы и ошибки, но если они продолжат так упорно работать, то точно смогут вдвоем сделать лучший проект из всех в их классе. Хотя они даже и не думали об этом и не надеялись. Прсто выполняли работу, которая приносила им обоим удовольствие. Хотя, возможно, они получали удовольствие от того, что проводили время вместе. Они любили друг друга, причем очень и очень долго, но до этого момента у них не было и шанса насладиться этой любовью. Ну а сейчас они наконец-то могут снять с себя роли жертвы и хулигана и быть друг перед другим теми, кем они являются на самом деле.       Так и проходил их остаток дня, за рисованием и чтением. Медленно и плавно наступал вечер, а это означало только одно — скоро библиотека закроется и им нужно будет расходиться. Хотя им обоим этого так сильно не хотелось. Время против них и от этого никуда не деться. Юн встал с своего места и, положив портфель на стол, начал складывать внутрь все свои книги и тетради. Майкл занялся тем же, но закончил быстрее паренька... Сердце хулигана стучало с невероятной силой. Он действительно собирается сделать это, чтоб хотя бы посмотреть, как Юн на подобное отреагирует. В нем сталкивались две его личности: одна кричала, что это неправильно, вторая наускивала его это сделать. Но хулиган поддался второму и подошел ближе к пареньку.       — Слушай...— начал он, стараясь не показывать то, как сильно он сейчас нервничает и как бьется его сердце.— Ты же помнишь, что ты мне торчишь? Я тебя, считай, всю неделю за свои деньги кормил.       — ...— Юн застегнул свой портфель и посмотрел на Майкла снизу вверх. Увидев полную серьезность в глазах возлюбленного, он начал нервничать.— Ну, да... А что?..       — А то, что я хочу чтоб ты выполнил одно мое желание и я прощу тебе долг.— Майкл поставил свое условие и подошел ближе к Юну. Хулиган чуть наклонился, чтоб посмотреть на того сверху вниз, чуть нависая над пареньком. Подобное положение и то, что Юн оказался зажатым между столом и телом Майкла, заставило его нервничать еще больше, так еще и засмущаться и покраснеть.       — И.. И какое у тебя желание?..— спрашивает Юн дрожащим голосом. Майкл сейчас находился в точно таком же состоянии, но в отличии от бедного паренька мастерски скрывал это. Наклонившись ближе, Майкл прошептал:       — Поцелуй меня... Прямо в губы.— хулиган показал пальцем прямо на свой рот, на котором уже появилась хитрая улыбка.       — ...— Услышав это, все внутри Юна замерло. Он ожидал чего угодно. Чего угодно, только не поцелуя. Проглотив ком, образовавшийся в горле, паренек заговорил.— Поцелуй?.. Но... Зачем?... Почему?..       — Хочу узнать, как целуются пидоры.— отвечает Майкл, так будто бы была фраза, которую он придумал и заготовил уже давно.— Мне вот кажется, что вы целуетесь, как бабы. Хочу проверить.       По серьезному лице Майкла, Юн понимает, что это все не шутки. Хулиган действительно хочет, чтоб паренек его поцеловал. Все внутри Юна сжалось и одновременно пылало. Невольно вспомнился сегодняшний сон и вообще все его мысли и идеи, связанные напрямую с Майклом. Паренек ощущал смесь из всевозможных эмоций, иногда он вообще забывал, как дышать. Но, собравшись с духом, он понял, что от этого никуда не уйти. Либо сейчас, либо никогда. Юн посмотрел на Майкла, прямо ему в глаза и, встав на носочки, потянулся к его губам. Это был легкий, мимолетный поцелуй и не более. О большем Юн даже и думать не мог (ну, мог, но не сейчас). Но и при этом даже этот легкий чмок повлиял на него с невероятной силой. Юн краснел, побледнел, мысли бешено крутились в голове. Сердце в его груди колотилось так, будто бы паренек только что пробежал марафон. Майкл, хоть и не показывал, ощущал все тоже самое. Отходя от пережитого поцелуя, он посмотрел на паренька. Юн опустил голову вниз, стараясь не показать Майклу свое смущение.       Майкл, увидев это, усмехнулся и нежно взял голову Юна за подбородок и поднял вверх, чтоб во всех красках рассмотреть его смущение. Улыбка стала шире, когда он увидел румяные щоки возлюбленного.       — Я был прав. Целуешься, как баба...— произнес Майкл, стараясь держать себя в руках и сам не раскраснеться.       — Это... Это был мой первый поцелуй...— признается Юн, сам не понимая, зачем и почему это только что сказал. Эта новость певоргла в шок Майкла. Серьезно? Он получил первый поцелуй Юн? На пару секунд на лице хулигана отобразились искреннее удивление и шок. Но они быстро сошли на нет и губы Майкла вновь расплылись в лисьей улыбке.       — Черт, я и не думал, что ты настолько девственник...— произнес Майкл, а после опустил свое лицо ближе к Юну. "Твой первый поцелуй, значит...— думает про себя хулиган, поглащенный своей любовью, которая, долго сидела внутри него и теперь выплескивается на ружу.— Блять, я заберу все остальные". Обещает Майкл сам себе и опять впивается в губы Юна своими. Этот поцелуй был в разы длиннее и жарче. Хулиган очень сильно хотел углубить его, но понимал, что это будет слишком резко для Юна. Сейчас лучше просто насладиться моментом.       Вскоре он отстранился от паренька и посмотрел в его глаза. Юн уже полностью красный, его нежные губы чуть опухли после поцелуя. Майкл счастлив, он наконец-то сделал то, о чем мечтал все это время. Но и при этом его начали съедать изнутри собственные переживания. В момент поцелуя он был на седьмом небе от счастья, и при этом всем сердцем ненавидил себя за то, что сделал это с другим парнем, тем более с Юном. Странная, необъяснимая ненависть, то ли направленная к самому себе, то ли к пареньку перед ним, то ли ко всему миру. Но и при этом всем Майкл желал лишь одного: вновь поцеловать Юна, и еще раз, и еще, и так сотни и тысячи раз. А самое важное то, что хулиган подтвердил свои предположения, а скорее опасения, ну или же мечты. Юн влюблен в него. Майкл знал это, понимал просто по взгляду паренька, но решил убедиться точно.       — Тебе понравилось?..— решился спросить Майкл. В его глазах ничего не осталось от предыдущей насмешки, только нежность и серьезность.       — Да...— голос Юна дрожит. Он опускает голову вниз, смотрит куда угодно, только не на Майкла, не на его лицо. Смесь удовольствия, счастья, смущения и стыда. Юна просто разрывают чувства изнутри... А в голове рождается светлая мысль: он нравится Майклу. Навряд ли так же, как ему он, но эти искры определенно есть.       — Хочешь еще?..— задает следующий вопрос Майкл, не сводя глаз с паренька перед ним.       — Хочу...       — Хорошего понемногу...— ответил Майкл и отошел от Юна.— После выходных повторим. Но не думай, что мне будет достаточно этих детских поцелуйчиков.— намекнул Майкл на то, что пареньку стоит морально готовиться к настоящим, взрослым поцелуям. Накинув свой портфель на плечи, хулиган пошел в сторону выхода.       — Зачем ты это сделал?..— решается спросить Юн. Майкл замер, услышав эти слова, и обернулся, посмотрев на паренька.       — Честно: не знаю.— врет он и быстро уходит, чтоб не продолжать этот разговор. "Вот оно и есть — счастье мое,"— подумал про себя Майкл.

***

      Вечер. Огромные тучи полностью затянули все небо, лишь в далеко можно видеть намеки на закат в виде красно-оранжевого свечения. Юн уже подъезжает на велосипеде к своему дому. Вся его голова была переполнена одним только Майклом и тем, что произошло между ними в библиотеке. Поцелуй... Нет, аж два поцелуя. Голова кружилась, сердце стучало просто невыносимо. Внутри Юна все переворачивалось с ног до головы, чувства пылали. А тем временем тучи становились все темнее и темнее, все сильнее стягивали несчастное небо. Гримит. Кажется, что вот вот начнется самый сильный и жестокий ливень за неделю. Осознав это, Юн ускорился. Все таки не хочется попасть под дождь в его нестабильном состоянии. Но до дома совсем не далеко, он бы в любом случае не намок бы. Подъехав к дому, Юн увидел то, что его ужаснуло и заставило прийти в себя: в отведеном участке возле гаража стояла машина его отца. Родители дома.       Юн припарковал свой велосипед под навесом и направился в дом... Дверь открыта, что неудивительно. Но это еще больше пугает паренька. Он входит внутрь и видит, что свет на кухне горит. Они там. Юн тяжело вздохнул, снял обувь и медленно направился к лестнице на второй этаж, так, чтоб не привлечь их внимание. Он ступал тихо, бесшумно. Возможно, ему бы и вышло проскочить мимо прохода на кухню незамеченным, но... Юн не учел, что его родители прекрасно слышали, как открылась входная дверь и уже ждали появление своего единственного сына. Как только паренек попытался быстро пройти мимо кухни, он услышал оттуда громкий возглас своего отца:       — Юн, стоять!— паренек ту же секунду остановился, стараясь не дрожать из-за страха. Собравшись с духом он поворачивается и смотрит на кухню. Его мать что-то готовит, а отец сидит за столом и читает газету с последними новостями. Женщина даже не смотрит на своего сына, хоть и не видела целую неделю. А отец наоборот, смотрит, но таким взглядом, будто бы перед ним самое противном существо на планете.       — Что такое, пап?..— неуверенно спросил Юн, стараясь не смотреть в глаза своему отцу.       — Подойди сюда.— холодно приказывает мужчина. Юн, не в силах противиться его воли, медленно проходит к нему. Паренек дрожит, понимая, что ничего хорошего далее не последует. Самый большой страх для Юна — это собственный отец. Юн остановился в метре от него, сидящего на стуле. Не медля, отец начал высказывать все свои обвинения.— Почему, когда мы приехали домой, в холодильнике почти не было еды? Куда ты дел все деньги, что мы дали тебе на неделю?       — Они закончились...— Юн нервно смотрел в пол, его голос сильно дрожал. Краски сгущаются, в глазах темнеет. Снова... Все повторяется снова...       — Закончились?— переспрашивает отец. Юн понимает по его голосу, что с каждой секундой он становится все более злым и раздраженным.— Мы даем тебе достаточно денег, чтоб холодильник был всегда полон! Опять деньги на какую-то чушь тратишь?!— он постепенно срывается, обычная речь переходит в крик. Юн дрожит с каждой секундой все сильнее и сильнее. За окном сверкнула молния.       — Нет... Не тратил...— Юну хочется исчезнуть, прямо здесь и сейчас. Он врет, конечно, но другого выхода у него нет. Паренек прекрасно знал о последствиях своих безрассудных трат.       — Врешь!— продолжает кричать отец.— Вот откуда на тебе эта кофта?! Мы тебе ее не покупали!— он указал на кофту Майкла, которую Юн продолжал носить на себе.       — Это... Это...— Юн не может нормально говорить, когда на него кричат. Он весь дрожит, не может формулировать мысли, глаза потихоньку мокнут, но он не может заставить себя плакать.— Это друг подарил...       — Друг?..— на секунду Юну показалась, что его отец успокоился. Но в следующую секунду послышался громкий хлопок и резкая боль в щеке. Отец ударил Юна, прямо в лицо. Он упал на пол, не в силах больше стоять на своих ногах.— Кому ты врешь, ебаный урод?! Я же знаю, что у тебя нет друзей!!!— отец резко встает с своего стула, что означало только одно для Юна.       — Папа, пожалуйста, не надо, не делай этого!— быстро кричит Юн, пытаясь остановить своего отца. Но это не остановило его. Резко замахнувшись ногой, мужчина ударил своего сына в живот. Гром все громче и громче, по окну бьют капли ливня.       — Дал же мне Бог такого бесполезного ребенка! Ничего нормально сделать не можешь!— кричит отец прямо на Юна, пока тот кряхтел на полу, попутно корчась от боли.— Лучше бы ты вообще не рождался!       Что было дальше не нуждается в представлении. Отец еще несколько раз ударил Юна, оставив на его теле раны и синяки. Попутно в сторону паренька летели фразы о том, какой он никчемный, бесполезный и никому не нужный. Мать даже и не подумала вмешаться в это. Она уже давно Юна за сына не считает. Конечно, как же еще? Юн совсем не тот сын, которого они ждали и хотели. Они желали родить идеального наследника умного, сильного, красивого. А это что? Хрупкий, хлипкий мальчик, который даже постоять за себя не может, учится на одни тройки, не имеет никаких талантов и особенных способностей. Естественно, Юн был для них позором и разочарованием. А больше детей иметь они не могли, к сожалению. Поэтому пришлось смирится с тем разочарованием, которое они создали.       Юн убежал на второй этаж и заперся в ванной. Даже после того, как его побил собственный отец, он не смог заплакать. На улице ужасный ливень, гром гримит, молния сверкает, как бешенная. Паренек медленно направился к раковине. Он ощущал ноющую боль по всему телу, которую был не в силах отпустить. Нет, был один, один единственный способ успокоить боль и выпустить все свои чувства наружу. Подойдя к раковине, Юн открыл полку рядом и достал неиспользованную бритву отца. Он достал одно тонкое лезвие из станка. Вот оно — его спасение и способ избавиться от разрывающих душу чувств. Ведь лучшее средство от боли — другая боль. Юн дрожащими руками поднес острие лезвия к своему запястью... Один порез. Второй. Третий. Капли крови падают на поверхность раковины. И уже становится легче. Завтра будет другой день...