Тень будущего

**Глава 2: «Дыхание забытых веков»** Пещера содрогалась в последних судорогах умирающей магии. Камни крошились под напором чужой воли, той, что веками держала его в плену. Он сделал шаг вперед – первый за бесконечную череду лет – и холодный ветер ударил ему в лицо. Его пальцы сжались в кулаки. Воздух здесь был другим: резким, живым, наполненным запахами, которые он давно забыл. Сырость мха, горьковатый дым далеких костров, терпкий аромат волшебных трав. Ровена протянула руку, но не коснулась его. Ее пальцы замерли в сантиметре от его плеча, словно она боялась обжечься. — Ты свободен, — сказала она, и в ее голосе прозвучала не только правда, но и вопрос. Он медленно повернул голову, наблюдая, как последние синие прожилки магии в стенах пещеры гаснут, словно умирающие звезды. — Свобода, — прошептал он, и это слово обожгло ему губы. За его спиной зашевелились тени. Крикс и другие эльфы стояли на границе света и тьмы, их вытянутые силуэты дрожали, как листья на ветру. Их глаза – большие, блестящие – следили за каждым его движением. — Мастер... — прошипел Крикс, и в его голосе звучала не просто преданность, а настоящая, животная потребность в руководстве. Он поднял руку, и эльфы замерли, словно загипнотизированные. — Тьма больше не ваша обитель, — сказал он, и его голос раскатился эхом по разрушающейся пещере. Эльфы переглянулись. Один, самый молодой, сделал шаг вперед, его когтистые пальцы сжались и разжались. — Мы... мы последуем, — пробормотал он. Остальные закивали, их острые уши нервно подрагивали. Основатели переглянулись. Годрик хмуро потер бороду, Салазар наблюдал за происходящим с холодным интересом, а Хельга что-то быстро записывала в маленький блокнот. — Пойдем, — сказала Ровена, указывая на узкую тропу, ведущую вниз по склону. — Нам есть что обсудить. Они шли молча. Его ноги, не привыкшие к долгой ходьбе, болели, но он не подавал вида. Вместо этого он наблюдал: за деревьями, сгибающимися под порывами ветра, за птицами, кружащими в вышине, за далекими огнями деревень, мерцающими в долине. Цитадель, куда они его привели, была старой, но крепкой. Ее стены помнили другие времена, другую магию. В большом зале горел огонь, отбрасывая причудливые тени на каменные стены. Салазар налил ему вина. Темного, густого, пахнущего специями и чем-то еще – возможно, магией. — У тебя нет имени, — заметил Салазар, откинувшись в кресле. Его глаза, холодные и оценивающие, изучали гостя. Он медленно поднес кубок к губам, чувствуя, как жидкость обжигает ему горло. — Имена – это цепи, — ответил он. — Пусть называют Странником. Ночь опустилась на цитадель, как тяжелое одеяло. Остальные давно разошлись по своим комнатам, но он не мог спать. Он вышел на балкон, впиваясь пальцами в холодный камень парапета. Где-то вдалеке кричала сова, а ветер шевелил его волосы, такие же черные, как окружающая тьма. И вдруг – удар. Не физический, нет. Это было что-то внутри, глубоко, в том месте, где когда-то, возможно, билось сердце. Перед глазами вспыхнуло видение: *Серебристые волосы. Холодные, насмешливые глаза. Рука, протянутая сквозь века.* Он вскрикнул – впервые за всю свою долгую жизнь – и схватился за грудь. Боль была острой, жгучей, невыносимой. Когда видение рассеялось, он стоял, дрожа, с глазами, полными невысказанных вопросов. — Кто ты? — прошептал он в ночь. Но ответа не последовало. Только ветер продолжал шептать свои тайны в темноте.