Хорошая книга

Вагон качнулся и поезд начал набирать скорость. Каталина пристроилась у окошка и закинула ногу на ногу, мгновенно доставая из сумки севшего рядом Марина книгу. Она уже давно использовала его вещи как свои. Охотник развалился рядом, широко расставив ноги и занимая сразу два места. Кристиан скромно уселся напротив. Поездка предстояла неблизкая. Не побег, но почти. Каталина провела языком по зубам. Клыки ужасно чесались. Чтобы как-то отвлечься, девушка уткнулась в книгу сомнительного содержания, которую утащила из библиотеки Лили перед самым отъездом. Ни одной страницы ещё не было прочитано, но пикантных подробностей драматичной личной жизни героев долго ждать не пришлось. Всё началось уже на седьмой странице. Неосознанно Каталина чуть отстранилась от Марина чтобы тот не заглядывал в книгу, чем только привлекла его внимание. Он опустил взгляд на страницы с лёгким скепсисом, но уже после пары строчек задорно усмехнулся. — Какая-то не слишком правильная книжка для благородных леди, не находишь? Девушка фыркнула. Кристиан с любопытством посмотрел на них, но ничего не сказал. — И что теперь, пожалуешься Эриху? — Каталина отодвинулась ещё немного, почти вжимаясь в окно. — Бестолку, — Марин пальцем наклонил книгу обратно к себе, — ты проигнорируешь его даже с большей радостью, чем меня. Да не прячь ты, интересно же. Марин непринуждённо склонился к девушке, бегая взглядом по строчкам. — Поделишься? — наконец вклинился Кристиан. — Конечно, — после этих слов Марин вообще забрал у Каталины книгу и принялся зачитывать вслух: — «Его страстная любовь пылала внутри неё, пульсируя и обжигая. Его жезл пронзал её снова и снова…» — Понял, — перебил Кристиан, — верни Каталине книгу. — Вот именно, — девушка злобно шикнула, — хочешь всему вагону литературный вечер устроить? — Почти никого нет, — для верности Марин оглянулся. Вокруг и правда было не так много людей. В другом конце сидела пожилая пара, а чуть ближе к троице на несколько сидений расположились две девушки, похожие друг на друга как сёстры. Каталина не ответила, снова уткнулась в свою книжку. Лишь хмыкнув, Марин откинулся на спинку сидения, завёл руки за голову и закрыл глаза. Но замолкать он не собирался. — А чего персонажа только два? Я думал, благородной леди нравятся числа поосновательнее. Прямой укол, Каталина обиженно запыхтела. Не прошло и недели с тех пор, как девушка открыла для себя новые чувства: любовь к двум людям одновременно. И вместо того, чтобы стыдить себя за распутство, она просто выпалила всё, как есть. Кристиан и Марин тогда долго смотрели друг на друга. Оборотень и охотник, которым вампирша призналась в любви. Каталина не любила выбирать. Если ей что-то предлагали, она брала всё. И в людях решила не размениваться. Именно с того момента охотник и адвокат, — её мужчины — стали учиться смотреть друг на друга иначе. Всё чаще девушка заставала их вдвоём без какой-либо на то причины. Что они делали, она не знала. Возможно, пытались быть ближе. Узнавали друг друга. Как это и бывает в нормальных отношениях. С другой стороны, эти отношения никогда не были нормальными, все трое это понимали. — Как только будет поменьше свидетелей, я тебя убью, — почти прорычала Каталина. И тут же отвернулась к Кристиану. Тот смотрел на нее с робкой сочувствующий улыбкой. Кто-то был на её стороне, и это радовало. — Не обижайся на него, — склонившись вперёд, он в знак поддержки погладил её ногу сквозь платье, — у Марина язык без костей. — И мозг без извилин, — буркнула Каталина и тут же глубоко вздохнула, успокаиваясь. — Такая тема волнительная, а он всё шутит. Может быть Каталина была бы и рада прочитать книгу, где в романтических отношениях участвуют три человека, а не два. Так хотя бы стало понятнее, что происходит между ними. Ведь если кто-то об этом написал, значит такое существует, значит это нормально и можно найти подсказки. Но подобные романы никто не писал. Не было истории о принцессе и двух ее принцах Или о принцессе, принце и рыцаре. Никогда не было третьего. — Защитная реакция, — Кристиан был спокоен, как и всегда. Открыв один глаз и заметив, что Каталина всё ещё дуется, Марин выпрямился и в упор посмотрел на неё. Сверлил взглядом, пока Каталина сама не обернулась. — Ну что? — Обиделась? — Да. Марин забрал у Каталины книгу и сложил в сумку. Потом вновь повернулся к девушке и взял за руку. Всё также молча переплёл её пальцы со своими. Поднёс это сцепление к губам, поцеловал костяшки женских пальцев и вновь сел ровно. Но рук не разнял. — Твое неумение извиняться… — но Каталина уже растаяла. Ей нужно было поразительно мало чтобы улучшить настроение. Кристиан всё ещё гладил её по ноге, и девушке казалось, что заботой её просто окружили. Она поудобнее устроилась под боком Марина, склонила голову к нему. Забыв про все приличия, ластилась как кошка. А кончиком туфли уже проходилась по голени Кристиана, поддевая и закатывая штанину. Ощущение запретности происходящего ускоряло кровь, распаляло неживое сердце. Она была в эпицентре того, что ей нельзя. И не могла перестать ликовать. — Возможно, Марин к этому и вёл, — поправив галстук так, будто тот его душит, Кристиан попеременно переводил взгляды то на мужчину, то на девушку перед ним, — что тебе не нужны книги, когда есть живой пример поинтереснее. От пошлости его замечания у Каталины покраснели уши, а от того, с каким волнением Кристиан это сказал, внизу живота что-то свело. Марин едва слышно рассмеялся, его грудь завибрировала под ухом девушки. Наконец охотник посмотрел на Кристиана в упор каким-то странным, завлекающим взглядом: — А ты нравишься мне всё больше, волчонок.