Пламя сумерек

      Спринги давно уже привыкла к своей жизни на краю карты. Небольшой домик, утопающий в тенях тёмного леса, пруд с яркими цветами и редкие вылазки в деревню за самым необходимым — всё это стало её миром. Она находилась здесь достаточно, чтобы знать каждый клочок земли вокруг, каждую дорожку, каждую светлячковую тропку. Здесь было спокойно. Безопасно.       До того вечера.       Возвращаясь из шахты, уставшая, но довольная находкой, Спринги рассеянно вертела в руках добытый алмаз. Он вдруг выскользнул из её пальцев и с тихим всплеском исчез в водах пруда. В тот же миг небо прорезала молния. Вода взорвалась фиолетовым светом, пугая её до дрожи в коленях. Прежде чем она успела что-то понять, земля ушла из-под ног, и Спринги провалилась в ослепительный портал.       Очнувшись, она увидела, что вокруг царит ночь. Густая, вязкая, тёмная ночь, как будто солнце здесь давно забыли. Лес был незнаком, зловещие деревья тянулись вверх крючковатыми ветвями, и ветер шептал на странном языке. Спринги шла вперёд, не зная ни пути, ни цели. Просто чтобы не стоять на месте.       Три долгих часа спустя её взору открылся огонёк. Костёр. И рядом с ним — силуэт.       Подойдя ближе, Спринги замерла. Он. Тот самый парень, от которого она сбежала пять лет назад, уехав жить в глушь. Его звали Эйден. Он был старше, настойчив, бесил её своим самодовольством и грубоватым вниманием. Тогда она поклялась больше никогда его не видеть. И вот — судьба, будто в насмешку, снова свела их вместе.       Он тоже заметил её. Прищурился, вглядываясь в её лицо сквозь пляшущие тени костра. На мгновение воцарилась глухая, тяжёлая тишина. — Ты… — наконец произнёс он, усмехнувшись. — Я думал, ты ушла навсегда. — Я тоже так думала, — буркнула Спринги, скрестив руки на груди.       Её первой мыслью было развернуться и уйти. Но куда? Тьма вокруг была живая, шевелящаяся, полная неведомых угроз. — Где я? — спросила она через силу. — Сумеречный лес, — ответил он. — Здесь ночь никогда не кончается.       Спринги стиснула зубы. В её душе боролись страх и гордость. Она не хотела зависеть от него, но знала: одна она долго не протянет.       Парень объяснил, что попал сюда много лет назад. Поначалу он тоже пытался найти дорогу домой. Но мир словно жил по своим законам: стоило отойти слишком далеко от костра, как начинали происходить странные вещи. И теперь он жил здесь, в вечной ночи, став частью этой странной земли.       Дни и ночи здесь сливались в одно целое. Вместе они выживали: строили укрытия, добывали пищу, защищались от существ, выползающих из тумана. Сначала между ними царила холодная вежливость, порой прорывающаяся в ссоры. Казалось, ничто не может примирить их.       Но ночь была долгой, а страх и одиночество ломали стены, возведённые в сердце. Спринги начала замечать, как Эйден без слов закрывает её своим телом в опасности, как молча отдаёт ей последний кусок еды. А он — как в её взгляде стало меньше злости и больше понимания.       Среди вечной темноты костёр их союза разгорался медленно, но ярко. Ненависть уступала место осторожной дружбе, а затем — чему-то большему.       Однажды, сидя у костра, Спринги спросила: — Ты ведь тоже хотел домой… Почему остался? Эйден посмотрел на неё сквозь пламя и ответил тихо: — Тогда мне не за кем было возвращаться. Теперь... может быть, всё иначе.       Впервые за всё время она улыбнулась ему — настоящей, тёплой улыбкой. И в этот миг тьма вокруг показалась чуть менее пугающей.