Безпричудный

Изуку и Бакуго сидели в комнате в абсолютной тишине. Изредка доносился лёгкий смех из кухни, где весело болтали Инко и Мицуки. Бакуго так и не решился заговорить с Изуку после поцелуя. Время шло, и на улице уже опустилась ночь. Инко, взглянув на часы, начала собираться домой. Она окликнула сына, и Изуку нехотя поднялся с кровати. Перед тем как выйти из комнаты, он задержался на мгновение и посмотрел на Бакуго. В его взгляде читалась полная растерянность. "Столько лет издевательств... И вдруг — поцелуй?" Изуку не мог понять, что происходит. Его сердце было переполнено противоречивыми эмоциями. Они с Инко вернулись домой. Как только Изуку снял обувь и прошёл в свою комнату, он заметил множество непрочитанных сообщений на своём телефоне, который по глупости забыл дома. Сердце учащённо забилось — почти все сообщения были от Тодороки. Тот писал ему каждые тридцать минут, аккуратно интересуясь, как он, что делает, всё ли в порядке. Тодороки совсем не навязывался, но в его сообщениях чувствовалась искренняя тревога. Изуку быстро набрал ответ, объяснив, что забыл телефон дома, а сам всё это время был в гостях у Бакуго и его матери вместе с Инко. Почти сразу Тодороки прочитал сообщение и написал в ответ, что очень переживал, но рад, что с Изуку всё хорошо. Изуку улыбнулся экрану телефона, чувствуя, как внутри у него становится тепло. Они ещё немного переписывались, обменялись пожеланиями сладких снов, и вскоре Изуку провалился в сон. Утром он проснулся с отличным настроением. С улыбкой на лице он быстро собрался в школу, аккуратно положил свой бенто в сумку и выбежал на улицу. У ворот его уже ждал Бакуго. Тот стоял, уткнувшись взглядом в землю, руки глубоко засунуты в карманы. Они встретились глазами лишь на миг, но ни слова не обмолвились. Молчаливо, без привычных разговоров, они вместе отправились в школу. Когда они вошли в класс, Изуку сразу заметил Тодороки. Тот уже сидел за своей партой, задумчиво листая учебник. Изуку, сияя от радости, бросился к нему и сел рядом. Его улыбка была яркой, искренней — такой, какой Тодороки любил её видеть. Они тут же начали оживлённо болтать, дорабатывая свой общий проект для урока. Бакуго молча наблюдал за ними с другого конца класса, его губы были сжаты в тонкую линию. Взгляд его потемнел от неприязни и чего-то ещё, более глубокого, что он сам не хотел признавать. На длинной перемене Изуку и Тодороки, как обычно, пошли вместе в кафетерию. Они взяли свои подносы и уселись за столик у окна. Бакуго, оставаясь за другим столом, бросал на них косые взгляды, изредка хмурясь всё сильнее. Во время обеда Тодороки внезапно посмотрел на Изуку чуть смущённо, но уверенно и тихо спросил: — Хочешь... зайти ко мне домой сегодня после школы? Изуку замер на мгновение, обдумывая. Мама всегда просила его предупреждать её о таких вещах... Но, глядя на искреннее выражение лица Тодороки, он не смог отказать. С радостной улыбкой он кивнул: — Конечно! Только сначала напишу маме, чтобы она не переживала. Тодороки тихо улыбнулся в ответ, а в глазах его на миг промелькнула тёплая нежность. В этот момент Изуку чувствовал себя по-настоящему счастливым. Словно наконец-то в его жизни начали происходить настоящие чудеса. Школьный день подходил к концу, а сердце Изуку всё сильнее стучало в груди от волнения. Мысль о том, что он сегодня будет у Тодороки дома, наполняла его радостным трепетом, но где-то глубоко в душе всё равно оставалась лёгкая нервозность. Когда прозвенел последний звонок, Тодороки дождался Изуку у выхода из школы. — Готов? — тихо спросил он, улыбаясь одним уголком губ. — Ага! — быстро кивнул Изуку, чуть покраснев. Они вместе направились по улицам города. День был удивительно теплым для этого времени года: лёгкий ветерок трепал волосы, солнце клонилось к закату, окрашивая небо в нежные оранжево-розовые оттенки. Изуку то и дело бросал на Тодороки украдкой взгляды. Его бело-красные волосы мягко светились в лучах заходящего солнца, а разноцветные глаза казались особенно глубокими и тёплыми. Вскоре они подошли к большому, аккуратному дому. Тодороки достал ключи и, слегка смутившись, сказал: — Родителей сегодня нет. Все на работе. Так что мы будем одни... Он быстро открыл дверь, впуская Изуку внутрь. В доме царила идеальная чистота и удивительная тишина. Сразу у входа стояла небольшая тумбочка с аккуратно сложенной обувью. Изуку поспешил снять ботинки и поставить их рядом. — Проходи, чувствуй себя как дома, — сказал Тодороки, закрывая за ними дверь. Они прошли в просторную гостиную. Там стоял большой мягкий диван, напротив которого висел огромный телевизор. Всё было обставлено просто, но со вкусом. — Хочешь что-нибудь попить? — спросил Тодороки, проходя на кухню, отделённую от гостиной лишь барной стойкой. — Если можно... — неуверенно ответил Изуку, оглядываясь по сторонам. Через пару минут Тодороки вернулся с двумя стаканами холодного чая и поставил их на стол. — Идём, — сказал он, кивая головой в сторону дивана. Они сели рядом, между ними оставалось достаточно пространства, чтобы каждый чувствовал себя комфортно. Какое-то время они молчали, будто не зная, с чего начать разговор. Тодороки задумчиво постукивал пальцами по колену, а Изуку, не зная куда девать руки, аккуратно перебирал край своей рубашки. — Спасибо, что пришёл, — вдруг тихо сказал Тодороки, его голос был искренне тёплым. — Я рад, что ты пригласил... — ответил Изуку, его щеки порозовели. Тишина снова повисла в воздухе, но на этот раз она была уютной, а не неловкой. — Хочешь посмотреть что-нибудь? — предложил Тодороки, потянувшись за пультом. — Давай! — оживился Изуку. Они выбрали лёгкий фильм — какую-то старую добрую комедию. Смех быстро вернул им прежнюю лёгкость, и вскоре они оба уже улыбались, обменивались шутками и тихо смеялись над забавными моментами. Через некоторое время Тодороки встал: — Подожди минутку, я кое-что принесу. Изуку наблюдал, как он исчезает на кухне. Спустя пару минут Тодороки вернулся с подносом. На нём стояли два небольших пирожных и два новых стакана с напитками. — Я думал, раз мы дома одни... — начал он, немного смущаясь, — можно устроить маленький сладкий перерыв. Изуку широко засиял и радостно принял пирожное, аккуратно взяв его обеими руками. Они ели молча, наслаждаясь моментом. В какой-то момент Тодороки аккуратно зачерпнул ложкой своё мороженное, которое было на пирожном и неожиданно поднёс ложку к губам Изуку. — Попробуешь? — спросил он почти шёпотом. Изуку застыл, его сердце сжалось от неожиданности. Он неуверенно посмотрел на Тодороки, но увидев, как тот слегка кивает, доверяя ему, он медленно открыл рот и позволил Тодороки покормить его. Мороженое оказалось удивительно вкусным — холодное, сливочное, с лёгкой ноткой клубники. — Вкусно... — чуть слышно прошептал Изуку, отворачиваясь, чтобы спрятать зарумянившиеся щёки. Тодороки тихо улыбнулся, наблюдая за его реакцией. Так они провели остаток вечера: ели сладости, смотрели фильм и просто наслаждались редким моментом спокойствия вдвоём. Тишина между ними больше не была тяжёлой. Она была наполнена тёплой близостью, мягкой, как вечерний свет за окном. Для Изуку это был один из самых счастливых дней за последнее время.