Ты — причина стать настоящим.

Дождь в Санкт-Петербурге — совсем не редкость. Он может стать идеальным отражением паршивого настроения — серым, угрюмым и почти беспросветным. Небо затянуто тяжёлыми облаками, и дождь вдруг начинает моросить, усиливая чувство усталости и апатии. Выкуривая сигарету и сидя на качели, чуть покачиваясь, Антон размышлял обо всём на свете. Из раздумий его вывела вибрация в кармане ветровки. Достав свой немного потрёпанный «Самсунг», он увидел на главном экране сообщение от контакта «Мама», из-за чего в голову сразу поползли разного рода мысли. После нажатия на отправителя отобразилось само сообщение. ——— Мама: — Сынок, хорошие новости! Я и папа посоветовались со своими старыми друзьями, у которых есть сын — он немного старше тебя. В общем, мы приняли решение, что вы уже достаточно взрослые, поэтому купим вам квартиру. Но есть одно «но». Вы: — Что за «но»? Мама: — Вы будете жить вдвоём. ——— Ещё минуту держа телефон в руке, юноша пытался переварить всё, что только что впихнули в его и без того загруженную голову. Очухавшись от того, что сигарета обжигает кончики пальцев, парень немедленно выкинул её в уже начинавшую образовываться лужу. Наконец выключив телефон и спрыгнув с качели, Антон рванул домой, прокручивая в голове всю переписку. Было так много вопросов и так мало ответов.

***

Ворвавшись в квартиру и моментально стянув с ног кроссовки, Шастун рванул вглубь квартиры. — Мам, что за бред? — влетая в комнату, выпалил он. Мысль о том, что ему придётся делить новую квартиру с каким-то парнем, совсем не радовала. Конечно, положительные эмоции были — но только из-за самой квартиры. Но тем не менее… его ведь тоже можно понять? — Да почему тебе всё вечно не нравится? — шла в наступление мать, — Арсений — хороший парень. Ему нет дела до твоих постоянных гулянок, он занят учёбой. Один ты разгильдяй! — со злостью отвечала Майя, присаживаясь в мягкое кресло в гостиной, предчувствуя зарождающуюся нервотрёпку. — Это я ещё и виноватым остаюсь? Мама, ты хочешь поселить меня с каким-то незнакомцем, который может даже оказаться маньяком! Да и что непонятного в том, что я не хочу делить квартиру с каким-то парнишей? — выпалив всю эту тираду и выдохнув, Антон сел напротив матери, но уже на диван, с вызовом смотря ей прямо в глаза и при этом тяжело дыша. — Либо ты живёшь с Арсением, либо иди и выбирай себе общежитие, неблагодарный! — кричала на него мать, явно не оценив всё ранее сказанное, — если через двадцать минут ты до сих пор будешь в этом доме, то считай, что живёшь в такой же квартире, как мы вам подарили, но делишь её уже с четырьмя людьми. Время пошло! — женщина откинулась на спинку кресла, потирая переносицу и прикрывая глаза. Через пятнадцать минут в коридоре всё-таки послышался звон ключей, сопровождавшийся выкриком Майи «И больше не возвращайся!». Спустя пару секунд — громкий хлопок дверью.

***

Подъездная дверь распахнулась, и холодный свежий ветер резко ударил в лицо. Руки и ноги делали свои привычные действия. Кисти искали в карманах ветровки знакомый коробок, а последние сами несли парня к автобусной остановке, ведь единственным местом, куда сейчас можно было поехать, была та самая квартира. Капли дождя, смешиваясь с горячими слезами, падали на лицо. Каждая из них была словно ударом по сердцу — резким, но освобождающим. Подожжённая на ходу сигарета всё время норовила потухнуть, но Шастун упорно заслонял её рукой. Запах табака обжигал ноздри, словно протестуя свежести дождя. За спиной оставался угрюмый подъезд, а впереди — жизнь, утягивающая в объятия неизведанного. Поймав старенький автобус, паренёк уселся внутри и, засунув наушники в уши, стал плавно подключаться к музыкальному миру. Перечислять остальные детали пути не имеет смысла, ведь он их и не вспомнит, задремав на половине дороги.

***

Дождь не прекращался, а, наоборот, становился всё более сильным. Дороги уже занимали широкие лужи, словно превращаясь в жидкие зеркала. Зонта у Антона, разумеется, не было, поэтому он попросту старался быстрее добраться до места назначения, чтобы и без того местами сырая одежда не стала совсем мокрой. По прошествии некоторого времени юноша всё-таки дошёл до того самого подъезда. Пятнадцатиэтажное белоснежное здание тянулось очень высоко, уходя в грозовые тучи. Разглядывать свой новый дом снаружи, когда тебя потряхивает от холода, совсем не хотелось, но понимание, что ты стоишь около подъезда, в квартире которого может начаться твоя новая жизнь, казалось спасением во всех смыслах. Не став больше медлить, парень нащупал ключи в кармане и достал их, после чего перед ним наконец открылась дверь. Изнутри сразу повеяло теплом отопления, а из-за поворота выглядывали бетонные ступени. Они вели к межэтажному перекрытию. Стоит отметить чистоту подъезда — белоснежные, но в некоторых местах чуть треснувшие стены, серая плитка, два лифта напротив друг друга и разделявшие их настенные часы, а также средних размеров деревце, которое почти доставало своими листиками до циферблата. От рассматривания интерьера отвлëк звук прибывшего на первый этаж лифта. Внутри было светло и уютно: большое качественное зеркало висело напротив двери, играла приятная музыка, а на стене были аккуратные кнопочки для каждого этажа. Шастун нажал на последнюю кнопку — пятнадцатую, и кабина поехала вверх. Признаться честно, он был взволнован. Сердце забилось быстрее, дыхание участилось, а пальцы невольно стали сжимать края одежды. Мысли метались, не находя покоя, отчего едва ли получалось сосредоточиться. Вот ведь, у него есть своя квартира, в которой никто не будет портить настроение, указывать, но что-то всё равно было не то… При разглядывании двери квартиры казалось, что она — последняя граница между привычным миром и неизвестностью. Он замер, словно стоял на краю бездны. Страх превращался в нерешительность, притормаживая каждое движение, но мгновенный порыв смелости заставил парня вставить ключи в скважину и отворить дверь. Шок. Войдя внутрь и расшнуровав кроссовки, Шастун оставил рюкзак со всеми вещами в коридоре и прошёл дальше. Губы растянулись в улыбке, на душе стало спокойнее. Ремонт в бело-серых тонах, современная мебель — всë выглядит очень комфортно. Казалось, что это лучший момент в его жизни.

***

Осваиваться Антон всегда умел быстро. После быстрого осмотра квартиры юноша пошёл в душ — всë-таки он приличный парень. А вообще, если честно, его одежда просто успела промокнуть до ниточки. Шастун включил чайник, заранее обдумав то, что после всех процедур захочется покушать. В рюкзаке лежал «Ролтон», купленный на днях и совершенно законно забранный из той квартиры. Не заметив течения времени, Антон и сам не понял, как уже тащил тарелку с лапшой на прикроватную тумбочку. Распластавшись рядом и выдохнув, Шастун задумался: «А что, собственно, дальше делать?». Как говорится, дело было вечером, делать было нечего. Достав из кармана штанов телефон, парень открыл «Анонимный чат», в который заходил раз в месяц, дабы убить время. Не найдя занятия лучше, он решил довольствоваться поеданием лапши и общением по сети. Сменив уже около четырёх не особо разговорчивых собеседников, Шастун зевнул. Слишком много он сегодня эмоционировал. Часы показывали, что сейчас половина одиннадцатого. Приняв решение, что пятый человек будет последним на ближайший месяц, пальцы сами начали набирать стандартное сообщение, как и всем предыдущим собеседникам: ——— Вы: — Здрасте, как дела? Что делаете? Анонимный чат: — Здравствуйте. Всё нормально, еду домой. А Вы чем занимаетесь? Как Вас зовут, сколько лет? Вы: — Меня зовут Антон, мне 17, — подавив новый зевок, он добавил, — Я, кстати, лежу. ——— После этого сообщения Шастун уже не выдержал и потянулся, откидывая телефон куда-то в сторону. «На сегодня хватит. Всё равно телефон далеко», — подумал он, укутываясь в одеяло и сворачиваясь калачиком. До сих пор идущий на улице дождь стучал по окну и убаюкивал. Лучшее, что можно было сейчас сделать, — это лечь спать, чему юноша и последовал. Проигнорировав ещё несколько вибраций телефона, Антон погрузился в крепкий сон. ——— Анонимный чат: — Меня зовут Арсений. Приятно познакомиться, Антон. Откуда Вы? Чем увлекаетесь? — Антон? — Ясно, удачи Вам. Собеседник закончил с вами связь. ———