Я буду тебе сниться

07.06.2022 День не задался с самого утра. Мать, уснувшая возле входной двери, явно не в трезвом состоянии, заставила опоздать на работу. Я аккуратно переложил ее на диван, убрал запутавшиеся коричневые волосы с лица и протер его влажными салфетками, не знаю чем оно было запачкано то ли слюнями, то ли блевотиной, а может даже всем вместе, я вообще не удивлен. Трезвой мать я видел только, когда приезжала опека, может года три назад, может четыре. Она тогда выглядела очень молодо, дом был полностью убранный, заполненный холодильник, сейчас чистота и еда были только благодаря мне, к тому же уход за матерью. Как бы я ее ненавидел, я не мог ее бросить. По дороге в гараж я выкурил последнюю сигарету, это точно невезение. Я старался растянуть удовольствие, медленно затягивался и так же медленно выдыхал дым перед собой. Но что бы я не делал, сигарета быстро тлела, мне даже казалось, что ну уж слишком быстро, как специально. Мимо меня проходили знакомые мне старики, косо поглядывая и даже оборачиваясь. Я ни с кем не здоровался, из принципа. Все живущие в этой деревне люди знали мою историю чуть ли не лучше меня, иногда я замечал соболезнование и жалость в их глазах, но чаще в лицах читалось презрение и отвращение, будто я сам выбирал семью, в которой хотел родиться. Они конечно не знали всей правды, хотя я слышал уже несколько слухов, в которых люди догадывались обо всем, и даже знакомые спрашивали правда все это или нет, но я лишь жал плечами делая вид, что не понимаю о чем они. Долго прикидываться дурачком не получилось. Хёнджин возомнил себя самым умным, сложил два плюс два и в лоб спросил обо всем, что его интересовало. Я понимал, что уже поздно что-то выдумывать или уходить от ответа, поэтому вывалил брюнету всю историю, рассказал все, как надо мной издевался отчим, как попал в больницу, как того мудака все таки посадили и как мать стала шлюхой-алкоголичкой. Я ждал осуждения от него, но Хван лишь обнял меня и мягко постукивал по спине, успокаивающе приговаривая слова поддержки.  К гаражу, так мы называли местный автосервис между своими, я дошел быстро. Работа кипела. Я нашел главного механика-Чхве Хёнселя. В кратце, не вдаваясь в подробности, я объяснил ему из-за чего опоздал. Он понимающе кивнул, а после басом отправил переодеваться и приступать к работе. Гараж был просторным, на автоподъемнике стоял черный нисан, над ним возятся уже второй день, вокруг было шумно, из колонок гремела музыка, механики между собой разговаривали на отдаленные от работы темы, не отвлекаясь от своего задания. В раздевалке было тихо. Хоть к шуму гаража я уже привык, в тишине мне было намного спокойней, выдохнув, я вновь вбил себе в голову «ты мучаешься, чтоб выжить» и принялся переодеваться. Надев на себя черный комбинезон, я вышел обратно в шумное помещение.  Вновь вбивая в голову одну и ту же фразу, поплелся к своему столу. Неподалеку разместился напарник, мы с ним не общались, лишь изредка перекидывались фразами касательно работы. Рассмотрев техническое задание, над которым возился уже наверное неделе две, я побрел в сторону склада, меня остановил лишь надоедливый голос Хвана, который зачем-то каждое утро приезжал в сервис. Уже с брюнетом мы зашли на склад, в тесное помещение с запахом железа и машинного масла с кучей полок, заставленных коробками. Брюнет уставил два горячих кофе на поставленные друг на друга ящики. Хёнджин так делал каждый день в мою смену, привозил кофе, сидел около часа со мной, рассказывая последние новости нашей провинции. Я его не понимал. Зачем? Это жалость ко мне после услышанного? Но как бы я не старался узнать у друга причину регулярного посещения, он отмахивался мол «мне не сложно» или, мое самое любимое, «я переживаю за тебя», мне все равно приедет он утром с кофе или нет, никакого удовольствия или отвращения, происходящее у меня, не вызывало, только был благодарен за вкусный утренний кофе. Пропуская все сплетни, собранные Хёнджином, мимо ушей, я отсортировывал запчасти по коробкам. Работа мне не нравилась в первую очередь из-за шума. Я бы предпочитал сидеть в тихом месте, без надоедливых людей и ужасно громкой музыки, но в гараже хорошо платили. Да я не разбираюсь в починке машин или их диагностике, но я умею отличать друг от друга моторные масла, свечи и тормозные колодки, это значит, что с легкостью справляюсь с работай кладовщика. Спустя два часа я закончил с последним стеллажом склада, хотя уверен, под конец дня мне навалят новых деталей для сортировки. Хёнджин все еще был в сервисе, даже странно. Я махнул другу рукой, и вышел со склада направляясь к столу, точнее к напарнику который все так же сидел неподалеку, пыхтя над чертежами. Стрельнув у того сигарету, я с Хваном вышли на улицу и сели на самодельную, из двух ящиков и доски, лавку. Закурив сигарету, я облокотился спиной о кирпичную стену гаража. Несколько сломанных машин, неверное уже как лет десять, ржавели неподалеку от главных ворот, пара фермерских авто стояли рядом и мотоциклы здешних механиков красовались на фоне всего старья. Хёнджин с серьезным выражением лица быстро печатал в своем телефоне, обычно тот всегда находит повод для болтовни, но не сегодня, мне оно даже к лучшему, никаких вопросов, никаких позывов погулять и все подобное в духе экстравертов.  –У меня сегодня тренировка, ты придешь?–Хван нарушил радующую душу тишину. Он повернул голову в мою сторону в ожидании ответа. –Как обычно в пять?-Докурив сигарету, я скучающе кинул бычок в бочку с мусором. Я был на каждой тренировке и игре Хёнджина. Зачем я туда хожу, сам не знаю, футбол никогда не был мне интересен, но я понимаю, что для друга это важно. –Нет. Тренер сегодня задерживается, и перенес треню на шесть.-Хёнджин ловко прокручивал телефон в руке, все так же смотря на мое лицо. Я кивнул в знак согласия, все так же рассматривая местный хлам. Краем глаза, заметил как брюнет отвернулся и тяжело выдохнул. Мы просидели молча всего десять минут, когда Хёнджин поднялся и направился обратно в гараж. Обычно после перекура тот уходил домой, ну или куда там ходят подобные Хвану особы. Я молча пошел следом в шумный цех, прикидывая какую на этот раз мне дадут работу. Найдя Чхве Хёнселя, стоявшего возле шиномонтажного станка, я остановился возле, убирая руки в карманы. Голова уже начинала гудеть от всех здешних звуков и нескончаемых потоков мыслей.  –А! Ли, ты уже закончил со складом?- Не дожидаясь моего ответа, громко, чтоб перекричать музыку, продолжил Хёнсель.- Чем бы тебя занять-то. Я скучающе ждал следующих указаний. Было интересно наблюдать за мужчиной, который не знал чем занять неумелого мальчишку, но как бы смешно это не выглядело со стороны, я мысленно молил, чтоб тот не выставил меня, оставив без заработка. –Поди к Каю, спроси нужна ли ему помощь. Сегодня ты начинаешь свою стажировку,-внезапный хлопок по плечу заставил вернуться в реальность.–Кай всему тебя обучит, покажет, что как делать, ну и все в этом духе. Начнешь с простого, за лето, думаю, научишься основным вещам, а дальше видно будет. –Спасибо.- Сухо, даже с нотками безразличия ответил я, но в душе я был так рад, что меня не уволили. Мало того, что они будут учить меня всему, так еще и деньги заплатят. Про себя я уже прикидывал какая будет зарплата. Не для кого не секрет, что кладовщикам платят куда хуже, нежели механикам. Да я еще только стажер, но не суть.  Весь оставшийся рабочий день я хвостиком ходил за Каем- высокий, спортивного телосложения брюнет с проколами в губе и ушах, множество татуировок по всему телу, но одну я запомнил больше всего «Lisa», каждая буква красовалась на костяшках пальцев руки. Ошибка молодости или любовь навсегда я не знал, знал лишь девушку, которой было это посвящено. С Лисой я знаком давно, как никак родная сестра лучшего друга, хочешь не хочешь, но почти каждый день мы с ней пересекались. Девушка с длинными прямыми рыжими волосами и взрывным характером-именно так она оставила о себе впечатление в первый день нашего знакомства. Лиса периодически бесила хуже своего брата, болтала в два, а может и три, раза больше, любила посплетничать, на вид хрупкая и маленькая, но на самом деле умела за себя постоять. Как она связалась с Ким Каем я понятия не имел. Хёнджин что-то рассказывал об этом, но я мало его слушал, запомнил лишь деревенскую дискотеку.  Исправленный вариант написания: После смены я заскочил в магазин, мне не повезло, что выгляжу я моложе своего возраста. В следующем году исполнится двадцать, а на вид лет семнадцать. Может поэтому тот парень так разговаривал со мной?  Почему я опять подумал о том мелком с остановки? И почему продолжаю думать до сих пор? От собственных противоречий голова разболелась еще сильней. Домой идти не хотелось, до тренировки Хёнджина еще полчаса, поэтому я принял решения пойти на «свое» место.  По пути к реке я выкурил две сигареты. На улице было еще светло и солнце будто не планировало заходить вообще. Хотя было бы лучше, если бы темнело, тогда тот надоедливый мальчишка меня не узнал. Я надеялся, что если буду молчать, ему надоест и он свалит в самом начале. Какого было мое разочарование, когда мы уже дошли до берега маленькой речушки, а он молча, слава богу, плелся рядом. Я рухнул на траву в паре шагов от воды, и он, повторив точ-в-точ, сделал так же. –Чего увязался?-На этот раз разговор первым начал я. –Не знаю,-мелкий, с милыми щечками, пожал плечами, глядя на рябь воды. –Что значит «не знаю»?- Я лениво мигал глазами, смотря на ноги перед собой.  –Подумал, что хорошая идея будет пойти за тобой.-светловолосый улыбнулся сам себе, а после, развернувшись в пол оборота, протянул мне руку.-  я Хан Джисон, можешь называть просто Хан. –Минхо,- наверное я ответил слишком резко, ведь вежливая улыбка с лица Хана сползла вниз. Но стоило мне только потянуться для рукопожатия, тот вновь расцвел.  –Раз познакомиться!-Джисон резво проговорил фразу сияя от счастья, пожимая руку.-Почему ты тут один? –Ненавижу тупые вопросы.- Я вырвал руку и уперся ею в землю, запрокидывая голову к небу.  –Это не тупой вопрос.- Светловолосый обиженно обвел руками свои ноги, размещая подбородок сверху. Я ничего не ответил. Он тоже ничего больше не спрашивал. Все время мы так и просидели в тишине. Мне будто даже понравилось так сидеть, про себя я даже улыбнулся. Оказывается приятно сидеть на берегу с кем-то и молчать. Но все хорошее когда-нибудь заканчивается. Время близилось к шести, потому лениво оторвавшись от земли, я развернулся и медленно потопал в сторону деревни. Когда Хан сделал то же самое, я не удивился. Светловолосый, поравнявшись со мной, убрал руки в карманы, словно копировал меня, и таким же медленным шагом шел нога в ногу. Терпение парня быстро его покинуло, ведь стоило берегу уйти из виду, как тот заговорил.  –Не любишь людей?- Хан говорил уже не громко. Нелепо смотрел по сторонам, разглядывая дряхлые дома. Стадион был на окраине деревни, недалеко от местной школы. Отремонтировали его в прошлом году, когда футбольная команда стала все чаще побеждать, и в качестве поощрения игроков натянули сетку, купили новые ворота и даже подстригали газон перед каждой тренировкой.  –Люблю.-Я все надеялся, что Хан сам поймет, без намеков, что желания знакомиться, а уж тем более общаться у меня нет.  На все я отвечал односложными предложения, а иногда просто молчал, потому что он задавал уж слишком тупые вопросы. Дорога до стадиона казалась бесконечной, хотя мы шли короткой дорогой. И я думал, что хотя бы тут Джисон от меня отвяжется, но все шло против меня. –О, Хан, ты уже знаком с Минхо?- Не успели мы подойти к входу на поле, как Бомгю заорал нам, махая руками.  –Ну типо,-Хан широко улыбнулся при виде, видимо, своих друзей. Всех из присутствующих я знал благодаря Хвану.  Хёнджин уже давно играет за нашу школу, являлся нападающим по совместительству капитаном команды. Бомгю был первым вратарем, Сынмин-вторым, находился в команде только в летний период. Чонин, хоть не местный, являлся игроком-полузащитником. Наша команда отличалась от остальных тем, что в составе была девушка- Майя в качестве защитника. Рыжеволосая, низенькая девочка младше Чонина. Боевая девушка военной закалки, из-за отца, играла на ровне с парнями. Со всеми я мало общался, в отличии от Хёнджина. Игра приносила ему удовольствие, на поле тот выкладывался на все 100%, не жалея сил. В один год он сломал руку, тогда мы еще не общались, но я замечал, как Хван сходил с ума, глядя как команда проигрывает.  Тренировка началась с разминки, опоздавшие быстро включились в работу, разумеется, сперва получив нагоняй от тренера и Хвана. Я, как обычно, разместился на трибунах за скамейкой запасных. Только спустя время я заметил, что на ступень выше сидит Хан, увлеченно смотря за игрой. Подсаживаться к младшему, как я выяснил из разговора Джисона и Сынмина, я не собирался, как и звать того к себе. Потому всю тренировку я сидел и скучающе наблюдал за игрой, изредка оборачиваясь на позади сидевшего Хана.  Часам к девяти команду отпустили, я медленно спустился к Хвану и протянул тому бутылку с водой, выслушивая жалобы на сокомандников. Боковым зрением заметил как неподалеку шли Хан и его «компашка» из Сынмина, Бомгю и Чонина. Те весело обсуждали тренировочную игру и громко смеялись над нелепыми моментами. Словив ответный взгляд Джисона, я не отвел взгляд, в отличии от младшего. Тот смущенно отвернул голову и притих, словно погружаясь в свои мысли.  С Хёнджином мы жили на разных улицах. Поэтому домой я шел один, мы попрощались еще неподалеку от магазина. По дороге вновь выкурил сигарету, выкидывая бычок в ноги, предварительно потушив. Сам не заметил как дошел до дома. Матери не было, сейчас меня это мало заботило, силы начинали покидать. «Как обычно к утру вернется» подумал я, заходя в спальню. Сон пришел быстрей чем я думал, последние несколько месяцев я мучился от бессонницы, но сегодня, после невезучего дня, вселенная решила на до мной сжалиться.