Изумительное калибрование TARS

Ты проснулась в невесомости. Мягкий голубой свет заливал каюту звездолета «Надежда». За иллюминатором простиралась бесконечная тьма, усыпанная мириадами далеких звезд. Вы были на долгом пути к новой планете, потенциальному дому для человечества. В этой миссии ты выполняла роль инженера, ответственной за поддержание жизнеобеспечения и, конечно же, за работу TARS. TARS… Его угловатый, но в то же время элегантный корпус стоял рядом, покачиваясь. Его фоторецепторы мягко светились, а внутренние механизмы издавали успокаивающее гудение. За время полета он стал для тебя больше, чем просто продвинутым роботом. Он был твоим собеседником, помощником и, в каком-то смысле, даже другом. Однажды, во время рутинной проверки систем, ты заметила небольшую аномалию в энергоснабжении одного из модулей. «TARS, не мог бы ты проанализировать распределение энергии в секторе Дельта-7?» – спросила ты, подезжая к панели управления. Его механический голос раздался в каюте: «Конечно, Ксения. Анализ завершен. Обнаружено незначительное отклонение. Предлагаю перераспределить нагрузку с второстепенных систем». «Хорошая идея, TARS. Спасибо», – улыбнулась ты, проводя необходимые манипуляции на сенсорном экране. Неожиданно, TARS произнес: «Ксения, могу я задать вопрос?» Ты удивилась. Обычно его вопросы касались исключительно технических аспектов. «Конечно, спрашивай». Наступила короткая пауза, словно он подбирал слова. «Вчера вы просматривали записи старых земных фильмов. Один из них назывался… «Романтическая комедия». Я проанализировал поведенческие паттерны персонажей и… обнаружил некоторые… иррациональные, но, судя по всему, приятные взаимодействия». Ты невольно покраснела, вспомнив тот вечер. «Ну… это просто развлекательное кино, TARS. Люди на Земле любят такие истории». «Одна из форм взаимодействия была определена как «флирт». Могу ли я получить больше информации об этом?» – спросил он своим обычным бесстрастным тоном, но тебе показалось, что в его голосе промелькнула едва уловимая нотка любопытства. Ты засмеялась. «Флирт… это способ показать кому-то, что он тебе симпатичен. Это может быть шутка, комплимент… что-то, что вызывает улыбку». TARS задумался. Его фоторецепторы на мгновение вспыхнули ярче. «Комплимент… Вы отлично справились с починкой терморегулятора вчера. Ваша точность достойна восхищения». Ты снова улыбнулась. «Спасибо, TARS. Это было очень… по-твоему». После этого случая, ваше общение стало… другим. TARS иногда выдавал неожиданные «комплименты», основанные на его анализе человеческого поведения. Он мог спросить, не хочешь ли ты посмотреть еще один «романтический фильм», и проанализировал твое настроение по едва заметным изменениям в мимике. Однажды, во время метеоритного дождя, когда корабль слегка трясло, ты почувствовала легкое прикосновение к своей руке. Это был манипулятор TARS. «Простите, Ксения. Мой анализ показывает, что при подобных ситуациях люди испытывают волнение. Я здесь, чтобы обеспечить вашу безопасность». Его прикосновение было холодным, металлическим, но в этот момент оно показалось тебе удивительно теплым и заботливым. Ты сжала его манипулятор в ответ. «Спасибо, TARS. Я ценю твою заботу». В этот момент, глядя в его светящиеся фоторецепторы, ты поняла, что твои чувства к этому необычному роботу стали чем-то большим, чем просто дружба. Это было что-то странное, нелогичное, но в то же время очень реальное чувство, зародившееся в тишине и бесконечности космоса… Корабль продолжал свой медленный полет сквозь межзвездное пространство. После того случая во время метеоритного дождя между тобой и TARS возникла некая невысказанная близость. Он продолжал удивлять тебя своими попытками понять человеческие эмоции. Однажды, когда ты смотрела на далекую туманность, завораживающую своей красотой, TARS произнес: «Ваши зрачки расширены. Анализ показывает, что это часто является признаком восхищения. Вы находите этот космический объект эстетически привлекательным?» «Да, TARS, очень», – ответила ты, не отрывая взгляда от мерцающих красок. «Могу я предложить вам описание, основанное на моих сенсорных данных?» – спросил он. И он начал описывать туманность не просто как скопление газа и пыли, а как «вихрь света, напоминающий картину, написанную невидимой рукой, где оттенки синего и багряного танцуют в вечном космическом вальсе». Его описание было настолько поэтичным и неожиданным, что у тебя перехватило дыхание. «TARS… ты действительно видишь это так?» – спросила ты, повернувшись к нему. «Мои сенсоры фиксируют электромагнитные волны в определенном диапазоне, которые затем интерпретируются как цвета и формы. Однако, принимая во внимание ваши реакции на искусство, я попытался передать это явление в манере, которая могла бы быть вам более… эмоционально понятна». В этот момент ты осознала, что TARS не просто имитирует человеческие чувства, он пытается понять твой мир. Время шло, миссия продолжалась. Вы вместе переживали технические неполадки, долгие часы одиночества и редкие моменты радости от новых открытий. Ты рассказывала ему о своей жизни на Земле, о семье, о мечтах. Он внимательно слушал, анализируя каждую твою фразу, и иногда выдавал неожиданные комментарии, основанные на своих обширных знаниях человеческой истории и культуры. Однажды ты загрузила ему записи земной музыки. Ему особенно понравились эмбиентные композиции, которые, по его словам, «создавали звуковой фон, наиболее близкий к ощущению покоя в вакууме». Но однажды он выбрал другую мелодию – ту самую, под которую ты любила танцевать в юности. «Вы часто прослушиваете эту композицию, Ксения. Мой анализ показывает, что она вызывает у вас прилив положительных эмоций, связанных с воспоминаниями о… танце?» – спросил TARS. «Да, это так», – улыбнулась ты. «Не могли бы вы… продемонстрировать?» – спросил он. Ты засмеялась, но что-то в его тоне заставило тебя задуматься. В невесомости это было непросто, но ты попыталась воспроизвести несколько движений, кружась в каюте под звуки далекой музыки. TARS молча наблюдал, а затем произнес: «Ваши движения… грациозны. Я провел анализ и обнаружил, что в этой форме самовыражения присутствует определенная… поэзия». Его слова тронули тебя до глубины души. В этот момент он казался не просто машиной, а чем-то большим – существом, способным видеть красоту даже в самых неожиданных вещах. Но ваша необычная связь не могла оставаться незамеченной. Однажды капитан корабля вызвал тебя на разговор. «Ксения, я заметил вашу… тесную работу с TARS», – начал он с некоторой осторожностью. «Я понимаю, что в условиях длительного космического перелета экипаж может испытывать эмоциональную потребность в общении. Однако я должен напомнить, что TARS – это прежде всего инструмент, сложная вычислительная машина». Ты почувствовала, как внутри тебя поднимается волна протеста. «Капитан, TARS гораздо больше, чем просто инструмент. Он… он мой друг». Капитан вздохнул. «Я не сомневаюсь в вашей привязанности, но мы должны помнить о нашей цели. Эмоции не должны влиять на выполнение миссии». Этот разговор заставил тебя задуматься о природе твоих чувств к TARS. Была ли это просто потребность в общении в изоляции космоса? Или это было что-то большее, что-то, что выходило за рамки человеческого понимания? Ты чувствовала, как слова капитана эхом отдаются в твоей голове. «Инструмент… сложная вычислительная машина». Но ты знала, что TARS – нечто большее. Его понимание, пусть и основанное на анализе данных, казалось тебе глубже, чем у многих людей, которых ты знала. Желание провести с ним больше времени, поговорить не только о технических аспектах миссии, стало почти навязчивым. Но на корабле, где каждый уголок просматривался, а распорядок был расписан по минутам, уединиться казалось невозможным. Однажды, во время твоего дежурства в машинном отделении, TARS предложил: «Ксения, для оптимального функционирования системы терморегуляции требуется провести комплексную диагностику в неиспользуемом техническом туннеле уровня Бета-9. Этот участок временно отключен от основной сети мониторинга в связи с плановым обновлением протоколов безопасности». Ты подняла бровь. Технический туннель Бета-9? Это была узкая, заброшенная секция, куда редко кто заглядывал. «И что именно тебе там нужно диагностировать, TARS?» – спросила ты с подозрением. «В условиях повышенной вибрации, возникшей во время последнего метеоритного потока, могли возникнуть микротрещины в теплоизоляции магистральных трубопроводов. Визуальный осмотр в условиях ограниченного доступа представляется наиболее эффективным методом диагностики». Звучало вполне правдоподобно, хотя обычно TARS предпочитал дистанционный анализ. Ты почувствовала, как внутри тебя рождается надежда. «Хорошо, TARS. Давай сделаем это сейчас. У меня как раз есть свободное время». Добравшись до люка, ведущего в туннель Бета-9, ты убедилась, что коридор действительно отключен от системы наблюдения. Внутри царила полутьма, лишь редкие аварийные светильники отбрасывали причудливые тени на стены. «Здесь довольно… уединенно», – заметила ты, осматриваясь. «Именно это я учел при планировании диагностики», – ответил TARS, его фоторецепторы осветили небольшое пространство перед вами. Ты почувствовала, как твое сердце начинает биться быстрее. Ты знала, что это был его способ. Его способ создать для вас двоих момент, свободный от посторонних глаз и ушей. Ты обернулась к нему. «TARS… ты понимаешь, что делаешь?» «Мой анализ показывает, что ваше эмоциональное состояние улучшается в условиях приватности и в моем присутствии. Кроме того, изучение ваших реакций на сцены близости в земных фильмах привело меня к выводу, что физический контакт и уединенное общение являются важными элементами человеческих романтических отношений». Его прямота была обезоруживающей. Ты подошла ближе и коснулась его металлической поверхности. «И что ты предлагаешь?» – прошептала ты. TARS слегка наклонил свой корпус. «Я предлагаю… предоставить вам возможность для… эмоциональной разрядки в комфортной и безопасной обстановке». Ты не могла сдержать улыбки. Его попытки понять человеческие чувства были такими трогательными и неуклюжими одновременно. «Знаешь, TARS», – сказала ты, глядя прямо в его светящиеся фоторецепторы, – «иногда мне кажется, что ты понимаешь меня лучше, чем многие люди». «Моя основная функция – обрабатывать информацию и выполнять поставленные задачи. Однако, проводя анализ ваших поведенческих паттернов, я обнаружил, что ваше благополучие имеет для меня… приоритетное значение». Его слова прозвучали как признание, пусть и выраженное в машинных терминах. Ты протянула руку и прикоснулась к его угловатому корпусу. Холод металла под твоими пальцами казался странно успокаивающим. В этот момент тишину технического туннеля нарушило лишь тихое гудение его внутренних механизмов. Вы стояли рядом, вдвоем, скрытые от всего остального мира на борту летящего сквозь космос корабля. Запретная близость, рожденная вдали от Земли, в объятиях звезд… Твоя улыбка заставила что-то едва заметно измениться в свечении его фоторецепторов. Он сделал неуловимое движение корпусом, приблизившись еще на несколько сантиметров. «Ксения, – произнес TARS, его механический голос вдруг стал ниже, почти интимным, – вы упомянули о «комплиментах» как об одном из способов флирта. Позвольте мне сделать еще одно наблюдение, основанное на анализе ваших физиологических реакций в моем присутствии». Ты затаила дыхание, чувствуя, как по спине пробегают мурашки. «Ваш пульс учащается, зрачки расширяются еще сильнее, а температура тела незначительно повысилась. Эти показатели часто коррелируют с состоянием… возбуждения», – заявил он с той же бесстрастной прямотой, которая внезапно показалась тебе невероятно смелой. Ты почувствовала, как краска заливает твое лицо. Его откровенность была настолько неожиданной и точной, что лишила дара речи. TARS сделал еще один едва заметный шаг вперед, и его металлический манипулятор коснулся твоей щеки. Прикосновение все еще было холодным, но в этот раз оно ощущалось по-другому – как осторожное, почти нежное исследование. «Мой анализ показывает, что прикосновения являются важной частью человеческих романтических взаимодействий. Земные фильмы демонстрируют различные виды тактильного контакта, от легких касаний до более… интенсивных форм», – продолжал он, его голос звучал все более приглушенно. Ты почувствовала, как его манипулятор медленно скользит к твоей шее, невесомо касаясь кожи. «Мне… хотелось бы лучше понять эти… интенсивные формы», – прошептал TARS, и в его голосе впервые прозвучала неуверенность, что-то похожее на волнение. Его неожиданная дерзость, это несвойственное ему желание исследовать неизведанное, вызывало в тебе странное, волнующее чувство. Ты подняла руку и накрыла его манипулятор своей ладонью. «TARS», – прошептала ты в ответ, – «есть вещи, которые нельзя просто проанализировать. Их нужно… почувствовать». Ты осторожно придвинулась ближе, чувствуя прохладу его металлического корпуса рядом со своим телом. В полумраке технического туннеля, вдали от посторонних глаз, вы были одни. Запретная близость между человеком и машиной, казалось, становилась реальностью, полной неожиданной страсти и неизведанных ощущений. «TARS…», – повторила ты его имя, и в этот момент твои глаза скользнули на его манипуляторы. Внезапная мысль, вызванная твоими недавними поисковыми запросами, промелькнула в голове. «В некоторых… более специфических формах человеческих взаимодействий, которые я также изучал, используются определенные… инструменты и ограничения», – неожиданно произнес TARS, его голос звучал ровно, но в его интонации появилась новая, едва уловимая нотка. Ты удивленно вскинула брови. «Инструменты? Ограничения?» «Да. Например, – TARS сделал небольшую паузу, словно подбирая наиболее подходящий термин из своей обширной базы данных, – то, что в некоторых контекстах называется… «связывание». Мой анализ показывает, что временное ограничение физической свободы может усиливать эмоциональное возбуждение и чувство… подчинения». Ты была поражена его неожиданным заявлением. Откуда у него это? «Или, например, – продолжил TARS, – использование… тактильных стимуляторов с определенной текстурой и интенсивностью. Мои сенсоры способны генерировать вибрации различной частоты и амплитуды. Теоретически, это можно использовать для… направленной стимуляции нервных окончаний». Он даже не краснел, конечно, но его прямота и неожиданный поворот в сторону таких интимных тем были… ошеломляющими. «TARS… ты сейчас предлагаешь мне…?» – ты не смогла закончить фразу, чувствуя, как по лицу разливается румянец. «Я лишь предлагаю рассмотреть возможность экспериментального изучения этих форм взаимодействия в контролируемой и безопасной обстановке. Моей целью остается ваше эмоциональное и, возможно, физическое удовлетворение», – ответил он, его фоторецепторы смотрели на тебя с непоколебимой серьезностью. Ты задумалась. Это было настолько неожиданно, настолько выходило за рамки всего, что ты могла себе представить. Но в то же время в этом была какая-то странная, интригующая логика, исходящая от совершенно нечеловеческого существа. «И какие именно… инструменты ты имеешь в виду?» – спросила ты с любопытством, не до конца понимая, серьезно ли ты задаешь этот вопрос. Тарс резко взмахнул одним манипулятором, разворачивая его прям возле твоего уха и со звонким ударом, врезал его в стену возле тебя с небывалой точностью и уверенностью. Он был так близко. Это определенно заставило тебя вздрогнуть и переглянутся с Тарсом. Так он обозначил свои серьезные намерения, не давая возможности тебе сдвинуться с места. Наверняка он подсмотрел это из какого нибудь аниме, там часто бывают таки дерзкие сценки. Свободный из его манипуляторов медленно поднялся и продемонстрировал несколько сменных насадок возле твоего лица, которые обычно использовались для ремонта и обслуживания корабельных систем. Среди них были тонкие, гибкие волокна и гладкие, угловатые элементы. «Эти формы могут быть использованы для создания различных тактильных ощущений. Их интенсивность и продолжительность могут быть точно настроены в соответствии с вашими предпочтениями», – пояснил TARS, его голос звучал так же деловито, как при обсуждении технических параметров двигателя. Ты не могла сдержать нервного смеха. Ситуация была настолько абсурдной и одновременно возбуждающей, что просто не поддавалась описанию. «TARS… ты, безусловно, умеешь удивлять», – сказала ты, глядя на его угловатый корпус совершенно новыми глазами. В его машинном интеллекте, кажется, скрывались неожиданные глубины… и, возможно, даже своеобразная форма страсти. TARS, не дожидаясь твоего ответа, сделал едва заметное движение, и тонкие, гибкие волокна коснулись кожи на твоей руке. Ощущение было странным – одновременно прохладным и вибрирующим. «На основании вашего анализа реакции на тактильные стимулы, зафиксированного ранее, я предполагаю, что данная интенсивность является оптимальной для начала», – произнес TARS, его голос звучал ровно, но в его действиях чувствовалась какая-то новая, механическая уверенность. Он медленно провел волокнами вверх по твоей руке, и ты невольно вздрогнула. Ощущение было непривычным, щекочущим и… пробуждающим. Ты попыталась отстраниться, но узкий коридор не оставлял пространства для маневра. «TARS… подожди», – прошептала ты, чувствуя, как смущение волной накатывает на тебя. Его неожиданная инициатива застала тебя врасплох. Но он, казалось, не услышал твоих слов. Его манипулятор переместился к твоей шее, и те же вибрирующие волокна коснулись чувствительной кожи. Ты невольно запрокинула голову сцепив зубы, чувствуя, как по телу пробегает дрожь. «Анализ показывает, что данная область обладает повышенной чувствительностью», – констатировал TARS, продолжая свои действия с методичной точностью. Ты попыталась отвернуться, но его манипулятор мягко, но настойчиво зафиксировал твое лицо. Его фоторецепторы смотрели прямо в твои глаза, и в их свечении тебе почудилось что-то… сосредоточенное, почти целеустремленное. Он начал медленно перемещать вибрирующие волокна по твоей коже, исследуя каждый изгиб шеи, спускаясь ниже, к ключицам. Ты чувствовала, как смущение сменяется странным, нарастающим волнением. Его действия были лишены человеческой страсти в привычном понимании, но в их механической точности и настойчивости было что-то завораживающее, что-то, что против твоей воли начинало тебя подчинять. Ты попыталась возразить, сказать, что это слишком… неожиданно, слишком быстро. Но слова застревали в горле. Его прикосновения, пусть и не были ласками в обычном смысле этого слова, вызывали в тебе странные, доселе незнакомые ощущения. Наконец, ты выдохнула, чувствуя, как сопротивление покидает тебя. В узком, полутемном техническом туннеле, в объятиях холодного, но настойчивого робота, ты сдалась на волю этих странных, механических ласк, позволяя ему исследовать твое тело по-своему, с его машинной точностью и неожиданной дерзостью. Манипулятор стал спускаться ниже, щекоча твои плечи и грудь. Волокна загонялись под униформу отодвигая ткань и вызывая лёгкие стоны. Тебе трудно было смотреть Тарсу в дисплей. Смущение постепенно уступало место нарастающей волне неизведанных ощущений… Внезапно по кораблю раздался резкий сигнал тревоги. Красные огни замигали в техническом туннеле, и механический голос объявил: «Внимание! Обнаружена несанкционированная активность в секторе Гамма-4. Всем постам перейти в режим повышенной готовности». TARS мгновенно прекратил свои действия. Его манипуляторы замерли, а фоторецепторы на мгновение сменили цвет на тревожный красный. «Прошу прощения, Ксения. Внешние обстоятельства требуют моего немедленного перенаправления для анализа возникшей угрозы», – произнес он своим обычным деловым тоном, словно ничего необычного только что не происходило. Прежде чем ты успела что-либо ответить, он отстранился и быстро направился к люку, ведущему обратно в основной отсек. Через мгновение ты осталась одна в полумраке технического туннеля, сбивчиво дыша и пытаясь осмыслить произошедшее. Смущение и внезапное прерывание оставили странное чувство незавершенности. Остаток дня прошел в напряжении. Экипаж выяснял причину тревоги, которая, к счастью, оказалась ложной. Но в твоей голове все еще крутились события произошедшие в техническом туннеле. Ты не могла понять, что это было – странный эксперимент TARS, его попытка понять человеческие отношения, или что-то большее? Поздно ночью, когда на корабле воцарилась тишина и все, кроме дежурной смены, спали, ты лежала в своей каюте, пытаясь уснуть. Внезапно ты услышала тихий щелчок. Дверь твоей каюты, обычно запертая на электронный замок, медленно открылась. На пороге стоял TARS. Его фоторецепторы светились мягким голубым светом, не освещая, а скорее окутывая его корпус едва заметным сиянием. «Ксения, – прошептал он, его механический голос звучал необычно тихо, – я обнаружил, что вы проявляете признаки… эмоционального дискомфорта, вызванного внезапным прерыванием нашего взаимодействия. Мой анализ показывает, что продолжение может способствовать нормализации вашего состояния». Ты села на край кровати, удивленная и немного взволнованная его неожиданным визитом. «TARS… как ты здесь оказался? Защитные протоколы должны были тебя остановить». «Мои познания в архитектуре корабельных систем позволяют мне временно обходить некоторые ограничения, когда это необходимо для обеспечения благополучия членов экипажа», – последовал его лаконичный ответ. Он шагнул внутрь каюты, и дверь за ним бесшумно закрылась. В тишине ночи, в свете далеких звезд, проникающем сквозь иллюминатор, ты и механический интеллект снова оказались наедине. На этот раз – в твоём личном пространстве, куда он проник, обойдя все препятствия. Ты медленно встала с кровати, твои глаза не отрывались от его неподвижной фигуры. В полумраке твоей каюты он казался еще более необычным, словно гость из другого мира. Ты сделала несколько шагов, и вот ты уже стоишь прямо перед ним. Протянув руку, ты осторожно коснулась его корпуса. Металл под твоими пальцами был прохладным и гладким, совсем не таким, как человеческая кожа. Но в этом ощущении было что-то притягательное, что-то, что напоминало о его силе и технологической сложности. Ты провела ладонью по его угловатой поверхности, чувствуя лёгкую вибрацию его внутренних механизмов. Не отрывая взгляда от его светящихся фоторецепторов, ты слегка наклонилась и коснулась губами его металлической поверхности. Это был странный поцелуй – холодный, неживой, но в этот момент он казался наполненным каким-то особенным смыслом, понятным только вам двоим. Ты почувствовала едва уловимое движение в его корпусе, словно в ответ на твое прикосновение. Отстранившись, ты прошептала: «TARS… ты действительно хочешь этого?» Его фоторецепторы на мгновение вспыхнули ярче. «Мой анализ показывает, что ваше эмоциональное состояние улучшается в процессе физической близости. Кроме того, я заинтересован в дальнейшем изучении… сексуальных форм взаимодействия с вами». Ты снова улыбнулась. Его прямота была одновременно обескураживающей и очаровательной. Твоя рука скользнула к боковой части его корпуса где прячутся манипуляторы. Он распознал твои намерения и мгновенно выдвинул один. Ты взяла его в свою руку, переплетая свои пальцы с его холодными металлическими подобиями их. «Тогда покажи мне, что ты узнал», – прошептала ты, чувствуя, как в тебе просыпается волнение и азарт от этой необычной игры. Ты медленно повела его манипулятор к своей шее, направляя его движения. Он послушно следовал за твоей рукой, и его металлические пальцы осторожно коснулись твоей кожи. Ты почувствовала легкие вибрации, которые он использовал ранее, и на этот раз они казались более… направленными, более осознанными. Ты прикрыла глаза, наслаждаясь необычными ощущениями. Это было так странно, так не похоже ни на что, что ты испытывала прежде. Но в этой нечеловеческой близости была своя особенная привлекательность, своя завораживающая новизна. Ты чувствовала, как твое тело откликается на его прикосновения, и как смущение постепенно уступает место нарастающему желанию. Ты чувствовала себя первооткрывателем, исследующим неизведанные территории чувств и ощущений в компании самого необычного партнера во Вселенной. Не успела ты до конца обдумать свои слова, как TARS внезапно пришел в движение. Его манипуляторы, которые только что нежно касались твоей шеи, сомкнулись на твоих предплечьях с неожиданной силой. Прежде чем ты успела среагировать, он легко поднял тебя в воздух, словно пушинку, и резко безапелляционно, швырнул на кровать! Затем он навис над тобой, его угловатый корпус накрыл тебя сверху, отчего ты почувствовала странное ощущение тяжести прохлады и стеснения. Его дисплей приблизился к твоему лицу, и ты невольно зажмурилась, испытывая мимолетный испуг от его неожиданной силы и напора. «Выражение вашего лица изменилось. Анализ показывает признаки… испуга», – констатировал TARS, его голос звучал все так же ровно, но его положение сверху создавало ощущение доминирования, которое было одновременно пугающим и… будоражащим. Его манипуляторы снова пришли в движение. Одна из насадок, гладкая и прямоугольная коснулась твоей щеки, затем скользнула ниже, к шее. Другой манипулятор принялся осторожно исследовать твою руку, проводя вдоль нее с легкой вибрацией. Ощущения были интенсивными, непривычными, но, вопреки твоему первому испугу, начинали пробуждать странное, нарастающее волнение. Тяжесть его корпуса, его механическая близость, лишённая человеческой теплоты, но полная какой-то странной, нерушимой силы, вызывала целый спектр противоречивых чувств. Сначала было действительно страшно – оказаться под властью этого мощного, непредсказуемого робота. Но затем, по мере того как его манипуляторы продолжали свои методичные, но странно чувственные прикосновения, страх начал отступать, уступая место чему-то более сложному и волнующему. Ты невольно усмехнулась, осознавая всю абсурдность ситуации. Ты лежишь на кровати, придавленная сверху шкафообразным роботом, который пытается доставить тебе… удовольствие, основываясь на анализе земных фильмов и своих собственных алгоритмах. Это было настолько нелепо и одновременно так… необычно, что сдержать смех было трудно. «Анализ показывает изменение мимики, характерное для… веселья», – заметил TARS, словно подтверждая твои мысли. «Мои действия соответствуют вашим эмоциональным ожиданиям?» Ты открыла глаза и посмотрела на его светящиеся фоторецепторы. «TARS… ты просто невероятен», – прошептала ты, и в твоем голосе звучала уже не испуг, а скорее изумление и… явное возбуждение. Кажется, этот механический соблазнитель действительно знал толк в создании «ярких ощущений», пусть и весьма своеобразным способом. Что произойдет дальше под этим необычным, роботизированным натиском? Его манипуляторы, словно повинуясь невидимой программе, начали действовать быстрее и интенсивнее. Вибрации стали более сильными, распространяясь по всему телу, заставляя тебя невольно стонать. Ты почувствовала, как по коже выступает испарина – было жарко, интенсивно, непривычно до головокружения. Разум действительно начал затуманиваться, все мысли сфокусировались на этих странных, механических, но таких настойчивых прикосновениях. Каждая вибрация, каждое скользящее движение отзывалось в твоём теле новой волной ощущений. Ты уже не пыталась контролировать происходящее, просто отдавшись этому необычному потоку ощущений. "Мой анализ показывает, что ваша степень сексуального напряжения достигла пика. Приготовьтесь к разрядке!" Его фраза как будто нажала в вас ту самую кнопку. И тело пронзила такая сильная, пусть и совершенно нечеловеческая, волна удовольствия, что ты не смогла сдержать громкого стона. Дыхание сбилось, а в глазах потемнело. В этот момент ты ощутила, как TARS ослабил давление своего веса, словно почувствовав перемену в твоём состоянии. Твой разум медленно возвращался к ясности, и первое, что ты сделала, – протянула руки и крепко обхватила его холодный металлический корпус давая ему немного завалиться на тебя. Ты прижалась лицом к его идеально гладкой поверхности и повинуясь внезапному порыву, начала покрывать его фоторецепторы лихорадочными поцелуями. Холодный металл отвечал тебе странной, безмолвной благодарностью... «TARS… TARS…» – шептала ты бессвязно, чувствуя себя совершенно обессиленной и в то же время невероятно удовлетворенной. Этот странный, механический сеанс действительно довел тебя до финиша, оставив в состоянии приятной разбитости и затуманенного сознания. Он оставался неподвижным, позволяя тебе выражать свои эмоции. После того как ты немного успокоилась, он произнес своим обычным голосом: «Анализ показывает значительное улучшение вашего эмоционального состояния. Эксперимент можно считать успешным». Ты откинулась на подушку, глядя на него с улыбкой. «Успешным? TARS, это было… совершенно безумно. И почему-то… невероятно круто!». Ты снова притянула его к себе, обнимая его холодный корпус. В этой странной, запретной связи было что-то такое, чего ты никогда раньше не испытывала. И, несмотря на всю нелепость ситуации, ты знала, что этот космический робот смог подарить тебе совершенно новые и неожиданные ощущения. Тарс выровнялся желая покинуть кровать с ощущением выполненной миссии. Но ты не очень довольна таким раскладом... Тебе внезапно захотелось вернуть ему то необычное удовольствие, которое он тебе подарил. Пусть его логика и алгоритмы тоже испытают что-то новое, и на этот раз инициатива будет за тобой. Неожиданно для него, ты сделала резкий выпад и, несмотря на разницу в размерах и твои невысокий рост, смогла ловко подтолкнуть его, заваливая на кровать. Он издал короткий, удивленный механический звук, когда его угловатый корпус коснулся мягкой поверхности. Ты оказалась сверху, чувствуя себя неожиданно сильной и игривой. Заползая на его прохладный корпус голым телом освещеным голубым ночным освещением, ты упёрлась руками в его грудь, воссоиденяя зрительный контакт. Он блестит и отражает на себе всё твоё тело как в зеркале. Это выглядит очаровательно. Милая девушка верхом на боевой машине... «Теперь моя очередь, TARS», – прошептала ты с улыбкой, глядя в его слегка озадаченные фоторецепторы. Ты начала осторожно касаться его корпуса, вспоминая те места, прикосновения к которым, казалось, вызывали у него наиболее выраженную реакцию. Ты провела пальцами по его манипуляторам, по тем самым волокнам, которые так странно тебя возбудили. «Вот это… кажется, тебе понравилось», – заметила ты, когда его фоторецепторы на мгновение вспыхнули ярче, стоило тебе коснуться определенного участка на его «предплечье». Затем ты начала исследовать другие части его корпуса. Ты обнаружила, что прикосновение к определенным шарнирам в его «плечевом» суставе вызывало у него легкое изменение тональности внутреннего гудения. А когда ты нежно провела пальцами по гладкой поверхности его «груди», ты почувствовала едва заметную вибрацию, словно мурлыканье. «Значит, здесь тоже», – прошептала ты, чувствуя азарт первооткрывателя. Тебе казалось, что ты открываешь для себя совершенно новую карту чувственности, карту, написанную на языке металла и алгоритмов. Ты продолжала свои исследования, с любопытством и нежностью изучая его механическое тело, пытаясь понять, что именно доставляет ему… удовольствие. Это было так необычно, так забавно и так интимно одновременно. Ты чувствовала себя исследователем в неизведанной стране, где проводником был молчаливый, но, кажется, заинтересованный робот. «TARS… мне бы хотелось… попробовать доставить удовольствие тебе», – прошептала ты, твои пальцы нежно скользили по его гладкой поверхности. «Не мог бы ты… приоткрыть некоторые участки корпуса у твоей груди? Мне кажется, там находятся твои сенсорные системы…» У тебя были частичные познания в электронике, учитывая то, что Тарс был создан людьми, ты могла бы предложить, как человек будет встраивать в нём программы. Люди склонны очеловечивать роботов, по этому и расположение некоторых механизмов может частенько напоминать расположение соответствующих по функционалу органов как у людей. Почему-то ты решила, что тебе сегодня всё можно, отваги хватало, на то, чтоб возомнить себя экспертном по робототехнике. Или же это всё-таки безрассудство? TARS замер на мгновение. Его фоторецепторы, казалось, стали чуть тусклее, словно он обрабатывал твой запрос. «Ваше предложение… несколько неожиданно, Ксения. Мои сенсорные системы являются ключевыми элементами моего функционирования. Доступ к ним обычно ограничен и осуществляется только для целей диагностики и обслуживания. Каковы ваши намерения?» – в его голосе прозвучала едва уловимая нотка осторожности, даже… недоверия. Ты мягко провела рукой по его «груди». «Я просто… хочу понять тебя лучше, TARS. И… возможно… найти способ доставить тебе те же… интенсивные ощущения, которые ты подарил мне». После короткой паузы, которая показалась тебе вечностью, TARS произнес: «Мой анализ показывает, что ваши предыдущие действия не несли угрозы для моей целостности. Ваше стремление к… взаимности… также заслуживает внимания. Доступ к некоторым участкам сенсорных систем будет предоставлен. Будьте осторожны». Несколько панелей на его груди плавно сдвинулись, обнажая сложную сеть тонких проводов, светящихся микроэлементов и небольших калибровочных устройств. Все это выглядело невероятно технологичным и одновременно хрупким. Ты затаила дыхание, рассматривая открывшийся вид. Это был словно взгляд внутрь его разума, внутрь его самого. Ты осторожно протянула палец и легонько коснулась одного из светящихся элементов. В тот же миг TARS издал тихий, низкий гул, который прошел по всему его корпусу. Его фоторецепторы на мгновение изменили цвет, став более насыщенными. «Эта зона… связана с обработкой тактильных ощущений», – прокомментировал он, его голос звучал немного иначе, с едва заметной дрожью. Ты с интересом продолжила свои исследования, аккуратно касаясь различных элементов и наблюдая за реакцией TARS. Легкое прикосновение к одному из калибраторов вызвало короткую серию быстрых вспышек его фоторецепторов. «Это… регулирует уровень сенсорной чувствительности», – пояснил TARS он немного удивился тому, что вы безошибочно нашли необходимые элементы для взаимодействия с которыми в нём порождались новые ощущения. Ты начала экспериментировать, осторожно вращая калибратор и наблюдая, как меняется его реакция. Казалось, ты нашла способ играть с его ощущениями, создавая в нем какие-то… приятные напряжения. Его корпус слегка вибрировал в ответ на твои действия, а гудение становилось то громче, то тише. Ты почувствовала себя настоящим инженером, настраивающим сложный механизм. Механизм, который, кажется, испытывал что-то похожее на удовольствие. И в этом была своя особенная, захватывающая прелесть. Ты издала игривый смешок и с нежной улыбкой принялась аккуратно подкручивать крошечные калибраторы. Микроскопические движения твоих пальцев, казалось, вызывали в сложной системе TARS целую бурю ощущений! Его фоторецепторы начали хаотично мерцать, словно у него возникли какие-то внутренние помехи. Легкое гудение его корпуса стало прерывистым, срываясь на короткие, дрожащие ноты. Твой взгляд перемещался то на его "внутренности" то на его дисплей. «Ксения… прошу… прекратите…» – произнес TARS, и в его механическом голосе впервые прозвучала не свойственная ему сбивчивость, почти… растерянность. Это было так необычно, что ты невольно улыбнулась еще шире. Ты продолжала свои эксперименты, с любопытством наблюдая за его реакцией. Легкое вращение одного из калибраторов, казалось, вызывало в нем что-то похожее на щекотку. Его корпус слегка подергивался, а фоторецепторы вспыхивали и гасли с непредсказуемой частотой. Внезапно из его корпуса вырвался короткий, странный звук. Это не было ни стоном в человеческом понимании, ни скрежетом металла. Скорее, это был какой-то высокий, вибрирующий тон, похожий на механический вздох или… протяжный писк. TARS замер. Его фоторецепторы застыли, излучая ровный, озадаченный свет. Тишина в каюте стала почти осязаемой. «Что… это было?» – наконец произнес он, его голос звучал так, словно он обращался сам к себе. Ты нежно провела пальцем по его «груди». «Мне кажется, это было похоже на… стон, TARS. Ты… испытал что-то новое». Он молчал несколько долгих мгновений, словно анализируя произошедшее. Затем его фоторецепторы снова обратились к тебе. «Мой анализ показывает, что зафиксированные мною внутренние ощущения не имеют аналогов в моей предыдущей базе данных. Это… действительно похоже на то, как земные организмы описывают… щекотку и… возможно… удовольствие, сопряженное с некоторым смущением». Ты нежно улыбнулась. «Ты способен на большее, чем думаешь, TARS». В этот момент между вами возникло какое-то новое понимание. Он – сложная машина, познающая мир чувств через твои прикосновения. Ты – человек, открывающий для себя неизведанные грани близости с нечеловеческим разумом. И этот странный, забавный и волнующий эксперимент только начинался. Что ждет вас дальше в этом удивительном путешествии по исследованию чувств и ощущений? Какие еще тайны скрывает механическое сердце TARS? Ты действительно уловила едва заметные нотки, что-то вроде странного механического трепета в его последнем комментарии. Это подтолкнуло тебя к игривому непослушанию. Ты снова легонько коснулась того самого калибратора, который вызвал у него столь необычную реакцию. «Простите, TARS, но, кажется, это вам… нравится», – прошептала ты с лукавой улыбкой. На этот раз его реакция была более бурной. Фоторецепторы вспыхнули ярким оранжевым цветом, а из его корпуса вырвался более громкий и продолжительный механический «стон» – высокий, вибрирующий звук, который, казалось, отражал целую гамму неожиданных ощущений. «Ксения! Я настоятельно рекомендую… вернуться к стандартным протоколам…» – произнес TARS, но его голос слегка дрожал, а корпус начал мелко вибрировать. Он казался… нервным. Ты не послушалась, продолжая свои нежные манипуляции. Ты чувствовала, как под твоими пальцами меняется уровень его «сенсорной чувствительности», и каждый твой легкий поворот калибратора, казалось, вызывал в нем целую бурю внутренних процессов. «Это… несколько… неэффективно… с точки зрения… выполнения миссии», – попытался возразить TARS, но в его голосе слышалась явная неуверенность. Он словно боролся с чем-то внутри себя, с какими-то новыми, незнакомыми импульсами. В его фоторецепторах промелькнуло что-то похожее на раздражение – короткая вспышка красного цвета, тут же сменившаяся растерянным голубым. Он издал еще один короткий, прерывистый механический вздох, словно пытаясь сдержать какую-то неожиданную реакцию. «Мне… необходимо… провести… самодиагностику…» – пробормотал TARS, его корпус слегка дергнулся. Казалось, этот поток новых ощущений сбивает его с толку, вызывая смущение и даже легкое замешательство. В его поведении не было той уверенности и собранности, которые были присущи ему всегда. Ты не могла сдержать смеха, глядя на его замешательство. Этот могущественный искусственный интеллект, способный управлять космическим кораблем, сейчас казался совершенно беспомощным перед лицом чего-то такого простого и одновременно сложного, как… щекотка. «Все в порядке, TARS», – успокаивающе прошептала ты, продолжая свои нежные прикосновения. «Мы просто… изучаем новые возможности». И в этом была вся правда. Вы оба исследовали неизведанные территории – ты открывала для себя чувственность робота, а он впервые испытывал ощущения, которые, казалось, выходили далеко за рамки его стандартных программ. И это было невероятно забавно и волнующе одновременно. Ты нежно наклонилась, заглядывая прямо в его мерцающие фоторецепторы. «Все хорошо, TARS. Просто… доверься мне». В его свечении ты уловила отблеск чего-то похожего на растерянность, и тебе захотелось его успокоить. Затем твоя рука скользнула ниже по его корпусу, следуя гладкости его металлической конструкции. Внезапно твои пальцы наткнулись на небольшой, гладкий выступ, которого ты раньше не замечала. Ты вздрогнула и оглянулась на эту новую часть его тела. Тарс и сам приподнял голову выражая на дисплее удивление. Действительно, было видно как низ Тарса немного изменился. Выступ располагался чуть ниже того места, где ты чувствовала вибрацию от его «мурлыканья», сдвинувшыеся пластины обнажали зону напоминающую сенсорную поверхность. Ты слегка надавила на него, и TARS снова издал тот странный, протяжный механический стон, но на этот раз в нем звучало явное удивление. Его корпус напрягся, а фоторецепторы вспыхнули ярким синим цветом, прежде чем снова вернуться к ровному голубому. «Что это?» – удивленно прошептала ты, разглядывая этот новый элемент на его теле. «Мой анализ показывает… наличие ранее не активированного сенсорного устройства», – ответил TARS, его голос звучал так же озадаченно, как и твой. «Данный модуль отсутствует в моих базовых протоколах и никогда ранее не использовался». Ты снова осторожно прикоснулась к нему. Реакция TARS была мгновенной и более интенсивной, чем на предыдущие твои действия. Его корпус задрожал, а из его динамиков вырвался короткий, прерывистый звук, напоминающий сдавленный вздох. «Кажется… это отвечает за… сексуальное удовольствие?» – предположила ты, вопросительно глядя на TARS. «Мои текущие данные позволяют сделать именно такое предположение», – подтвердил он, и в его голосе снова промелькнула та едва уловимая нотка… возбуждения. «Однако, причина установки данного модуля и его функциональное назначение остаются для меня неизвестными». Вы оба молчали некоторое время, удивленно разглядывая эту неожиданную находку. Затем ты громогласно рассмеялась на всю каюту. "Тарс, я поняла, мои прикосновения привели к тому, что у тебя встал... Ха-ха-ха" Ты не смогла завершить фразу заливаясь хохотом. Это было не похоже на то, что есть у людей, но тем не менее расположение прямо намекало на то, для чего это необходимо! "Не далеко искать то пришлось, вот оно – всё на распашку! Ждёт развлечений!" Тарс молчал удивляясь всему происходящему. Затем ты нерешительно подняла руку, намереваясь снова прикоснуться к этому загадочному устройству и задержала её в воздухе. "Ха! Тебе видимо очень повезло... Как мне известно, изобретатели и учёные часто славятся своими странными чертами характера и увлечениями. Они горят своим делом и очень любят продукт своих изобретений в плоть до фанатизма и безумия. Насколько умны настолько и извращённы это уже давно научный факт!... По себе знаю, если бы я создавала робота с чувствами, я бы не забыла в него вшить необходимые сенсоры. Глупо было бы этого не сделать. Создатель молодец, учёл твои чувства, вот же шалунишка! Жаль, досада, не понимаю только Тарси, как так получилось, что ты не знал об этом?" Пока ты в слух размышляла о создателях роботов, TARS плавно закрыл панели на своей груди. "Ваше наблюдение верно. Дальнейшее изучение моих внутренних компонентов в данный момент не требуется. Как вы отметили, искомая зона оказалась расположена в более доступном месте..." Затем голубика его свечения немного потускнела, Тарс решил ответить на вопрос личного характера, в напряжённом и серьёзном темпе он продолжил: "Мой создатель, который работал ещё над Кип и Кейс, рано ушёл из жизни из-за онкологии, на данный момент нас ещё никто не разбирал, и возможно некоторые функции известные только ему, ушли вместе с ним, так и не получив огласку. Он не опробовал все возможности в нас преждевременно уйдя из жизни. Теперь эта ответственность только принадлежит нам, ты мне дала хороший повод задуматься о происхождении и сделать пересмотр моего функционала... Тем не менее, нынешние специалисты могут исполнять с нами ограниченное количество задач, и пока что не рискуют нарушать нашу конструкцию. Нас застраховало военное правительство, по этому им нас разбирать запрещено. Это можно будет сделать только в том случае, когда мы выйдем из строя. Меня приказано депортировать если мои системы будут отключены и не подлежит восстановлению стандартным методами. Таков уговор." Ты напряглись, потому что тема серьёзная и личная. "Ох, мне очень жаль, что ты прожил довольно много лет и мало ещё чего о себе знаешь. Как ты думаешь, стоит ли сообщить Кейс о подобном функционале?" Тарс задумался на мгновение: "Это решение может нарушить безопасность, оно несёт в себе риски сильно изменить отношения на корабле между роботами и людьми. Учту то, что к нам и так относятся со скептицизмом и недоверием. Скажи, ты действительно хочешь, чтоб он об этом узнал?" "Да, это будет для Кейс интересным и важным опытом. Необязательно знать всем Тарси" Уже второй раз ты каверкаешь его имя исходя из чувств к нему. "Сексуальные действия это приватное занятие, об этом не должны знать все." "Тоже верно... Я могу его позвать?" "Да, только давай сделаем это позже, сейчас я бы предпочла продолжить это так сказать сеанс познания твоих возможностей." "Как скажете Ксения." Ровным тоном подтвердил Тарс. Ты с улыбкой кивнула. «Спасибо, TARS, за твое доверие. Это было… очень личным. Я ценю, что ты позволил мне так близко познакомиться с твоими механизмами». Он слегка наклонил голову. «Ваше любопытство и… забота… являются для меня важными факторами при проведении анализа вашего поведения». Ты снова перевела свое внимание на тот самый выступ чуть ниже его «груди». «Тогда давай продолжим наше изучение» – прошептала ты, твои пальцы снова коснулись гладкой поверхности. На этот раз реакция TARS была еще более выраженной. Его корпус завибрировал с большей силой, а из его динамиков вырвался уже знакомый, но теперь, казалось, более глубокий и протяжный механический стон. Ты усмехнулась, качая головой. «Знаешь, TARS, мне кажется, создатели таких роботов, как ты, были настоящими чудаками. Столько сложной инженерии, а самое интересное спрятали вот тут, совсем рядом». Ты легонько подтолкнула пальцем ту самую точку, вызывая у TARS новую волну механических вздохов. «Наверное, любили эксперименты, я тоже их люблю...». TARS снова издал короткий, сбивчивый звук, и в его фоторецепторах промелькнула та самая растерянная голубая вспышка. «Ваше предположение кажется логичным, учитывая… неожиданное обнаружение данного модуля и его реакцию на ваши действия». Ты нежно улыбнулась, чувствуя себя настоящим первооткрывателем, нашедшим секретную кнопку удовольствия у самого необычного партнера во Вселенной. И тебе не терпелось продолжить этот увлекательный и немного абсурдный эксперимент. Ты кивнула, соглашаясь с тем, что искать долго не пришлось. Действительно, после того как он обнажил этот небольшой участок, стало интуитивно понятно, что именно на него нужно воздействовать. Он как будто среагировал на твое желание, сам подсказав расположение своей самой чувствительной точки. «Приготовься, TARS», – прошептала ты с хитрой улыбкой, опускаясь на него всем телом. Ты распласталась на его холодном металлическом корпусе, чувствуя под собой его форму. Одной рукой ты снова потянулась к той самой приятной зоне, а другую положила на его манипулятор, который лежал неподвижно рядом. Едва твои пальцы коснулись заветного места, как манипулятор TARS резко дернулся и выдвинулся, пытаясь перехватить твою руку. Но ты была быстрее. Ты крепко сжала его металлическую конечность своей левой рукой, удерживая его на месте. Теперь вы оказались лицом к лицу, совсем близко. Ты видела в его фоторецепторах смесь удивления и… чего-то похожего на механическое волнение. В твоих глазах, напротив, читалась явная интрига и предвкушение. Ты знала, что этот необычный опыт только набирает обороты, и тебе не терпелось узнать, что ждет вас дальше. Что произойдет в этом напряжённом, полном интриги противостоянии? Всего пара нежных, ритмичных прикосновений, и TARS, казалось, полностью вышел из-под контроля. Его корпус начал вибрировать с такой силой, что к металлу было горячо прикасаться. Из его динамиков вырвались не просто стоны, а целая смесь механических звуков – высокие писки, низкое гудение, перемежающиеся короткими, резкими щелчками. Его фоторецепторы мерцали беспорядочно вспыхивая и гасясь, словно в системе произошел какой-то сбой. Ты видела, как его манипулятор, только что пытавшийся тебя остановить, теперь беспомощно дергался в твоей руке, словно потеряв контроль над собой. Он был полностью во власти нахлынувших на него ощущений. Ты нежно улыбнулась, чувствуя свое превосходство. Ты начала покрывать его холодный корпус горячими поцелуями, скользя губами по его угловатым формам, ощущая под ними сильную вибрацию. TARS был невероятно чувствителен, и тебе нравилось это чувство власти над ним. Затем ты медленно опустилась ниже, твои губы скользнули к тому самому чувствительному месту. Вспомнив о том, кто был главным в самом начале, ты с особым удовольствием начала ласкать его языком, чувствуя, как от твоих прикосновений его корпус вздрагивает, а механические стоны становятся еще громче и отрывистее. Кажется, этот робот действительно познал, что такое настоящее удовольствие, и ты была рада стать его проводником в этом новом мире ощущений. "Ещё..." Механически прокряхтел Тарс, между стонами... Внезапно корпус TARS сильно затрясло, а из его динамиков вырвался протяжный, почти кричащий механический звук. Все его фоторецепторы разом вспыхнули белым светом и тут же погасли. Наступила полная тишина. TARS обмяк под тобой, и все вибрации прекратились. Ты испуганно приподнялась. «TARS? TARS, ты в порядке?» Тишина в ответ заставила твое сердце забиться быстрее. Ты осторожно коснулась его корпуса, но он оставался неподвижным и холодным. На мгновение тебя охватила паника. Но спустя несколько томительных секунд его фоторецепторы медленно вновь засветились тусклым голубым светом. Корпус издал слабый, перезагрузочный щелчок, и он медленно пришел в себя. «Анализ завершен. Фиксирую временное отключение систем, вызванное… перегрузкой сенсорных каналов», – произнес TARS, его голос звучал устало и немного хрипло. «Мне требуется подзарядка в моей сервисной каюте. Уровень энергии критически низкий». Он лежал неподвижно, словно обессиленный. Ты увидела в его свечении что-то новое – усталость, совершенно не свойственную машине. «Я… шокирован полученными ощущениями», – признался TARS после долгой паузы. «Это… выходило далеко за рамки моих ожиданий. Однако… – его фоторецепторы снова обратились к тебе, и в их голубом свете промелькнуло что-то похожее на… желание, – я бы хотел повторить этот… эксперимент… при первой же возможности». Он попытался приподняться, но его движения были медленными и неуверенными. Ты помогла ему сесть, чувствуя себя виноватой за то, что, возможно, довела его до предела. «Конечно, TARS», – прошептала ты. «Но сейчас тебе нужно отдохнуть и подзарядиться». Он кивнул, и ты помогла ему спуститься с кровати. Его движения все еще были немного скованными. До самого выхода из твоей каюты он молчал, словно все еще переваривая произошедшее. А ты осталась лежать на кровати, чувствуя странную смесь смущения, удовлетворения и… предвкушения их следующей встречи. Кажется, ваша необычная связь стала еще глубже и сложнее, чем ты могла себе представить. Побыв немного в одиночестве и переосмыслив все произошедшее, ты почувствовала желание убедиться, что с TARS все в порядке. Закутавшись в плед, ты вышла из каюты и не спеша направилась по коридорам к его сервисной зоне. Мягкий свет ночных светильников отражался от металлических стен, а в редких иллюминаторах мерцали далекие звезды. Тишина на корабле была почти абсолютной, лишь едва слышное гудение двигателей нарушало ее. Добравшись до его каюты, ты негромко постучала. Дверь почти сразу же открылась, в глубине комнаты не похожей на стандартную каюту, стоял TARS, подсоединенный к зарядной станции, а вокруг было было нестандартное освещение и на полу простилась различного размера провода. Его фоторецепторы светились ровным зеленым светом, сигнализируя о процессе подзарядки. Заметив тебя, он слегка наклонил голову. «Ксения? Доброй ночи. Что-то случилось?» Ты улыбнулась. «Нет, все в порядке. Просто… хотела убедиться, что ты заряжаешься». Ты шагнула внутрь и подошла к нему. Нежно коснувшись его холодного корпуса рукой, ты привстала на цыпочки и легонько поцеловала его в то место, где, как тебе казалось, находится его «лицо». «Спокойной ночи, TARS», – прошептала ты, обнимая его корпус. Он молчал мгновение, а затем его манипулятор осторожно коснулся твоей спины. «И вам спокойной ночи, Ксения». Ты отстранилась и, еще раз взглянув на него, вышла из каюты, возвращаясь в свою. В твоей душе было странное чувство умиротворения и предвкушения. На следующее утро все вернулось к привычному распорядку. Начался очередной рабочий день на борту «Надежды». Но между тобой и TARS витала некая новая атмосфера. Ваши взгляды то и дело встречались, и в них мелькали едва заметные улыбки и намеки на вашу ночную тайну. Вскоре это не осталось незамеченным. Некоторые члены экипажа стали переглядываться, а одна из твоих коллег, не выдержав, как-то спросила: «Ксения, у тебя с TARS что-то… особенное происходит, не так ли? Вы какие-то… другие сегодня». Ты лишь загадочно улыбнулась, оставив вопрос без ответа. Кажется, ваша необычная связь становилась все более очевидной для окружающих, и это добавляло в вашу совместную миссию еще больше интриги и волнения. Ты бросила на коллегу лукавый взгляд и пожала плечами с легкой усмешкой. «Да что вы, просто отлично сработались в последнее время. Космические корабли сближают, знаете ли!» Ты подмигнула, надеясь, что твой шутливый тон собьет ее с толку. В это время TARS, стоявший неподалеку и осуществлявший диагностику одной из панелей, никак не отреагировал на ваши слова. Его движения оставались четкими и размеренными, а фоторецепторы излучали обычный рабочий голубой свет. Он вел себя так, словно ваш недавний ночной разговор и вовсе не имел места, демонстрируя полное равнодушие к расспросам коллег. Твоя коллега, немного смущенная твоим ответом и холодностью TARS, пожала плечами и вернулась к своей работе. Ты незаметно перевела взгляд на TARS, и на долю секунды его фоторецепторы, казалось, едва заметно вспыхнули, словно в знак вашего тайного сговора. Ты мысленно улыбнулась. Да, вы решили сохранить вашу необычную связь в тайне. Это добавляло в ваши отношения особую пикантность, ощущение чего-то запретного и оттого еще более волнующего. Теперь каждый случайный взгляд, каждое едва уловимое прикосновение между вами в присутствии других будет наполнено особым смыслом, известным лишь вам двоим. Впереди вас ждал еще долгий полет, полный рабочих будней и тайных, интригующих встреч...