Одиннадцать лет нашего лета

«Мне было шестнадцать, когда мы виделись в последний раз  Стоял жаркий августовский день. Лето пролетело совсем незаметно, словно мы только вчера увиделись впервые за год разлуки. Сидя на лавочке, возле двора бабули, никому бы и в голову не пришла мысль, что никто из нас больше не насладится подобным летом. Горячими знойными днями и до дрожи в коленках холодными ночами. Полями кукурузы, которой можно было втихаря нарвать, а после неделю лежать с недомоганием, потому что она была еще зеленой. Или поездками на велосипедах по округе, до головокружения и солнечного удара. Вспоминать подобное крайне приятно, особенно осознавая сколько лет прошло, а мысли о детстве до сих пор греют душу»  **** Рутина убивает любое желание жить, особенно когда изо дня в день не происходит ничего нового. Краски, которыми были наполнены будни, смылись кажется с дождем, что лил в столице почти каждый день. Осталась лишь горечь взрослой и ответственной жизни, которую Феликс уж явно представлял не такой. Беззаботно делясь планами на будущее, парень представлял себя хореографом, актером или певцом, но в итоге он скучный и абсолютно никому не нужный юрист. Как банально. Хотя, разве у него был выбор. Наивно было искренне думать, что родители позволят ему выбрать занятие, что будет правда по душе, а не заставят продолжать семейный бизнес — вести юридическую контору. В целом, если прикинуть, многое из обсуждаемого в далеком детстве и юношестве растворилось в реалиях — Хён, давай пообещаем друг другу, что когда закончим университеты, то будем жить вместе. Заведем ребенка и небольшого щенка. Переедем подальше от этого гнилого общества. Что на счет Австралии или Канады?  Старший на такой внезапный полет фантазии Ли уже реагировал обыденно, укладывал голову ему на коленки, переплетая их руки в замочек и улыбаясь повторял «конечно» Прошло уже столько лет, а Феликс все еще, оставаясь в полной тишине и одиночестве, слышит это бархатное «конечно». А он ведь дурак верил. Верил, словам хена и ждал. Сначала поступления, а потом окончания каждого года, отсчитывая чуть ли не дни, до поставленной цели. Но приехав в такой долгожданный день, на обозначенное место встречи, которым была лавочка возле двора его бабули в деревне, никого там не оказалось. Уехав на обучение за границу, по словам бабушки хёна, возвращаться он никогда и не собирался. «Никогда не собирался». Рой мыслей тогда прожигал его все сильней, холодный пот прошелся по всему телу, а сердце кажется пустило трещину. Наивность, она присуща всем подросткам, но чтобы настолько сильная, нужно было постараться. Вспоминая сейчас те ощущения, лицо расплывается в грустной улыбке. Жить мечтой столь долгие годы, а после потерять ее в считаные секунды. Прошло почти одиннадцать лет, каждый из них живет своей жизнью, но по ночам, когда особенно тяжело, Феликс мысленно возвращается в деревню, чтобы опять иметь возможность умоститься под боком старшего, поиграть с его пушистыми кудрями, с которыми тот так отчаянно пытался бороться, да и просто наслаждаться жизнью так, как он и должен был. Жаль, что это всё только во сне  Чертов будильник выбивает последние силы, разрываясь прямо над ухом неприятной трелью. Ли может и сменил бы мелодию на другую, что будет не так раздражать и пугать с самого утра, но скорее всего ничего более разбудить его в такую рань не сможет. В квартире прохладно и пахнет немного цветами. Они к слову обновлялись раз в три дня. Сначала было странно покупать для себя что-то подобное, но сейчас, когда маленькие букетики вошли уже в привычку, Феликс никогда не откажет себе хоть в такой радости. Он искренне не знает, с чем именно связана такая любовь к цветам, но может лишь предположить. Что у его мамы, что у бабушки, в доме обязательно были подобные вещи. Следить и выращивать живые оказалось слишком трудно, а такие шалости в виде разноцветного набора тюльпанов или пионов, поднимали настроение с планки день гавно, до показателя — жить можно. Кофе машина запущенная перед душем сегодня гудит как-то слишком громко, так вдобавок еще и тарахтеть начала. Феликс уже даже номер мастера раздобыл, но позвонить тому все никак руки не доходят. Единственное, помимо кофе, что приводит по утрам его в тонус — душ. Зачастую горячий, чтобы кожу аж саднило от напора и температуры. Но сегодня все шло наоборот. Мало того, что кофе с трудом приготовилось, так половину Ли умудрился разлить, зацепив чашку рукой. А теперь еще и душ, что воду нагревал лишь до состояния, немного теплее, чем ледяная. Ко всему этому еще и добавился мэйл на почте от начальства, что уже не значило ничего позитивного. Понять, что день не задался уже с самого утра, было не самым приятным ощущением. Но деваться некуда. И единственное, что тешит сейчас — завтра суббота. Заслуженный выходной, который Феликс проведет в кроватке, в компании сладостей и каких-то сопливых дорам. Чтобы проснуться в первый будний день, с заплывшим лицом, потому что два дня рыдал над отношениями несуществующих героев. Хотя, такая картина, в перспективе, выглядит не так уж и плохо. Но отдых начинается аж завтра, поэтому сейчас, кое-как совладав с замерзшими, от не самого приятного душа, конечностями, Ли нужно было успеть собраться и не опоздать на автобус. Желания идти туда, где ты отсчитываешь буквально часы до окончания рабочего дня, абсолютно не было, но кормить себя и покупать цветочки у бабулей очень хотелось. Поэтому наспех натянув все, что не было еще в стирке и не забыв ничего, Феликс вылетает из квартиры. До остановки идти минут десять, но угрожающее расписание транспорта заставляет добраться до места назначения за три. И вот, тщательно уложенные волосы уже больше походили не на прическу, а на гнездо, при чем свитое очень недобросовестными птицами. Но это парня абсолютно не заботит, ведь получить выговор от начальства и уже сотое предупреждение, с громадной тирадой о том, как важно не просто вовремя, а даже заранее приходить, абсолютно точно не хотелось. Если бы он только знал, как же блондину похуй, он бы заплакал. В голове проносятся мысли о том, что жизнь ведь могла развернуться совсем иначе. Работа могла быть связана совсем не с сотней одних и тех же запросов, оригинальностью не отличающихся друг от друга. Парень мог сидеть себе дома, быть само занятым и быть в деле, которое искренне нравилось. Хотя, если уходить совсем в такие дебри мыслей, то и его личная жизнь была бы абсолютно другой. Моментально из воспоминаний всплывает образ парня, который буквально разворошил гнездо чувств и заставил почувствовать себя любимым. Его мягкие черты лица, худое, но жилистое тело, а главное смех — заразительный и громкий. Влюбивший в себя когда-то юного и не окрепшего Феликса  **** — Я понимаю ваше замешательство, но это не входит в мою юрисдикцию и я не могу вам помочь. Возможно вам следует обратиться с данной проблемой к нотариусу или же в прокуратуру, я к сожалению помочь вам не смогу  — Да я закрою вашу вшивую контору к чертям собачим. Просидеть тут почти два часа, чтобы мне дали отворот поворот. Сукины дети, — разгневанная женщина словно ураган вылетела из кабинета, хлопнув дверью так, что кажется парочка дипломов на стене, так и собирались рухнуть  Сил злиться на подобных нет. Она не первая и не последняя, кто сначала толком не выслушав комментарий юриста, говорит приступать к работе, которая к нему никак и не относится. Во всем этом радует только одно, часы близятся к отметке семи вечера, а значит совсем скоро, можно будет бежать домой со всех ног, чтобы завалиться в кроватку и проспать до следующего, походящего один на другой дня. Хотя, если подумать, сегодняшний день все таки будет разбавлен кое-чем. Поход в продуктовый. Малость приятного. Сначала определись, что хочешь съесть, а после еще и дотащи всё домой. Благо погода сегодня, не сильно пасмурная и остается надеяться на то, что дождь не хлынет в самый неподходящий момент  Из мыслей об окончании дня вырывает стук в дверь, а после виднеющаяся морда одного из коллег. Кажется, он пытается приударить и ухаживать за Ли уже почти год, что абсолютно тщетно, но бросать попытки тот видимо не собирается  — Слышал, последняя клиентка была совсем бесцеремонной. На ресепшене им пришлось успокаивать ее и давать направление и прочие указания, чтобы она хотя бы консультацию с тобой оплатила — Да, люди разные бывают, привыкаешь со временем  — Тяжелый день у тебя выдался. Может тебя подвезти, а то там кажется ливень собирается  Последние слова выбивают остатки пытающегося улучшиться настроения, заставляя подойти ближе к окну. И впрямь. Тучи затянуло темной пеленой, а с неба одна за одной срываются капли дождя. Вот тебе и сходил в магазин  — Мне не сложно. К тому же, ты всегда меня выручаешь и я хочу хотя бы так отплатить тебе  **** Единственная причина, по который Феликс сидит в чужой машине — нужда. А именно в еде. Не может же он питаться одной лапшой, что продается в киоске около его подъезда. Потому, пристегнувшись он смирно ожидает отправки. Атмосферу, что царила внутри салона уж точно нельзя было назвать легкой и непринужденной. Неловкость от всех попыток ухаживаний и признаний видимо чувствует не только Ли, но понятно становится одно, останавливаться этот парень явно не собирается  — Какие планы на завтра? Заслуженный выходной все-таки. Да и погода кажется в ближайшие два дня будет чудесной, — мужчина вроде бы внимательно ведет машину, но чертовски часто поворачивается и оглядывает Феликс, желание которого просто в тишине доехать хотя бы до магазина  — В субботу я буду весь день спать и смотреть дорамы. В воскресенье, дай подумать, всё то же самое, — парень пожимает плечами и демонстративно отворачивается к окну  Казалось бы, тебе делают такое одолжение, помогают от чистого сердца, но все эти уловки Ли знает наизусть. В самом начале он и правда старался очень аккуратно дать понять, что он не заинтересован в отношениях, тем более с этим человеком. Но отказы видимо лишь сильнее разжигали в оппоненте азарт добиться желаемого. Сейчас же нет ни сил, ни желания быть хорошим, милым и пушистым. Поэтому остаток дороги проходит почти в тишине, когда на еще с десяток вопросов Ликс отвечает сухо и явно незаинтересованно, парень и впрямь отстает. Высаживая его на остановке  — Уверен, что дойдёшь отсюда? Кажется дождь утихать еще не собирается, я могу подвезти тебя прямо к дому — Нет, не стоит утруждаться, мне тут недалеко, — продолжать говорить Ли явно не собирался, потому прижав как можно ближе к себе сумку с рабочими документами, что хочешь или нет, но приходится забирать домой, стараясь оббегать лужи помчался к магазину. Благо туда было всего пару шагов подать  Красиво уложенная с утра прическа, сейчас походила скорее на сопли, чем на что-то адекватное. Слегка зачесав их назад, парень поплелся во внутрь. Как и ожидалось, таких промокших бедолаг как он был целый гипермаркет. Кто-то был в тщетных попытках вызвать такси, кто-то решил просто ждать, пока все это недоразумение на улице хоть немного стихнет. Самые отважные с баулами покупок неслись прямо к остановке, где прежде высадили самого блондина. Но сейчас времени на рассматривание каждого из них не было. Главное скупиться, а дальше разбираться уже по делу. Решив начать именно с овощей, парень направился туда. Зачастую именно они составляли его основной рацион, ведь мясо вблизи от дома найти и впрямь тяжело, а ездить за ним каждый раз на автобусе или метро, малость приятного. Ко всему этому еще и лапшой было бы славно закупиться, но тут кажется нужно эксплуатировать кого-то из друзей, имеющих машину, ведь дотянуть самостоятельно подобное кажется пыткой. Риса особо много не купишь. Поэтому выбрав все овощи, что необходимы хотя бы на дней пять, ноги сами несут его в отдел со снеками. Та еще зависимость, преодолеть которую пока что кажется невозможным. Полки стенда ломятся от всяких вкусностей, а глаза сами по себе разбегаются. И вот, спустя долгие минуты раздумий правильный ответ прямо подсвечивает товар, как его кто-то тихонько окликает, дергая за палец. Благо, что он механически не выдернул свою руку, а лишь быстро повернул голову в сторону источника звука, которым оказалась маленькая девочка — Оппа, вам тоже нравятся сладкие палочки с принцессами? — вопрос сначала поверг его в ступор, но вспомнив то, к чему он тянул руку, чтобы приобрести, все вопросы мигом отпадают  — Да, мне нравится легкий вкус и не сильная сладость в этих палочках. А фигурки внутри я собираю, а после отдаю своей племяннице  — Ого. Вы такой добрый. А еще похожи на мою маму. Хотите быть моей мамой?  Загрузка информации была наверное слишком долгой, но сразу понять что имеет ввиду ребенок не получалось  — Не думаю, что твоя мама будет рада такое услышать. Кстати где она? Ты потерялась? — голова верится по сторонам, в поиске хоть кого-то, кто мог потерять ребенка, но видимо она ушла сильно далеко от родительницы, — Давай попробуем ее поискать. А ты пока расскажешь, как тебя зовут — Меня зовут Наёни  «— Наён. Красивое имя? — младший осторожно перебирает волосы старшего, изредка вплетая в них маленькие цветочки  — Ну, да, мне нравится. А чего ты спрашиваешь? Понравился кто-то с этим именем?  Младший наигранно дуется, тыкая своими крошечными пальцами тому под ребра, заставляя извиваться  — Нет, конечно же. Но мне кажется это очень красивое имя для ребенка. Если бы у меня была дочь, я бы ее точно так назвал. А мальчика, даже не знаю, чтобы ты выбрал?  — Ну, мне нравится имя Феликс. Очень красивое  Смущенное и без того лицо веснушчатого еще больше заливается краской, а по плечу старшего прилетает удар  — Ладно, ладно. Мне не важно, как будет звать малыша. Я доверяю этот выбор тебе» — Какое красивое имя. Ты знаешь значение своего имени?  — Папа говорит, что оно означает «красота» и «святая»  — Верно. Ты большая молодец, что знаешь такие вещи. А кто дал тебе это имя? Наверняка, мама или бабушка  — Не-а. Мой папа сам его выбирал. Он говорит, что он очень хотел девочку с моим именем  — Ухты, а твоя мама?  — Она уехала далеко-далеко, но мы с папой иногда летаем к ней на самолете. Я их правда немного боюсь, но я держу папу за руку и не боюсь  — Так ты тут с папой? Знаешь как его зовут? Или может быть сможешь его описать? Так мы сможем быстрей его найти и не заставлять волноваться  — Ммм, ну он очень-очень большой, — детские руки внезапно раскидываются в стороны, видимо показывая масштабы, — А еще у него темные волосы  К сожалению, под такое описание прекрасно подходит любой мужчина встречающийся по пути. Делу это совсем не помогает. Только Феликс думал задать еще пару наводящих вопросов, как девочка резко дернулась и понеслась вдоль длинных полок. Бросать ребенка было абсолютно точно не вариантом, поэтому почти догнав ее с целой корзиной продуктов, парень замечает картину. Как малышка со всех ног бежит видимо в объятия отца. Что ж, получается его миссия выполнена. Стоило ему отвернуться, как на весь отдел раздалось звонкое «оппа», а вслед послышались шаги — Благодарю, что не бросили мою дочь и помогли найти ее. Честно, если бы не вы вряд ли мы бы так быстро нашлись  Голос кажется до жути знакомым. Хотя правильнее будет даже сказать, каким-то родным, словно владелец от ушей, до пят знаком Ли. Развернувшись, взору предстал невысокого роста мужчина, очень даже крепкого телосложения, с черными, в местах кучерявыми, волосами и ребенком на руках. Картина просто очаровательная, особенно если знать, что он вроде бы сам воспитывает ребенка  — Феликс?  Человек напротив глазами бегает по лицу, пытаясь понять не ошибся ли он случайно  — Извините. Возможно, если я представлюсь вы меня вспомните. Со Чанбин, мы в детстве крепко дружили  Чанбин? Тот самый? Тот, от которого дыхание замирало, стоило лишь приблизиться на пару шагов плотней. Тот самый, который робко украл его первый поцелуй, прямо под окнами бабулиного дома. Тот, кто обещал счастливую жизнь, наполненную бесконечной любовью и друг другом. Разве мог тот мальчик так сильно измениться. Хотя, чему вообще удивляться, на его руках сидит дочь, внешние изменения на фоне этого факта кажутся сущими пустяками  — И вправду дружили. Какими судьбами в Корее? Родителей проведать?  — Да нет, мы уже около лет шести тут живем — А мне говорили, что ты навсегда уехал, завел семью и возвращаться не собираешься, — мужчина напротив явно собирался оправдаться и дать ответ на все вопросы Ли, но дочь, что непоседливо ерзала и желала тоже получить внимание папы, немного не давала спокойно вести диалог  — А, оппа может быть моей мамой?  — Наён, мы же с тобой обсуждали, что некрасиво так говорить людям и смущать их. Извини, Феликс, не знаю, что на нее нашло  — Все в порядке. Она молодец, своего не упустит. Что ж, было приятно поболтать и узнать, что у вас всё хорошо и ты счастлив. Я побегу, а то еще до дома добираться, — стоило парню вежливо и даже как-то грустно улыбнуться, как его руку несильно удерживают, не давая сдвинуться с места  — Там такой дождь разыгрался, мы тебя подвезем. Я всё что нужно для нас уже набрал, поэтому мы не задержим тебя. Просто, не представляю, как ты собираешься все это тащить, по такой-то погоде А Ликс и хотел бы отказаться, но все вокруг явно было против него. Две грустные пары глаз смотрели на него так, словно от его ответа зависит их жизнь. Да и в ливень, абсолютно точно, тащиться не хотелось  — Только если вас это не сильно затруднит После сказанных слов корзинка из его рук была быстро отнята и отправлена в тележку, что стояла позади них **** В машине стоял приятный аромат, различить который сходу было не так уж и легко, но отчетливо прослеживающиеся мягкие нотки выпечки. На передней панели были прикреплены всякие смешные фигурки, видимо персонажей мультика, что при езде качались. Не знай Ли человека, в чью машину садится, никогда бы не подумал что он может оказаться мудаком. Мудаком, что бросил его когда-то совсем одного, наобещав горы любви и взаимности, а в свою очередь променял его на другую. Злости как таковой нет, у него было предостаточно времени на нее и теперь остался лишь неприятный осадок, что сейчас словно кошка, царапает по самому уязвимому. Но из своих мыслей отвлекает тихий детский голосок, что окликает парня  — Оппа, а сделай погромче, это моя любимая песня, — мелодия кажется до жути знакомой, — Папа тоже любит эту песню. А ты? Ты такое слушаешь?  Мотив навивал воспоминания, вот правда какие? Чувство ностальгии захлестывает того сразу, стоит только первым словам припева проиграть в салоне машины. Разве это не та самая песня, которую ему пел давным давно Бин. В знойные дни, когда двигаться лишний раз не хотелось, они лежали в тени громадных деревьев, наслаждаясь тишиной. И лишь тихий голос, коверкающий английские слова о любви на свой лад, разбавляли то умиротворение — Cause I like you, — Чанбин в унисон подпевает треку, пристегиваясь и попутно проверяет, сделали ли тоже, остальные пассажиры, — Помню, как ты всё ругался и поправлял каждое мое неправильное слово  От чего-то на душе становится значительно теплей, а к щекам сама по себе приливает кровь. Неужели, мысли об их совместном прошлом, время от времени поглощают не только Ликса  ****  Дождь за окном становиться меньше все никак не хотел. Работающие дворники на лобовом стекле, как-то завораживающе разбавляли тишину в салоне. Каждый был на своей волне, но это совсем не создавало дискомфорта. Вот только, поездка не может длиться вечность и Ли начинает замечать в свете ночных фонарей знакомые перекрестки и улочки, за время одиноких прогулок выученные наизусть. В моменте, на душе становится тяжелей. Неужели, единственный момент, когда он может почувствовать себя комфортно, вот-вот закончится, особо то и не успев начаться. Пальцы начинают медленно, но уверено теребить пакет, по видимому привлекая к парню внимание. Чанбин ничего не говорит, лишь осторожно укладывает руку на голову, пару раз погладив превратившиеся от дождя в сосульки волосы. Казалось бы, жест такой простой и незамысловатый, но для Феликса он значил куда намного больше, чем можно было себе представить. В голове неосознанно всплывают воспоминания, когда им было всего-то лет по десять. Счесанные в кровь коленки и погнутое колесо велосипеда, то, что отложилось в голове ярче всего. И рука, такая маленькая и мягкая, успокаивающе наглаживающая Ли, словно котенка. Владелец руки вкладывал в этот жест всю возможную поддержку, которую мог оказать. Прямо как сейчас. Совсем не хочется, чтобы весь этот чудный сон прекращался. Но мы в реальности, совсем не в мечтах и снах блондина, потому приходится сталкиваться с тем, что вновь, как когда-то бьет прямо в раненную душу — Вот здесь, перекресток и теперь направо. Вглубь не заезжай, иначе развернуться нормально уже не сможешь — Сомневаешься в моих навыках езды? — Бин осторожно паркует автомобиль, намереваясь выйти и помочь донести продукты  — Не стоит так себя утруждать. Я ведь итак, вас сильно задержал. А тут еще и с пакетами. Поэтому, вези Наён домой спать  Малышка в свою очередь только собиралась начать бунт, как ее тут же перебил отец  — Не выдумывай. Наён посидит тихонько в машине, а я тебе хотя бы до подъезда пакеты донесу. И это не обсуждается, — мужчина аккуратно отстегнул свой ремень безопасности, попутно проделывая тоже с пассажиром, после чего, натянув на голову капюшон, можно сказать выплывает из тёплой машины на улицу  Малышка, сидящая на заднем сидении, непрерывно наблюдает за своим отцом, запоминая каждое его движение и слово.  И неожиданно выдает  — Оппа, а ты придешь к нам в гости? Знаешь, папе так одиноко и иногда, когда я уже должна спать, но ты не рассказывай ему об этом, я слышу, как он грустит, — девочка беспокойно теребит подол своего пальтишка, изредка кидая взгляд на старшего, — Мы по четвергам гуляем в парке, после моего садика  **** Взять и отпустить произошедшее толком не получается. Мысли заняты лишь одним событием, которое казалось бы, абсолютно точно не должно было так пошатнуть Феликса. Вместо рабочих задач и поручений, единственное, что занимает его голову — он. Парень, который покорил его своей любовью и лаской в далеком детстве, а после выкинул из своей жизни в считанные мгновения. Где-то в районе груди неприятно покалывает каждый раз, стоит только мыслям на этот счет взять верх и занять главные позиции. Так обидно и чертовски грустно понимать, что все годы, которые Ли проживал в попытках забыться и отпустить, его обожаемый жил спокойно, так к тому же, еще и ребенка воспитывал. Того самого, о котором так мечтал и днями на пролет неустанно твердил. Погружаться во все это вновь кажется просто ужасным наказанием, за какие грехи — неизвестно. Но перед глазами всплывает взволнованное лицо ребенка, что сначала называет его мамой, а после буквально сама просит быть рядом с ее отцом. Какая же всё таки эта жизнь непредсказуемая. Сначала ты пытаешь выкинуть все произошедшие события прочь из головы, а после, закончив работу, топаешь в предположительный парк, о котором без умолку лепетала малышка — Тут и впрямь красиво, — если так подумать, когда Ли вообще в последний раз выбирался на вот такую, банальную, прогулку. Где вокруг все зелено и ухожено, кое-где еще слышно птиц, а отовсюду раздаются детские смешки и голоса уставших после работы родителей  Феликс бы многое отдал, чтобы хотя бы на какие-то жалкие часы, почувствовать тоже, что чувствуют все они. Легкое беспокойство за своих чад и сердце полное гордости, из-за слепленной ребенком в песочнице, какой-то незамысловатой пасочки. Ноги неосознанно несут его к крайней из лавочек, присаживаясь рядом с мужчиной, с мешками под глазами и небрежно уложенными кучерявыми волосами. Оба молчат, понимая, что слова в этот момент излишни. Их глаза привязаны к Наён, что без устали носится по площадке и кажется абсолютно не расходуя свою жизненную энергию — Она так, иногда, напоминает тебя в детстве. Меня абсолютно не слушает, делает только то, что на уме, — брюнет, слегка расслабляется, изредка кидая взгляд на младшего и продолжая вновь наблюдать за дочерью, — Звучит так бредово, но, это так. Чем старше она становится, тем трудней — А что с твоей женой? Почему Наён так отчаянно ищет себе маму? — Мы с ее матерью никогда не были в браке. Все это было лишь какой-то глупой ошибкой и стечением обстоятельств. Сомнительная вечеринка у какого-то знакомого, выпивка, какая-то таблетка, а после туман и утро. Как я понял, там таких как я было большинство. Мать Наён была в их числе. Попытка забыть все там происходящее успехом не увенчалась. Та ночка напомнила о себе неожиданным тестом на беременность в моем университетском шкафчике. Мы как не знали друг друга до этого, также остается и по сей день. Она родила, мы сделали тест на отцовство и без какого либо суда, я стал единственным и полноправным опекуном Наёни. Конечно же, каждый сезон мы стараемся навещать ее маму, но помимо этого жизнью дочери она особо не интересуется. Почему ты, кстати, тогда не приехал к бабуле? Я ждал тебя, — старший вглядывается в лицо блондина, стараясь без слов считать его эмоции   Сердце в этот момент кажется пропускает не один и не два удара. Дыхание замирает, а все мысли что роились в голове словно исчезают оставляя за собой лишь звенящую пустоту. Разве не ему лично сказали, что в присутствии Феликса в своей жизни, Со не нуждается и зря парень потратил столько лет в ожидании того самого заветного дня встречи. Мир, после той фразы словно рухнул из под ног, уничтожая вместе с этим и все то, за что держался парень. Сказать, что Ликс прорыдал весь свой викенд, так ни разу и не выйдя на улицу, было бы слишком легко. Одним предложением женщина разбила его на долгие годы. А теперь, Чанбин так спокойно поднимает эту тему, заявляя, что во всем виноват никто иной как Ли  — Шутишь? Я был там почти две недели. Сначала приехал по нашей договоренности, но твоя бабушка мне ясно дала понять, что жизнь у тебя началась с нового листа, хотя пожалуй тогда я и представить себе не мог такого. А после, умерла моя бабуля. Похороны, перепись имущества, вступление в наследство. Пусть, отмашку мне и дали сразу, но я не мог проходя мимо твоего двора не заглядывать. Вдруг все это было простой шуткой или розыгрышем. И ты бы встретил меня, обнял, как делал каждое лето. Но увы, жизнь штука непредсказуемая, — пожав плечами, парень отворачивается куда-то в другую сторону, всяко лучше, чем проживать в голове все те воспоминания вновь, так еще и перед тем, кто косвенно разрушил это своими руками  — И больше ты не приезжал, так ведь? Остался жить и работать в Сеуле?  — Мне незачем было больше туда возвращаться Мужчина рядом тяжело выдыхает делая паузу. Все происходящее больше похоже на сценарий какой-то дешевой дорамы, которые так любила смотреть его бабушка  — Даже не верится. Значит мы с Наен просто не успели тебя застать. По приезду, ваш дом уже был опечатан и там явно никто не жил. Бабуля же на вопрос, приезжал ли ты ответила, что из-за своей работы, даже на похоронах не был. Мол, слышала от кого-то, что ты женился и давным-давно забыл о наших «шалостях». У меня на руках трехлетний ребенок, нестабильная работа, ко всему этому, еще и такие новости. Я был так разбит все это время, а бабушка даже кажется угрызений совести тогда не чувствовала. Хотя, откуда я в то время вообще об этом мог знать  — Хочешь сказать… — Если так вспомнить, бабушке ведь никогда не нравилась ни наша дружба, ни тем более отношения. Она была старой закалки и подобные связи считала абсолютно не серьезными. Пока мы были рядом, я боролся с ней каждый день, буквально сбегая на встречи с тобой, а потом получал розгами по ногам. Но оно того стоило. Нужно было догадаться, что и теперь, она бы вряд ли позволила нам даже просто банально увидеться. Хотя знаешь, тогда, после ее слов, мне самому стало не по себе. Как я мог преподнести тебе тогда мою «измену», ребенка и переезд из страны нашей мечты, обратно в Корею Феликс ничего не говорит, молча слушает, стараясь сдерживать подступающие слезы. Все те раны, что он из года в год, постепенно заживлял, в надежде, что однажды от них и следа не останется, вновь кровоточат с новой силой. Видеть такого разбитого Чанбина — тяжело — Но знаешь, лучше бы я тогда объяснил все происходящее, нежели жалел все те годы о том, что упустил тебя  Глаза напротив внимательно изучают каждую эмоцию на лице собеседника, стараясь ничего не пропустить. Большая теплая рука ложится на его холодные, собранные в замочек ладошки, обдавая кожу контрастом температур, пока дрожащий голос мужчины продолжает  — Мне так жаль, Феликс, ты и представить себе не можешь. Я правда верил, что для тебя так лучше. Хотя, скорее пытался себя в этом убедить, чтобы ,наконец, отпустить. Но все оказалось в разы сложней, — слезы аккуратной дорожкой текут по щекам, пока те же горячие и когда-то родные ладони, стирают их с лица, словно одним лишь жестом возвращая на одиннадцать лет назад, — Давай попробуем еще раз. Сначала. С того самого дня **** Октябрьское солнце и близко не ощущается таким теплым, как летнее, но сетовать на погоду было грешно. Небольшие облака и тучи позволяли сидя у родного двора, не так часто щуриться и прятаться от ярких лучей. Сколько бы лет не прошло, а тут, на лавочке, что смиренно стоит на своем месте уже уйму лет, все словно застыло во времени. Трава правда, уж больно высокой стала, некому больше ее топтать изо дня в день, вот и приходится теперь раз за разом скидывать с себя небольших букашек. Сидя здесь в последний раз, его золотистые волосы были ужасного черного, словно смоль цвета, вывести который казалось той еще пыткой, но такие испытания помогали отвлечься от происходящего. Сейчас же, беленькие волосы, которые стали такими привычными, развивались на ветру, вечно мешая наслаждаться здешними пейзажами. Красиво все таки. Лавочка рядом прогибается почти что бесшумно, но это совсем не портит образовавшуюся идиллию. Некогда родная рука, аккуратно ведет по волосам, изредка играясь с прядями, рассматривая их под солнечными лучами. Блонд был заветной мечтой младшего, о котором он грезил днями и ночами, поэтому видеть сейчас его таким, было крайне приятно глазу и душе  — Ты так вырос. Прошло всего ничего, а уже выше меня. Не вздумай теперь на хёна смотреть сверху вниз, — локоны остаются в покое, а собеседник направляет взор просто прямо, также наблюдая за сменившимся пейзажем за столь долгие годы, — Я так соскучился. Сначала думал, что всё это время пролетит абсолютно незаметно и быстро, что мы даже не заметим. Найдем друзей, знакомых, наставников, которые хоть немного утолят жажду друг по другу, но ошибся. Да я вообще, все эти годы только и делал, что ошибался Феликс не перебивает, дает парню возможность высказать все накопившееся  — Первый месяц было терпимо, вечная смена локации, куча каких-то новых знакомых, зачисление на учебу, переезд. Но стоило мне остаться наедине с собой хоть на чуть-чуть, тоска возвращалась, и с каждым годом накрывала все сильней. Так не хватало твоих объятий, разговоров, даже каких-то глупых ни к чему не обязывающих разговоров. Я даже не понимал еще до конца, что начинаю терять. Со временем, социальная активность, уже не могла утолить мою тоску. А дальше, — младший вглядывается в глаза, давая понять, что слушает и вслушивается в каждое сказанное слово, предварительно для тактильной поддержки, поглаживая одну из рук, что были сжаты в кулаки, — А дальше, в моей жизни неосознанно появляется Наён. Я не видел ее скрининги, не знал толком как она развивается, в первый раз взять эту крошку на руки вообще смог лишь на выписке. Тело ужасно дрожало в тот момент и понять от чего, было тяжко. То ли от того, как близкие и знакомые ее родной матери косились на меня, все то время ожидания, то ли от полноценного осознания происходящего. Когда ей было около шести кажется месяцев, я полноценно остался с ней сам. Мать хотела отказаться от нее прям в роддоме, но я и родственники настояли на том, чтобы она хотя бы пол года выкормила. Так оно все и получилось. Привезли Наёни посреди ночи, с коляской, кроваткой, ванной и какими-то вещами. Бабушка, единственная, кто была хоть немного заинтересована в ребенке, оставшись наедине, даже всплакнула, сказав, что беря на себя такую ответственность, в столь юном возрасте, я заслуживаю уважения. Вот с того момента мы и одни. Ближе к году уже, когда весь наш быт был полностью налажен, организм вышел полноценно из стадии выживания и в одну из ночей, я очнулся в захлеб рыдающим около кроватки дочери. До сих пор, смотря на нее, моментами становится, больно. Самый близкий и родной человек на Земле, является моей косвенной, но изменой и предательством. И оправдания этому факту до сих пор не находятся. Мне было так страшно и тяжело представить, когда мы встретимся, что ты сделаешь и как поступишь. Не станешь вообще со мной говорить, ударишь и уйдешь после признания или дослушаешь и скажешь, что я испортил тебе всю жизнь. Хотя к моменту приезда я был готов к любому раскладу и понял бы его. А теперь, нам почти под тридцать, Наёни семь и мы сидим там же, где должны были оказаться одиннадцать лет назад. Я тебя подвел и не думаю, что вообще имею сейчас право жаловаться на что-то  — Я так сильно скучал А большего кажется им сейчас и не требуется. Покрасневшие от подступающих слез глаза, бегали по лицу младшего, ища в нем такое нужное сейчас утешение. Оказывается, услышать то, что Со не единственный, кто прожил эти годы в надежде на встречу, очень нужно было. Феликс не злится, совсем наоборот, он гордится Чанбином, его выбором и дальнейшими поступками. Вся эта история с Наён не кажется ему изменой или ошибкой. Скорее даже наоборот. Разве не об этом они мечтали?  — Я вглядывался в лица прохожих, в надежде отыскать тебя. Почему-то забыть все, что с нами было, мне так и не удалось. Эмоции которые были между нами, другие у меня не вызывали, как бы мне тогда этого не хотелось. Знаешь, когда я увидел тебя в магазине, даже не знал, чего бы мне хотелось больше. То ли сбежать и забыть нашу встречу, чтобы было не так больно. То ли броситься с объятиями и просто разрыдаться. Я так ждал тебя и видимо абсолютно точно не зря