Блондинка, ты море? | Billie Eilish

“Проснулась, умылась… — Ручка застыла над страницами ежедневника, пока я пыталась припомнить, что же ещё можно вместить. — Точно!" “Посмотрела телевизор”. С издевательской улыбкой я захлопнула ежедневник и убрала его в ящик стола. «Выплеснуть эмоции, Лэйн, – напутствовал меня психолог, – запишите всё, что накопилось». Какие, к чертям, эмоции, хотелось мне спросить, но кто я такая, чтобы спорить с "профессионалом"? Тем более, что потом я смогу использовать эти записи как доказательство того, что я "пыталась". Психолог сказал, что это нормально – чувствовать разные эмоции. Гнев, тоска, злость. Я чувствую, что мне хочется выпить что-нибудь, что могло бы стереть пару месяцев из моей памяти. И, возможно, поиздеваться над всеми, кто будет выглядеть слишком скорбящим. Это считается? Или это уже "злость"? Впрочем, я записываю, а что именно — уже не так важно. Честно говоря, я понятия не имею, о чём пишут в дневниках. Если задуматься, я вообще ничего не чувствую. Хотя… — Кушать хочется. ———— Я скучающе вертела мобильник в ладони, наблюдая, как медленно вращается вчерашняя пицца в микроволновке. Дзынь. Вскакиваю с предвкушением, но звук раздался совсем не из микроволновки. Это была входная дверь. — Интересно... — Пробормотала я, удивлённо приподняв бровь. — Неинтересно. — Закатываю глаза и захлопываю дверь перед самым носом Билли. Ладно, я снова её открыла. — Шутка. — Я изображаю на лице подобие улыбки. — Твой юмор усугубился. Думаю, психолог тебе делает только хуже. — Билли сочувственно похлопала меня по плечу и прошла на кухню. — Проходной двор! — Возмущённо всплеснув руками, я последовала за ней. — Боже, чем ты вообще питаешься? — Билли с явным отвращением отправила мою пищу в мусорное ведро, пока я, нарочито громко вздохнув, уселась на стул. — Как дела? — Ты заходишь ко мне почти каждый день, вчера ушла вечером. Как думаешь, за ночь что-то могло измениться? — Да? — Билли с надеждой обернулась. — Нет. — Ладненько… Блондинка выложила на тарелки еду из контейнера и, справившись, пожелала приятного аппетита. — Хорошо, тогда я расскажу тебе о своих делах. — Погоди. — Неужели мои дела настолько неинтересны, что ты даже тему для разговора придумала? — Притворная обида слышалась в голосе. Я поджала губы и сделала глубокий вдох, прежде чем задать самый важный вопрос. — Как она? Билли мгновенно поняла, о ком речь, и отложила столовые приборы. — Стабильно. — Ничего не изменилось… — Мои плечи разочарованно опустились. — Знаешь, прошло не так много времени. Люди пробуждаются и из куда более долгой комы. Твоя мама очнётся. Будь в этом уверена. Билли подвинулась ближе и склонила голову мне на плечо. Напряжение, сковывающее тело, постепенно отступало, и я осторожно положила свою голову поверх её. — Мне кажется… — Мой голос резко сел, из-за чего я прокашлялась. — Что? — Я… — Сердце забилось. На языке вертится то, что я обязана сказать. Обязана Билли. — Умираю с голоду! Сбросив голову Билли с плеча, я начала уплетать пасту за обе щёки. — Ты странная, но аппетит — это хорошо. — Блондинка повторила за мной, но её взгляд стал пристальным. Она наблюдала. — Знаешь, психолог сказал, что стоит выходить в общество. Понимаешь, о чём я? — Нет? Теперь уже Билли закатила глаза. — Да. После обеда собирайся, иначе я позвоню твоим опекунам. Я усмехнулась. В голове прозвучало: «Хорошо, мам», отчего в сердце неприятно кольнуло. — Ты стала занудой. — Я разочарованно помотала головой, кладя тарелку в раковину. — Считаешь меня занудой? — Билли облокотилась плечом о косяк двери и прищурила глаза, словно я сморозила какую-то глупость. — Да, именно так я и сказала. — Не отказываясь от своих слов, я ответила на её взгляд и, в свою очередь, облокотилась о кухонный стол. «Она явно восприняла это серьёзно». — В моей голове уже пищала красная мигалка, и обезьянка с тарелками, поскольку её взгляд меня насторожил. — Тогда сегодня на прогулке я не буду "занудой". — Билли исковеркала слово, закатила глаза и, развернувшись на носочках, направилась к входной двери. — Да я же… — Хлопок двери заставил меня замолчать. — Разве обижаться на это не признак занудства? Мне показалось, что даже моё тихое бурчание Билли расслышала каким-то образом, ведь в окне она сразу подняла на меня голову. Девушка грела машину перед нашей прогулкой, пока я переодевалась. «Готова?» — Прочитала я по губам Билли, на что ответила утвердительным кивком и стала спускаться на первый этаж. На улице царила мрачная атмосфера. Туман, тишина, тёплый ветер. Но в то же время это ощущалось чем-то комфортным, чем-то подходящим для моего спокойствия. Внезапно по моей кисти хлопнули, и что-то упало на землю. Увидев внизу пачку сигарет, я подняла глаза на Билли и самым невинным голосом заявила: — Рефлексы. — Твоя рука тоже любит покурить? — Мы с ней родственные души, сама в шоке. — Иди в машину, Покахо́нтас! — Блондинка пыталась, правда пыталась, сохранить строгость, но улыбка так и рвалась наружу. — Да иду я, иду… В автомобиле играл сборник песен исполнителя Drake. Моя голова покачивалась в такт, а сама я любовалась видом из окна. Билли первой прервала тишину. — Я взяла твой скейт. Я на секунду замерла, а после нахмурилась в непонимании. — Зачем? — Сегодня он тебе понадобится. В моей голове уже выстроилась цепочка догадок, куда мы едем и зачем. И догадка мне не понравилась. — Я не хочу кататься. — Не хочу настаивать, но я знаю, что ты хочешь. — Не знаешь. — Всем своим видом я показывала, что она глубоко заблуждается, но внутри занервничала. — Ты бросила все свои интересы из-за… — Билли замолчала, перебирая в голове, как помягче это произнести. — Именно поэтому я знаю, что это не твоё нежелание, а что-то иное. — Ты что, общалась с моим психологом? — Я шокировано повернулась к Билли лицом и скрестила руки. — Почему сразу общалась? — Хочешь сказать, ты этого не делала? — Я усмехнулась. — Ладно, делала. Но! — Билли подняла указательный палец. — Давай по-честному, от тебя я ничего бы не услышала. И, между прочим, даже психологу ты говоришь чужую историю, уверенна, из какого-то сайта душевнобольных. — Что? Какого ты обо мне мнения? — Хочешь сказать, ты этого не сделала? — Послышался смешок. — Ладно, сделала. Но… Я поджала губы, пытаясь вспомнить какие-нибудь аргументы, но в голове была пустыня с перекати-полем. — Но? — Ну хорошо, ты победила! — Я не играла, Лэйн. — Значит, ты можешь отдать победу мне? — Ты… — Самая лучшая? — Именно. Минута молчания, и я, не сдержавшись, громко рассмеялась. — Всё? Мне даже этот вопрос показался забавным, из-за чего я прикрыла рот ладонью, чтобы не было слышно моего смеха. Смех всё равно послышался. Но не мой. Я не знаю, сколько мы смеялись, но мне казалось, это была вечность. Хорошая вечность.