Эхо кошмара

— Эй, Томас, чего ты там застыл? - щебетание птиц прервал слегка раздражённый голос - у нас дел выше крыши, а ты встал как статуя и пялишься на стены.       Названный ранее молодой человек наконец снизошел до своего собеседника и одарил его уставшим взглядом. — Ньют, мы уже неделю полим эти грядки! Давай хотя бы сегодня отдохнем. От одного дня они не зарастут - с видом побитого щенка Томас подошёл к своему другу со страдальческим вздохом.       Где-то на подкорке сознания он заметил, что что-то вокруг было не так, но что конкретно он осознать не мог. Обычное утро обычного дня. Шум голосов вдалеке, ветер и приятные первые солнечные лучи. Жизнь в Глейде шла своим чередом, как и всегда. — Томми, не наглей. Я тебе и так поблажки делаю - Ньют прикрыл глаза и потëр переносицу пальцами - жрёшь как конь, а работать не хочешь.       После пары попыток Томаса упросить друга дать ему хотя бы немного отдыха, он потерпел поражение и с недовольным видом последовал за Ньютом.       Время шло, но странное чувство тревоги и неправильсти происходящего не давали парню покоя. Из раза в раз он отвлекался, от чего слышал со стороны упрёки и шуточки. Трава под пальцами ощущалась как-то по другому, а звуки со стороны казались зацикленными. — Да что с тобой сегодня? - В очередной раз подал голос Ньют с другой стороны грядки - ты спишь на ходу! - очевидно что эта фраза должна быть упрёком, но глаза и голос выдавали беспокойство. — Я не знаю - честно признался Томас и поднял глаза вверх, хмурясь и сжимая ладони в кулаки - просто странно себя чувствую - почти сразу же он опомнился и встрехнул головой - не важно... Ну, может я и правда не выспался - потëр макушку и снова опустил голову.       Ни в одном глазу у него не было усталости, но рассказывать Ньюту что его что-то беспокоит не хотелось. Не потому что он ему не доверял, нет, Томас доверял ему даже гораздо больше чем Минхо или кому-либо другому. Ньют всегда был для него кем-то особенным, кем-то кому ты без задней мысли можешь доверить свою жизнь, кем-то ради кого можно поставить на кон всё.       Он не хотел рассказывать потому что считал что и так приносил ему достаточно хлопот с самого первого своего появления здесь. Пока Томас витал в своих мыслях сзади на плечо легла чья-то холодная рука. От этого холода стала не по себе, но когда он осознал кто является её обладателем стало спокойнее. — Давай передохнем? - мягко спросил Ньют, но почти тут же с усмешкой добавил - а то ещё плюхнешся мордой в землю и всю рассаду мне помнëшь - приятельский хлопок окончательно взбодриться его.       Не долго думая парень поднялся на ноги, размял затекшие конечности и побежал следом за своим другом. По пути к окраине леса - а именно к ветвистому дереву - они тихо о чём-то говорили и шутили. Теперь к тревоге добавилась ужасная тоска по чему-то ушедшему. Чему-то родном и любимому.       Наконец они сели на траву и Томас, со стоном наслаждения, потянулся, чувствуя как его спина окончательно расслабляется. Было чертовски приятно просто сидеть, не колупаясь в земле, пока твою макушку печёт солнце. — У тебя лицо будто ты кланка навернул - Ньют толкнул Томаса в бок локтем и посмотрел на верх. — Ой иди ты - сердито, но с усмешкой ответил Томас, отталкивая чужую руку - и так всё болит, так тут ещё и ты со своими тычками — Какие мы нежные - наигранно обижаеенл говорит Ньют и отворачивается.       Следующие минут десять они просидели в тишине. В отличии от Ньюта, который наслаждался недолгим отдыхом, Томас был весь как на иголках. Ворочался, всматривался в небо и листву, поглядывал на друга. Всё было не тем, будто не реальным. Как гром среди ясного неба его озартла мысль, после которой по телу прошёл холодок. "Я же за всё время ни разу не осмотрелся"       С этой секунды стала ясна причина тревожности. Томас вскочил на ноги и быстро отбежал от дерева, панически осматриваясь по сторонам. По телу пошла дрож когда он осознал, что вокруг него никого, кто мог бы быть источником голосов. — Томми? Ты чего? - с беспокойством спросил Ньют, вставая с места и осторожно подходя к парню       Томас наконец остановил свой взгляд на парне и замер. Теперь даже Ньют казался другим. Когда-то чёткие черты лица стали более расплывчатыми, а кожа побледнела. Проблесками перед глазами стали пробегать воспоминания от которых стало совсем тошно.       Какой к чёрту Глэйд? Они давно покинули его, оставив лабиринт далеко позади. Они нашли место похожее на рай, они все в тихой гавани. В сердце отдало болью. — Это не глэйд - с дрожью в голове произнёс Томас - и ты.... Тогда в последнем городе я своими руками... - язык стал будто чугунным, он не мог произнести это, он не мог сказать это смотря в глаза того, кого он своими же руками лешил жизни - Ньют, это ведь сон, да? - по щеке скатилась одинокая слеза.       После этих слов как по щелчку все окружающие их звуки стихли. Не было ни зацикленных голосов, ни странного шелеста листьев, ни щебетания птиц, что до этого резало слух. Была лишь звенящая в ушах тишина и Ньют, что со стеклаянными глазами смотрел на него. Не было ни улыбки, ни замешательства. Не было вообще никаких эмоций и движений, он будто в мгновение замер вместе со всем окружающим их пространством и лишь Томас, словно маленький запутанный зверёк пытался унять дрож в руках и осторожно подступал ближе. — Ньют? - шаг. В ответ тишина - эй... Скажи что-нибудь.       Откуда-то сзади послышались оглушающие вопли, от чего Томас инстинктивно закрыл уши и зажмурился. Он не знал сколько это продолжалось, но когда всё стихло, со стороны повеяло запахом дыма. Он снова открыл глаза, но оглядываться не стал, сейчас его куда больше беспокоил стоящий - вернее бьющийся в конвульсиях - Ньют. На бледной коже расползалась мерзкая сетка чёрных венок и артерий, а сам парень заходился ужасным кашлем и плевался чёрной жидкостью. — Нет... - на гране слышного прошептал Томас - нет нет НЕТ НЕТ НЕТ НЕТ! НЬЮТ! - адреналин заставил ослабевающие конечности двигаться и парень моментально подлетел к Ньюту, хватая его за плечи и инстинктивно встряхивая.       С каждым мгновением по рукам и лицу парня расползалось всё больше и больше чёрных вен и артерий, а кашель не прекращался. Как бы Томас не хотел, но даже выдуманной версии своего друга он не в силах помочь.       Неожиданно Ньют замер, перестав издавать звуков и как-либо двигаться. В стоячем положении его держали лишь чужие руки. — Ньют? - теперь трясло уже Томаса - Ответь мне, пожалуйста! - хотелось взвыть, закрыть глаза и наконец проснуться, но похоже у сна были совершенно другие планы.       Резким движением Ньют поднял голову. Его чёрные, безжизненные глаза смотрели прямо в душу, а ледяной голос отчеканил лишь одну фразу: — Моя смерть на тебе - уголки сине-черных губ поползли вверх, оголяя почерневшие от мерзкой слизи зубы.       Холодная улыбка в считанные секунды превратилась в оскал и некогда знакомый Ньют, ринулся вперёд, толкая Томас в грудь.       Не ожидая такого поворота событий, парень повалился на спину, шипя от фантомной боли и пытаясь разогнать рябь в глазах. Зрение вернулось к нему довольно быстро, поэтому когда обезумевший от вируса друг налетел на него с чем-то острым в руке, он успел заблокировать удар. Солнечный свет куда-то пропал, оставив на своём месте полумрак и холодный искустыенный свет. "Последний город - щелкунов в голове, но времени думать, когда они тут оказались, не было" — УБИЛ УБИЛ УБИЛ УБИЛ!!! - вопил Ньют, с каждым мгновением всё агрессивнее пытаясь нанести удар.       Томас чувствовал что здесь он явно уступает в силе и проигрыш это лишь вопрос времени. Довольно быстро он снова оказался прижатым к полу. Силы покидали его и держать нависшую над ним руку Ньюта, в которой был зажат нож и которая медленно подбирались всё ближе и ближе к его грудной клетке, было невыносимо. — Я МЁРТ ПО ТВОЕЙ ВИНЕ! ТЫ УБИЛ МЕНЯ! Это было последней каплец. От нехватки сил руки дрогнули и холодная сталь пронзила грудь.       Томас подскочил на кровати, понимая что он кричит. Руки тряслись, а град горячих слёз обжигал холодные щёки. — Прости меня - зашептал Томас, крепко обнимая себя за полечи и прижимает к деревянной стене - мне так жаль...       Как в бреду он продолжал повторять слова извинения, будто тот, перед кем он был виноват мог это услышать. Увы, этого человека нет уже больше месяца, а его холодное тело так и осталось лежать в развалинах последнего города.