Переплетение судеб

Вот и всё. Было потрачено столько сил, было сделано столько жертв ради сохранения этого секрета, и сейчас он просто добровольно все рассказал какой-то странной девочке? Довериться кому-то, раскрыть свою душу и мотивы наизнанку было безумно страшно. Столько лет в приюте Скарамучча учился лишь держать все в себе, подавлять свое нутро, возводил стены вокруг своей души. Так почему же сейчас они дали трещину? Ответ Скар нашел сам — он просто устал… Устал скалиться на всех, как одинокий волчонок. Теперь, увидев ту крепкую связь, что формируется между людьми, которые являются частью одной семьи, Скар не мог не испытать искушения притронуться к этому запретному плоду. Конечно, посягать на это он ни за что не станет, такая жизнь не для него. Но все-таки, сейчас у него не получилось смолчать. Руки Нахиды слегка дрогнули, но больше она ничем не выдала своей реакции или удивления. — все что было сказано в этой комнате, здесь и останется. Я даю слово. — тихо проговорила девочка — если хотите, мы можем поговорить об этом. Скарамучча опешил. Поговорить? Предательство матери — это ключевое событие в его жизни, оно ощущалось как что-то глубинное и сокровенное. О нем знали только два человека, которые были непосредственными его участниками. Именно на нем строилась вся личность брюнета. Все что у него было — это лишь его суждения о том, что произошло тогда. В большинстве своём он уже давно смирился, что для матери был лишь ненужным куском мусора, хотя какая-то часть еще до сих пор назойливо пищит, что она его любила, что звучало, как чушь собачья. Но что если действительно поделиться этим с кем-нибудь, чтобы посмотреть на это событие со стороны, спросить совета. В какой-то момент искренне захотелось все рассказать, но потом Скарамучча понял, что для него это уже слишком, он не сможет все рассказать даже если попытается, слова просто застрянут на полпути. Единственный с кем в своей жизни он был хоть сколько-нибудь откровенен, это Венти, и то тогда у него просто не было другого выбора. Брюнет совершенно не привык к этому, пока было еще рано о таком рассказывать. Скарамучча подавил горькую усмешку. Что это с ним? Несколько часов назад он был готов умереть за этот секрет, а теперь что? Язык развязался? Скарамучча не понимал, почему именно Нахиде он решил рассказать о тайне своей родословной. Казалось, у нее была такая аура, что любой человек бы раскололся и без всяких препаратов. Если Венти подослал ее к нему намеренно, то это был хитрый ход. — Не стоит, — ответил наконец он. Нахида чуть поджала губы. — Но вас тяготит это, вы страдаете. В ответ брюнет тяжело вздохнул. — Все мы от чего-то страдаем. Кто-то больше, кто-то меньше. Я далеко не самый несчастный человек в мире. Он сказал это, но придерживался ли Скарамучча этого утверждения в действительности? О, брюнет жалел себя и жалел очень сильно. Но не на людях же этим заниматься в конце концов. — Вы правы, все от чего-то страдают. Но сейчас я хочу помочь именно вам. Каждый заслуживает поддержки. — Не стоит, — эта фраза получилась резче, чем должна была быть, за что брюнет проклял себя в тысячный раз за день. Глаза Нахида омрачились, а губы поджались еще сильнее, Скарамучча понял, что не хотел ее задеть. Все таки она была единственным человеком с кем он мог нормально поговорить, с этим ребёнком отчего-то было легко. Может это потому что она маленькая? Не то чтобы он ладил с детьми, но Нахида вообще не ощущалась как обычная второклассница. Скарамучча мог со всей смелостью заявить, что она — самый мудрый человек из всех, кого он вообще встречал в своей жизни. — Я имею ввиду, что благодарен за твое предложение, но я пока не готов. Я не привык к такому, для меня это уже слишком. Нахида слабо улыбнулась. — Хорошо, я вас не заставляю. Не было сомнений, что лишь по одной его фамилии она поняла, что он сын Эи и зачем он вообще затеял этот глупый побег. Но у него все еще остался один вопрос. — Откуда ты узнала, что мое имя ненастоящее? — Это моя работа, — ее глаза-изумруды как-то странно сверкнули в свете свечей, — знать. Через некоторое время она вновь заговорила. — Вы уже придумали что спросить у карт? — Ну… Я даже как-то не знаю… — он неопределённо пожал плечами. — Хорошо, тогда давай спросим, что сами карты хотят вам сказать. Зеленоглазая наконец закончила тасовать колоду и разложила перед Скарамуччей четыре карты рубашкой вверх. Три были вряд, а последняя под ними. Она перевернула четыре карты. На первой был человек на троне в красных одеждах, но карта была перевёрнута. На второй была изображена высокая башенка в огне, откуда падали люди, на третьей женщина в черно-белых одеждах на троне с мечом и чашей весов в руках. На последней был человек в белой одежде с красной накидкой, в одной его руке был жезл, а второй он высоко поднимал золотой кубок. Именно последнюю карту Нахида подняла и показала Скарамучче. — Что говорит Вам эта карта? Скарамучча хмыкнул. — Я таро никогда в жизни не видел, как по твоему я должен ее толковать? Собеседница проигнорировала колкость и продолжила. — Таро — это инструмент интуиции, даже малейший символ на карте может иметь свое особое значение в каждом конкретном случае, но сейчас не об этом. Мне нужно, чтобы Вы сказали мне все, что думаете, смотря на эту карту. — Ну эта карта наверное предвещает что-то хорошее. Ну, я имею ввиду, что не умру от собственной тьмы, и меня не придушит во сне никто из местных. Нахида продолжала давить тяжёлым взглядом, вынуждая продолжить. — Ну… Он выглядит уверенным… Надежным… Перед ним на столе лежит арсенал предметов и у он знает как применять каждый из них и искусно владеет этим. Еще вокруг цветочки, что наверное тоже символизирует что-то хорошее. Когда он закончил, Нахида удовлетворённо кивнула. — Хоть у каждой карты есть свое толкование, но голос вашего подсознания все же имеет решающее значение. Первая карта — император, она символизирует ваше прошлое. Эта карта перевёрнутая, что говорит об отсутствии самоконтроля. О таких людях всегда говорят «без царя в голове». Вы не признаёте авторитетов и всегда были сами по себе. Это описывает и ситуацию с Вашей тьмой и ваше прошлое в приюте. Вторая карта — башня, она символизирует событие, которое перевернуло вашу жизнь с ног на голову. Это тот момент, когда в Вашей жизни появился Венти. Вы в незнакомой обстановке, у Вас ощущение, словно земля пропала прямо под ногами. Но следует помнить — башня разрушает в вашей жизни лишь то, что надобно разрушить. Вы видите свет в конце туннеля, но не решаетесь идти к нему. Теперь что же с вами будет дальше? Третья карта символизирует справедливость. Ее значение полностью соответствует названию. Вы всегда будете получать ровно столько, сколько отдаёте. Высадив семена яблони, глупо ожидать, что вырастет слива. А если и вовсе не бросать в землю семена, то зачем ожидать урожая? Скарамучча хмыкнул. Вот значит как. Она имела ввиду, что он получил ровно по заслугам? Чтож, возможно зеленоглазая права. — Чтож, понимаю к чему ты клонишь. — Однако, — с нажимом продолжила девочка, — если Вы хоть немного знакомы с садоводством, то знаете, что прежде чем посадить растения, почву надо подготовить. Нельзя посадить семя нежного цветка в грубую сухую почву и ожидать, что он приживётся. Так же любое растение обязательно надо поливать и питать почву около него нужными удобрениями. Теперь, — она указала на последнюю карту, — перед Вами Ваш ключ для решения проблемы, Ваш проводник. Как Вы и говорили, маг действительно символизирует уверенность, инициативность, дипломатичность, надежность и силу воли. Если честно, я рада, что Вам выпала именно эта карта. Он символизирует связь между земным и потусторонним миром. Его белые одежды — это чистота намерений, пояс в виде змеи, кусающей себя за хвост, — символ вечности и бесконечности. Эти качества должны стать Вашими проводниками, Скарамучча. Помните, даже если Вы сейчас на самом дне, оттолкнитесь и летите наверх. Ваша судьба, отношения с обителями дома, секреты, которые вы храните, все в Ваших руках. Пусть маг станет вашим проводником в поступках, Скарамучча. Брюнет внимательно смотрел на карту перед собой, изучая ее с минуту, а после чуть усмехнулся уголками губ. — То есть я должен стать уверенным и дипломатичным, чтобы вернуть их расположение? Как Венти? И как мне начать проявлять эти качества? — Никто никогда не даст Вам четких инструкций по этому поводу, Скарамучча, от них не будет толку. Подход к другим людям в ордене Вы должны найти сами. Только так Вы решите свою проблему. Ничего больше не оставалось, кроме как ответить ей глубоким вздохом и просто кивнуть. — Вы удовлетворены этим ответом или хотите спросить что-то ещё? Скарамучча отрицательно покачал головой, нет, пожалуй с него на сегодня хватит. — Помните, если у вас возникнут проблемы или трудности, я всегда здесь, чтобы ответить на ваши вопросы. — сказала девочка и начала суетливо бегать, расставляя баночки и растения по разным местам. — Ты же сказала, что ответишь на любой мой вопрос, верно? — неожиданно спросил он. — Да, все верно, спрашивайте что хотите. Брюнет набрал в грудь побольше воздуха и все-таки смог задать интересующий его вопрос — Кто ты? Девочка посмотрела на него своими пронзительными зелеными глазами и лукаво улыбнулась. — А сами как думаете? — Ты же обещала ответить. Скарамучча недовольно скрестил руки на груди. — И я обязательно отвечу, верны ли Ваши догадки. — Ты человек? — А Вы как думаете? — Серьёзно? Опять? — Отчасти это так. — Сколько тебе лет? — Куда больше чем кажется. Вот тебе и обещание ответов. Нет, она конечно отвечает, но все так размыто, мутно и неясно. — Ты стареешь или у тебя это происходит так же замедленно как и у Венти? — Отчасти это так. — Если ты не человек, но и не можешь это отрицать, то… Ты кто-то, запертый в человеческом теле? — Какое точное попадание! Скарамучча опешил, он конечно что-то такое предполагал, но он и подумать не мог, что его предположения окажутся правдой. — Дальше, я не думаю, что до чего-то догадаюсь. Ты не расскажешь? — В другой раз, — она посмотрела на настенные часы, — к тому же, вам стоит поторопиться, если конечно вы не хотите встретиться лицом к лицу со всеми жильцами этого дома, которые как раз вот-вот вернутся с вечеринки. — Спасибо за всё, — его благодарность пусть и была сказана в небольшой спешке, но звучала искренне. — И не забудьте захлопнуть за собой все двери, они открыты, просто толкайте их, — сказала она ему в догонку. Скарамучча ничего не ответил, но сделал все так, как было велено. Ему все еще было непонятно зачем закрываться в доме, где никто не пренебрегает личным пространством, но теперь для него любая странность Нахиды была чем-то само собой разумеющимся. Снизу уже слышались громкие голоса вернувшихся соседей, а потому брюнету надо было как можно быстрее преодолеть коридор и добраться до своей комнаты, пока его никто не засек. Он быстрым шагом пошел по коридору. Ему совершенно не хотелось с кем либо пересекаться. Конечно, если бы кто-то захотел, он бы смог устроить с ним встречу, Скар не был в том состоянии, чтобы отказываться, но как сказали карты Скарамуччу и до этих событий не особо то и уважали. Хотя конечно тот факт, что он сам заварил эту кашу, гложил душу. В раздумьях идя по коридору, Скарамучча и не заметил, как врезался в кого-то, все что он успел увидеть, это то, как сверкнула пара алых глаз. Затем брюнет испуганно зажмурился, ожидая болезненного поцелуя своих булок с полом, но сильная и твердая рука вовремя ухватила его за воротник, помогла удержать равновесие и встать. Да Скарамучча просто счастливчик по жизни. От испуга тьма легкой волной вырвалась из него и тут же выбрала мишенью ближайшего человека. Но как только она коснулась Кадзухи, то тут же ударилась об невидимый барьер и полностью растворилась. Судя по лицу, светловолосый ничего не почувствовал. Так вот как работает контракт. Скорее всего, такой же барьер появится, если он попытается отойти от штаба дальше, чем на километр. Тем временем красноглазый отошел на пару шагов, внимательно изучая Скарамуччу, брюнет ответил ему тем же. На руках у Кадзухи были бинты, испачканные запёкшейся кровью. Результат их сегодняшней потасовки? Вряд ли, хоть он и не вглядывался в момент битвы в детали, но этим бинтам явно было больше суток. Светловолосый очкарик заметил интерес брюнета и тут же спрятал руки за спину. Отчего-то этот «человек» вызывал у Скарамуччи неприязнь. На Ху Тао и Гань Юй он не мог злиться, так как в конфликте они почти не участвовали и ничего ему не сделали. Венти Скарамучча тоже не мог ненавидеть, не смотря на все произошедшее, тот проявлял доли заботы по отношению к нему, хоть и не был обязан. На Чжун Ли брюнет не злился, он скорее испытывал страх по отношению к нему, хоть и понимал, что тот на стороне Венти и хочет как лучше. Сяо же числился в списке неприятелей, он чуть не убил его и если задуматься, то это было очень жутко. Но его можно было просто избегать и не контактировать. А вот Кадзуха… Это он причина его поражения, он разрушил все его планы. И его не получится избегать, так как Кадзуха живёт прямо напротив. Может попросить Венти и переселиться на крышу? «это ты начал! Кадзуза просто защищался сам и защищал своих друзей! Он не виноват!» — в этот раз его второе жалкое «я» кричало, но он старался его упорно игнорировать. Быстро пробежавшись по Скарамучче глазами, светловолосый заговорил первым. — Венти говорил, что ты уже пришел в себя, — сказал он натянуто-нейнтральным тоном — и, как я вижу, уже на ногах. — Ты разочарован этим? — скривился Скарамучча, — мне извиниться за то, что не сдох? — Я просто пытался быть вежливым, — тяжело вздохнул собеседник — но, как видно, тебе такой язык не знаком. И почему я не удивлён? Скарамучча презрительно фыркнул. Вот угораздило же его с ним столкнуться, Кадзуха как всегда появился слишком бесшумно и быстро. — О, так ты все-таки решил извиниться за то, что чуть не порубил меня катаной на ломтики? Зачем ты вообще носишь с собой эту штуку?! Паранойя брюнета в очередной раз давала о себе знать. — О, я подумывал извиниться, — нехотя признался Кадзуха, — но лишь только после того, как ты выразишь свои сожаления о содеянном. Меня чуть не задавил шкаф, а еще я сломал свои очки. Ты должен быть благодарен, что за них заплатил Чжун Ли и мне уже купили новые, — очки действительно стали немного отличаться, теперь оправа была черная, а не бежевая. Скарамучча не мог не заметить, как хорошо они дополняли и разбавляли образ Кадзухи, который уж был чересчур приторно-светлым. До этого Скарамучча думал, что приторной бывает только еда, но как оказалось, люди тоже. — Я защищался! Если бы ты не схватил меня тогда, ничего бы не случилось. Кадзуха лишь молча развернулся и пошел в сторону своей комнаты. — Ты сбегаешь! — бросил ему в след Скарамучча. — что, ответить нечего? Преисполненный достоинства, Кадзуха вскинул голову, не удостоив брюнета и взглядом. — Бессмысленно продолжать разбрасываться словами, если собеседник их внять не удостоиться. — поэтично ответил красноглазый, — Венти просил меня попытаться с тобой поладить. Скажу ему, что с моей стороны шаг на встречу был сделан, но ответного я так и не получил. После этого Кадзуха удалился в свою комнату, тихо и бесшумно закрыв за собой дверь. Переполненный яростью, Скарамучча тоже ушел к себе, но его дверь закрылась с таким грохотом, что наверное весь дом услышал, потом, оказавшись в безопасности своих стен, он сполз по стенке на пол, обнимая свои колени. Подавление эмоций, вновь отзывалось привычной болью в голове. Какая дипломатия? Это звучит как нечто невозможное, учтивая, что он сейчас показал ровно противоположное. Почему он должен быть вежливым с кем-то, извиняться, если человек его откровенно бесит? Этот белобрысый испортил ему все планы, опозорил, унизил, подставил, а Венти хочет, чтобы они ладили?! Скарамучча вскочил в ярости, раскидывая руки в стороны, но тут же взвыл, потому что со всей силы долбанулся кистью об шкаф. «Это ты первым ударил! И Кадзуха прав, если бы Чжун Ли не возместил стоимость очков, то тебе бы пришлось продать почку, чтобы возместить убытки. Очки с такими толстыми линзами явно не дешёвые. Ты действительно должен быть благодарен. А если Кадзуха долго копил со своих денег на очки, а ты просто взял и разбил их? Иди и извинись!» — вновь закричал жалкий голос. Чтож, если речь идет о дипломатии, то наверное стоит начать с того, чтобы дать название этому голосу, который говорит быть дипломатичным и идти на уступки. Пусть это будет голос совести, очень подходящее наименование. Не то чтобы Скарамучча собирался его слушать, но так хотя бы будет проще индетефицировать это явление. Кое-как доковыляв до кровати, Скарамучча закутался в одеяло, шипя, как злой котенок, и проклиная весь мир. «Да пошли они все!» — крикнул он про себя, но брюнету вновь пришлось напомнить себе о самоконтроле. Если тьма сейчас сломает кровать, то спать на полу — не самая лучшая перспектива. *** Будучи истинным отшельником в этом доме, Скарамучче все же пришлось выучить расписание уборки, ведь он был несказанно удивлён, когда в пятницу в комнату вошла симпатичная девушка с крашенными в красный волосами. Она убрала осколки из ванной, не задавая вопросов, а в следующий ее приход в понедельник, там появилось новое зеркало. Все эти дни Скарамучча почти не выходил из своей комнаты и варился в собственном соку, даже Венти его не тревожил, чему он был несказанно рад. Об еде в первые два дня, брюнет также благополучно забыл, игнорируя давящую изнутри боль в животе и стараясь ее облегчить, выпивал литры воды из ванной. Он не просто не хотел ни с кем пересекаться, он боялся посмотреть этим людям в глаза вновь. Они были добры к нему, агрессия Скарамуччи не нуждалась в оправдании, его поведение не заслуживало прощения. Ему было бы стыдно есть еду тех людей с кем он так поступил. На третий день Нахиде все-таки удалось выгнать его на кухню в тот момент, когда там никого не было. Даже тогда еда в брюнета лезла с трудом, а потому кое-как затолкав в себя пол порции обеда, он быстро ретировался обратно в свою комнату. Теперь Нахида выгоняла его так каждый день, чтобы он хотя бы что-то кушал. Все остальное время он провел за книгами, которые принес ему Венти, ведь это было единственное достойное занятие, чтобы отвлечься от тех событий, что гложат ему душу и перестать рефлексировать по этому поводу. За пять дней ему удалось осилить почти все книги. Хоть в чем-то он теперь не облажается. Так прошла первая неделя нахождения в штабе Ордена. *** Холодно. Сыро. Зябко. Скарамучча медленно открыл глаза. Брюнет находился не в штабе и даже не где-то поблизости, место было явно совершенно ему незнакомо, но от чего-то ему казалось, что он бывал здесь бесчисленное количество раз. Вокруг него была роща где росли прекрасные цветущие сакуры, лепестки летали по воздуху, кружась в замысловатом танце. Наверху небо было пасмурным и моросил небольшой дождь, но что было самое странное — трава была не зеленой, она была красной, словно кровь. Дождевые облака так же отливали алым сиянием. Пока брюнет пытался понять, где он, и что вообще происходит, тучи начали сгущаться, а ветер усиливался, но холоднее не становилось. Началась гроза, по всюду метали молнии и были слышны раскаты грома. Скарамучча понял, что ему надо найти хоть какое-нибудь укрытие от этой напасти, а обо всем остальном он подумает позже. Он начал быстро петлять между деревьями, пытаясь найти хоть что-нибудь, пока позади не раздался звук, отдалённо напоминающий человеческий голос, он был искажён и слова были почти неразличимы, но каким-то образом они откликались в сознании Скарамуччи, и он понимал, что ему говорят: — Привет, хозяин, — сердце сжалось в груди, а после заколотилось как бешеное, по лбу теперь струились не только капли дождя, но и холодный пот, а руки пробила дрожь. Хоть брюнет точно никогда не слышал этот голос, почему-то он показался ему до боли в груди знакомым. Обернувшись, он увидел перед собой чёрного, словно ночь, котёнка с горящими, как две луны белыми глазами. Он точно знал кто это — это его верная соратница и одновременно его самый злейший враг. Это его эмоции, это его тьма. — Где мы находимся? Что тебе от меня нужно? Я тебя ненавижу! Ты только и можешь, что жизнь мне портить! Именно из-за тебя мама бросила меня! Это все из-за тебя! — закричал Скарамучча. — Мы находимся в твоей душе. Мне от тебя ничего не нужно кроме твоих эмоций и жизненных сил, — невинно промолвил котёнок, — разве не для того ты прозвал меня тьмой, чтобы я все разрушала? Глупо так сильно ненавидеть меня. Ведь я это ты. Неужто ты станешь ненавидеть себя? — тьма говорила словно ребёнок, который ничего не знает об этом мире. — Это из-за тебя у меня все проблемы, — прошипел Скарамучча, — ты не часть меня. Ты всего лишь тьма, ты всего лишь оружие в моих руках, ясно? — Но мы единое целое. Я это все то, что ты прячешь: все твои подавленные чувства, сокрытые в глубине души секреты, потаённые в недрах сознания желания, — котёнок улыбнулся, — и я, как часть тебя, расту вместе с тобой. Ты стал совершеннолетним, пришло и мое время повзрослеть и измениться. Тьма прошла мимо Скарамуччи и встала на краю обрыва. Стоп, откуда там вообще обрыв? Его же раньше не было. Внезапно молния ударила прямо в котёнка. Он сильно увеличился в размерах и теперь был ростом почти как сам Скарамучча. Перед ним больше не котёнок, а огромный взрослый кот, глаза которого светятся фиолетовым, а из тела яростно бьют молнии. Тьма напружинила свои сильные мускулистые лапы и с яростным рыком прыгнула прямо на Скарамуччу, но он вовремя увернулся и быстро убежал, петляя среди деревьев. Если тьма это действительно то что брюнет скрывал и сдерживал, то скрывал он очень многое. Его сердце бешено колотилось, у него было крайне нехорошее чувство по этому поводу, ему срочно надо было бежать и чем дальше и быстрее, тем лучше. — я это ты! — кричала тьма, идя по пятам с своего хозяина — бесполезно убегать от судьбы! Она все равно настигнет тебя, что бы ты ни делал, я все равно поймаю тебя! Догоню! У большой кошки было явное преимущество в скорости, она выскакивала перед Скарамуччей и тут же исчезла, словно играя с ним. От этого было ещё страшнее. Ноги Скарамуччи подкашивались, он начал слышать знакомые голоса, что твердили ему всю жизнь одно и то же. « — монстр! — демон! — ненормальный! — ты должен это подавить!» — последний голос принадлежал его матери и как раз в этот момент перед ним появилась каменная статуя Райдэн в полный рост. Она сидела на корточках, на ее лице было какое-то нежное, теплое и любящее выражение, хоть его мать и не улыбалась, обнимая воздух. Отчего-то Скарамучча испытал очень странный порыв, которому тут же повиновался, он подошел к статуе и лёг в ее руки, идеально поместившись в объятия. Из глаз тут же хлынули безудержные слёзы Тьма права, от себя не убежишь. Даже в новой обстановке с новыми людьми, Скарамучча умудрился скатиться в ту же яму, что и в приюте. Даже спустя много лет после того как мать его бросила, он кинулся к ней в объятия. Тьма без труда нагнала его. Раз уж она часть его и от нее не убежать, то любые его потуги тщетны, остаётся лишь принять эту часть себя и учиться жить с ней. Тьма напружинила лапы и прыгнула прямо на его грудь, раздирая ее своими когтями и сливаясь со Скарамуччей в единое целое. Было такое ощущение, будто в него ударило сразу тысяча молний одновременно. Это было очень больно, его будто разорвало изнутри и постоянно прошибало током, но он не умирал. Внезапно мир вокруг него начал вращаться и терять краски. *** Скарамучча вскочил с кровати, его сердце бешено колотилось, руки дрожали, а во рту пересохло, на глазах были слезы, которые он тут же вытер рукавом своей одежды. Никто не должен это видеть. Он помнил этот сон в самых мельчайших деталях, что было очень странно. Теперь было не так больно, как во сне, но чувство электрического тока, текущего по телу никуда не исчезло. Смутно Скарамучча понимал, что этот сон возможно имеет очень важное значение и хорошо бы было о нем рассказать Венти, но это был бы опрометчивый ход. Пока он сам не знает что это было и что произошло лучше промолчать. Может это был просто обычный сон и ничего он не значит? Лучше сначала самому во всем разобраться, но чувство электрического тока в теле не давало покоя. Что-то определённо не так, что-то определённо изменилось. В любом случае сегодня был тот самый день. В свой день рождения Скарамучча всегда чувствовал себя хуже, чем в остальные дни, но сегодня его душевная боль от травмирующих воспоминаний немного притупилась. Слишком многое произошло в последние дни. На сегодня его планы были просты — по возможности не выбираться из кровати. Но не прошло и получаса, как все его «грандиозные» планы были разрушены. Раздалось два стука в дверь, которые, судя по всему, были сделаны только ради приличия, ведь через пару секунд она распахнулась и в комнату быстрым шагом вошёл Венти. Он подошёл к окну и распахнул привычно задернутые шторы, пропуская в комнату яркий свет. — Вставай, — напевая себе под нос, сказал полуэльф, — до скольки ты вообще спишь обычно? Уже одиннадцатый час. — Уйди, — тихо заворчал Скарамучча, щурясь от солнечного света и лишь плотнее кутаясь в одеяло. — И не подумаю. Не надо было слушать Нахиду. Она говорит, что тебе нужно дать время отойти от всего и свыкнуться. Смотри, к чему это привело? Ты труп. Скелет, который не может ходить и, видимо, никогда не смотрится в зеркало. Ты вообще ешь? — Что за глупый вопрос? Разумеется ем, — фыркнул Скарамучча, — и ходить я могу. Брюнет задавался вопросом, почему Венти потревожил его в день траура. Он точно знал, что Скарамучча не хочет праздновать свой день рождения, да и после произошедшего вряд ли кто-то стал бы его отмечать. Ответ пришел сам. — Раз можешь ходить, то вставай. Времени на сборы у тебя не так много. Сегодня ты отправляешься на свое первое задание.