Переплетение судеб

Скарамучча почувствовал, что его очень сильно тормошат и сквозь силу приоткрыл заспанные глаза, увидев перед собой Кадзуху. — Что происходит?.. — сонно пробормотал брюнет, кутаясь в одеяло — отстань, рано же еще… — Уже шесть утра. Ты вчера обещал, что проснёшься в это время, помнишь? — мягко напомнил светловолосый. Скар некоторое время моргал, непонимающе глядя в потолок. Его заспанный мозг совершенно отказывался работать. «Точно, тренировка» — внезапно вспомнил он и вскочил с кровати. Прошлым вечером Скар был настолько уставшим, что лег спать даже не переодевшись, а потому был уже одет. В принципе можно было пойти и так, но он все же решил переодеться ради приличия. Пока брюнет рылся в шкафу, очкарик с любопытством осматривал комнату, где царил легкий беспорядок и полумрак: шторы задернуты, книги разбросаны возле кровати и некоторая одежда тоже валяется где ни попадя. Хотя в целом в комнате было пустовато, никаких личных вещей, так уж Скар привык ещё со времён приюта. Хотя, учитывая, что он теперь начал новую жизнь, может вскоре у него тоже появятся памятные вещи по типу фотографий, как у Кадзухи? Хотелось бы верить, хоть на данном этапе это и казалось чем-то непостижимым. — Кстати, раз уж я буду учить тебя общаться с людьми, может ты тоже чему-нибудь меня научишь, Скар? — неожиданно спросил альбинос. — Чему я могу тебя научить? Никаких особых увлечений или талантов у меня нет. Дерёшься ты явно лучше меня. Мне нечему тебя учить. — фыркнул Скарамучча — Зря ты так себя недооцениваешь. Вчера именно ты разложил все по полочкам и распутал то дело, помнишь? У тебя очень хорошие детективные способности, мне бы тоже так хотелось. А эти книги? — Кадзуха поднял одну из книг, что валялась на полу. — ты их все прочитал за такое короткое время? Я считаю, это достойно восхищения. — Да, ну и что? Каждый дурак догадался бы в чем дело, все что я сделал это разобрался во всём этом немного быстрее вас. А эти книги любой бы прочитал за такое время, мне просто было больше нечего делать. — отмахнулся он, разве это достижения? Просто пустяк, так каждый может. — Твое «немного быстрее» возможно спасло жизнь двоим людям, но не в этом суть, я тоже хочу научиться так делать. — Ну… Если честно учитель из меня не очень, потому что раньше никто не захотел бы у меня учиться, да и сомневаюсь, что этому можно научить. Но если ты настаиваешь, я попробую, все-таки ты мой друг. Насколько мне известно, дружба подразумевает отдачу с обоих сторон, поэтому я сделаю все, что смогу. — Скар достал из шкафа одежду, которая показалась ему подходящей и ушёл в ванную переодеваться. — к тому же, сейчас у нас как раз появилась интересная почва для расследования. Помнишь чувство опасности, которое я почувствовал вчера? Так вот, даже если опасность исчезла, я все еще чувствую, что кто-то нас подслушивает. Я хочу попробовать выяснить, кто это делает и зачем. — говорил он уже из-за двери. — Звучит опасно, может лучше сказать остальным, чтобы мы вместе решили эту проблему. Вдруг там кто-то настолько сильный, что мы не справимся. Безрассудно, являясь антилопой, дразнить льва. — в голосе Кадзухи сквозила неуверенность, он по своей натуре был очень осторожным и сильно сомневался в рискованной затее Скары. — Если бы этот некто действительно был таким сильным, то разобрался бы с нами ещё вчера, когда мы были одни. Что-то тут явно не чисто, лучше сначала самим узнать хоть что-нибудь. Если нам будет что-то угрожать, я это как минимум почувствую за несколько секунд до атаки. — брюнет вышел из ванной в полностью новой одежде. Это была тёплая серая кофта и ритузы. Он ориентировался по одежде Кадзухи, и судя по тому как светловолосый оделся на улице сегодня было холодновато. — Мне кажется ты слишком самонадеян, но твои аргументы при том не лишены логики. Я пока просто доверюсь тебе, но если почувствую угрозу, то скажу остальным об этом. — альбинос тяжело вздохнул. Эта затея точно добром не кончится, но с другой стороны Кадзухе не хотелось гневать того наблюдателя, мало ли что он сделает, если узнает, что они рассказали обо всем остальным. — пока пойдём на тренировку. Скар молча кивнул и они тихонько вышли из комнаты, все же не хотелось никого будить и привлекать лишнее внимание. Везде царила гробовая тишина, все ещё спали, от этого брюнету было спокойнее, даже зная, что Кадзуха вроде как на его стороне ни с кем пересекаться не хотелось, ему все еще было стыдно перед всеми. Скарамучча конечно же не забыл свое обещание, он понимал, что должен сегодня извиниться, если не хочет потерять расположение альбиноса, ему придётся переступить через свою гордость и страх показать слабость. У Скарамуччи не большой опыт в извинениях, он извинялся только перед матерью и Кадзухой, но синеглазый надеялся, что все пройдёт гладко, хоть и пытался максимально отсрочить этот момент. Когда они зашли в прихожую, Скарамучча даже вздрогнул и подпрыгнул от неожиданности, увидев там еще одного человека, который, видимо, решил прогуляться. «И кто кроме нас не спит в такую рань?» — подумал Скарамучча, хотя по росту человека, он уже догадался кто и от сердца немного отлегло. Загадочная девочка обернулась, посмотрев на парней своими большими и выразительными глазами-изумрудами. — Доброе утро, юноши. — сказала она. — рада, что у вас появился друг, Скарамучча. — Нахида тепло улыбнулась. — Спасибо. — тихо сказал брюнет, все же не смотря на все странности, эта девочка явно всегда была готова ему помочь и дать совет, и он был за это очень благодарен. — Нахида, куда ты идёшь? Обычно ты предпочитаешь не выходить на улицу. — спросил Кадзуха. Скарамучче теперь тоже стало интересно, куда собирается эта девочка-загадка и зачем. — Сегодня у меня появились некоторые неотложные дела снаружи, к тому же никогда не будет лишним прогуляться на свежем воздухе, вы так не считаете? — на лице девочки вновь появилась уже знакомая загадочная улыбка, которая немного бесила Скара. Она явно знает больше, чем говорит, так почему бы не поделиться этими полезными знаниями с кем-то? Бессмысленно было задавать вопрос о том, что там за важные дела, Нахида все равно не ответит ничего внятного. Скар и Кадзуха быстро надели свои куртки, но у Нахиды с этим возникли некоторые трудности, из-за маленького роста она не могла дотянуться до своей одежды. Юноши потянулись к самой маленькой куртке одновременно, на что Кадзуха ухмыльнулся. — Какой ты джентльмен, Скар. — в голосе альбиноса сквозил сарказм, но без злобы или насмешки, красноглазый отпустил одежду, позволяя своему другу взять её. — Это просто вежливость. — фыркнул Скарамучча. — и с каких пор я вдруг стал Скаром? — поинтересовался он, передавая куртку изумрудного цвета Нахиде, которая лишь благодарно кивнула и быстренько вышла из дома, оставляя парней наедине, до Венти его так никто не назвал, все обращались к нему по его полному имени, даже мать называла его по его полному настоящему имени. — С тех самых пор, как Венти назвал тебя Скариком. — юноши тоже вышли из дома. — В таком случае ты теперь Казу. — Скарамучча не знает откуда у него появился этот детский порыв, но он показал Кадзухе язык и сделал притворно недовольное лицо. — Вот дитё. — пробормотал альбинос после чего добавил. — на самом деле это было мило. Отчего-то от этого комментария у Скарамуччи вспыхнули щёки и он быстро отвел взгляд, пытаясь скрыть румянец за прядями темных волос. Было бессмысленно что-то скрывать от альбиноса, он ведь все чувствует. Ухмылка исчезла с лица Кадзухи и он как-то странно посмотрел на Скара. Через некоторое время они пришли на полянку в лесу. — Идеальное место, есть свободное пространство и мишени. Хотя если честно, я всегда чувствовал себя виноватым, когда во время своих тренировок причинял боль деревьям, они ведь тоже живые. Это слишком жестоко с моей стороны. — Кадзуха действительно выглядел печальным. Вот кто действительно истинный джентельмен – проявляет уважение ко всем и вся, даже к деревьям. К деревьям, черт возьми! «Странный, но с ним спокойно. Он слишком светлый. Многие люди хотели бы воспользоваться таким как он для своих корыстных целей. Почему я хочу его защитить? С каких пор меня вообще это заботит? Наверное мне не все равно потому что он мой первый друг, но все равно не знакомое чувство. А вдруг он тоже сделает больно? Хотя отчего-то я ему верю.» — Мне кажется, ты слишком много заботишься об этом. У деревьев нет понятия боли, их подобие нервной системы слишком простое, чтобы испытать такое чувство. Тебе не за что себя винить. — Интересная точка зрения. Ты на все смотришь сквозь призму логики, но как же все остальное? Эмоции и мораль? — Кадзуха достал катану из ножен. — начнём? — Меня не интересует ничего кроме логики и фактов. — Скарамучча с опаской посмотрел на оружие в руках друга. — что касается тренировки, то я если честно не знаю с чего начать — Используй свою силу. Постарайся почувствовать что она из себя представляет для начала. Если ты поймёшь чем она является и как она действует, то со временем поймёшь, как это контролировать и использовать. — наставительно произнес альбинос. Брюнет молча кивнул и вытянул руку вперёд, собрав всю свою злость и ненависть к матери, а так же раздражение на молчание Нахиды, направил поток электричества в своем теле в вытянутую руку, он старался сделать всё аккуратно, чтобы не поджечь лес снова, но из его руки вырвалась бушующая молния, которая тут же агрессивно кинулась поджигать все вокруг. Скарамучча сразу же потерял поводок, видимо теперь тьма стала более неуправляемой, Скар попытался накрыть одну свою руку другой, пытаясь удержать безудержно рвущийся из него поток электричества. К удивлению синеглазого это сработало, теперь в его руках бились не безудержные разряды, а небольшой фиолетовый шарик, который издавал потрескивающие звуки. Успокоившись, брюнету наконец удалось нащупать поводок, и тьма больше не бушевала. — Кажется поучается… Я больше ничего не разрушаю, это достижение. — сказал он, с благоговением уставившись на шарик фиолетового света в своих руках. Никогда раньше он не видел тьму так ясно, раньше ему не удавалось взять ее под контроль. По настоящему взять под контроль, а не подавлять. — Молодец. У тебя получилось ее удержать с первого раза. Но чтобы призвать тьму ты использовал злобу и ненависть. В следующий раз предлагаю тебе использовать другие эмоции. Возможно если ты это сделаешь, то тьма будет вести себя по другому? Попробуй как-нибудь что-то позитивное. — сказал Кадзуха. Пока Скарамучча занимался своими молниями, альбинос с помощью ветра старался подпрыгнуть как можно выше и сделать удар лезвием катаны по дереву максимально высоко. — Не сказать, что у меня прям позитивный настрой, но хорошо. вот только… — он посмотрел на шар энергии в своих руках. — мне надо будет куда-то его деть, я же не могу все время с ним ходить. — Попробуй атаковать, но не так, чтобы молния била всё подряд, а чтобы урон пришёлся на какой-то один конкретный объект, тогда и разрушений будет сравнительно меньше. К тому же, если ты это сделаешь, то научишься атаковать. Тебе это пригодится. Даже если ты теперь не можешь бить молнией всех подряд, ты все равно сможешь защититься, если что-то будет представлять прямую угрозу жизни и здоровью. — спокойно сказал красноглазый, продолжая отрабатывать высоту прыжка, прыгал он аж на три метра в высоту. Впечатляет. Главное, Кадзуха всегда приземлялся мягко и бесшумно, словно парил, порой казалось, что альбинос с ветром — единое целое. Скарамучча начал искать подходящую мишень, но это был лес, а потому ничего лучше очередного многострадального дерева он не нашёл. Брюнет подошёл к своей цели поближе. Он пока не знал как поведёт себя шаровая молния, можно ли ее вообще запускать с расстояния? А потому Скар решил пойти по самому безопасному на тот момент пути — атаковать в упор. Синеглазый быстро приложил руки к дереву, словно вдавливая молнию туда. Разряд прошёлся по дереву, оставляя многочисленные зигзагообразные следы молний, Скарамучча почувствовал запах дыма и горелого дерева. Внезапно брюнет одернул руку, черт, дерево загорелось, он должен был подумать об этом раньше. — БЛЯТЬ! КАК ЕГО НАХУЙ ТУШИТЬ?! — закричал синеглазый, Кадзуха закрыл уши и осторожно махнул клинком, поток ветра задул пламя и прани наконец выдохнули с облегчением. — Не сквернословь. Мат словно яд отравляет твою речь, делая ее грязной и нечистой, — спокойно произнёс Кадзуха. — а еще постарайся больше не кричать, мой слух чувствительный, мне очень неприятно. — Спасибо за то, что потушил… Опять. За то мат очищает мою душу от всякого шлака. — Скарамучча насмешливо ухмыльнулся. — какие мы нежные. — Грубиян. А я то думал ты вежливый джентельмен.— Кадзуха драматично положил руку на сердце, он уже привык к тому, что Скар немного грубоват и резок, но не потому что хочет обидеть, а просто потому что пока не умеет по другому выражать свои чувства. В какой-то степени ему это даже нравилось, это была изюминка, которая отличала его друга от остальных. — ладно, я думаю, что с тебя и с деревьев на сегодня хватит. — альбинос убрал катану в ножны и направился было в сторону особняка, но Скар внезапно перехватил его руку и остановил. — Не сейчас. — Почему? скоро же завтрак начнётся. — Кадзуха был в недоумении. — Потому что мы должны еще кое-что сделать. Нам нужно поискать улики в той стороне, где я вчера почувствовал опасность от таинственного наблюдателя. Мы должны это сделать как можно скорее, чтобы он не успел замести следы. — серьёзно сказал брюнет, он был полон решимости найти хоть какие-то улики. Прямо сейчас. — Но мы можем опоздать на завтрак. — Улики важнее. К тому же мы просто сходим, посмотрим, я уверен, все будет быстро. Если что-то будет нам угрожать, мы сразу уйдем и позовём остальных. — Ладно, возможно ты и прав, действительно надо поискать улики. Признаюсь честно, мне и самому интересно кто это делает неменьше, чем тебе. Кадзуха пошел за Скаром, шли они по лесу довольно долго, пока не нашли нечто странное — облако тумана. Но откуда взяться туману? В остальных местах его нет, такого не бывает. Это явно какая-то аномалия. — Туман этот явно не является порождением природы, друг мой. Он может быть опасен. — Кадзуха настороженно смотрел на стену дымки перед собой. Скарамучча прислушался к голосу тьмы, она тоже настороженно рычала, но никакой прямой угрозы не было, нет причин для паники. — Я не чувствую прямой угрозы, пошли. — Скар смело шагнул в дымку. Как только туман поглотил его, он почувствовал, словно из него высосали всю радость, все то немногое позитивное, что в нём было, оставляя только пустоту и отчаяние, в памяти внезапно всплыли все самые травмирующие воспоминания, которые он всегда старался заглушить, закрыть. Брюнет почувствовал, что погружается в вязкое зыбкое отчаяние, выбраться из которого едва ли представлялось возможным. «Нет, я не хочу вспоминать это снова. Не сейчас. Уйди! Уйди из моей головы!» — дыхание участилось, сердце колотилось как бешеное, руки дрожали и потели. Внезапно кто-то дёрнул его за руку, что вывело его из этого странного состояния, синеглазый будто очнулся и посмотрел в кроваво-красные глаза напротив, из которых текли слёзы. — Я тоже это чувствую, просто не поддавайся. Будем держаться за руки, чтобы в случае чего привести друг друга в чувства. — голос Кадзухи приносил спокойствие и утешение в душу Скарамуччи. — Спасибо… — голос брюнета был необычайно тихим и немного надломленным, он крепко вцепился в руку друга, словно в спасательный круг. Синеглазый осмотрелся вокруг, туман был густой, дальше вытянутой руки ничего не было видно. Юноши медленно двинулись вглубь тумана. — Это неправильный туман. Неестественно тихо. Лес не должен быть таким. — внезапно Кадзуха вздрогнул, будто сильно из-за чего-то ужаснулся. — Скарамучча, смотри. Растения, они вянут. Не только на нас этот туман влияет губительно, он медленно убивает все живое. Может этот туман — сама смерть? — Не думаю, Казу, этому должно быть какое-то объяснение. — сказал Скар, когда трогал лист какого-то растения, действительно, вялое и какое-то пожухлое. А под листом Скарамучча нашел странный камень, он был слишком уж похож на перо, не может обычный камень выглядеть как настоящее перо. К тому же камень был пронизан фиолетовыми линиями, напоминавшими кровеносные сосуды, это перо даже казалось живым. Брюнет поднял камень с земли и показал Казу. — Это явно не обычный камень, я думаю, это можно считать уликой. — он положил перо в карман. — Очень странно, чем дольше мы исследуем это место, тем все страннее. Я никогда раньше не видел столь необычных камней. Скар, признаться честно, это одно из самых жутких мест, которых я видел, а я много где был. — Кадзуха крепче сжал руку Скарамуччи. Синеглазый уловил этот жест, понимая, насколько сильно его друг боится. «Может зря я все это затеял» — пронеслось в голове Скарамуччи, прежде чем земля внезапно ушла у него из-под ног и он с матерными криками провалился в зияющую темноту. «Если я сейчас умру, то это будет максимально тупо, провалился в яму, а мои последние слова — маты. Я хотел умереть, но точно не так.» К своему сожалению и к счастью Кадзухи, которому повезло остаться наверху, Скар через несколько секунд больно шлёпнулся на задницу, но не умер. Брюнет зашипел от боли. — Блять, и как я умудрился?! — лицо Скарамуччи выражало негодование и гнев на весь мир. — Скар, ты живой? — голос Кадзухи больше не был спокоен, теперь он был полон волнения и тревоги. — Да. Живой и даже ничего себе не сломал вроде! — Скарамучча поднял взгляд наверх, голова друга виднелась в дыре из которой лился тусклый свет, глубина ямы была примерно метра три. Брюнету очень повезло, что он действительно ничего не сломал. Внезапно под собой он обнаружил очень много лозы, которая была похожа на мягкий ковёр. «Эти растения не выглядят такими вялыми, как те что наверху, они живые и ярко зелёные. И они смягчили мой удар, наверное именно из-за этого я не услышал хруст собственных костей. А растет ли вообще лоза в нашей местности?» — Там опасно? — Кадзуха вновь был спокоен, узнав, что с синеглазым все в порядке. Тьма рычала, но опять же никакой прямой угрозы не чувствовала. — Нет вроде, все чисто! — отозвался он. Кадзуха осторожно спустился в яму и только сейчас Скар заметил, что из стены росли лозы, своим концом цепляясь за землю, образуя удобную лесенку, чтобы можно было спуститься «Эти лозы тут явно не случайно, кто-то намеренно вырастил их.» В самой подземной пещере было мало освещения, только пара свечей по углам комнаты, а потому брюнет достал телефон и включил фонарик. Перед ним появилась довольно просторная пещера. По стенам словно каркас росли лозы, вероятно для того, чтобы потолки не обрушились. — Эту нору явно вырыл кто-то очень большой. — прокомментировал альбинос. — И он явно это сделал недавно, земля везде выглядит свежей. — почва действительно была влажной, а с потолка капала вода. — Не хочу тебя пугать, но ночью я слышал странные животные крики вдалеке. — Странно, почему я ничего не слышал? — брови Скара нахмурились. — Потому что ты спал как убитый и мирно сопел. Я только с божьей помощью смог тебя утром растормошить. Щеки синеглазого опалил жар. — Я соплю? «Боже, как же стыдно» — Да, как котёнок. — на лице Кадзухи появилась лёгкая улыбка, но через мгновение его лицо омрачилось и стало серьёзным. — нам надо выбираться отсюда. — Нет! Я отсюда никуда не уйду! Ты только представь сколько здесь улик! Пока я всё, что можно не исследую, я не уйду! Это может быть наш единственный шанс добыть информацию! — он действительно хотел добыть улики, но это не было единственной целью, так же хочется отсрочить момент с извинениями, но об этом Скар бы никогда не признался вслух. — Ты же понимаешь, что тебе все равно придётся извиниться? Не бойся, все будет хорошо, я буду рядом. Давай, пойдём отсюда, тут опасно. — альбинос зацепился за лозы и протянул Скару руку. — Знаю, знаю… И я сделаю это. Но информация, которую мы можем здесь получить бесценна. Если хочешь, можешь уйти, я тебя не держу. Но я останусь и найду улики. Этот наблюдатель — моя проблема, мне и разгребать. Я и так создал остальным досточно проблем. Не хочу обременять их ещё больше. Кадзуха в ответ лишь тяжело вздохнул. — Ты мог бы посоревноваться на равных в упрямости с быком. — Кадзуза спустился обратно. — я тебя тут одного не брошу. — альбинос с какой-то тоской посмотрел на клинок в ножнах. — Я обещаю, мы уйдем, как только я почувствую прямую опасность или мы соберём достаточно информации. И в случае если мы не сможем уйти, я тебя защищу. — Скарамучча взял красноглазого за руку. — эта комната пуста, но тут есть и другие проходы. Пошли туда. — брюнет указал пальцем на тёмный проход. Это была не нора, а целая пещера. Здесь пахло женным воском свечей, зеленью лоз и влажной землей. Что удивительно, странного тумана тут не было из-за чего в груди становилось легче. В следующей комнате хранились всякие плюшевые игрушки разных животных и целая стая разнокалиберных резиновых уточек, все были разные и по своему особенные. Они были расставлены не только по росту, но и по цветовой гамме. Так же в комнате с потолков росли не только лианы, но и цветы лаванды и какие-то другие растения, запах которых успокаивал сердце. «И какой безумец будет коллекционировать это барахло? В логове злодея я ожидал чего угодно кроме этого». — Скар скривился. Смысла долго задерживаться в этой комнате нет, здесь явно не было ничего особо полезного, просто барахолка. В следующей комнате юноши увидели нечто, что заставило их побледнеть. Множество банок с маринованными помидорами! ПОМИДОРАМИ! КТО ЧЕРТ ВОЗЬМИ МАРИНУЕТ ПОМИДОРЫ?! Кадзуха, смотря на это кулинарное извращенье, выглядел не лучше. — Фу, господи, кто так делает? Может если морить себя голодом четыре дня, это покажется съедобным? А, нет, я же уже шесть дней почти не ем. — Скарамучча сморщился, став похожим-ка котёнка, которому дали лимон. Даже не смотря на то, что он не брезглив, это было уже слишком. — Я не хочу это проверять, Скар. Пошли дальше. — внезапно Казу остановился. — вау, а вот это выглядит вкусно. — он указал пальцем на бочонки с медом. — я обожаю мед. — Как по мне и то и то гадость редкостная. Идём. — Скарамучча направился к проходу в следующую комнату, продолжая освещать все фонариком. — Казу, сколько тебе лет кстати? — Мне 19. У тебя вчера день рождения был, сколько тебе исполнилось? — Мне 18. Кадзуха ухмыльнулся. — Старших надо слушать и уважать, Скарик. — Да ты не сильно старше меня! — Но старше же. На целый год. Скарамучча лишь фыркнул в ответ. В следующей комнате находился судя по всему склад оружия, оно тут было самое разнообразное: мечи, ножи, катаны, клинки, булавы, биты, нунчаки, сюрикены, луки, но странно, что не было никакого огнестрельного оружия. — Вау, сколько оружия. Всё отполировано до блеска, кто-то явно за этим ухаживает. — Это точно. — брюнет включил камеру и начал все фотографировать со вспышкой. Запечатлев на камеру все, что только можно, синие глаза пробежались по оружию. Внезапно Скарамучча схватил одноручный меч, но тут же чуть не упал. Этот меч ему было трудно поднять даже двумя руками, телосложение Скарамуччи было довольно хрупким на самом деле. Он не был приспособлен к тяжёлым физическим нагрузкам, да и жизнь в приюте и 6 дней почти без еды сказывались на нём не лучшим образом. Внезапно странные клинки привлекли внимание Скарамуччи, у них были зигзагообразные лезвия, напоминающие молнии. — что ты делаешь? — альбинос недоумевал. — Выбираю оружие. Пригодится для самообороны. — он поднял клинки, они хорошо ложились в руку и не были сильно тяжёлыми, идеальный вариант для такого как Скар. Все остальное требовало либо слишком большой физической силы, либо отточенной до автоматизма техники. — поберегись! — Скар начал беспорядочно размахивать клинками, в его движениях не было ни изящества, ни техники, он чувствовал себя словно ребёнок, который впервые взял в руки столовые приборы, особенно рядом с Кадзухой, который являлся довольно опытным мечником, судя по технике. — Это конечно хорошо, но у этих клинков должны быть ножны. Иначе откуда ты их будешь доставать и куда ложить. Да и правильно ли это, воровать чужое оружие? — У него такого еще полно, если бы это оружие было каким-то особенным, то не лежало бы рядом с другим. И нас бы прибили. — брюнет отмахнулся. — Тоже верно.. — пробормотал альбинос. Скарамучча наконец нашел ножны, в которые клинки идеально входили. Ножны были закреплены на ремне, благодаря этому их было удобно носить на поясе. Скарамучча закрепил ремень и отрегулировал его, потом вставил клинки в ножны, которые находились по бокам. — как я выгляжу? — Отлично, эти клинки тебе подходят. Когда вспомню как они называются, я обязательно расскажу тебе их историю и значение. — Я запомнил. Ладно, пошли дальше. В следующей комнате было обнаружено нечто по-настоящему жуткое. Подробная схема штаба ордена, каждой комнаты, каждого прохода, они были настолько подобными, что это было даже жутко, все нарисованы от руки. Скарамучча тут же сфотографировал все чертежи, что висели на стене. — Скар, ты должен это увидеть. — сказал Кадзуха, указывая в затемнённый угол, где лежали какие-то бумаги. Скарамучча повернулся к тому углу, осветив его, там было огромное множество его портретов, сделанных от руки простым карандашом. Все были либо перечеркнуты красным, либо разорваны в клочья, либо чем-то проткнутый. — Меня, похоже, кто-то очень-очень «любит». Но меня за всю мою жизнь ненавидели слишком много людей и среди них вроде не было настолько талантливых художников. У меня даже предположений нет, кто это может быть. — Скарамучча сфотографировал и этот угол и направился в следующую комнату. Пока они с Казухой шли по коридору, Скар почувствовал, как его тело пронзил ток, в следующую секунду из стены вырвалась яркозеленая лоза и схватила альбиноса за шею, начиная душить. Кадзуха хотела было схватить свою катану, но из стены вырвалось еще несколько лоз и начали держать альбиноса за руки, не давая пошевелиться. Скарамучча хотел было достать свои клинки и разрубить лозы, но в следующую секунду из пола вырвались новые растения и сковали уже Скара, потянув его к земле и поставив на колени, но его в отличие от Кадзухи не душили, просто обездвижили. Ещё одно растение схватило очки Кадзухи и сняло их, лицо альбиноса уже начало становиться красным от недостатка кислорода. Лозы были слишком сильными, ни Скар ни Казу не могли с ними бороться. «Это конец, я его подвёл. Прав был Казу. Почему я его не послушал? Почему? Неужто он теперь умрет из-за меня? Я действительно идиот! Нет! Пожалуйста! Я не хочу, чтобы он умер! Забери меня, но Казу оставь в покое!» Растения тем временем вытащили клинки Скара из ножен и кинули куда подальше, то же самое они сделали и с катаной Казу. В отчаянной попытке сделать хоть что-то, Скарамучча использовал тот дикий ужас и беспокойство за друга, что испытывал сейчас, молния вышла слабая и вреда растениям не нанесла, за то один из кликов внезапно зашевелился и прилетел точно в ладонь Скарамуччи, словно его притянуло магнитом. «Ого, я теперь даже так умею?» Брюнет быстро разрезал лозы, освободившись от хватки растений, он кинулся на помощь Кадзухе, но из стен, пола и потолка вырвались новые растения, которые намеревались схватить его, Скарамучча начал пускать в них молнии, сжигая лозы, но их было слишком много. Полчища все новых растений бесконечно вырвались из земли, и к альбиносу было не прорваться. Брюнет почувствовал, что начинает выдыхаться, пока оборонялся от полчищ ярко-зелёных лиан. «Черт возьми! Я не продержусь долго! Меня одного на всех не хватит! Я не смогу спасти Казу!» Лицо красногоазого тем временем уже приборело синий оттенок, а его попытки вырваться теперь были вялыми и слабыми, он был на грани потери сознания. «Все, это конец, нам крышка. Мы умрём» — Прости Казу, за все прости, это я виноват, я подвёл тебя. — произнёс Скарамучча, позволив лозам вновь себя сковать. Через несколько секунд внезапно лозы довольно грубо и будто бы брезгливо швырнули красноглазого на пол. Кадзуха тут же начал жадно хватать ртом воздух. «Ура! Казу жив! Спасибо, кто бы ты ни был, за то, что сжалился над ним!» — поблагодарил Скар, прикрыв глаза, через несколько секунд лозы отпустили и его, тоже грубо швырнув на землю. Но синеглазого не волновала боль, он быстро поднялся на ноги и подошел к альбиносу, который продолжал жадно хватать воздух и был еще слишком слаб, чтобы встать на ноги, но главное — Кадзуха жив. Скарамучча осторожно поднял альбиноса за плечи, обнял и начал поглаживать, сам не замечая, что плачет. — Я тебя прощаю… Я должен был настоять на своём… — хрипло сказал красноглазый. — главное что мы целы. Ты хорошо сражался для новичка. Они сидели так с десяток минут, обнимаясь и стараясь выровнять дыхание. Внезапно телефон Скарамуччи завибрировал в кармане, достав его, он обнаружил, что ему звонит Венти. «вот чёрт» — выругался Скарамучча про себя. Внезапно лозы вновь потянулись к юношам, но на этот раз они просто легли на их губы своим концом, едва касаясь их кожи. «Понятно, нам сказали молчать и ничего не рассказывать. Мы сейчас в очень невыгодном положении и не сможем дать отпор в случае чего, нам остаётся лишь выполнить требования, чтобы не разгневать эти растения. Не думал я, что когда-нибудь доживу до того дня, когда мне будут приказывать какие-то лозы.» Брюнет взял трубку и тут же услышал разгневанный и обеспокоенный голос своего приемного родителя. Лозы тем временем начали рисовать всяких пчелок, бабочек и котиков на земле. — СКАР, МАТЬ ТВОЮ! ГДЕ ТВОЮ ЖОПУ НОСИТ?! УЖЕ 11 УТРА! Я ДУМАЛ ТЫ ПРОСТО СПИШЬ КАК ОБЫЧНО, А ТЕБЯ ВООБЩЕ НЕТ! ТЫ ВСЕ ТАКИ СБЕЖАЛ?! ТЫ УКРАЛ КАДЗУХУ, ЧТОБЫ СБЕЖАТЬ?! ТАК И ЗНАЛ, ЧТО УСЛОВИЯ КОНТРАКТА НАДО БЫЛО ЖЁСТЧЕ ДЕЛАТЬ, ЧТОБЫ НЕ БЫЛО ПОДОБНЫХ ЛАЗЕЕК! — Скар поморщился от крика, доносившегося из трубки, теперь он начал понимать Кадзуху, который затыкает уши, когда кричат — Успокойся, Вен, я не сбежал. Мы просто с Кадзухой гуляем. Ничего не случилось. Да и если бы я сбежал, то украл бы Гань Юй, у которой вообще нет способностей и не ответил бы на твой звонок. — СКАР-КОМАР, САМЫЙ УМНЫЙ ЧТО ЛИ? КАДЗУХА, ПОДАЙ ГОЛОС! — не унимался полуэльф. — Тут я, тут. С нами все хорошо. — тихо сказал Кадзуха, его голос уже звучал лучше и не был таким хриплым. Кажется это немного утихомирило Барбатоса. — Хорошо, спасибо, Кадзуха, что присматриваешь за этим кровопийцей. А теперь живо домой! Оба! — послышались гудки, которые свидетельствовали о том, что Венти бросил трубку. Лозы тем временем бешенно тряслись, словно смеялись над этой ситуацией. — Пошли, нам надо уходить, пока нам позволяют. — сказал Скар, подбирая свои клинки и передавая катану Кадзухе, очки найти так и не удалось. Кадзуха медленно поднялся, двигался он не так изящно, как обычно, но хотя бы уже мог стоять и ходить. Альбинос тут же начал беспорядочно трогать Скарамуччу, пока наконец не нащупал ладонь. — У меня зрение -10, я без очков совершенно ничего не вижу. Будешь моим поводырём. — Юноши двинулись в сторону выхода, — не спеши убирать клинки в ножны, мы все еще в логове врага, опасность может подстерегать где угодно в любой момент. Тем более его мотивы мне по прежнему не ясны, я лишь запутался ещё больше. — Придем домой, я соберу все полученные данные в единое целое и сделаю вывод. Впереди показалась знакомая лесенка из лоз, ведущая к небольшой дырке из которой лился тусклый свет — выход. Внезапно из земли вырвалась лоза и шлепнула Скарамуччу по заднице. — Эй! — брюнет посмотрел на лозу, показал ей язык и оттянул веко, растение в свою очередь связалось в узелок, показывая что-то вроде среднего пальца. Казу дёрнул синеглазого за руку, прекратив эту детскую игру, и они продолжили двигаться в сторону выхода. Внезапно одна из лоз вылезла из прохода другой комнаты, держа очки Кадзухи, абсолютно целые, без единой царапины, а так же бочонок меда. Растение осторожно одело очки на переносицу альбиноса и вручило ему в руку мед. — Эм… — эти действия смутили Кадзуху еще сильнее. — спасибо, я полагаю… — красные глаза посмотрели на Скара, и к огромному удивлению последнего Кадзуха заулыбался — наш враг очень воспитанный, учись. — синие глаза лишь закатились в ответ на это. — а мне что-нибудь будет? — сказал Скарамучча, обернувшись к растениям. Лозе это явно не понравилось, поэтому она вновь шлепнула Скара по заднице и тыкнула на клинки — Ау! Понял, я понял. Спасибо за оружие. — они начали взбираться по лестнице, как только юноши выбрались наружу их вновь окутал туман неестественного происхождения, а проход в нору плотно закрыли лозы. Обратно они точно больше не попадут. Скарамучча в этот раз отреагировал на туман куда спокойнее, чем в предыдущий, он уже успел немного привыкнуть, а потому реагировал не так остро. Чувство отчаяния сохранялось, но эмоции удавалось сдерживать. А вот Кадзуха на против, выглядел так, будто умер изнутри и явно мыслями был где-то не здесь, из его глаз водопадами струились слёзы. Скарамучча тут же обнял Кадзуху и прижал к себе. — Тише-тише, все хорошо, я рядом с тобой, Казу. — хоть брюнет и не имеет большого опыта в утешении, но определённо делает успехи. Альбинос вцепился в него мёртвой хваткой. — Скар, я тебя никуда не пущу, никогда-никогда! Больше никогда не подвергай себя опасности! Только попробуй умереть! Не умирай! Никогда больше так не делай! — голос альбиноса был лишён обычного спокойствия, он был надломленным, дрожащим и умоляющим, это не на шутку перепугало синеглазого, он никогда не видел Кадзуху таким. «Что это с ним?» — Скарамучча начал неловко поглаживать альбиноса по пепельным волосам, осторожно накручивая его красную прядь себе на палец. — Хорошо, больше не буду, и не собираюсь я умирать. Успокойся. — они наконец выбрались из тумана, но брюнета не покидала тревожная мысль, что что-то не так, что-то в Казу изменилось. Альбинос тем времнем немного успокоился, но продолжал мертвой хваткой цепляться за Скарамуччу. — Казу, я знаю, что что-то не так. Что случилось? — Да так… Вспомнил кое-что… Не важно, я пока не готов об этом говорить. Прости, что напугал. — Кадзуха продолжал хвататься за Скарамуччу. «Ничего, рано или поздно я узнаю, что ты скрываешь. Почему твои волосы такие мягкие? Хочу уткнуться в них и понюхать. Не могу сопротивляться этому» — думал Скарамучча. Краснея до ушей, он уткнулся в макушку друга и начал осторожно втягивать носом запах. — «сладко и свежо, обычно не люблю сладкое, но Казу люблю. Почему у меня мысли как у какого-то глупого пидора? Казу просто хороший друг, ничего более. Мне кажется, я схожу с ума». Вдалеке показался особняк. Кадзуха окончательно успокоился и наконец отцепился от брюнета, но держался рядом. Скар не мог не заметить румянца на щеках друга, что столь выделялся на фоне бледной кожи. От этого сердце в сотый раз за день пропустило удар. — Нам нельзя никому ничего рассказывать, человек, который управлял растениями ясно намекнул, что чтобы жить мы должны молчать. — заговорил Казу привычным тоном. — Его целью точно являюсь именно я. Там были только мои портреты. Если бы ему нужен был кто-то еще, то мы бы заметили и другие портреты, но там только мои. К тому же я нужен ему живьём. Иначе он бы начал меня душить так же как тебя. Но почему он нас отпустил? Для меня это загадка. Так же он точно знает наш дом изнутри. Значит вполне возможно что это один из членов ордена. Может Нахида? Она ушла примерно в то же время что и мы. Ее способностей я не знаю, сложно предположить на что она способна. Хотя мне слишком сложно поверить в такое. Она же не такая, хотя кто знает. Этот вариант не выглядит правдоподобно. Слишком много несостыковок. Ещё это может быть Сяо… — Нет, это не кто-то из обитателей дома, им не понадобилось бы рисовать такие подробные чертежи, они и так все знают наизусть, к тому же, я точно знаю, что среди наших соседей нет настолько талантливых художников. Я знаю некоторых других челнов ордена, но никто из них не имеет таких способностей, они не могут рыть подобные туннели и выращивать лозы. Если честно, я буду в шоке, если потом окажется, что человек с настолько сильными способностями остался без внимания ордена. — Мы должны узнать состоит ли этот человек в ордене. Я предлагаю расспросить Гань Юй, Венти может что-то заподозрить, а Чжун Ли мне спрашивать не хочется, Гань Юй мне больше всех импонирует, к тому же она выполняет бумажную работу, а значит должна знать членов ордена. Скажи, Казу, есть ли люди с совершенно индентичными способностями, если не считать ситуации, когда они передаются по наследству? — Люди с одинаковыми способностями существуют, но обычно эти способности слабые, они не идут ни в какое сравнение с этими лозами. Даже в пределах одного рода способности отличаются, у кого-то мощнее, у кого-то слабее, а у кого-то есть специфические умения и приёмы, если речь о сильных способностях, то тут у всех по разному. — Понятно, то есть мне не надо знать внешность наблюдателя, чтобы узнать, состоит ли он в ордене. Это хорошо. Но мне так же абсолютно точно понятно, что мы имеем дело с безумцем, у которого есть обширный арсенал оружия и сильные способности – это плохо. Его действия не поддаются логике. Зачем сначала пытаться тебя убить, потом отпускать, а затем ещё и дарить оружие, мед и возвращать тебе очки? Будет слишком сложно предугадать его действия, а так же понять цель и мотивы. Главное, чтобы никто из основателей ничего не узнал, этот сталкер ясно сказал нам молчать. — Скарамучча начал чувствовать головную боль, слишком много на него навалилось в последнее время. — Ничего не говори Ху Тао, она не умеет держать секреты. Проболтается. Сяо тоже опасайся, он пока тебе не доверяет и ты ему неприятен, высока вероятность, что он не послушает нас и скажет Венти. Думаю вариант с Гань Юй действительно самый правильный, но для начала тебе надо наладить с ней контакт и немного сблизиться, все-таки после того утра она тебя побаивается и немудрено. Не бойся, я тебе помогу с этим. «Видимо пришло время проявить мои дипломатические способности, как говорила Нахида, надеюсь моя почва уже готова, чтобы посеять в ней семена… Нет, не готова. Остался последний штрих» — думал Скарамучча, особняк тем временем был уже совсем близко. Внезапно он остановился — «мне надо спрятать клинки, нельзя, чтобы кто-либо их увидел, я не смогу объяснить откуда они у меня и зачем они мне». — Скарамучча быстро спрятал ножны под свою объёмную толстовку. Как хорошо, что он выбрал небольшие клинки, большое оружие не получилось бы спрятать. Они подошли к боковому входу в особняк. Казу обернулся на Скарамуччу. — Ариготовься. — приготовиться к чему? — недоумевал брюнет, пока альбинос открывал дверь. Как только они вошли, их тут же встретил злой и вместе с тем очень обеспокоенный Венти. — Скарамучча! Ты куда упёрся в такую рань?! Почему так долго не отвечал?! Почему не предупредил?! А ты Казу тоже не лучше! Почему не взял с собой телефон?! — Скарамучча с Кадзухой одновременно заткнули уши, когда Венти закричал. Теперь понятно к чему надо было готовиться. Брюнет склонялся к уху альбиноса и прошептал. — Мне кажется, плохо влияю на твою репутацию. — потом повернулся к обкспокоеннному приёмному родителю — вообще-то мне вчера 18 исполнилось, мы с Казу совершеннолетние, нам не нужна нянька. — Мне все равно, сколько тебе! Ты хоть знаешь, как я испугался?! Я хотел значит позаботиться о тебе и заставить позавтракать, захожу, а тебя нет! И Казу нет! Вас вообще нигде не было! Я так переживал! С вами могло случиться что угодно! — внезапно Венти кинулся к Скарамучче и Кадзухе и обнял их. — пожалуйста, пожалейте своего старика! У меня скоро волосы седыми станут из-за вас! И это только первая неделя! Почему меня никто не предупреждал, чтобы подростки это так сложно?! Пока Венти жаловался, на его крики уже сбежался весь дом, даже Нахида в этот момент вернулась с улицы. — Вообще-то я тебя предупреждал и не один раз. Может я переоформлю Скарамуччу на себя, раз ты не справляешься? — послышался голос Чжун Ли, он был строгим, но в нём все же сквозила небольшая дружеская насмешка. — Убери руки от моего сына, старый хрыч. Этот милаха мой, ты только посмотри какие у него щёчки! Не дам! — Венти схватил Скарамуччу за щёки и начал их сжимать, в ответ на что получил закатанные глаза и недовольное бурчание. — Как скажешь, малыш. — Венти посмотрел на слабо ухмыляющегося Чжун Ли так, будто ему нанесли величайшее оскорбление. — Какой я тебе малыш?! Мне сорок два! — Просто для сорока двух ты слишком хорошо сохранился, Венти. — Скарамучча ухмыльнулся, а Кадзуха захихикал. — Скар! И ты туда же! Чжун Ли, ты научил моего сына плохим вещам! Венти наконец перестал дурачиться и оторвался от Скарамуччи, чему последний был очень рад, пока не обнаружил два серьёзных кроваво-красных глаза, смотрящих прямо ему в душу. Все были в сборе, сейчас было самое время сделать то, что он должен был сделать ещё давно — извиниться. Альбинос сжал руку Скара, даря уверенность и поддержку. Набрав в грудь побольше воздуха, он наконец заговорил. — Я прошу прощения за то, что произошло тем утром. Я не хотел, чтобы все так обернулось. — Венти застыл, удивлённо смотря на Скарамуччу, словно увидел приведение, остальные тоже были шокированы, у Ху Тао даже отвисла челюсть, Нахида же единственная, кто нисколько не удивился, она просто одобрительно смотрела на синеглазого и едва заметно кивнула, намекая, что он сделал все правильно — мне стыдно перед всеми вами за свое поведение. Я был неправ. Вы столько всего для меня сделали, я должен был быть вам благодарен. Я не должен был так себя вести. Выражение лица эльфа смягчилось. — Все в порядке. Не знаю, что за секрет ты там скрываешь и чего ты так испугался, но мне не следовало так давить на тебя тогда, прости. — Венти действительно выглядел виноватым. Скарамучча непонимающе наклонил голову, за что перед ним извиняются? Видя вопросительное выражение лица своего приёмного сына, Венти подошёл и осторожно взял его за руку. — Пойдем, нам надо немного поговорить наедине. — полуэльф потянул Скарамуччу за собой к лестнице, брюнет не сопротивлялся и просто послушно следовал за ним. Кадзуха же пошёл за ними, но они разминулись на втором этаже, Венти потащил Скарамуччу в сторону своей комнаты, а Кадзуха, помахав рукой, пошёл в свою комнату на третьем этаже. После того как полуэльф затащил брюнета в свою комнату, он осторожно сел на кровать. — Присаживайся рядом со мной — Венти выглядел очень серьёзным, разговор будет не из лёгких, но сейчас было не время отступать, а потому Скарамучча послушно сел рядом с Венти. — на счет того, что произошло тем утром. Я долго на этим думал. Все таки я не должен был так реагировать. Угрожать тебе эльфийским мёдом, это был перебор. Наверное дурная привычка от моей матери. Всё же эльфийский мёд не только дурманит разум, но и вызывает привыкание, при чем довольно быстро. У эльфов он что-то вроде наркотика. Я бы не смог себя простить, если бы подсадил тебя на мед… «Почему я задумываюсь об этом только сейчас? Ведь похоже, что Венти вообще не видел своего отца трезвым ни разу в жизни. А его мать какая-то больная, раз занималась тем, что подсаживла совершенно незнакомого ей человека на наркоту, чтобы создать семью. Может у меня с мамой все ещё заебись? Его история куда мрачнее, чем мне казалось. Видимо раньше я был слишком зациклен на себе.» — Я тебя прощаю, Венти. А скажи, что сейчас с твоими родителями?.. Если не хочешь можешь не говорить, я просто интересуюсь. Венти тяжело вздохнул, он явно пытался сдержать эмоции, хотя как показал печальный опыт Скарамуччи, ничего хорошего из этого не выходит. — Ну… Понимаешь, не только отца мать дурманила этой гадостью… Но еще и меня, я тоже был зависим от этой дряни. Я бы никогда не выбрался бы из этого порочного круга зависимости, если бы однажды я случайно не попался бы остальным эльфам на глаза в нетрезвом виде, после этого меня забрали в место, которое было чем-то по типу отрезвителя. Там под действием мёда я выложил следователям все что знал о том, что происходит, а потом меня лишили меда и я отрезвился. По началу было очень неприятно, мысли казались слишком тяжёлыми для моего трезвого мозга, все тело сковывали боль и страх, все вокруг казалось слишком непонятным и реальным. Вообщем у меня была тяжелая ломка и если честно очень хотелось умереть. Но однажды, я увидел как поют и летают птицы, я понял насколько эти существа прекрасны и свободны. Я тоже захотел свободы, а потому решил, что дальше я буду жить без мёда. Через некоторые время в отрезвитель привезли и моего отца. Насколько мне известно мою мать посадили в тюрьму за то чем она промышляла, и поделом ей. Нас с отцом же через некоторое время эльфы отправили в мир людей через специальные межизмеренческие порталы, по их законам все, что не принадлежит их миру должно вернуться к себе, в том числе и люди. Так как я эльф лишь наполовину, они посчитали, что будет правильнее, если я уйду с отцом в мир людей. — Скарамучча тем времнем слегка приобнял Венти и начал поглаживать по волосам, история была слишком тяжёлая, даже Райдэн не смог остаться равнодушным. — ну и после того как мы пришли в людской мир отец не мог избавиться от зависимости. При нем еще оставались некоторые запасы мёда, но я не мог на это смотреть, я хотел узнать какой он настоящий, а не под действием всякой дури, поэтому я украл у него мед и спрятал. У моего отца без наркотика началась ломка, но в отличие от меня, он так и не понял всей прелести свободы. Он не смог выдержать ломки и покончил жизнь самоубийством. Мне было тяжело справиться с потерей отца, потому вместо мёда, я попал уже в алкогольную зависимость. Ну и так продолжалось, пока я не познакомился с Чжун Ли и Эи. Сейчас я стараюсь выпивать как можно меньше, но иногда просто не могу удержаться… — Венти уткнулся лицом в плечо Скарамуччи и он почувствовал, что одежда там стала влажной. «Подумать только, сколько в этом доме сломанных судеб. У всех здесь тяжёлая судьба, даже у такого беззаботного весельчака как Венти жизнь вообще не сахар. У меня все еще хорошо наверное. Интересно, почему обниматься с Венти ощущается не так, как обниматься с Кадзухой?» — Может ты тоже расскажешь мне что-то о себе? Ты ведь тогда был не до конца со мной честен. — голос Венти был надломленным. — Прости, Вен, но точно не сейчас. Я ещё не готов говорить о подобном. К тому же тебе и так плохо. Не думаю, что тебе полегчает от моего нытья. Венти усмехнулся. — Помни, Скар, запретный плод сладок. Тем сильнее ты защищаешь секрет, тем сильнее я хочу его узнать. — полуэльф положил руку на грудь приемного сына, туда где было сердце — хоть ты всем видом показываешь, что ты колючий ёжик, на самом деле в глубине души ты очень добрый. У тебя большое сердце. Доброта это не слабость, не бойся её показывать. — в ответ на это брюнет лишь молча кивнул. Через некоторое время таких обнимашек, Скарамучча почувствовал что его клонит в сон. Полуэльф это заметил и ухмыльнулся. — Ну ты и соня. — Венти отпустил Скарамуччу. — иди спи. Но ты кожа да кости. Как только проснёшься спускайся вниз и съешь что-нибудь, не важно какой час будет, ты должен поесть, иначе я приду к тебе в комнату и накормлю тебя насильно. Не понимаю, как ты еще двигаешься, живя на энергии воды и чая без сахара. — Хорошо, я поем. — после извинений на душе Скарамуччи стало немного легче и он уже не так боялся спускаться вниз. Синеглазый встал с кровати и направился к выходу из комнаты. — спасибо за все Венти, я благодарен тебе за всё, что ты для меня сделал. На лице полуэльфа появилось выражение умиления, на что Скар сделал недовольное лицо и вышел из комнаты, как только он оказался за дверью, то чуть не подпрыгнул от страха, прямо за ней находился Сяо и смотрел на Скарамуччу пристальным янтарным взглядом. — Привет, я полагаю. — в этот раз Скарамучча решил попытаться быть хотя бы приветливым. Сяо осторожно зашёл за спину Скару и одним глазком посмотрел в комнату Венти. Убедившись, что с полуэльфом все хорошо, он закрыл дверь. — Да ничего я с ним не сделал, можешь не переживать, я действительно не желаю никому зла. Сяо в ответ подозрительно прищурился. — Тогда зачем ты носишь с собой оружие? Откуда оно у тебя вообще? — янтарные глаза словно копья впились в брюнета. «Черт, он заметил. И как мне перед ним объясняться? Скар, думай-думай. Что ему сказать? Чёрт возьми, почему именно он?» — Сейчас я связан контрактом и не могу использовать свои силы против вас. Что касается оружия, то мне оно нужно для самообороны. — От кого? — Если я скажу тебе, то будет только хуже, уж поверь. — Скарамучча тяжело вздохнул. Он просто хочет пойти в свою комнату и поспать. — Хорошо, можешь не говорить если не хочешь. — внезапно Сяо крепко схватил Скарамуччу за руку и сжал, посмотрев в синие глаза убийственным янтарным взглядом. — но если ты вздумаешь использовать это оружие против любого, кто живет в этом доме, то я устрою тебе такую смерть, которая будет хуже любых адских пыток Я тебе гарантирую. Выражение его лица и тон голоса ясно говорили о том, что Сяо не шутит и действительно имеет ввиду то, что говорит. Да, умеет же Скарамучча наживать себе врагов. То загадочный безумный сталкер, то Сяо. Точно везунчик по жизни. — Я понял. — сейчас у Скарамуччи не было ни сил, ни настроения пугаться, он просто хотел к себе в комнату, но зеленоволосого устроил и такой ответ и он выпустил Скарамуччу из железной хватки и направился к себе. Выдохнув с облегчением брюнет чуть ли не бегом пошёл по направлению в свою комнату, в этот момент, на повороте, ведущем к лестнице, он чуть не словил тысячный инфаркт за день, увидев там поджидающего его Кадзуху. «Мое сердце скоро не выдержит. Чтож за напасть то такая?» — Казу, ты что-то хотел? — Нет… Не хотел… — Кадзуха неловко опустил глаза в пол. «Что это с ним? Он стал странный после того тумана». — Сейчас я устал. Я думаю, что ты тоже, пошли по своим комнатам. — Скарамучча тяжело вздохнул. Альбинос в ответ лишь едва заметно кивнул и они направились на третий этаж и разошлись по комнатам. Скар переоделся в домашнюю одежду, старую кинув на пол, и завернулся в одеяло. Единственное с чем у Скарамуччи не было проблем это сон, вот и сейчас он довольно быстро провалился в дрему. *** Досье №2. Дата 30.11.2016 Имя: Барбатос (Венти — поддельная личность) Возраст: 42 года Способности: предположительно может создавать сильные потоки ветра и летать. Может чувствовать есть у человека способности или нет. Характер: весельчак с тяжёлыми психологическими травмами внутри. Добрый, но из-за психических проблем может вести себя жестоко. Зависим от алкоголя. Заботиться о сыне. Опасность: немного выше средней (60%). Может начать меня в чем-то подозревать, я не знаю какая у меня аура, но он же как-то понял, что Скарамучча не совсем обычный. Нет смысла скрывать перед ним свои способности, но можно попробовать утаить часть. Так же у него могут возникнуть ко мне некоторые неудобные вопросы, но надеюсь что что-нибудь придумаю. Еще у него есть цербер Сяо, который представляет даже большую опасность, чем сам Венти. Слабости: алкоголь, тема семьи. Нравится: алкоголь, музыка, свобода. Как использовать: я тоже умею играть на пианино, могу попробовать сойтись с ним на почве творчества и втереться в доверие. Могу попробовать стать его собутыльником, но это рискованно, я в жизни никогда не пил, не знаю как алкоголь действует на меня. Хотя, учитывая, что происходит со мной сейчас эта идея звучит вполне заманчиво. Итак, могу с полной уверенностью поставить себе диагноз — я идиот. Почему я не додумался, я должен был понять, что за ауру я чувствовал. Я должен был помнить это как Отче наш. Хорошо, что Нахида вроде оказалась приятной и доброй, хоть и загадочной. Даже готова помочь, меня не выдала, это хорошо. Но помогает она к сожалению не только мне, но и Скарамучче, который сегодня очень некстати пожаловал ко мне вместе со своим дружком. Бедные дети, я ведь действительно со злости был готов их убить, хорошо, что Нахида меня образумила. Еще она говорила, что я должен нормально спать и отдыхать, но как по мне сон слишком переоценён, особенно для такого как я, он забирает слишком много времени, которое можно потратить на нечто более полезное.