Одна на двоих

Раздетый Ян лежит на кровати в комнате Лэйн, наполовину накрывшись выдернутой из-под матраса простыней, пока так же обнаженная Лэйн тихо идет к столу с собранными вещами на руках. Она бросает их на стул, на спинке которого сложена верхняя одежда, и тянется к спортивной бутылке с водой. Отпивает половину и возвращается к кровати, усаживается на её край, пока Ян приподнимается на локтях и тянется за бутылкой. Он медленно пьет воду, а Лэйн льнет к нему и прижимается щекой к шраму на груди, обвивая руками его шею. Допив остатки воды, Ян ставит бутылку на пол и крепко обнимает Лэйн в ответ, мягко скользя руками по её талии и ведя носом по шее. — Все в порядке? — спрашивает он, зарываясь в волосы Лэйн и слегка массируя кожу её головы. — Да. С тобой у меня иначе не бывает, — она слезает с кровати и тянет Яна за собой к стулу, на котором оставила скомканную одежду.  Она находит рубашку Яна и накидывает на него, пока он поднимает руки и помогает ей одеть его. Он меняется с ней местами и из той же кучи вещей выуживает бесформенную пижамную футболку Лэйн. Помогает ей её надеть и, пока тянет края футболки вниз, почти неосязаемо проходится по её телу, задевая грудь. Когда они полностью в одежде, Лэйн, прежде чем протянуть пальто Яну, нащупывает в его кармане маленькую коробку. Быстро надев свой плащ, Лэйн снова берет Яна за руку. — Пойдем покурим. Они выходят в коридор и идут к той части стены, где разбито только окно, а перегородка не повреждена. Молча смотрят прямо на улицу, оперевшись локтями на подоконник. Холодный, но слабый ветер играет с их волосами. Ян достает желтую пачку из кармана, вытягивает из неё две сигареты и протягивает одну Лэйн. Из своего кармана Лэйн берет фиолетовую зажигалку, чтобы поджечь свою сигарету, а потом отдает ее Яну. Он повторяет действия Лэйн, убирая пачку обратно, непроизвольно закрыв за ней зажигалку. Они курят молча, рассматривая пустующий двор.  — У меня такое чувство, что мы были знакомы в прошлой жизни. У тебя оно не возникало? — Ян тушит сигарету о подоконник со стороны улицы, выкидывает ее и поворачивается к Лэйн, облокачиваясь на раму окна. — Не знаю… не задумывалась о подобном в таком ключе. Почему тебе так кажется? — Лэйн делает глубокую последнюю затяжку, задерживает дым в легких, а потом медленно выдыхает. Легкий шлейф ванили обволакивает их двоих. Она так же тушит сигарету, кидает в окно и наблюдает за ее падением. — Мы загрязняем планету. — По-моему, планете все равно на наш мусор, когда она на грани возвращения в первородную форму, — Ян легко улыбается, опуская глаза и рассматривая свои пальцы. — У нас с тобой много общего. Почему-то у меня чувство, что мы дополняем друг друга, и такое резко непонятное влечение к тебе я не могу объяснить иным образом, — и без того еле заметная улыбка на его лице отступает, сменяясь задумчивостью и напряжением, а голос становится тише. — Будто бы так быть не должно. Не могу понять, почему доверяю тебе и хочу быть рядом. — Я знаю, что душа у нас одна, просто в разных телах и с разными проявлениями. Если не в прошлой жизни, то в другой вселенной мы, вероятно, общались или так же общаемся. Делим с тобой не общее, но одинаковое прошлое и попытки отказаться от его отголосков. Наверное, поэтому стремимся слиться, чтобы душа соединилось со своей второй частью. Лэйн делает шаг ближе к Яну и тянется в карман его пальто за зажигалкой и сигаретами. Достает из коробки одну, зажимает между зубами и поджигает. Снова глубоко затягивается, пока Ян с интересом наблюдает за ней исподлобья, всем весом оперевшись на перегородку, придерживая одной рукой ту, что лежит на окне. Лэйн приближается к нему, смотря затуманенными глазами, прикрывает их, когда понимает, что Ян тянется лицом к ней навстречу.  Она выдыхает облако дыма в его рот, пока он ловит языком терпкую ваниль и прикасается им к ее нижней губе, не меняя своего положения и открывая Лэйн свободу действий. Припадает ближе, когда она свободной рукой подкрадывается к его горячей шее, очерчивая выпирающую мышцу, переходя на линию челюсти и мелко карабкаясь пальцами к шраму. Оглаживает его неровности, поднимаясь выше, и тихонько стучит едва отросшими ноготками по скобам.  Отстраняется на секунду, чтобы снова поднести сигарету к губам, но Ян резво перехватывает ее руку, держащую тлеющую сигарету, и затягивается сам, быстро возвращаясь к губам Лэйн. От резковатого потока дыма она криво его вдыхает, что вызывает легкий кашель и вынуждает отстраниться. Ян поглаживает её щеку тыльной стороной ладони, смотрит сверху вниз и медленно вдыхает дым. Ян спускается рукой к лопаткам Лэйн, прижимает её ближе так, чтобы она уткнулась своим лицом в изгиб его шеи. Она кусает Яна за упругую трапециевидную мышцу, пока он выпускает дым из легких в ее волосы.  Лэйн наощупь находит его руку с сигаретой, добивает ее, тушит о подоконник, оставляя на нем, и отстраняет Яна от себя, уперевшись обеими руками в широкие плечи, поднимает голову и выдыхает особенно приторную сейчас ваниль на чужой подбородок. — Как думаешь, если бы у нашей души было неживое воплощение, то как бы она выглядела? — Ян смотрит на лицо Лэйн из-под полуприкрытых век, мягко, почти невидимо, но искренне улыбается, точно зная, что она ответит. — Дым твоих неизвестно откуда берущихся сигарет. Только дым. Его много, его ничто не держит, а издалека не понятно, что это.  — А окурки тогда что? — Пули, тела и рушащийся мир. — Довольно депрессивно. — Ян отчего-то смеется, прижимает Лэйн ближе, аккуратно подхватывает ее на руки и несет обратно в комнату, пока она сонно держится за его плечи.