Месть гриба

Ань Чжэ разглядывал свое отражение в зеркале. Его нежная белоснежная кожа была сплошь покрыта красными следами, демонстрирующими всю жестокость полковника Лу. Даже некоторые живущие в университете Хайленда уже подшучивали над ним из-за этого. Сам же полковник не испытывал никаких угрызений совести. Казалось, даже гордился своими преступлениями. В какой-то момент, Ань Чжэ решил, что с него довольно. Он не был коварным мстительным грибом, но даже у его бесконечного терпения имелся предел. Так что, он твердо решил, что отомстит Лу Фэну. Решиться на такой отчаянный шаг было непросто, а ещё сложнее оказалось придумать и осуществить план мести. Застать полковника врасплох было невозможно. Однажды Ань Чжэ попытался незаметно подкрасться к нему, когда тот читал книгу. Лу Фэн недавно вышел из ванной и был одет в простую рубашку, а не свою военную форму, так что его шея была беззащитно открыта. Но только было Ань Чжэ наклонился, чтобы укусить, как оказался в захвате чужих рук и был притянут в объятия. Первая попытка не увенчалась успехом. Один раз он так же попытался быть более агрессивным во время их близости. И снова провалился, так и не сумев ничего предпринять. У него попросту не было сил на ответные нападения. Лу Фэн доводил его до состояния бессильного блаженства, когда он мог только всхлипывать в подушку и беспомощно тянуть к нему руки. Разочарованный провалами, Ань Чжэ внезапно придумал крайне коварный план. Он вспомнил главное — он был ядовитым грибом. И один раз ему уже удавалось отравить и обезвредить полковника. Итак, заново вдохновившись, коварный гриб приступил к третьей попытке. Лу Фэн сидел за столом в их комнате и делал краткие записи в своем дневнике. Как вдруг, нежные тонкие пальцы коснулись его шеи, легко поглаживая и разминая затёкшие мышцы. Он тут же отложил ручку и повернулся, встречаясь с мягким взглядом любимых глаз. Ань Чжэ мимолётно улыбнулся и сел ему на колени, просяще наклоняя голову. — Поцелуй? Разве можно отказать? Запутав пальцы в шелковистых волосах на затылке, Лу Фэн притянул его к себе и поцеловал. Ань Чжэ активно отвечал. Пожалуй, даже слишком активно. Полковник не помнил, чтобы раньше тот проявлял такое рвение. Разве что, в тот раз когда… — Ты снова съел что-то не то? — с подозрением прошептал Лу Фэн. Ань Чжэ с обидой слегка нахмурил брови. — Почему ты так думаешь? Неужели он действительно ведёт себя так подозрительно? Испугавшись, что человек в его объятиях снова ускользнет, Ань Чжэ впился в чужие губы с новым поцелуем. Крошечный кусочек мицелия отделился от его языка. Как и в прошлый раз, Лу Фэн ничего не заметил. Теперь нужно было лишь немного подождать, пока сонный яд начнет действовать. Ань Чжэ отстранился и нечитаемо улыбнулся. А потом оставил маленькие поцелуи в уголках глаз Лу Фэна, как часто делал сам Лу Фэн. Опьяневший от нежностей полковник Лу решил, что не будет задаваться вопросами о том, почему его дорогой гриб вдруг стал таким любвеобильным. Нужно просто наслаждаться моментом. Но через минуту он понял ещё и то, что виной «опьянению» служат явно не только поцелуи. На него вдруг накатила ужасная сонливость. Ань Чжэ с мрачным удовлетворением наблюдал за тем, как человек в его руках постепенно обмяк. Зелёные глаза закрылись, учащенное дыхание выровнялось, руки безвольно опустились. Но уже когда Ань Чжэ собирался отпраздновать победу, его внезапно настигло запоздалое осознание. Лу Фэн всё ещё сидел на стуле. Оставлять его в таком положении будет неудобно и травмоопасно. До кровати было несколько метров. А рост и вес полковника были достаточно внушительными. Такой хрупкий слабый юноша, как Ань Чжэ, ни за что не сможет поднять его. Ань Чжэ слез с чужих колен и чуть не расплакался от досады. Только ему удалось наконец осуществить свой план, как неприятная ошибка грозила все испортить! Но Ань Чжэ был довольно упорным грибом. Кое-как, он смог аккуратно спустить Лу Фэна на пол, а потом обратился белоснежным мицелием, оплетая бессознательное тело и медленно двигая его к кровати. Спустя несколько долгих минут, у него получилось в сохранности переместить полковника, и он снова превратился в человека. Теперь Лу Фэн лежал на кровати, забывшийся в крепком сне и абсолютно беззащитный. Редкий вид. Ань Чжэ захлестнула странная эйфория. Наконец-то он с ним поквитается! Смакуя момент, Ань Чжэ расстегнул пуговицы на домашней рубашке полковника, обнажая гладкую бледную кожу и присматривая место для первого укуса. Тело Лу Фэна было непростительно чистым и нетронутым. Только на плечах виднелись тонкие белые полоски, почти полностью зажившие царапинки от ногтей. С чего бы начать? Ань Чжэ вспомнил краснеющие метки на собственной шее, которые часто становилось поводом для многозначительных смешков. Воспылав уверенностью и желанием восстановить справедливость, он наклонился над оголенной шеей Лу Фэна, и прикусил нежную кожу прямо над бьющейся венкой пульса. Полковник тихо выдохнул, но продолжил сладко спать. Как следует зализав укус, Ань Чжэ слегка отстранился, чтобы полюбоваться результатами своей работы. Теперь на светлой коже алел яркий засос, с ровным следом мелких зубов. Очень красиво. Пожалуй, Ань Чжэ наконец понял, почему Лу Фэну так нравилось оставлять на нем такие метки. Раззадоренный, он снова склонился над спящим телом, кусая и посасывая острую ключицу. А затем ещё один укус в шею. В сплетение мышц на плече. Мягкую мочку уха, тонкую нижнюю губу, крепкое предплечье… Ань Чжэ наслаждался каждой минутой и каждым сантиметром открытого перед ним тела. Наконец-то этот человек был полностью в его власти, и он мог неспеша исследовать каждый кусочек кожи. Лу Фэн спал, но его веки иногда подрагивали, будто ему снился какой-то очень интересный сон. А Ань Чжэ тем временем, уже понемногу начинал жалеть, что полковник был без сознания и не мог коснуться его. Ранее нетронутая кожа Лу Фэна пестрела свежими засосами, но теперь это не так и радовало. Ань Чжэ хотел, чтобы тот проснулся и приласкал его. Чтобы накрыл своим весом и целовал, обнимал и шептал на ухо всякие нежности. Потому что, пока он вот так игрался, его собственное тело естественным образом отреагировало. Чувствуя нарастающий дискомфорт и желание, Ань Чжэ снова был готов заплакать от досады. Кто же знал, что план мести обернется против него… — Лу Фэн… — тихо позвал он, беря руку полковника и прикладывая широкую ладонь к своей щеке. Но длинные пальцы безвольно соскальзывали, тот все ещё спал. Ань Чжэ в отчаянии всхлипнул, чувствуя нарастающую тесноту в своих пижамных штанах. Ему так хотелось… Начиная забываться в дымке возбуждения, он оседлал крепкое бедро Лу Фэна, нетерпеливо ёрзая и притираясь к нему. Попытался положить его руки себе на талию, как тот обычно делал, но ничего не получалось. Тёрся щекой о сомкнутые губы, умоляя о поцелуе, но полковник ожидаемо не ответил на эти мольбы. Ань Чжэ действительно был на грани слёз. И вдруг, пока он объезжал бедро Лу Фэна, безуспешно пытаясь хоть как-то облегчить своё напряжение, веки того дрогнули и слегка приоткрылись. — Ань… Чжэ? Он всё ещё не проснулся полностью, невидящий взгляд скользил по силуэту перед ним, почти не узнавая. Словно в лихорадочном сне, Лу Фэну едва хватало сил, чтобы шевельнуть пальцем, а реальность и сонные фантазии смешивались воедино. Доза яда была слишком маленькой, поэтому он начал просыпаться так скоро. Вот только, Ань Чжэ совершенно не жалел об этом. Заметив, что полковник начинает просыпаться, он просяще прильнул к теплой груди, сжимая ноги вокруг его бедра, пытаясь показать, в чём он нуждался. К сожалению, Лу Фэн всё ещё находился между сном и явью и не мог как следует помочь ему. Маленький гриб… Что же ты наделал… Сквозь пелену сна, Лу Фэн слышал прерывистые вздохи и жалостливые стоны. Чувствовал мягкое теплое тело, что настойчиво тёрлось об него и искало прикосновений. Слышал дрожащий знакомый голос, который умоляюще шептал его собственное имя. Мир перед глазами плыл цветными пятнами, а жар внутри становился все более ощутимым. Ань Чжэ, его Ань Чжэ… Он рядом и так нуждается в нём. В отличие от мутировавших тварей, у людей не было инстинктов, но в тот момент, Лу Фэн даже сквозь сон ощутил острую инстинктивную потребность приласкать своего маленького гетерогенного. Действие снотворного яда постепенно рассеивалось. Собрав силы, Лу Фэн поднял обе руки и прижал к себе вздрагивающее взмокшее тело. Он всё ещё не мог самостоятельно инициировать поцелуй, поэтому просто приоткрыл рот и Ань Чжэ тут же среагировал — уткнулся в него губами, яростно покусывая. Должно быть, надеялся, что боль поможет полковнику быстрее прийти в себя. Ещё немного, ему нужно было совсем немного. В объятиях Лу Фэна Ань Чжэ сразу стало спокойнее, но этого было недостаточно. Он всё мялся и крутился, но желаемое облегчение так и не наступало. Слишком привык к тому, что это Лу Фэн всегда занимал ведущую роль и доставлял ему удовольствие. Теперь без этих знающих рук ему собственное тело казалось неполноценным. Решив, что больше терпеть не может, Ань Чжэ схватил Лу Фэна за запястье и сунул его ладонь под резинку своих штанов. К счастью для него, способность двигаться постепенно возвращалась к полковнику. Ослабленные сонным ядом мышцы медленно восстанавливались, и он смог сжать пальцы. Ань Чжэ только этого и ждал. Прикусив плечо Лу Фэна, он начал толкаться в его руку, лихорадочно преследуя желаемую разрядку. А Лу Фэн терпеливо позволял использовать себя. Затуманенный разум всё ещё отказывался в полной мере осознавать происходящее, но ему не нужно было много думать, чтобы понять, что Ань Чжэ нуждался в нем. И всего ещё через несколько минут приглушенных стонов и неровных толчков, он почувствовал горячую влагу на своих пальцах. Ань Чжэ вздрогнул и затих в его объятиях, шепча что-то неразборчивое.

***

Лу Фэн разглядывал свое отражение в зеркале. Его гладкая бледная кожа была сплошь покрыта красными следами, демонстрирующими всю отчаянность одного гетерогенного. Такое не получится полностью скрыть даже под его военной формой. Ань Чжэ сидел на кровати, свернувшись комочком и украдкой наблюдая за ним. — Прости… Полковник повернулся к нему, вопросительно поднимая брови. — Извиняешься? В чём твой проступок? Ань Чжэ испытал чувство дежавю. Кажется, подобный разговор у них уже однажды случался. — Я… Отравил тебя? Лу Фэн продолжал молча смотреть на него. — Я… Покусал тебя? Всё ещё молчание. Ань Чжэ начинал нервничать. — Я… Воспользовался твоим телом? Тишина. Он искал в холодных зелёных глазах подтверждение своей вины и ожидал вынесения приговора, но Лу Фэн вдруг почему-то лишь мягко улыбнулся. — Такой глупый. В следующий раз, если захочешь устроить что-то подобное, тебе вовсе не обязательно меня усыплять. На следующее же утро, по университету Хайленда поползли новые слухи. В этот раз никто больше не смеялся. Похоже, маленький гетерогенный оказался намного опаснее, чем они думали…