ты спишь?

*** беспокойная ночь для лололошки означала не менее дискомфортную ночь для ричарда. каждый раз лололошка сопел, толкался, переворачивался.. делал всë, лишь бы на следующее утро у ричарда болела голова от недосыпа. в такие моменты он понимал, что это значит - быть Гленом. зачастую из за своей же жалости к лололошке он молчал. Ричард был уверен что его, так же как и самого ричарда преследовали страшные кошмары с острова.. интересно, автомотоны, когда сгорали, чувствовали такую же боль как и настоящий человек? ричарда брало в дрожь. — надеюсь нет.. - буркнул он сам себе в ответ, вновь укутавшись с головой в одеяло. такая странная привычка осталась у него ещё с детства, когда мама укладывала его: — "придëт серенький волчок и укусит за бочок." - так запугала его что каждый раз, когда Ричард чувствовал потенциальную угрозу или навязчивые мысли - прятался в самое тёмное и глубокое место. может и лололошка не просто так ворочается во сне.. может, он тоже получил глупую детскую травму, но просто не помнит какую? Ричард ещё раз повернулся к лололошке. из за щенячьей жалости в груди он почувствовал обязанность обнять и приласкать его. обычно Ричард себе не отказывал, но в этот раз замялся. прикоснуться к лололошке ощущалось как сделать что то странное, глупое и совсем нехарактерное для его поведения. Ричарду далось нелегко перебороть навязчивое желание молча развернутся и уснуть. наконец он обхватил руками спящей тело лололошки. он был холодным, но при этом достаточно тёплым, что бы согревать душу ричарда. придвинувшись ещё ближе Ричард уже оказался с ним в плотную. впервые они были так близко; лицо к лицу, нос к носу. тяжёлое дыхание сопровождалось учащëным пульсом, но больше Ричард не смог двинуться. даже когда мозг отрицал возможность всего происходящего, губы сами накрывали чужие. поцелуй был невесомым, совсем коротким, но после него Ричард вспыхнул как вулкан. ни единый мускул на лице лололошки не дрогнул, но ричарду показалось будто он и в правду утихомирился. смахнув невидимые капли пота со лба, ричард встал. теперь он точно не уснет.