Пламя и кровь

Положение Зелёной партии было критическим. В бою у Хэйфорда соединённое войско Запада и столицы было не просто разгромлено - оно было уничтожено. Жалкие остатки, которые смогли пережить семидневное сражение, бежали и рассыпались по Приречью, слившись с местными партизанами. Король Эйгон, хотя всё ещё живой, метался в бреду между жизнью и смертью и не выходил из наркотического дурмана - мейстер Орвиль и голубые сёстры дружно сходились на том, что если перестать поить короля маковым молоком, тот умрёт от боли. Вдобавок, на Драконий Камень вернулся принц Джекейрис - и принёс с собой идею, которая могла бы показаться безумной - или же очевидной.

Смена власти

Принц Джекейрис вернулся домой нежданным, и вернулся радикально изменившимся. Часть этих перемен несложно проследить по "Саге о кровавом кракене", железянской истории Танца Драконов. Хотя сага посвящена биографии Дальтона Грейджоя, в ней прекрасно прослеживаются изменения в характере принца Джекейриса - от робкого мальчишки, изо всех сил пытающегося доказать, что он достоин внимания и уважения своих союзников, до молодого зверя, со спокойным сердцем зарезавшего ребёнка леди Юнис Фарман, когда она отказалась открыть ворота крепости, и потребовавшего леди Юнис как свою долю добычи. Результат же этих перемен мы видим в немногих сохранившихся документах Драконьего Камня. Как уже было сказано, с самой коронации Рейниры все дела вёл принц Деймон. Все приказы подписаны его четырьмя глифами; договоры с вольными городами заключает тоже он лично, он дарует рыцарям белые щиты. И вдруг эти четыре глифа исчезают и возникает несколько торопливая, крупная подпись "Джекейрис Кронпринц". Королева Рейнира продолжает молчать. Документы говорят о ней - о её столе, весьма обильном; о слугах и служанках, которые ей выделены; об охране её покоев; о том, что принцы Джоффри и Эйгон просят дозволения с ней видеться. Но она сама не говорит ни слова. Это вскоре изменится.

Радикальная идея

Почти в тот же день, когда принц Джекейрис возвращается на остров, он издаёт прокламацию. Каждый, в ком есть драконья кровь, кто считает себя достойным, может прийти и попытаться укротить любого дракона на нашем острове. Преуспевшему будет дарована честь зваться любезным младшим братом кронпринца Джекейриса и дозволено сражаться на стороне великой королевы Рейниры Милостивой. Эта прокламация произвела эффект разорвавшейся бомбы. Ряды королевской семьи открылись для любого, кто сможет оседлать дракона - любого, в ком есть драконья кровь. А на Драконьем Камне таких было немало; Таргариены хранили заветы старой Валирии и не забывали лишать девства девиц, а дети от этих союзов считались богоданными, священными и очень приветствовались. В результате около трёх сотен человек явилось ранним утром десятого числа седьмой луны - и среди этих трёх сотен были весьма прелюбопытные фигуры.

Неудачники

Самым ярким героем этой истории - известной как Посев Драконьих Семян, поскольку хронисты из Цитадели были склонны всему давать поэтичные названия - конечно, стал лорд Масси. С одной стороны, перед ним предстала возможность доказать себе и всему миру, что его заявления о происхождении от короля Визериса - не просто пустой трёп. С другой, лорд Масси был человеком принца Деймона - а весь Посев был попыткой кронпринца оттеснить того от власти и получить собственных непобедимых и верных сторонников. Но искушение было слишком сильным. Лорд Масси выбрал рискнуть. Он проиграл: Вермитор не счёл его достойным. Из других любопытных персонажей Посева стоит назвать двух рыцарей - сьера Бейлона Сванна и сьера Стеффона Дарклина. Оба они вовсе не могли похвастать никакой драконьей кровью и даже не претендовали на это, и оба они считали, что достаточно быть славным рыцарем и достойным человеком. Сьер Стеффон погиб в огне Морского Дыма; сьер Бейлон Сванн был гораздо интереснее: этот штормянин, удостоенный белого щита, нарушил свою клятву и пытался не то атаковать, не то вовсе оседлать драконицу Сиракс, обманув её зеркальным щитом. Он тоже сгорел. И, конечно, надо упомянуть того, кто не преуспел, но остался в живых. Оба внука лорда Корлиса явились попытаться претендовать на дракона своего отца, сьера Лейнора. Младший, Алин, не преуспел - но отделался большим ожогом, который он пережил благодаря мастерству мейстера Герардиса.

Удачливые

Из трёх сотен пытавшихся выжило двадцать, и четверо смогли преуспеть. Первым выиграл у судьбы старший брат Алина - Аддам, мальчик на год старше молодого кронпринца. Лорд Корлис плакал, видя, как тот поднялся в небо на спине Морского Дыма - последняя надежда Веларионов, потерявших недавно свою возлюбленную леди. Второй была девица по прозвищу Крапива - смуглая и некрасивая дочь маркитантки, когда-то служившей на Ступенях и клявшейся, что с ней спал сам принц Деймон. Так это или нет, но девица сумела приручить дракона Овцекрада - как говорили, хитростью, давая ему куски баранины, но всё же сумела. Третьим стал Хью Молот, подмастерье кузнеца из порта, человек огромного роста и сильной воли, с пудовыми кулаками и плечами в косую сажень, синеглазый и с толстенной белой косой, в которую он вплетал цветные ленты. По слухам, он был сыном покойного короля Визериса. О Хью говорили, что у него нет сердца; родную мать он якобы продал тирошийским торговцам живым товаром, чтобы заплатить за обучение у кузнеца, сестру отдал за пьяницу, чтобы освободились её комнаты... однако он был очень удачлив и очень нагл, и пока что преуспевал. Ему покорился Вермитор. Четвёртым - и последним из преуспевших - стал зять Хью, Ульф Белый, портовый пропойца, который гулял по кабакам, рассказывая, что его отца зачал в колдовском валирийском ритуале принц Бейлон. Это был несчастный человек, когда-то оруженосец сьера Джоффри Лонмаута, после его смерти оставшийся на улице и так и не нашедший себе места в жизни. Формально он числился портовым стражником, но на службе бывал нечасто. Ему покорилась Среброкрылая.

Принц-регент

Меж тем, в столице произошла очередная сумятица. Принц Эймонд поднялся на железный трон, положил корону себе на колени и объявил, что он отныне - и до выздоровления короля Эйгона - будет принцем-регентом и распускает малый совет, поскольку тот не справился с задачей управления государством и привёл его на грань краха. Малый совет формально согласился, но втайне продолжал и собираться, и принимать решения. Так, продолжился тайный вывоз из столицы казны - возможность которого была куплена ценой всей армии, связавшей противника в семидневной битве у Хэйфорда. Были предложены планы эвакуации королевы, короля и принцессы Джейхейры, которая не отходила от своего отца ни днём, ни ночью, ухаживая за его ранами и подавая воду, которой король никак не мог напиться. Принц-регент мало интересовался такими вещами. В длинном обращении, занявшем не меньше часа и, по свидетельствам очевидцев, написанном по всем законам высокой риторики, он провозгласил доктрину мести. Отныне любой, кто не поддерживал корону всеми возможными ресурсами и силами считался предателем и подлежал немедленному уничтожению. В рамках своей доктрины он решил убить саму Рейниру; план был подготовлен им самим, без помощи Государева Ока (уже формально лишённого своего поста) и заключался в том, чтобы отправить на Драконий Камень сьера Аррика, белого щита и близнеца сторонника Рейниры, сьера Эррика. Дескать, близнецов никто не различит, а сьер Аррик сможет нанести решительный удар. План завершился красиво, но неудачно: сам сьер Эррик столкнулся с близнецом, и в отчаянном бою они убили друг друга, дав повод менестрелям сложить немало печальных песен. Но принц-регент не останавливался. Оседлав Вхагар, он снова направился в Приречье, где обрушил на непокорных - и особенно на тех, кто посмел склонить колено перед войсками Рейниры - огонь с небес, выжигая уже и без того разграбленные деревни, города и монастыри. Вскоре он отправил в столицу письмо о полном покорении северо-востока Приречья и о готовности вернуться. Однако он опоздал.

Павшая столица

Никто не ожидал, что сторонники Чёрной партии нападут на столицу с помощью драконов. Не потому, что это бы запрещал какой-то закон; нет, просто в столице была гильдия алхимиков, из-за которых всякий пожар мог кончиться огромным ужасным взрывом - и благодаря которой в столице за триста лет не бывало ни одного большого пожара, так строго люди блюли все правила и так быстро работали пожарные команды. Однако принц Джекейрис, должно быть, хорошо усвоил правило лорда Дальтона, которое нам донесла "Сага о кровавом кракене": Не надо нападать на корабли врага, на его стены и его воинов. Напади на его сердце - и выиграешь любую битву. Это правило ни разу не подводило Дальтона, с помощью невероятно наглого блефа бравшего целые города - и оно не подвело принца Джекейриса. Когда перед ратушей Королевской Гавани с небес спустилось сразу семеро драконов, мэр послушно вынес ключи и объявил о передачи столицы в руки королевы Рейниры. Оставалось взять Красный Замок - как мы помним, почти лишённый своего гарнизона. Впрочем, этой победы принцу Джекейрису не довелось увидеть.