Зачем нужны хроновороты

Какого хрена!.. Гарри поднялся, держась за голову, и оперся о стену. Когда перед глазами перестали прыгать золотистые снитчи, а огненный клубок боли, в который превратилась его голова, рассосался, Гарри открыл глаза и осмотрелся. Все еще ночь. Он стоял в полностью разрушенной комнате на втором этаже. Одна из балок потолка рухнула вниз, за ней угадывалась дыра в крыше. Окон не существовало, как факта. За черными проемами горели редкие уличные фонари. Все было покрыто толстым слоем пыли и голубиного помета, припорошенного инеем. - Снейп! – позвал он. Легкие наполнились морозным воздухом, и голос сорвался. Было холодно, как в ледяном аду! Январь на дворе! – Снейп, боггарт тебя дери!.. Несколько голубей сорвались с насеста и улетели через дыру в крыше. Гарри осмотрелся внимательнее. Заклинание, которое метнул в него разъяренный Мастер зелий, не могло вызвать таких разрушений... Окна и крыша – ладно, могло, но слой гуано? Словно тут никто не жил десятилетиями… Гарри дохнул на окоченевшие руки и обхватил себя за плечи. Кстати, что это было за заклинание? И где он? Гарри подошел к разлому в стене и выглянул наружу. Лютный переулок, знакомый тупик – как и положено. Именно здесь должна находиться квартирка Мастера зелий… Тем не менее, это была не она. Гарри пошарил в кармане растянутой толстовки и вытащил свои очки. Так. Сразу легче. На полу светился магический след. Он наклонился и поднял свою палочку, а вместе с ней еще один предмет. Тот самый артефакт. Услышав на улице голоса, он сунул его в задний карман джинс и снова подошел к разлому. Под фонарем тихо переговаривались трое мужчин в длинных плащах и капюшонах. Они поглядывали в сторону дома, где находился Гарри. На всякий случай он наложил невербальное заклинание Невидимости, сожалея, что нет с ним сейчас старой доброй мантии-невидимки. Типы выглядели подозрительно, а здесь все же Лютный, ночь и весьма странные обстоятельства, в которых он очутился. Гарри дотронулся до дужки очков, приближая изображение. Лиц под капюшонами было не разглядеть. Но вот один из мужчин вскинул голову, словно почувствовав, что за ним наблюдают, и лоб Гарри пронзила резкая боль. Он схватился за шрам и отшатнулся вглубь помещения. - Здесь небезопасно. Идемте, - голос со смутно знакомыми интонациями донесся с улицы. Гарри слышал его раньше, но где?.. Боль стихла, и он выглянул на опустевшую улицу. Гарри оглянулся на разрушенную комнату еще раз, не нашел никаких признаков того, что она была когда-то обитаема, наложил на себя согревающие чары и выпрыгнул из разлома, мягко приземлившись на мостовую. Вечно торчать здесь он не намеревался. Сначала стоило понять, где же он находится. Хотя доктор Гарри Джеймс Поттер (официально – разрушитель проклятий, неофициально – полулегальный артефактор), подозревал больше не «где», а «когда». Зачарованные очки помогали видеть в темноте, но Гарри предпочитал свет фонаря. Вытащив артефакт из кармана, он повертел его в руках так и сяк, совершил пассы палочкой, но ничего особенного не добился. С виду – массивный брегет на цепочке. На серебряной крышке были выгравированы песочные часы, а вместо песка – россыпь крошечных рубинов. Пока он смотрел, один камешек исчез из верхнего деления, чтобы появится в нижнем. Так-так. Гарри открыл часы и посмотрел на циферблат. Обычный, с двенадцатью делениями, только стрелок было четыре. И они указывали на четыре цифры. Один. Пять. Семь. И девять. 1579? 1795? 1975? Он попробовал переместить стрелки заклинанием, но не вышло. Он и раньше пытался, в своем времени, с тем же результатом. Значит, они сдвинулись под действием заклинания Снейпа. Вот ублюдок. Как он сумел? Может, это зависит от магической мощи, вложенной в заклятие? Да ладно, Снейп же хотел его проклясть, а не убить. Черт же дернул идти к Снейпу! Ну, а к кому Гарри должен был пойти?.. Скорее всего, эта дурацкая игрушка подчинялась только магии своих хозяев. Гарри перевернул часы и погладил большим пальцем крышку с обратной стороны, где скрывался волшебный механизм. На крышке была выгравирована корона с черепом, пронзенным клинком. Герб рода Принцев. Пока ему представлялись два выхода из сложившейся ситуации. Ждать, когда все рубины перетекут в нижнее деление и тогда, вероятно, его вынесет в свое время… Либо найти местных Принцев и заставить их активировать артефакт. Если это 1975 год, то он знал, где искать Северуса Снейпа. Только бы не какой-нибудь девять тысяч сто пятьдесят седьмой! Благодаря специфике своего второго (полулегального) рода деятельности Гарри знал Лютный, как свои пять пальцев, и мог с закрытыми глазами найти дорогу в любую его часть. Лютный ничуть не изменился. Одна из улочек, к которой он привык, оказалась в этом времени тупиковой, пара домов – не на своих местах, но не прошло и десяти минут, как Гарри очутился на Косой аллее. Витрины магазинов были темны, по мостовой ветер гонял потрепанную газету. Гарри призвал ее и развернул. С разворота на него глянул профессор Дамблдор и заголовок: «Пожиратели смерти – не миф!» Не миф. Это точно. Гарри быстро оглянулся и снова дотронулся до лба. Шрам воспалился и противно ныл. Тот человек в плаще в подворотне… Вольдеморт? Почему шрам реагирует… ведь Гарри больше не хоркрукс? Фантомные боли? На газете стояла дата: 9 января 1975 года. С днем рождения, Северус Снейп, будущий профессор, Мастер зелий и мой персональный ад. Ваш подарок прибыл! Гарри усмехнулся и аппарировал в Хогсмид. Занятия в школе начинались с десятого числа. Он успеет выспаться, позавтракать и встретить Хогвартс-экспресс. Одно Гарри знал точно: он не имеет права вмешиваться в ход истории. Вспомнилась заварушка с Хроноворотом на третьем курсе и напутствие Дамблдора. Никто не должен его видеть. Ему надо было подумать над маскировкой или же все время ходить под чарами невидимости. Он направился в Визжащую Хижину. Немного магии, и вот он уже с комфортом расположился на старой кровати (полной, между прочим, шерсти оборотня) и даже воспользовался запасами еды и сливочного пива, оставленными Мародерами. Тут же он нашел несколько бутылок вина и сигареты, и мысленно пожурил родителя и его друзей за вопиющего нарушение правил, но трогать ничего не стал. Судя по скорости исчезания рубинов, у него было в запасе не больше трех суток. До полнолуния еще далеко, так что он может воспользоваться гостеприимством хижины и просто подождать, когда артефакт вернет его в будущее… Либо все же найти Снейпа. Но в каком обличье предстать перед ним? Джеймса Поттера? Незнакомого человека? Знакомого человека? Друга? Угу, Лили Поттер. То есть, пока Эванс. Ну, это была сумасшедшая идея. С этими мыслями Гарри и заснул. А проснувшись утром, он подумал, что не знает, уезжал ли Снейп на рождественские каникулы домой или оставался в Хогвартсе. Если бы у него была мантия-невидимка или хотя бы Карта Мародеров! Он еще раз обшарил хижину, но снова убедился, что Джеймс Поттер не спрятал тут никаких ценностей, кроме сигарет и вина. И небольшой кошелек с галеонами. И колдографию Лили Эванс. Нда… Гарри осторожно провел пальцем по краю колдографии, и мама улыбнулась ему. Он положил все обратно в тайник под половицей и задумался. Пробраться в Хогвартс – не проблема. Но как остаться незамеченным? Если бы у него был его фирменный чемоданчик… так нет же, Снейп отправил его в путешествие во времени, не позволив взять в дорогу даже теплой мантии! Просто проклял его, и вот. Гарри же ничего не сделал, всего лишь зашел спросить… Ну хорошо, Гарри в двадцатый раз зашел спросить. Ночью. Через окно. В квартиру в Лютном. Ну, всяко бывает в жизни, так ведь? Может, человеку очень надо. Зачем сразу проклятиями швыряться? Ну, хорошо, Гарри первый начал. А что он мог еще сделать, если в постели Снейпа валялся безобразно пьяный Драко Малфой? В полурастегнутой рубашке. А Снейп вышел из ванной в халате на голое тело… А волшебную палочку он предусмотрительно захватил с собой в туалет, что ли? Гарри вздохнул. Дурная привычка Драко валяться в полураздетом виде на любой поверхности, изображая томность или страдание, и привела к тому, что они с Гарри стали любовниками. К тому моменту оба были женаты. Они расстались два года назад, но Гарри до сих пор не отпускало. Ревновал к каждому столбу, хотя и знал, что Малфой тот еще засранец. Репутация и карьера для него оказались важнее интрижки с Гарри Поттером. В тот год родился Скорпиус, а у Гарри – Джимми, и Малфой выбрал семью. Или Скорпиус родился на следующий год, вместе с Севером? Погоди, а сколько сейчас Северу-то? Уж, наверное, больше года. Хотя нет, он вроде весной родился… «Отличный же ты отец, мистер Поттер, - раскритиковал себя Гарри. – Хотя бы второго сына не забудь поздравить с первым днем рождения». Гарри предложил Джинни расстаться по-хорошему, но она сказала, что беспутный муженек может ночевать где хочет, лишь бы приносил заработанное в дом и не попадался газетчикам, и что она давно смирилась (читай – опустила руки) с тем, что у национального героя свербит в заднице от жажды приключений. Ну, он и остался. Было бы к кому уходить. Для Малфоя это был просто адреналин, какое-то разнообразие в жизни, повод смыться на время из фамильного поместья. Гарри сначала бесился и пытался его вернуть, а потом словно что-то оборвалось. Рутина засосала. Месяц спустя Гарри Поттер уже менял пеленки Джимми в перерывах между ночными дежурствами в Св.Мунго и офисом в Оксфорде (и Джинни вздохнула с облегчением), а Драко Малфой не высовывал носа из Министерства, и на столе у первого помощника Министра красовалась умилительная колдография с красавицей-женой и пухлым карапузом в кружевных одеяльцах. Ладно, проехали. Гарри покончил с безрадостным завтраком, наложил чары невидимости и спустился в лаз под Дракучей Ивой. Следующая остановка – Хогвартс 1975 года! Двери замка были открыты. Перед воротами сновали люди, эльфы и кто только не, в последние минуты каникул приводя замок в порядок. Рождественские украшения были сняты, разобранные елки валялись на земле, засыпанный снегом двор подметался и убирался. В этой суматохе никто не заметил еще одну пару следов, ведущую к дверям. На Снейпа Гарри наткнулся на лестнице. Очевидно, что на каникулы он остался в замке. Пятнадцатилетний студент спускался вниз и, уткнувшись длинным носом в книгу, читал на ходу. Все, как Гарри помнил из думосбора: грязные патлы, шмыгающий нос, сгорбленные плечи и затасканная до дыр коротковатая мантия: слизеринская одежда, кажется, принадлежала еще матери Снейпа. Гарри последовал за ним, рассудив, что Снейп возвращается из библиотеки в Подземелья. Тот, казалось, ничего не замечал вокруг. Гарри беспрепятственно дошел с ним до гостиной Слизерина и даже услышал, как Снейп буркнул под нос что-то, наверное, пароль. И Гарри совершенно не ожидал, что в следующую секунду в него прилетит Петрификус, книга окажется на полу, а сам он – прижатым к стенке разъяренным Снейпом. Если бы не охранные амулеты, то валяться бы Гарри сейчас куском мяса на холодных плитах. А так – пощекотало только. Мальчишка тыкнул палочкой в его шею. - Сними чары, а то прокляну! – прошипел он, брызгая слюной. – Какого хрена ты таскаешься за мной! Кто ты такой? Гарри решил, что Обливиэйт никто не отменял, и убрал чары невидимости. В коридоре было темно. - Потти! – Снейп зло сощурился. – И один? Надо же, какая удача! Ты пожалеешь, что приехал так рано, – он окинул быстрым взглядом коридор, проверяя нет ли других Мародеров поблизости, и снова больно ткнул палочкой в грудь. – Акцио, палочка Поттера! - он схватил ее и сунул в карман мантии. - Не дергайся, Потти, хуже будет, - и с этими словами Снейп сжал ворот толстовки и протолкнул его в гостиную. Дверь захлопнулась с грохотом. Нет, даже взбешенный Снейп, даже в полутьме гостиной, все равно когда-то должен понять, что перед ним не Джеймс Поттер. Гарри на секунду задумался: будет это после или до Круцио… или на что там еще способен пятнадцатилетний подросток, получивший в полное распоряжение заклятого врага? Что тогда? Так ничего и не сообразив, он обернулся и независимо взглянул на Снейпа. Зрение у него теперь было в порядке, и поэтому очки лежали в кармане, а не торчали на носу, как у отца. - Я не Джеймс Поттер, - сказал он почти ласково. – Северус… На его глазах произошла удивительная трансформация. Снейп опустил палочку и сделал шаг назад. Его глаза расширились, рот раскрылся в удивлении, и из горла вырвался неопределенный звук. - Мне нужна помощь, - Гарри протянул к нему руку. – Пожалуйста, дай мне объяснить. А дальше произошло то, чего он сам никак не ожидал. - Лили? – слабым голосом спросил Снейп. Он опустился в кресло, не отводя изумленного взгляда от лица Гарри. Дерзкий план тут же родился в голове. - Как видишь, - он пожал плечами и продолжил говорить, сочиняя на ходу. – Я… сварила Оборотное, но что-то пошло не так… Прошло уже больше часа, но я все еще… он. Только глаза вернулись обратно. Мне нужна твоя помощь, Северус. - Д-д-докажи, - запинаясь, попросил Снейп. Гарри часто говорили, что его жесты напоминали жесты его матери… Сможет ли он обмануть будущего двойного агента? - Ты сказал мне, что я ведьма, а я сначала обиделась на тебя за это. Ты сказал, что придет письмо из Хогвартса, и я ждала его, а еще его ждала Туни, - Гарри выкладывал все, что видел в думосборе. Это были его чертовы последние минуты жизни и единственная память о матери! Конечно, он помнил каждую деталь! - Когда я в детстве качалась на качелях, я могла останавливаться в воздухе, а ты караулил меня в кус… - Хватит! - Снейп вскочил и вцепился в свои волосы. – Лили, но как… - Я думаю, все дело в этом, - Гарри протянул ему артефакт. – Они не ходят. Но день назад на часах стояло другое время, а потом внезапно оно поменялось. Это темный артефакт, да? Не надо было мне покупать эту штуку. Но мне она так понравилась, что… Снейп схватил часы и повертел в руке. Его взгляд зацепился за герб Принцев. - Где ты это взяла? – с ужасом спросил он. - В лавке в Лютном. - Ты ходила в Лютный?! – заорал вдруг Снейп, скривившись от ярости. – Лили, я же говорил тебе никогда..! – он запнулся, вспомнив о манерах. – Прости. - Меня уговорили, - Гарри сделал вид, что смутился. - Кто? – прошипел Снейп. - Петигрю, - вдохновенно соврал Гарри. - С-с-сукин… - Северус, пожалуйста! – Гарри попробовал заканючить, как девчонка. – Не надо, мне и так хре… - наверное, девочки так не выражаются. - Плохо. Снейп либо не заметил оговорки, либо… Либо Гарри чего-то не знал о своей матери. Из кармана слизеринской мантии выглядывала конфискованная палочка, и Гарри внезапно прошиб холодный пот. «Акцио, палочка Поттера», - минуту назад сказал Снейп. «Поттера»! А если мальчишка вспомнит об этом..? Гарри решил не привлекать внимания к палочке, как бы не хотелось ему вернуть ее. Но он зря волновался: все внимание Снейпа было поглощено другим.   - Это было опасно, Лили, - мальчишка поджал губы. – Но почему Поттер..? - У меня были его волосы, - Гарри заставлял свою фантазию работать на полную. – Я выдрала целый клок, когда мы в прошлый раз сцепились… Я… хотела отомстить. Испортить ему репутацию. Снейп довольно ухмыльнулся. По всему было видно, что эта причина его устраивала. - Как ты оказалась в Хогвартсе? - А куда мне было еще идти? В таком виде я не могла оставаться дома. Пришлось вызвать Ночной Рыцарь, и вот. - Странно, ты выглядишь… - он обошел Гарри кругом, оценивающе приглядываясь. – Даже старше, чем Поттер. И глаза… Вернули цвет, говоришь? Хм… - он задумался. – Может, все дело в спорышах времянки?.. Может, просроченные были? Откуда у тебя вообще эта странная одежда? – он подцепил пальцами край толстовки и потянул к себе. - Трансфигурировала свитер из мешка из-под картошки. Не очень удачно, - Гарри пытался не слишком глумиться над мальчишкой, но какое-то хихиканье все же вырвалось наружу. - Точно мешок, - хмыкнул Снейп в ответ. Он весело посмотрел Гарри в глаза. – Давай сначала попробуем зелье, возвращающее облик, а потом, если это не поможет, я попробую что-нибудь сделать с часами? - Зелье я уже пила, - быстро сказал Гарри. - Но ты не пила мое зелье, - довольно ухмыльнулся Снейп, схватил Гарри за руку нежно (нежно! у Гарри по коже побежали мурашки) и потянул к выходу из гостиной. Снейп через каждую секунду оглядывался назад, словно боялся, что «Лили» растает в воздухе, и ободряюще ей улыбался. Ободряюще! Улыбался! Гарри подумал, что ему должно было быть очень стыдно за свою ложь, но это же был чертов слизеринский ублюдок Северус Снейп, который увел (предположительно) у него любовника (спустя тридцать лет, но какая разница!), так что так ему и надо, пусть верит дальше! Хотя, конечно, совесть Гарри была не совсем чиста. Подпольная лаборатория – как Гарри подозревал, обеспечивающая всем необходимым будущих Пожирателей смерти – располагалась в одном из заброшенных классов глубоко в Подземельях. Учитывая то, что оборудование здесь было новое и баснословно дорогое, средства для подпольщиков вынимались из кармана Малфоев, или даже самого Вольдеморта. - Ух ты, - попытался выразить восторг Гарри. Снейп смутился, потом нахмурился и, независимо дернув плечом, прошел к шкафу с ингредиентами. - Иногда мне позволяют здесь работать, - неохотно признал он. - В обмен на зелья? – невинно поинтересовался Гарри. Да, Снейп, признайся, что ты варишь для них? Яды? - В обмен на зелья, - Снейп явно не хотел поддерживать тему, но Гарри не сдавался. - И что… котируется на Слизерине? - То же, что и везде. - Перечное каждый и сам может сварить в обычном чайнике, - невинно предложила «Лили». - Не хотят руки марать. - Северус, а ты хочешь? - Лили, не начинай, - мальчишка порылся сначала в одном выдвижном ящике, потом в другом. – Они хотя бы платят. Слагхорн просто посылает на отработку. Ему режь и строгай за баллы, а в последний раз он настолько обленился, что оставил меня варить Костерост для Помфри на всю ночь, и даже баллов не дал, - и буркнул едва слышно: - Я не говорю уже про ужин. Гарри заткнулся, сраженный несправедливостью наказания. - Но он же твой декан… - Он меня ненавидит, - наконец, Снейп раздобыл в недрах шкафа небольшой пузырек и призвал стакан. – Потому что моя мать была изгнана из рода. Если бы распределял он, а не Шляпа, я бы никогда не попал на Слизерин. «Ты бы попал на Гриффиндор, - вдруг подумал Гарри. – Если бы Дамблдор только знал…» - Может, так было бы лучше, - вслух произнес он. – Мы могли бы учиться на Гриффиндоре вместе… - С Поттером и Блэком? – глаза Снейпа опасно сверкнули. – Нет, Лили, нафиг такую школу, я лучше в кабалу к алхимикам пойду. Держи, - он протянул Гарри стакан, наполненный малиновой жидкостью. Зелье пахло гнильем. Гарри и не такое доводилось пить на работе, но удовольствия от этого он не получал. А те зелья, которыми снабжал его сам небезызвестный Мастер зелий, на вкус были еще хуже, чем стандартные – словно Снейп нарочно пытался сварить погаже. В память о школьных мучениях, не иначе… - Пахнет не очень, - нехотя признал Снейп. – Это из-за желудочного камня кашалота. К горлу Гарри подкатила тошнота. - Давай сначала ты попробуешь, как оно на вкус? - предложил он. Снейп вздохнул и, поморщившись, отпил. Проглотил звучно и зажмурился. В уголках глаз выступили слезы. Мальчишка шмыгнул носом и вытер рот рукавом. - Я добавлю сахар, - предложил он и метнулся к шкафу. Гарри поймал его за плечо и поставил перед собой. - Дай мне палочку, Сев, - строго сказал он. Кажется, Лили так его называла. Снейп удивленно протянул свою палочку. – Во-первых, нос вытирают платком, - Гарри подхватил со стола кусок чистого пергамента и трансфигурировал его в платок. – Во-вторых, тебе нужно что-то сделать с мантией, - он провел палочкой по прорехам, нашептывая заклинание для штопки, которое использовала Джинни. – И в-третьих… - он наложил Очищающие на Снейпа от макушки до пят. – Выучи, наконец, эти чары, или Поттер так и будет тебя дразнить. Акцио, сахар! Сахарница грохнулась на стол рядом со стаканом, но Снейп и Гарри все еще смотрели друг на друга, ничего не замечая. - А ты в этом обличье сильнее, - Снейп вдруг облизнул губы и потрогал себя за плечо, которое Гарри, оказывается, все это время крепко держал. Он разжал пальцы. Снейп сосредоточенно насыпал сахар в зелье, размешал и сделал контрольный глоток. В этот раз он не скривился. Почти. Гарри смотрел на него, как зачарованный, и только потом догадался отвести глаза. Умытый Снейп оказался милее неумытого. Красивые волосы. Воронье крыло. Расчесать бы… Гребаный ты эстет, Поттер, на кого любуешься? - Попробуй, - он аккуратно протянул стакан. – Если хочешь, я поищу чем закусить. Кажется, здесь был апельсиновый джем, черная икра и оливки. Остались с вечеринки. - А тебя не убьют, если ты скормишь их мне? Мальчишка пожал одним плечом, словно говоря «все равно». Все равно, убьют ли его, или все равно, потому что черную икру оплачивает Малфой? - Тащи закуску, - решил Гарри, сделав первый глоток. Пожалуй, это было не самое ужасное зелье в его жизни, но очень близко к опасной грани. Снейп метнулся к другому шкафу, расконсервировал его от сохранных чар, вынул тарелку с тостами, банку джема и черной икры, и поставил все на стол. В его руке мигом оказался обсидиановый нож для разделки ингредиентов, которым он воспользовался для того, чтобы намазать один тост джемом, а другой – икрой, демонстрируя на радость безупречное владение Очищающими. Значит, просто лень использовать их на себе? Или неприятно? Гарри, наоборот, нравилось ощущение пробегающего по коже холодка. Конечно, не сразу после секса, на разгоряченное тело, но чуть позже… да это было намного приятнее, чем тащиться в душ! Так, сосредоточься, Поттер! За тобой ухаживают! За тобой ухаживает Северус Снейп! Мальчишка услужливо протягивал ему тост с икрой на вытянутой ладони. В черных глазах, еще не утративших надежду и юношеский пыл, отражались огни свечей. Тепло. По ободку радужка была цвета густого черного чая, а в глубине, без видимых переходов, абсолютно черной. Следуя какому-то порыву, Гарри приблизил лицо к лицу Снейпа и всмотрелся в эти непроницаемые глаза. Его собственное миниатюрное отражение появилось там, будто в зеркале. - Лили… Ешь. Ты чего? - У тебя красивые глаза, Сев. Темные пушистые ресницы беспомощно дернулись, и Гарри очнулся. Боже, что с ним? Он флиртует? Шутка зашла слишком далеко. Ведь Снейп пытается понравится Лили. (Лили, а не тебе, Поттер! Ты вообще еще не родился!) Снейп старается быть с ней настоящим джентльменом (явно книжный образ – другого примера у него нет, не родители же!), заигрывает неловко с девочкой, которая ему нравится. В тот момент он, вероятно, еще не подозревает, что пройдет пара лет, и ему будут нравиться вовсе не девочки… не в том смысле нравиться. То есть, наоборот, в том, но не девочки. О личной жизни Мастера зелий как-то проговорился Драко Малфой… чтоб был проклят его пьяный язык! Какой-то молодой подмастерье из Гильдии зельеваров. Вроде как Снейп пытался затащить его в постель, тот пожаловался начальству… В-общем, не сложилось у Мастера зелий дружба с подмастерьем, а у того не сложилась, видимо, дальнейшая карьера, потому как Гарри больше о нем не слышал. И вообще, всю Гильдию Снейп послал далеко и надолго. Кусок хлеба качался перед лицом. Снейп снова облизнул губы. Так сексуально. Маленький поганец. Что-то слишком много в последнее время рассуждений о Снейпе и сексе в одной строчке, Поттер! Гарри приоткрыл рот и сомкнул его на краешке тоста. Губы мягко скользнули по пальцам Снейпа. Мальчишка не ожидал этого. Он отдернул руку, и тост полетел вниз. Губы Гарри, шея, толстовка и даже джинсы оказались перепачканы черной икрой. Снейп в ужасе смотрел на то, что натворил. Гарри невозмутимо подхватил большим пальцем икринки с джинсов и сунул в рот. - Фкушшно, - промычал он. Снейп неуверенно хмыкнул. Как ни в чем не бывало, Гарри продолжил собирать икру с одежды и облизывать пальцы, и Снейп, улыбаясь, через пару мгновений присоединился к нему. Он тоже, не стесняясь, отправлял икринки себе в рот. В какой-то момент пальцы Снейпа оказались на лице Гарри, и Гарри поймал его руку (тощее запястье, как шея у цыпленка!) и поднес к своему рту. Мальчишка настороженно замер. «Можно?» - одним взглядом. Никогда еда не была такой вкусной, как в тот момент, когда пальцы Снейпа погрузились в его рот. Он тщательно обсосал, игриво прижал зубами и скользнул языком по подушечкам ласково, снимая соленый горьковатый вкус икры. Гарри закрыл глаза, смакуя ощущения. «Как сперма», - вдруг стукнуло в голову, и он чуть не подавился, осознав, что он делает и с кем. Он выпустил пальцы изо рта с влажным причмокиванием, так и не открывая глаз. В следующий момент он почувствовал тяжелое дыхание на своих губах, а через долгие пару секунд мягкие влажные губы прижались к его собственным. Поцелуй был невесомым, несмелым, почти невинным… Разве что в ушах гремел гром, сообщающий Гарри, что его целует в будущем экс-Пожиратель Смерти и Двойной агент, Мастер зелий, Кавалер Ордена Мерлина Первой степени, Официально признанный Темный маг, Гроза неучей и раздолбаев (особенно, если они с Гриффиндора) Северус, будь он проклят, Тобиас Снейп, Принц-полукровка! Гарри приоткрыл рот, разрешая больше. Мальчишка подумал еще мгновение и принял приглашение. Самый кончик языка осторожно прошелся по нижней губе Гарри, а потом погрузился в рот. Нёбо, зубы, язык – все подверглось жадному исследованию. Гарри был уверен: это был первый поцелуй Северуса Снейпа, и при этом Снейп, не смущаясь своей жадности, брал от этого поцелуя все. Будто на десять лет вперед. Дрожь пробежала по спине Гарри. У него сбилось дыхание. Он вцепился пальцами в плечи, прижимая мальчишку ближе, изгибаясь так, чтобы между их телами и губами не осталось незаполненного пространства. Языки переплелись, в горле завибрировал протяжный низкий стон – с таким отчаянием кричат мартовские коты или какие-нибудь павианы в брачный период… да, тот самый стон из самого нутра – которое живое, жаждущее… Ближе, ближе, еще! Гарри толкнулся всем телом в худые бедра Снейпа, и тот прервал поцелуй и отстранился. На скулах яркими пятнами горел румянец. В глазах плескались восторг и ужас... Реальность вернулась нежданно-негаданно. Снейп опустил голову и отвернулся. У него горели уши. - Ли… - Не надо! – быстро прошептал Гарри. – Только не извиняйся! Именно это намерение читалось в голосе. Снейп пришел в себя достаточно, чтобы осознать, что страстно поцеловал лучшую подругу… Если бы. Если бы подругу! В тот момент Гарри готов был сознаться во всем и раскрыть свое истинное лицо. Мерлинова задница, как же давно его не целовали вот так! - Забудь, слышишь? С кем не бывает… Я сам… сама виновата, - Гарри нервно облизал припухшие губы. Ну, это было здорово. Открытие, достойное Ордена Мерлина. Он пообещал себе разобраться со своими ощущениями попозже, когда выберется из этой передряги. – Сев, ближе… ближе к делу, - воздуха до сих пор не хватало. – Зелье не сработало. Попробуй часы. Снейп кивнул и с энтузиазмом, показавшимся Гарри несколько преувеличенным, переключился на часы. Он попробовал простейшие диагностические заклинания и еще какую-то чушь, и Гарри мысленно заскрежетал зубами, смотря на эту профанацию через плечо. Он-то был артефактором со стажем, а этот мальчишка пока понятия не имел, что делать… Гарри вдруг вспомнилась другая ситуация: он первокурсник и профессор Снейп, грозно нависающий над его котлом с испорченным Перечным зельем… Наверное, Снейп чувствовал себя так, как Гарри сейчас. К чести пятнадцатилетнего Северуса Снейпа, он быстро догадался, в чем проблема. - Лили, ты помнишь, где стояли стрелки, когда ты начала работу над Оборотным? Гарри ткнул пальцем: - Вот эти две на двенадцати, эта на двойке, а эта на семерке. 2007. Снейп задумчиво провел кончиком волшебной палочки по циферблату. Стрелки дрогнули и передвинулись на нужные места. Вот что значит фамильный артефакт. На Поттера стрелки не реагировали. Тотчас же возникло тянущее чувство в районе пупка. Стены подернулись дымкой, воздух зашевелился, и на краю зрения вспыхнул свет. Его затягивало во временную воронку! Но для перемещения во времени необходим большой объем магии! Что если Гарри застрянет?! - Нужно произнести заклинание, Сев! – крикнул он, выхватывая из кармана мантии Снейпа свою палочку, а из рук часы. – Любое! Магический выброс! Быстрее! Снейп оглянулся. Его взгляд растерянно бегал по комнате. Он не видел Гарри! - Лили? – его голос доносился будто издалека. Гарри нацепил очки. Потоки магии стали видимыми. Самым ярким источником в комнате оказались часы, они светились ослепительно белым светом, и от них светящиеся ленты тянулись к рукам Снейпа. На полках разноцветными искрами фонили еще какие-то источники магии. За радужными переливами скрывалось что-то очень, очень темное… Дневник Тома Риддла? Он пока хранится здесь? Темная нить магии хоркрукса соединяла дневник и шрам Гарри… На мгновение Гарри впал в панику, подумав, что частица души Вольдеморта в нем не уничтожена до конца, а потом его осенило: ведь это просто магический след! Самого хоркрукса не было (да и не могло быть в далеком 1975!), но память-то о нем оставалась на лбу, как и белая ниточка шрама! Значит, та боль, что он испытал в присутствии Вольдеморта в Лютном, действительно была  фантомной… Уже легче. - Северус! Снейп повернулся на голос. В его груди красной раной мерцал алый цветок. Гарри столько раз видел подобное, что сомнений не осталось. Фамильное проклятие. Совсем свежее. И прямо на сердце… Черт, с таким долго не живут. Это точно его пациент, если протянет тридцать лет. А впрочем, протянет, или он не знаменитый доктор Г. Дж. Поттер! Гарри метнул в грудь Снейпа самым мощным запечатывающим заклинанием из своего арсенала. Алый цветок вспыхнул и задрожал, борясь с магической печатью, но постепенно его сияние стало гаснуть, и сначала сердцевина окрасилась черным, а потом и лепестки свернулись внутрь золотистой сферы. Снейп согнулся пополам. Лицо исказилось. Он судорожно вцепился пальцами в плечи, пытаясь хоть как-то защититься от боли, сопровождающей процедуру, и Гарри сжал зубы. «Потерпи, - мысленно обратился он к мальчишке. – Это пройдет. Ты нужен мне в будущем – всем нам. Только дождись меня… в нашем времени». Снейп упал на колени, его била крупная дрожь. Он попытался поставить защитный барьер, но это не помогло. Тогда он попробовал Атакующие. Беспорядочно бросая их вокруг себя. Воздух расцветился опасными синими, бордовыми и фиолетовыми лентами магии. Артефакт получил необходимый импульс. Воздух угрожающе завибрировал, и комната и мальчишка растворились в ослепительном свете. В голове зазвенело, и Гарри потерял сознание. Он очнулся в кромешной темноте. - Люмос максима, - не голос, а карканье. Он оказался в той же тайной лаборатории, но основательно заброшенной и полупустой: никакого дорогого оборудования и ящиков с ингредиентами. Один колченогий стол и разгромленный шкаф у стены, да и куча  изгрызенных мышами серых тряпок в углу. Дверей в комнате не было. Замуровали, когда вынесли все самое ценное? На часах стоял 2007 год. Гарри опустил артефакт в карман. Ладно, предположим, что мы в Хогвартсе, в комнате без дверей, неизвестно в какой стороне выход, и отсюда нельзя аппарировать. Время паниковать. - Тилли, - позвал он. Через несколько долгих секунд в комнате с хлопком возник старый знакомый домовой эльф, приписанный к школе. Отставить паниковать. - Мастер Гарри Поттер! - Есть охота, Тилли, просто жуть. Проводи-ка меня на кухню, - Гарри радостно ухмыльнулся во все тридцать два зуба. Эльфы могли аппарировать в Хогвартсе, а некоторые были настолько обязаны Гарри Поттеру, что готовы аппарировать с довеском в виде двадцатисемилетнего разрушителя проклятий. - Любимая, я дома! - гаркнул Гарри с порога. - Дорогой, у нас гости! - откликнулась Джин из гостиной. - Обедать будешь? - Нет, я поел. Гарри повесил на крючок одолженную в Хогвартсе теплую мантию и, не снимая ботинок, протопал в комнату. На журнальном столике стояли фарфоровые чашки, чайник и пирог под согревающими чарами, на диване перед полыхающим камином расположились Молли Уизли и Гермиона (тоже Уизли) с темноволосым карапузом, а Джинни ходила по комнате и тискала еще одного младенца. - Привет, Гарри, - сказала Гермиона. - Где ты был, милый? - «эти двое суток» читалось в тоне жены. - В Хогвартсе 1975 года, - Гарри подошел к жене, запечатлевая целомудренный поцелуй на ее щеке и наклонился чмокнуть ребенка в лоб. - Привет, Север. - Это Рози, - хладнокровно сказала Джинни. Позади Молли Уизли издала неодобрительный вздох. Характер отношений между дочерью и зятем ей был известен в общих чертах, хотя супруги Поттеры на людях стремились создать видимость нормальной семьи... или хотя бы не палиться. - Дочь Гермионы и Рона. - Привет, Рози, - невозмутимо исправился Гарри. - Младенцы все на одно лицо. - У твоего сына твои зеленые глаза. - Правда? - обрадовался Гарри. Джинни кивнула на ребенка на руках Гермионы. Гарри наклонился над удивленно разглядывающим его карапузом. Точно, зеленые. Красавец! - Ты был в прошлом?! – Гермиона умирала от любопытства. - Как ты туда попал? Зачем? Молли Уизли осуждающе посмотрела на нее. - Разбирался с одним артефактом, что-то вроде Хроноворота, и заодно пытался спасти Снейпа от фамильного проклятия, которое его убьет, если не принять срочные меры. - Какой ужас! – Молли покачала головой. Неизвестно, что было для тещи большим ужасом: проклятие на Снейпе или тот факт, что зять не ночует дома. - Может, все же чаю? Расскажешь нам, что случилось, – она левитировала еще одну кружку из шкафа. - Благодарю, миссис Уизли, но я, пожалуй, переоденусь и пойду в офис. Работа. Джин, у нас осталось Восстанавливающее? - Посмотри в шкафчике в ванной, Гарри. - Кого еще ты там видел? – в глазах подруги детства горел восторг. – Своих родителей? - Нет, Вольдеморта, - коротко бросил Гарри, и, не желая продолжать разговор, взбежал по лестнице на второй этаж. Молли ахнула, Джинни прижала ребенка к себе, а Гермиона посмотрела ему вслед с затаенной завистью. - Мама, у Гарри тяжелая работа... - услышал он снизу, прежде чем захлопнуть дверь в свою комнату. Быстрый душ, бреющие чары, свежая одежда и бутылек Восстанавливающего. Через полчаса Гарри Поттер сбежал вниз в дорогом черном пальто, на ходу поправляя шарф (в Оксфорде всегда было почему-то холоднее, чем в Лондоне), снова чмокнул жену в щеку и бросил горсть дымолетного порошка в камин. - Колледж Крайст-Чёрч, - сказал он, исчезая в пламени. Гарри быстро просмотрел содержимое волшебного чемоданчика. Набор палочек с разной сердцевиной, скальпели и ритуальные ножи, каменные печати на все случаи жизни и аптечка с зельями... Что еще ему может понадобиться? Он кинул в ту же кучу хрустальный шар (незаменимая вещь! никакие диагностические чары и рядом не валялись!) и справочник по генеалогии древних британских магических родов. Книга, которая спасла жизнь его пациенту, когда срочно понадобилась кровь со стороны тех родственников, откуда прилетело проклятие. Гарри привычным жестом взъерошил волосы на затылке, окинул кабинет внимательным взглядом, проверяя, не забыл ли чего, и вооружился перчатками из драконьей кожи для проклятий первого класса опасности. Он вышел из кабинета и обновил антимаггловские чары на двери с табличкой «Доктор Г. Дж. Поттер, разрушитель проклятий». На улице было зябко, в воздухе пахло снегом, и низкие тучи нависли над Городом дремлющих шпилей. В январе колледж, да и весь Оксфорд, выглядел опустевшим. Студенты разъехались на рождественские каникулы, по улицам, кутаясь в шарфы и пряча руки в карманах, шатались редкие туристы и местные жители с пакетами супермаркета Сейнсбериз, расположенного неподалеку. Гарри пересек внутренний дворик с зеленым газоном и вышел на Хай-стрит. Никто не обратил внимания на человека в длинном, похожем на мантию, пальто, очках и потрепанным кожаным чемоданчиком в руках. Очередной профессор или аспирант, мало ли их... Он пошел наверх к крытому рынку. Чтобы появиться на пороге дома Снейпа после вчерашнего, нужна взятка, а лучшая взятка, если ты прибыл из Оксфорда, – это свежеиспеченное печенье из лавки Бенз Кукиз. Нет таких сумасшедших, кто бы от него отказался. Он представил, как вручает печенье со словами: «профессор, я случайно проходил мимо и зашел снять с вас фамильное проклятие – если вдруг вы не знали, вы прокляты, и да, от этого умирают, но не волнуйтесь, мои пациенты начинают жить полноценной жизнью после ритуала, если не склеивают ласты сразу», и в душе поселилось сомнение. Но шоколадный запах, витающий в переулке, вымел все ненужные мысли из головы.  Он купил кулек печенья и, не удержавшись, слопал одно прямо на улице, украдкой облизнув пальцы, испачканные потекшей теплой шоколадной начинкой. Завернул на узкую извилистую улочку между двух каменных стен, ведущую к колледжу Тринити, убедился, что рядом нет магглов, и аппарировал к знакомому дому в Лютном. …Значит, у Снейпа проклятие на сердце. Были у доктора Поттера такие пациенты. Двое трупов – в смысле, попали к нему уже трупами, и один живой… до сих пор, хотя и в Азкабане. Убил возлюбленную. Сердечные проклятия часто были завязаны на Смерти и Любви. Отвратительное сочетание. Вариаций миллион, воистину человеческая фантазия безгранична. Смерть от неразделенной любви одно время было очень популярным направлением, и многие старинные рода несли на себе пару-тройку таких проклятий. Или смерть объекта любви... Лили Поттер. И что в итоге случилось с тем подмастерьем, тоже хотелось бы знать. Обращался ли Мастер зелий в Св.Мунго по поводу своего проклятия? Если и да, то не к нему. Тогда, может, к Кристенсену? Его рекомендации, как мертвому припарки, даром что замглавврача и потомок отважных сынов Одина. Увы, но практикующих (и успешно практикующих) специалистов по разрушению фамильных проклятий во всем мире можно было пересчитать по пальцам. Специфика работы такая, что на ней не выживали. Либо пациенты, либо доктора. В Англии таких докторов была всего одна штука, и это был Гарри Поттер. ...Да, тот самый Гарри Поттер, который десять лет назад развоплотил Темного лорда и выжил после второй (!) Авады. «Спаситель человечества, лекарь душ, укротитель зла» и прочее и прочее, что он с удивлением вычитал в статье Скиттер в «Пророке», когда ему впервые в своей целительской практике удалось снять заклятие немоты, столетиями преследовавшее одну семью. В свободное время (читай, по ночам) «спаситель человечества» обшаривал заброшенные магические поместья, маггловские музеи и тусовался на подозрительных барахолках в Лютном: баловался артефакторикой. В этом его интересы пересекались с интересами Мастера зелий. Тот был подпольным экспертом в темномагических артефактах. Официально Снейп работал на себя, организовав частную лабораторию по производству зелий под заказ в той же квартирке, которую приобрел в Лютном после войны. Лаборатория находилась в подвале, на первом этаже располагались гостиная, где и проходила торговля, столовая и кухня, а на втором были спальная и кабинет. Обиталище Снейпа было милым, хотя это и не была заслуга хозяина.     В темном переулке горели фонари. Снейп в привычной резкой манере распахнул дверь, и Гарри нервно сжал палочку в кармане. Он ожидал, что после вчерашнего Мастер зелий будет в ярости. Снейп узнал посетителя, но ничего не сказал. - Хорошо, что я застал вас дома, - улыбнулся Гарри. Снейп вздернул бровь и наклонил голову, будто говоря: «и что?» - Я зайду? - Гарри скромно протянул ему пакет с горячей выпечкой. – Примите мои извинения, сэр. - Поттер, - наконец проговорил Снейп. - Вы. Поведение профессора настораживало. А вдруг проклятие активизировалось? - Да, я, - Гарри сощурился и потянулся к карману, где теперь всегда хранил волшебные очки. Нацепил их и просканировал магию – все в порядке, никаких отклонений. - Вы нормально себя чувствуете, сэр? Вместо ответа Снейп оставил дверь открытой и направился вглубь квартиры. Даже дома он не изменял любимому викторианскому стилю. На нем был строгий черный сюртук с высоким воротом, черные брюки и платок вокруг шеи. Хоть сейчас на прогулку в парк с тростью и с болонкой на поводке. Но это впечатление было обманчивым – не было у Мастера зелий болонок, разве что заспиртованные, да и в парк он не наведывался лет сорок. Гарри вытер ноги о коврик, положил пакет с печеньем на столик в прихожей и последовал за хозяином. В гостиной горел камин, на кресле лежала раскрытая книга обложкой вверх. - Сэр, вчера вы отправили меня в 1975 год... - начал Гарри безо всяких реверансов в сторону погоды и общих знакомых... Интересно, Малфой уже выбрался из постели? Если Снейп целуется так же, как тридцать лет назад, Гарри, окажись он на месте Малфоя, не торопился бы вылезать... Мерлинова задница, о чем он думает! Это его бывший школьный учитель! (Хотя Малфоя это не остановило.) Это же грозный Мастер зелий, который год подряд берущий главный приз в номинации «Самый мерзкий характер туманного Альбиона». Осталось ли в нем хоть что-нибудь от того мальчишки? Ну, кроме проклятия? - Ближе к делу, Поттер, - сказал Снейп. Он плеснул себе виски из графина на два пальца и устроился в глубоком кресле, неотрывно глядя на Гарри. Гостю он ничего не предложил. Тот стоял посреди комнаты, как провинившийся школьник. - Я присяду? - Говорите, что хотели, и выметайтесь, - холодно сказал Снейп. - Сегодня выходной, и я хотел бы им воспользоваться. - Тогда чем быстрее мы начнем, тем быстрее закончим, - Гарри поставил чемоданчик на столик и скинул пальто на диван. - Тридцать лет назад я узнал, что на вас висит опасное проклятие, - он надел защитные перчатки и выбрал одну из запасных палочек. Обернулся к Снейпу. Тот рассматривал его, задумчиво водя по нижней губе краем стакана. - И каким же образом это сакральное знание... - ядовито поинтересовался Снейп, - оказалось в вашем распоряжении? - Это не существенно, сэр, - Гарри нервно сглотнул. - Вы знаете что-нибудь о фамильных проклятиях Принцев? Это упростит диагностику. - Вы ошибаетесь, Поттер, это существенно, - испытывающий взгляд остановился на лице Гарри, и тот порадовался что очки зачарованы против легилименции. Не хотелось бы объяснять сегодняшнему Мастеру зелий этот черт-возьми-что-на-тебя-нашло поцелуй с пятнадцатилетним Северусом Снейпом. – Я кое-что вспомнил, когда вы сунули мне вчера тот артефакт, - он сделал паузу, во время которой дрожь пробежала по спине Гарри. – Часы. Где они? - Сэр, я... Что вспомнили? - Когда я очнулся в тайной лаборатории Пожирателей в Хогвартсе, тогда, в 1975 году, - он поджал губы, - произошедшее показалось мне дурным сном, и впоследствии я укоренился в этой мысли, тем более что Лили Эванс не подтвердила своего участия в том балагане, как и ваш отец с дружками. В тот день никого из них не было в школе. Однако, - Снейп жестом остановил открывшего было рот Гарри, – стакан с недопитым зельем и еда на полу не вписывались в версию со сном, и у меня оставались сомнения… Развеянные вчера ночью с вашей помощью. Видите ли, я запомнил, как выглядел артефакт в моем «сне». - Сэр, я... Позвольте мне хотя бы провести диагностику. Проклятие опасно, а печать на нем не вечна... - Поттер, - Снейп перебил его. - Ответьте честно, это были вы? - Да, но какое это имеет значение... - Я считал, что ниже выходок Джеймса Поттера падать некуда, но вы, Поттер, открыли новую бездну возможностей. А казалось, взрослый человек: семья, дети, спасение мира. У Гарри вспыхнули щеки. Снейп сделал глоток из стакана и внимательно посмотрел на покрасневшего Спасителя. - Сэр, простите меня. - Вы находите меня тем человеком, прощение которого легко заслужить? - Нет, но... - Впрочем, вы сами наказали себя, Поттер. Знаете, какое из фамильных проклятий пало на меня? - Не уверен, сэр. Что-то связанное с любовью и смертью. - Пожизненная связь с человеком, который активирует проклятие, - Снейп снова приложился к стакану. – Никаких обязательств от того человека. Зависимость с моей стороны. Любовь до гроба. - Жестоко, - согласился Гарри, - но я мог бы попробовать убрать... - Кто и каким образом его активировал, вы уже догадались? – Мастер зелий отставил стакан и поднялся, глядя сверху вниз на Гарри. Тот застыл под тяжелым взглядом. Мерлинова задница! Уже догадался. - Через первый поцелуй? - хрипло спросил Гарри. - Вы... Я... Глаза Снейпа опасно сверкнули. - Именно. Вы, Поттер. Гарри вдруг расплылся в улыбке. - Чему вы радуетесь? - с подозрением спросил Снейп. - Я не... Я рад, что все обошлось. - Обошлось? – прошипел тот. - Я тридцать лет искал, на кого завязано это дьявольское проклятие, не в состоянии выяснить, кому и при каких обстоятельствах достался мой первый поцелуй! Поттер, вы знаете, как я узнал, что проклят? Когда мои любовники перемерли, как мухи, потому что это были не вы! Это, по-вашему, обошлось?! - А Малфой… - Что Малфой? - Между вами ничего не было? - Поттер, вы кретин! Во-первых, он мой крестник, во-вторых, я проклят!  Гарри бросил запасную палочку в чемодан вместе с перчатками, вмиг оказался возле профессора и обхватил ладонями его лицо. - Я могу вас вылечить. Временно или насовсем – выбирайте. Проклятие опасно для вас только в том случае, если человек, от которого вы зависите, не отвечает вам взаимностью. Я отвечу. Я хочу ответить. Я так хочу..! Боже, Мерлин, наплюйте на свою гордость и дайте мне шанс!  Снейп изумленно застыл. - Попробуем, профессор?  - Гарри облизнул свои внезапно пересохшие губы. - Второй поцелуй должен ослабить проклятие, рискнем? Он коснулся его губ. Слизнул терпкий вкус виски. Снейп закрыл глаза и подался вперед. Поцелуй получился грубым и напористым - прямо как Гарри и хотел. Мечтал! Движения жадного языка во рту отозвались жаром во всем теле. Снейп подхватил его под задницу и крепко прижал к себе. «Мерлин, он меня любит!!!» Ну, или типа того. - Сэр, я компенсирую... - Гарри теперь цеплялся за него обеими руками. Их обоих куда-то повело… Бросило на кушетку перед камином. - Те тридцать лет... Обещаю... Все что угодно... Северус..! Имя потонуло во вскрике, когда Снейп рванул ворот его рубашки и больно прикусил кожу над ключицей. Сгреб его растрепанные волосы на затылке в горсть, и потянул голову Гарри назад. Тот прижался к нему бедрами. - Что угодно..? - срывающийся голос над ухом. – Поттер, ты натуральный кретин или просто недолеченый? Задумайся хоть на минутку своим несуществующим мозгом, который ты, видимо, хранишь у себя в яйцах, и представь, во что превратится твоя никчемная жизнь – и твоя драгоценная задница – если ты сейчас же не уберешься прочь отсюда! - Мерлинова задница, да! - Гарри задохнулся. - Только скажи! Боже, если ты трахаешься так же круто, как ругаешься..! - Ах, вот как. Наше национальное достояние отнюдь не против примерить амплуа мальчика по вызову? Я ведь могу придумать... - поцелуй под ухом, - дюжину способов компенсировать мои страдания, Поттер... – и добавил: - На колени. Гарри, жадно дыша, сполз на пол, устраиваясь между ног Снейпа. Профессор откинулся на спинку кушетки и провел кончиками пальцев по его губам. Гарри втянул пальцы глубоко в рот и тщательно облизал. - Поттер, вы действуете с таким рвением, будто у вас лет десять никого не было… - Полтора года, - Гарри заклинанием разделался с застежками штанов. – То есть, не было с мужчиной. Я думал, я смогу за деньги, но это было ужасно, и я не… Поверьте, я уже согласен на все. Сверху, снизу, сбоку, стоя в мыльной ванне на одной ноге – мне уже все равно, - он чуть не застонал от счастья, когда крупный возбужденный член с набухшими венками оказался перед его лицом. Гарри сжал головку губами и с удовлетворенным мычанием протолкнул ствол вглубь до самого горла. Он с надеждой посмотрел в черные, как смоль, глаза и выпустил скользкий твердый член изо рта. – Вы меня, правда, любите? – ниточка слюны протянулась от его губ к головке. - Не отвлекайтесь, Поттер, - хрипло выдавил Снейп, неотрывно сверля его взглядом. – Вы же профессионал. Приступайте, пациент согласен с лечением. Гарри удовлетворенно вздохнул и с жадностью приступил к вылизыванию солоноватой упругой головки. Расстегнул штаны и сжал свой член в кулаке. Черт с ним, с проклятием! Будут ходить вдвоем со Снейпом – проклятые, но довольные. …Снейп кончил молча, пригнув голову Гарри ниже и подаваясь бедрами вверх, загоняя член глубоко в горло. Гарри сглотнул, облизнулся и посмотрел на любовника. Губы у того были плотно сжаты, только венка на виске бешено билась, и лицо залил румянец. Гарри поднялся на ноги, спустил штаны и устроился верхом на Мастере зелий. Притянул его за жесткий ворот сюртука для поцелуя. Ладонь Снейпа сжала его член. Гарри с хриплым выдохом толкнулся в нее. - Северус… - он терзал его губы зубами и языком. – Пожалуйста..! Снейп и сам сообразил. Он вытащил из рукава палочку, произнес хорошо известное Гарри заклинание, и в следующий миг его вымазанные в смазке пальцы без подготовки проникли внутрь. Мышцы сжались вокруг интервентов, и Гарри с несдержанным вскриком прогнулся в спине, насаживаясь сильнее. Как можно глубже. До конца. Ощутить это внутри себя каждой клеточкой чувствительной кожи. Ощутить себя цельным. Подвигал бедрами, пытаясь найти нужный угол. Крепкие длинные пальцы вбивались в кольцо мышц, уверенно исследуя изнутри, пока не наткнулись на простату – о чем Гарри немедленно известил Снейпа гортанным вскриком. Он напрягся всем телом так, что затрепетала каждая мышца, и кончил спустя несколько отчаянных толчков, щедро забрызгав спермой сюртук Мастера зелий. - Это… - потрясенно выдохнул Гарри. – Было… Это были только пальцы. А если то же самое членом?.. Значит, «мальчик по вызову», сэр? Гарри подхватил пальцем каплю спермы с сюртука и сунул палец в рот. - Ужасно, - прокомментировал Снейп снисходительно, но в глазах плескалось мрачное удовлетворение. – Никакого воспитания. Вас, Поттер, пороть надо. - А я, что, против? – нахально предложил он. В ответ губы Снейпа дрогнули в подобии улыбки. Той же ночью над центральной Англией пошел снег. Снежинки кружились в редком свете фонарей Лютного переулка, оседали на черепичных крышах и побитых временем подоконниках, падали на камни мостовой и превращались в скользкую ледяную жижу. Лежа в кровати в квартирке Северуса Снейпа, Гарри Поттер следил за танцем снежинок за окном. Он не мог уснуть. Он отвык от того, чтобы делить с кем-то постель. И вообще – от дома. Как и крестный, стал бродягой. Он окончательно переселился на раскладушку в офисе в Крайст-чёрч, когда родился второй сын. У Джинни и без его ночных дежурств и внезапных вызовов в Св.Мунго хватало забот. Он оставался в качестве сиделки в домах сложных пациентов, и не появлялся в семейном гнезде неделями. Охота за артефактами также вынуждала ночевать невесть где – иногда посреди чистого поля. Спальный мешок и палатка. Романтика одиночества. Снейп предложил ему перебраться в его квартиру в Лютном. Насовсем. «Если ты мне надоешь, - сказал он, - у меня есть дом в Спиннерз-энд. Буду отдыхать от тебя там. Хватит бродяжничать, Поттер. Живи здесь». Дом – это место, где тебя ждут. Теперь Гарри это понимал, как никогда. Он счастливо вздохнул и подвинулся ближе к завернувшемуся в свое одеяло Снейпу. - Поттер, ты всю ночь собираешься сопеть над ухом? – проворчал тот сонно. - Северус, я подумал над твоим предложением. Мой ответ «да». Я хочу жить с тобой. - Мое следующее предложение будет про кляп. - И это тоже «да», - не обиделся Гарри. - Сейчас или утром? До завтрака или после? - До, - решил Снейп, выпростав руку из-под одеяла и поймав его запястье. - А теперь спи. Стало тихо, только на каминной полке тикали часы. Фамильный артефакт Принцев, исполнив свое предназначение, превратился в обычный брегет, отмечая время, предоставленное для двух волшебников в полное и безраздельное пользование.