Часть 12. Огонь на кончиках пальцев.
29 апреля 2025 г., 14:02
Всё началось с ерунды.
Гарри снова взялся варить зелья в Северусовой лаборатории.
И снова — без спроса.
И снова — с катастрофическим результатом.
Котёл завизжал, пузырясь, из него повалил чёрный дым.
И тут Северус ворвался в комнату.
— Поттер! — взревел он. — ТЫ ЧТО, СОБРАЛСЯ ПОДЖЕЧЬ МОЮ ЛАБОРАТОРИЮ?!
Гарри, вцепившись в мешалку, мрачно буркнул:
— Я просто хотел тебе помочь!
— Помочь?! — Северус взмахнул руками. — Помочь сжечь меня к Мерлиновой матери?!
— Я не специально! — выкрикнул Гарри.
Их голоса взлетели до потолка.
Магия завибрировала в воздухе.
Они стояли друг напротив друга, тяжело дыша, глаза — полные злости, обиды, страсти.
— Ты упрямый, бесполезный идиот! — прошипел Северус.
— А ты надменный ублюдок! — взревел Гарри в ответ.
Тишина.
И в следующую секунду Гарри резко шагнул вперёд.
Резким движением прижал Северуса к стене.
Их тела слились, губы встретились в грубом, яростном поцелуе.
Они царапались, кусались, вгрызались в губы друг друга, словно доказывая, кто сильнее.
— Снять! — прошипел Северус, дёргая за рубашку Гарри.
— Сам снимай, — огрызнулся тот, хватая его за волосы.
И тогда Северус хищно улыбнулся.
— Хочешь играть, Поттер? Играй по моим правилам.
Одним жестом он отбросил Гарри на диван заклинанием.
Подошёл.
И прежде чем Гарри успел понять, что происходит, Северус одним резким движением накинул на его запястья тонкие кожаные путы.
Гарри замер.
Дыхание перехватило.
Северус навис над ним, глаза горели.
— Ты будешь слушаться. — Голос был холодным, властным.
Гарри дрожал от возбуждения.
— А если нет?
— Тогда ты умоляешь меня о пощаде.
И с этими словами Северус медленно, намеренно раздел его до гола.
Оставил только путы на запястьях.
И начал касаться.
Жёстко. Грубо. Уверенно.
Каждое прикосновение оставляло следы жара.
Гарри стонал, выгибался, но не сопротивлялся.
Северус ласкал его — губами, зубами, пальцами — везде, кроме самого места, где Гарри хотел его больше всего.
Он дразнил.
Наказывал.
Держал в напряжении до исступления.
— Скажи, кому ты принадлежишь, — потребовал он, вцепившись в его бедра.
Гарри застонал, вырываясь.
— Тебе… только тебе…
И только тогда Северус вошёл в него.
Глубоко. Резко. Всецело.
Их страсть была дикой.
Они двигались яростно, быстро, будто пытались сжечь друг друга.
Гарри был беззащитен в путях, под полным контролем Северуса.
И ему это нравилось.
Нравилось быть ведомым им.
Нравилось теряться в нём.
Когда всё кончилось — с хриплыми стонами, дрожью и острой болью в мышцах — Северус освободил его.
Опустился рядом.
Притянул к себе.
И, зарывшись лицом в его шею, прошептал:
— Прости.
Гарри обнял его крепче.
— Я люблю тебя. Даже когда ты невыносим.
Северус усмехнулся.
— Ты идиот, Поттер.
— Твой идиот, — хмыкнул Гарри, целуя его в висок.
И они заснули так — спутанные телами, душами, магией.
Навсегда.
