Пачка на вес заботы

Ксено увлечённо записывал что-то на бумаге, когда зазвонил его телефон. В комнате раздаётся недовольный вздох. Уравнение только начало ему поддаваться, но внезапный звук выбил мысль из головы. — И кто тут такой бессмертный... — бормочет себе под нос и тянется за телефоном. Если он занят, то всегда ставит все звонки на беззвучный. Все, кроме Стэна. Потому что тот никогда не звонит без дела. Но, как оказалось, даже тут были исключения. — Ксено, я сигареты забыл… В голосе столько грусти и печали, будто у Стэна умер домашний питомец. Ксено же в этой ситуации проблемы не видел вовсе. — Купи новые. В чём проблема? — Я не успеваю уже. И так опаздываю. — И зачем мне звонишь тогда? — Пожаловаться, — Ксено закатывает глаза. — Поддержи меня ну. Мне сейчас придётся работать всю смену без единого перекура. — Стрельни у кого-нибудь. Разве у вас не должен весь склад курить? — Прикинь, никто. Ксено многозначительно выгибает бровь. — Не верю. На том конце повисает пауза и раздаётся уставший вздох. — Как знаешь. Короче, посочувствуй. Сегодня будет нервный день. — Надеюсь, за этот день ты переживёшь все прелести никотиновой ломки, переосмыслишь свои жизненные взгляды и больше никогда курить не будешь. Пока. — Ксено сразу же сбрасывает вызов, не давая возможности хоть как-то возмутиться. Было лето. Им обоим по семнадцать. Стэнли между подработкой официантом в забегаловке рядом с домом и грузчиком на складе на окраине города, с какого-то хера, выбрал второе. Ксено считал его мазохистом. Выглядело это так, будто он искал подработку не с целью подзаработать, а ощутить на себе все прелести общения с потными мужиками и жизни с надорванной спиной. Его коллеги, мужчины далеко за тридцать, тоже не понимали стремления молодого парня работать именно здесь. И родители того же мнения. А Стэнли всё по боку. Говорит, что ему только на пользу пойдёт. Ну а как же. Он же собирался поступать в военную академию. Подтянет свою физическую форму. Ксено тактично промолчал о том, что это пойдет ему только во вред. Лучше бы просто в зал записался. Одно радовало, что денег у него теперь было дохера. Будь Ксено чуть менее занят, Стэнли бы обязательно водил его по всяким кафешкам, кинотеатрам и так далее. Но увы. Так что Ксено таскает его кровно заработанные на свои примочки. Лучше деньги пойдут на развитие науки, чем на бесполезные видеоигры. Ксено минут пять пялится в тетрадь. Чёртово уравнение казалось чужим и менее понятным, чем пять минут назад. Он пялится в него долго, но мысли уплывают в сторону снова и снова. Чёрт бы побрал этого Снайдера. Ещё минут через пять он с недовольным лицом переодевается в уличную одежду и идёт покупать сигареты. И вот если у Стэна не было никаких проблем с покупкой сигарет, ведь внешне он выглядел старше — Ксено везде отказывали. Он обошёл как минимум три магазина и ещё два ларька, и все просили паспорт, как бы он не доказывал своим наигранно низким голосом, что совершеннолетний. Он даже просил незнакомых дядечек и тёть помочь ему за небольшое денежное вознаграждение, но план тоже был провальным. Пришлось тащиться к Стэну домой, что, к слову, было вообще не близко, и рыться в его вещах. Родители Стэна были против вредных привычек, поэтому он скрывал от них свою зависимость всеми возможными способами. Отец Стэна сам парил как паровоз, но сыну клялся, что выгонит из дома, если тот начнёт. Ксено думает, что мистер Снайдер сам виноват в зависимости сына, потому что именно у него когда-то Стэн украл свою первую сигарету. Но кто Ксено такой, чтобы осуждать кого-то за двойные стандарты? Дверь открывает миссис Снайдер и после неловкого объяснения, что Стэнли забыл сменную одежду и попросил занести ему на работу, его впускают. Комната встречает огромным флагом Америки над кроватью и просто отвратительным бардаком. Ксено морщится. Голова начинает побаливать только от одного осознания, что ему придётся тут рыться и что-то искать. Интуиция подсказывала, что нихера он не найдёт, но Ксено её на болту вертел. Он ощупывает карманы всех шорт и штанов, которые валяются на полу. Безуспешно. Роется в шкафу под одеждой, тоже нет. В столе, за кипой бумаг — пусто. Под кровать, под матрасом, в подушке, сука, нигде нет. Ксено точно знал, что Стенли прятал их у себя в комнате. Точно не на улице или где-то ещё в доме. Господи, да эту пачку сигарет не найдет даже ФБР с поисковыми собаками! Ксено от чего-то вспомнил, как Стэнли когда-то прятал одиночно украденные сигареты отца внутри использованных маркеров. И хоть он знал, что тот уже давно так не делает, на всякий случай, всё равно проверил парочку. Закономерно ничего не найдя, понимает, что сраная интуиция была права. Мысленно он прикидывает через сколько ещё кругов унижения ему придётся пройти, пока будет шляться по магазинам и выпрашивать прохожих и продавцов. Идея быть хорошим и заботливым парнем, теперь уже не казалась такой хорошей. Проще было бы пойти домой и сделать вид, что ничего не было. Ксено ещё раз обводит комнату взглядом тяжело вздыхая. Решает взять для виду какую-то футболку, и засунуть её в спортивную сумку, чтобы та не выглядела слишком пустой. Поднимает с пола самую одинокую, что валялась в углу. И похер если она грязная. И только он это делает, видит ту самую помятую пачку. У него скоро начнёт глаз дёргаться. Либо Стэнли чёртов гений, раз прячет такое на виду, либо самый тупой человек в мире. Ксено клянётся, что как только у него появится возможность, он заставит Стэнли наконец убраться в своей комнате. И даже не поможет. Будет сидеть и наблюдать, как тот работает. Ещё и указывать, что и как делать. На выходе миссис Снайдер спрашивает, нашел ли он то, что искал и Ксено показывает сумку, ещё раз извиняется за неудобства и спешит к автобусу. Теперь всё просто супер. Если бы он ещё чуть меньше времени на это потратил было бы вообще замечательно. Если бы можно было отправить Стэнли сигареты по голубиной почте, он бы так и сделал, но, к сожалению, почтового голубя у него не имелось. А жаль. Поэтому Ксено едет через пол города на чёртов склад. Его кое-как пропускают на территорию, и только он заходит за угол, как видит в местной курилке Стэна и пару его коллег. Все до единого курят. — Стэнли, мать твою, Снайдер. Я тебе сейчас эти сигареты знаешь куда засуну? — на него тут же обращают внимание три пары глаз и одна очень очаровательная улыбка. Двое мужчин выкидывают окурки, просят Стэнли долго не задерживаться и уходят. — И хватило же ума меня так наёбывать. С претензией говорит Ксено, протягивая сумку. Стэн косится на неё, но вопросов, как именно она оказалась у него не задаёт. — Я правда забыл их. — Ага, а то что ты единственный куряга на всём складе тоже чистая правда? — Ксено хлопает глазами и выдаёт самую приторную улыбку из всех возможных. — Ладно. Приврал немного. Но я думаю прогулка пошла тебе на пользу. Ты такой бледный, что смотреть больно. Ты хотя бы нормально ешь? Или как повезёт? — Ты даже не представляешь от чего именно ты меня отвлёк. — Скучные уравнения? Или может ещё более скучное черчение? Ты даже опыты не проводишь, только сутками сидишь перед своими бумажками и в комп пялишь, — Ксено бросает на него злой взгляд. — Ещё скажи, что ревнуешь меня к этим бумажкам. — А может, и ревную. — Стэн суёт руки в карманы и переминается с носка на пятку. — Прошу заметить, что я не просил тебя приносить сиги. — Но намекал. — И даже не намекал, — Ксено смотрит пристально и молчит. Стэн первым прерывает гляделки. — Ладно, может совсем немного. Ладно, может и он сам виноват. Его и правда прямым текстом не просили. Но разве можно ему отказать? Взглянув на часы, Хьюстон понимает, что проебал слишком много времени, поэтому разворачивается в сторону выхода. Даже рукой на прощание махать не хочется. — Уже уходишь? — Ты мне здорово так поднасрал этой выходкой, — вроде недовольно бросает Ксено через плечо, но выходит как-то слишком мягко. — Ну останься хоть на пять минут, — Стэнли нежно берёт его за руку и подходит ближе, — Знаешь, когда я тебя последний раз видел? На картинке, Ксено. — Во-первых это жутко, во-вторых, прошло всего две недели, Стэн. Я говорил, что буду занят. — Ну видимо, не так уж ты и был занят, раз пришёл. На лице Стэнли самодовольная улыбка. Он наконец обнимает его, осыпая лицо мягкими поцелуями. Было странно не ощущать помаду на щеках после этого. Ксено выставляет руки перед собой, пытаясь отойти. — Фу, отлипни, от тебя пахнет. — Потерпишь, — и обнимает ещё сильнее. Ксено сдаётся и обнимает в ответ. Ладно, может он тоже соскучился. — Давай ко мне на выходные, — вроде спрашивал Стэнли, но звучало больше, как утверждение. — Родители едут на день рождение племянницы. — И не берут тебя с собой? — Притворюсь, что заболел. — Летом? — Словил солнечный удар из-за тяжёлой работы на открытой местности. Как тебе? Чего-то более «гениального» Ксено не слышал никогда в своей жизни. — Я подумаю.