Город, где нельзя потеряться

Глава 24. "Разговор через плечо" Утро в участке началось как обычно: скрип пластиковых стаканчиков с кофе, шарканье ботинок по линолеуму, громкие переговоры у доски с делами. Маркус сидел за своим столом, листая рапорты за вчерашнюю смену, когда рядом без стука опустился Джош, держа в руках два стакана кофе. Один он молча поставил перед другом. — Спасибо, — пробурчал Маркус, не отрывая взгляда от бумаг. Джош склонился ближе, облокотился локтем о стол и понизил голос, будто собирался обсуждать государственную тайну. — И как у тебя дела с Норт? Маркус дернулся, чуть не пролив кофе. Медленно поднял взгляд на Джоша. — В каком смысле — "дела"? — переспросил он, прищурившись. — Ну, знаешь... — Джош ухмыльнулся. — Ты на неё поглядываешь. Думаешь, я не замечаю? Маркус откинулся на спинку кресла, скрестив руки на груди. — Она меня только что вчера чуть не переехала взглядом. Какие тут могут быть дела? — Ой да ладно тебе, — фыркнул Джош. — Вы друг друга постоянно подкалываете. Это как у школьников: кто за косички дергает, тот влюбился. Маркус фыркнул, качнув головой. — Норт — это Норт. Она из тех, кто сначала сломает тебе нос, а потом спросит, как тебя зовут. — Ну, так тебе нравятся такие, — подмигнул Джош, отпивая кофе. — Ты же не из тех, кто поведётся на миленьких куколок. Маркус задумался, глядя куда-то поверх головы друга. Правда была в том, что Норт действительно цепляла его. Своей силой. Своей прямотой. Тем, как не позволяла миру сломать себя. И всё же... он знал, что за этим стояла боль, с которой он пока не был уверен, что имеет право соприкасаться. — Я не думаю о ней так, — наконец сказал он, скорее себе, чем Джошу. — Пока, — хмыкнул Джош, вставая. — Только пока. Он хлопнул Маркуса по плечу и ушёл, оставив того сидеть с нахмуренным лбом и остывающим кофе в руках. Маркус допил глоток, сморщившись от горечи. Снова взглянул на кучу рапортов. Но мысли упрямо возвращались к вчерашней прогулке, к тому, как Норт легко поставила на место незнакомцев. К тому, как свет фонарей скользил по её волосам, придавая им оттенок меди. Он тяжело вздохнул, бросил рапорты на стол и потёр лицо ладонью. "Да пошёл ты, Джош," — мысленно буркнул он.

***

Глава 25. "Кого ты обманываешь?"

Маркус сидел в машине на стоянке возле своего дома, склонив голову на руль. Смена была долгой, мозг — перегруженным. Патрули, рапорты, скандалы, попытки разнять двух мужиков в подворотне, у которых были ножи и плохое настроение... Всё как всегда. И всё-таки усталость сегодня была другой. Не столько физической, сколько душевной. Он выключил зажигание, и в машине повисла тишина, прерываемая только его ровным дыханием. И снова, в голове всплыли они. Норт и Саймон. Он вспомнил, как Норт резко отбивалась от приставучих парней — быстрые движения, ярость во взгляде. Она знала, как постоять за себя. Никаких сантиментов. Чистая, выстраданная сила. В тот момент он испытал гордость. И что-то ещё... что-то странное. Лёгкий страх за неё. Желание обнять и защитить. Хотя Маркус знал: защита — последнее, чего Норт бы от него хотела. Он ухмыльнулся сам себе. Она была сильной. Слишком сильной, чтобы нуждаться в ком-то вроде него. И всё же... когда она шутливо пихала его плечом или смотрела на него с этой дерзкой полуулыбкой, у Маркуса пересыхало в горле. Он хотел быть рядом. Но в то же время... В памяти всплыло лицо Саймона. Улыбка, всегда немного усталая. Лёгкость в голосе, за которой пряталась боль. Доброе сердце, которое Саймон открывал тем, кого любил, несмотря ни на что. Маркус видел, как Саймон смотрел на Норт — с заботой, но без попыток захватить или удержать. Просто принимая её такой, какая она есть. И в этом было что-то... правильное. И ещё он видел, как Саймон улыбался ему. Слишком тёпло, слишком искренне. Вспомнил, как тот закидывал руки за голову в кафе, как напрягались мышцы на его предплечьях, как мягко падал свет на его шею. И как Маркус вдруг поймал себя на мысли, что не может оторвать взгляд. Он вздохнул и ударил кулаком по рулю. — Чёрт, — тихо выругался он. Он нравился себе, когда был с Норт. Они были как два ножа, острых и дерзких. Но рядом с Саймоном он чувствовал... покой? Как будто всё тяжёлое внутри него ненадолго замирало. Маркус закрыл глаза. Может ли он хотеть обоих? Или он просто не хочет оставаться один, окружённый мраком этого города, в котором даже сильные иногда падали? И что вообще он может дать им? Сломанный мальчишка из неблагополучного района, который до сих пор тащит за собой груз вины за брата. Он сжал руль крепче, чувствуя, как ноют костяшки пальцев. "Ты боишься. Просто боишься," — прошептал внутренний голос. Маркус выдохнул. Долго и тяжело. Он открыл глаза, потянулся к бардачку и достал старую фотографию. Его и Карла. Старика с широкой улыбкой и мальчишки с глазами, полными надежды. "Ты учил меня не бояться любить," — подумал он, глядя на фото. — "Так какого чёрта я сижу здесь и бегу от собственных чувств?" Он убрал фотографию, взял ключи и вышел из машины. Пора было разобраться с собой. Пора было начать жить, а не прятаться за стенами собственного страха.

***

Глава 26. "Улыбка"

Ещё до рассвета, когда улицы Детройта были пустыми и только ветер шевелил обрывки мусора в переулках, Маркус вышел на пробежку. Он любил это время. Город был будто другим — спокойным, застывшим между сном и оживлением. Без сирен. Без криков. Без тяжести на плечах. Он бежал по знакомому маршруту: квартал за кварталом, под музыку собственного дыхания и стука кроссовок о потрескавшийся асфальт. Когда Маркус свернул на второстепенную улицу, его внимание привлекло движение у одного из небольших кафе. Свет внутри только начинал гореть — в тусклом свете раннего утра витрина выглядела уютной, почти домашней. И на ступеньках, у самой двери, он увидел Саймона. Тот сидел на корточках, мягко улыбаясь. Перед ним крутилась маленькая белая собака с красным ошейником, с радостным визгом виляя хвостом. Саймон протягивал руку, давая ей обнюхать пальцы, потом осторожно, почти нежно, провёл рукой по её пушистой спине. И улыбался. По-настоящему. Не той усталой, оборонительной улыбкой, которую он обычно носил как щит, а настоящей — открытой, искренней, тёплой. У Маркуса что-то сжалось в груди. Он замедлил шаг, почти остановился за углом, оставаясь в тени. Он не хотел мешать. Просто... хотел смотреть. Впервые за долгое время Маркус увидел Саймона без следов боли на лице. Без груза воспоминаний в глазах. Свет фонаря ложился на его светлые волосы, отбрасывая мягкую тень на скулу. Тонкие пальцы осторожно чесали собаку за ушами, и та довольно зажмурилась, уткнувшись в его ладонь. Маркус поймал себя на мысли, как внимательно всматривается в каждый жест. В изгиб губ, в морщинки в уголках глаз, в тонкую линию шеи, частично прикрытую воротником куртки. И впервые осознал: Он не просто любил, когда Саймон смеётся. Он хотел быть причиной этой улыбки. Собака тявкнула и убежала за хозяйкой. Саймон поднялся, стряхивая с ладоней невидимую пыль, и, чуть поёживаясь от утреннего холода, направился к двери кафе. Маркус выдохнул. Что он делает? Стоит здесь, в тени, словно подглядывает за чем-то запретным. Он пробежал мимо, ускоряя шаг. Сердце стучало не от усталости, а от чего-то другого. Гораздо более опасного. "Это просто Саймон," — пытался успокоить себя Маркус. — "Просто друг Норт. Парамедик. Простой парень." Но где-то глубоко внутри он уже знал: Саймон для него никогда не был просто кем-то. Когда Маркус снова выбежал на широкую улицу, уже начинал светать. Розово-серое небо над крышами обещало новый день.

***

Глава 27. "От кого я бегу?"

Патрульная машина лениво катилась по улицам, залитым светом позднего утра. В салоне пахло кофе из термокружки Джоша и старым кожаным салоном. Радио потрескивало в фоне, но сообщений о происшествиях пока не было. Маркус сидел за рулём, молча уставившись на дорогу. Одна рука легко держала руль, вторая — лежала на колене. В зеркало заднего вида мелькали прохожие, уличные торговцы, вечно спешащие куда-то прохожие. И мысли. Те самые, от которых хотелось уехать как можно дальше. Он снова видел перед глазами Саймона. Улыбка. Мягкие жесты. Лёгкий смех, который выскользнул, когда собака лизнула его ладонь. Эта картина въелась в память. Маркус сжал пальцы на руле крепче. "Дерьмо." Он не должен так думать. Это был просто... Саймон. Друг. Хороший парень. Норт доверяет ему. Он спасал жизни. Он смеялся, когда хотелось плакать. Он умел слушать. И черт возьми, он был красив. Такой красивый, что Маркус не мог это не заметить. — Эй, ты в порядке? — спросил Джош, оторвавшись от своего телефона. Маркус кивнул, не поворачивая головы. — Всё нормально. Враньё. Лживое и тяжёлое. На светофоре он поймал себя на новой мысли. Норт. Её лицо всплыло перед глазами: сосредоточенное, упрямое, живое. Та самая искра в глазах, которая разжигала его злость и азарт одновременно. Маркус вспоминал, как она смеялась, как раздражалась, как закатывала глаза, когда он поддевал её в раздевалке. И он всегда думал, что может быть... между ними что-то есть? Эта искра? Эта борьба? Может быть, это и было тем, что он ищет? Но сейчас, на пустой дороге, за рулём, под ленивое потрескивание радио, Маркус впервые признался себе честно: Может быть, он думал о Норт, чтобы заглушить мысли о Саймоне. Потому что с Норт всё было понятно. Она была огнём. Силой. Рядом с ней можно было быть сильным, грубым, упрямым — и она бы ответила тем же. Никаких слабостей. Никаких страшных, мягких мест внутри. А Саймон... С Саймоном рядом он чувствовал, как что-то в нём само собой становится тише. Мягче. Уязвимее. И это пугало его до чертиков. Маркус медленно выдохнул, уводя машину на следующую улицу. Он не знал, куда ведут эти мысли. Он не знал, хочет ли туда идти. Но что-то в нём, тихое и неумолимое, уже сделало шаг вперёд. И дороги назад не было.

***

Глава 28. "Что с тобой, Маркус?"

Улица была тёмной, только редкие фонари вытягивали длинные, будто выжженные тени на асфальте. Норт шагала впереди, руки в карманах, куртка расстёгнута — после долгого патруля вечно хотелось больше воздуха. Маркус шёл рядом, молча. И эта тишина начала раздражать её сильнее, чем любые его привычные подколки. — Ты сегодня какой-то... — Норт резко остановилась и обернулась к нему, сузив глаза. — Не в себе. Маркус тоже остановился, посмотрел на неё. Его лицо, обычно уверенное, сегодня будто закрывали какие-то незримые ставни. — Всё нормально, — сказал он коротко. — Брехня, — отрезала Норт. Она скрестила руки на груди и сделала полшага вперёд. Её тон был твёрдым, чуть вызывающим. Она привыкла замечать ложь. И особенно привыкла ненавидеть её. — Ты молчал весь патруль. Ты даже не попытался подколоть меня, как обычно. — Она прищурилась. — Что-то случилось? Маркус отвёл взгляд. Челюсть нервно заиграла. — Ничего, Норт. Просто устал. — Дерьмо, — мягко, почти с усталостью сказала она. — Ты не умеешь уставать молча. Обычно ты ноешь, как старик. Она сделала ещё один шаг ближе. Их разделяли теперь какие-то сантиметры. Маркус чувствовал её тепло. Чувствовал напряжение в воздухе. "Скажи ей," — шептало что-то внутри. — "Скажи, что ты путаешься в себе. Что ты не понимаешь, что чувствуешь. Что ты боишься признать, что мысли о Саймоне и её самой рвут тебя изнутри." Но он только напряг плечи и выдавил: — Просто... много всего. — Ага, — Норт кивнула медленно. — Знаешь, мне плевать, если ты хочешь держать свои тараканы при себе. Она развернулась на пятках. — Но не смей валить на меня свою поганую тишину, Маркус. Если у тебя проблемы — решай их. Но не притворяйся, что это я виновата. Её голос дрогнул в конце. На миг. Маркус поймал это дрожание, как шорох на ветру. "Она... волнуется?" — мелькнуло в голове. Он шагнул вперёд, хотел что-то сказать — но снова споткнулся на полуслове внутри себя. Слишком много всего. Слишком сложно. Норт бросила на него последний взгляд — колючий, ранимый — и пошла к машине. Маркус остался стоять на пустой улице, чувствуя, как этот разговор оставил внутри него горечь. И глупую, болезненную пустоту.