as long as you remember him, you are not alone
Воспоминание.
Я хорошо запомнил этот день. День, когда мы познакомились.
Стоять около доски и ждать, когда тебя представят новым одноклассникам было очень неловко. Особенно, когда все эти одноклассники внимательно пялятся на тебя, не отрываясь.
— Я Лололошка...Из Глассгарфа, — сбивчиво представляюсь и спешно сажусь на своё место.
— Лололошка учился только на домашнем обучении, поэтому будьте дружелюбны и терпеливы по отношению к нему, — строго говорит учительница, уничижительно сканируя глазами класс, а потом продолжает урок.
После урока, кажется, половина класса начинает толпится около моего места, закидывая меня различным вопросами. «Почему ты не учился в школе?» «А какого это — учиться на домашнем?», «А где ты купил этот голубенький шарфик?» и всё в таком духе.
— Э-эм...Я... — Я здорово растерялся от такого внимания, и даже не мог нормально сформировать ни один ответ. Не то чтобы у меня были проблемы с общением, просто я не привык к такой толпе.
— Простите, ребята! — Парень с золотистыми волосами и зелёными, словно драгоценные камни, глазами, нагло распихал одноклассников и встал прямо перед моим местом. — Как староста класса, я обязан показать Лололошке школу! Пойдем?
Это было настоящее спасение.
Глядя на его добродушную, искреннюю улыбку, моё настроение тут же поднялось. Я поправил очки и приподнял уголки губ в скромной улыбке:
— Конечно.
В тот момент, мне отчего-то показалось, что с этим парнем мы обязательно подружимся. Так оно и случилось.
Этого парня звали Эграссель.
Продать свою душу в обмен на одно, самое ценное и сокровенное желание, обрести волшебную силу и сражаться с ведьмами до самого своего конца — разве это не звучит благородно и заманчиво? В мгновение ока, из простого сопливого школьника превратиться в настоящего героя, спасающего невинных людей. Прямо сюжет какого-то аниме или комикса! Но такая жизнь — вечные, нескончаемые сражения полные риска. Сегодня — ты побеждаешь ведьму. Завтра — ведьма побеждает тебя, и ты сам становишься ведьмой. Каждый в итоге ломается, впадает в отчаяние — умирает, становясь ведьмой, которую кто-то другой позже победит. Бесконечный и жестокий цикл. Предсказуемый финал истории. Лололошка — кем он был раньше? В своём оригинальном таймлайне, когда не был мальчиком-волшебником. Кем он был раньше? Уже и не вспомнить. Он столько раз пытался — пытался всех спасти. Перематывал время опять и опять, снова и снова проживая те же события: битвы, жестокие смерти друзей, одни и те же диалоги — ради одной лишь призрачной надежды. Всё это не могло не повлиять на него. Кем он был раньше? Лололошка не помнит. Попыток было так много, что всё в голове смазалось, перемешалось в кашу. Наверное, не таким холодным и замкнутым, пытающимся исправить все проблемы в одиночку. Сколько раз он пытался всё исправить? Сколько было тщетных, нелепых попыток попытаться остановить неизбежное, обмануть и переписать судьбу? Десять, двацать, тридцать? Этого Лололошка тоже не знает — он перестал считать на девяносто третьей. Лололошка — такой глупый, такой придурок, настоящий идиот. Он ничего не знает, совсем ничего. Н и ч е г о. Он бесполезный, слабый, ничтожный — худший друг во всей вселенной. Он не знает как спасти своих друзей, не знает как спасти Эграсселя, которым так дорожит. Не знает. Не знает! НЕ ЗНАЕТ. Как бы он не старался — всё тщетно. Сколько бы усилий он не прилагал — это не работает, не помогает Он пробовал разные решения: полностью менял свою личность, стремился одолеть всех ведьм в одиночку, пытался предупредить, открыть глаза на правду...и многое-многое другое. Несмотря на всё, это приводило к одному и тому же исходу — все его друзья неизменно погибали. Его друзья... умирали и умирали. Они сходили с ума от отчаяния и убивали друг друга. Их гибель повторялась, как кошмарный сон, который раз за разом прокручивался перед глазами Лололошки, заставляя его лишь беспомощно наблюдать, без возможности что-либо предпринять. Судьба тех, кто подписал контракт жестока — никто не заметит их гибели, а даже если и заметят, то их тела никогда не найдут. Они всегда будут числиться пропавшими без вести. Пушистая тварь деликатно скрыла важные детали, например, что после заключения контракта — ты лишаешься души, становясь лишь пустой оболочкой, куском мяса. Или про то, что все волшебницы или волшебники обречены в конечном итоге впасть в отчаяния и превратиться в ведьм. Именно из-за него — из-за инкубатора — они все должны умереть. Сколько бы Лололошка не выплескивал злость, боль и ненависть на маленьком, ”миленьком” зверьке: швырял его о стену, стрелял из пистолета, рубил мечом, убивал снова и снова — это было бессмысленно. Инкубатор не способен умереть. Да и легче, Лололошке от его «пустых» смертей не становилось Даже если им всем выжить не суждено... пусть выживет хотя бы Эграссель — его самый лучший, самый близкий друг. Тот самый лучик, выглядывающий из грозовых туч. Тот, кто подарил Лололошке надежду. Тот, кто даже этого не осознавая, вытаскивает Лололошку из бездны отчаяния из раза в раз, заставляя бороться. Тот, кто не даёт сломаться окончательно. Эграссель загадал, чтобы его отец — жестокий и безразличный к своему сыну тиран — вылечился от неизлечимой болезни. Эграссель так добр, так бесконечно добр и именно он заслуживает жить. Ради того, кто этого не заслуживал, он подписал контракт, обрекая себя на страдания и гибель. Эграссель был тем, кем Лололошка никогда не являлся. Его качества были тем, что Лололошка больше всего ценил в людях. Он бы хотел... хотел хоть немного быть похожим на него. В своём таймлайне Лололошка не спешил заключать контракт, но он тесно дружил с теми, кто это сделал, из-за Эграсселя. Энергичные волшебницы: Туилин, Фалинда, волшебники: Гуах, Вальдхар, Нардуш... они все быстро сблизились, стали хорошими друзьями. Однажды, во время одного из сражений что-то пошло не так. Фалинда отвлеклась лишь на секунду — тут же, ведьма откусила ей голову. Всё произошло моментально. Никто ничего не смог сделать, а Фалинда не успела даже пискнуть. Этот момент осознания жестокой истины: «Сражаться с ведьмами — постоянный риск». А не сюжет сахарной манги, где всех спасёт дружба и волшебный рояль из кустов. А потом пришло время одолеть Вальпургиеву ночь — самую могущественную и опасную ведьму. Полегли все. Никто, кроме Лололошки не выжил.Оригинальный таймлайн.
— Не смотри на меня так, Ло. Только я могу остановить Вальпургиеву ночь, — у Эграсселя на губах играла грустная улыбка неизбежности. Он прекрасно знал, что идёт на верную смерть. Но другого выбора не было. Лололошка задыхался. — ...Нет...! Нет, нет... Должен же... должен же быть другой выход! Он точно должен быть... — Горячие слёзы застилали глаза. Лололошка был готов упасть на колени и умолять Эграссу остаться — но ведь всё равно поступит по своему. — Я...— Эграсса выдохнул и искренне улыбнулся. Не грустно-обреченно, а своей той самой тёплой, солнечной улыбкой. — Я очень рад, что мы с тобой стали друзьями. По правде говоря, я считаю тебя своим лучшим другом и поэтому, я обязан защитить тебя. Знай, что я ни о чём не жалею. Увидя мёртвое тело своего друга, Лололошка понял, что весь мир — нет — вселенная разбилась, разлетелась на крошечные осколки. Сломалась так легко, словно какая-то ваза. Лололошка всё плакал и плакал, прибывая в истерике, не в силах остановиться. Дышать было больно и тяжело, будто разлетевшиеся осколки от вселенной резали горло. Но сильный ливень смысл все солёные слезы. И Лололошка увидел вдалеке фигуру пушистого, белого зверька. — Лололошка. Маленький огонёк надежды вспыхнул в небесно-голубых глазах. — Если у тебя есть мечта за которую ты готов бороться, я дам тебе необходимую силу... Точно. Одно желание. — Если... я заключу с тобой контракт, ты правда исполнишь любое моё желание? — Голос подрагивал, а сам Лололошка дрожал. То ли от холодного дождя, то ли от пережитого ужаса. — Если оно подходит под требования, конечно. — Моё желание... «Спасти Эграсселя». Почему-то он произнёс только его имя. В глубине души он прекрасно понимал, что спасти всех невозможно, и связал своё желание именно с Эграсселем, чтобы его — уж точно спасти получилось.Воспоминание «2».
Мы с Эграсселем стали постоянно проводить время вместе. Я не хотел возвращаться домой, судя по всему, Эграсса тоже. Мы постоянно гуляли по лесам, исследовали заброшенные места, проводили пикники и забирались на горы, любуясь по вечерам на закаты. Однако в последнее время Эграссель ведёт себя странно. Он немногословен и лицо у него всё время такое печальное-печальное, я думаю у него что-то тяжёлое на душе. Когда я спрашиваю, он отмахивается. Видимо, ещё не готов поделиться. Я не настаиваю.
— Знаешь, мне нужно тебе кое-что рассказать, — тяжело произнёс Эграссель в один из дней, когда они шли домой.
Наконец-то, я узнаю, что гложет моего единственного другая! А...? Я растерянно повертел головой по сторонам, совершенно ничего не понимая.
— Подожди...А где это мы?
Совсем недавно они были на улице, но это место... оно никак не может быть улицей. Всё вдруг стало таким темным и мрачным, пропали дома и деревья. А вместо людей — странные, неизвестные силуэты без лиц.
Вдруг — всё озарилось ярким светом. Громкий треск.
— О, мы вовремя! Не беспокойтесь, мальчики. Девочка-волшебница Туилин всё решит!
— Не зазнавайся. Ты тут не одна.
— Гуах, а ну не начинай!
— Это что...кошка? Никогда не видел такую породу, — озадачился Эграссель, разглядывая белого зверька, что следовал...за этими странными людьми. Да что тут вообще происходит?!
Так мы и узнали, что существует ведьмы, волшебницы, волшебники и контракты.
— Вот уж не думал, что такое в реальности существует, — произнес я.
— Я заключил контракт с этим существом, — неожиданно вставил Эграссель.
Я чуть воздухом не поперхнулся.
— Что?!
— Мой отец серьёзно болен, врачи говорят ему осталось всего нечего, лечения нет. Я был совсем маленьким, когда умерла моя мама...Не хочу терять и отца, пусть он и сильно изменился не в лучшую сторону. Я пожелал, чтобы он вылечился. Теперь, я буду делать благое дело и избавлять мир от ведьм.
— А-а...— Я не знал, как реагировать, — ты такой грустный из-за отца ходил?
— Да. Как раз сегодня хотел рассказать тебе, но вот как всё обернулось, — Эграссель поднял голову, уставившись на вечернее небо. — Ло, а ты собираешься заключать контракт? Мы можем сражаться с ведьмами вместе.
Я зевнул. В данный момент, мне хотелось только лечь спать. Какой-то слишком насыщенный день. В детстве, я мечтал получить магическую силу, дарующую чудеса, чтобы сражаться с жестоким мраком мира, а теперь, выходит, эта детская мальчишеская мечта может стать явью. Но этот непонятный кот-иноплатянен рассказывал что-то про исполнение желания...
— Не знаю. Да и желать мне нечего. Всё, что мне нужно у меня есть.
— Тогда, думаю не нужно торопиться. Ты можешь просто сопровождать меня на миссиях. А позже решишь — нужно тебе это или нет. Там уже желание само придумается.
—...Хорошая идея.
Из-за специфики своего желания, Лололошка получил способность связанную с временем. Сила, несомненно, очень полезная и сильная, но именно она стала тем, что столкнула его в самую бездну. Он давно перестал пытаться спасти своих друзей. Спустя сотни попыток, Лололошка наконец действительно осознал, что это лишено всякого смысла. Он так часто видел их смерти, что ему стало просто плевать. Живы или мертвы — какая разница. Какая разница. Только на жизнь одного человека, Ло всё ещё было не плевать — на Эграссы. Спасти его любой ценой стало единственной целью, единственным смыслом. Лололошка был готов на всё. На абсолютно всё. Уничтожить мир? Хорошо, если это будет нужно. Убить кого угодно? Запросто. Даже если это будут его собственные (уже бывшие, если подумать) друзья. Он устранит их без сожалений, если потребуется. Он убьёт любую ведьму в одиночку, кроме Вальпургиевы ночи. Её, Лололошке не удавалось одолеть ни в одном из многочисленных сценариев.ЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссельЭграссель
.
.
.
...Это стало похоже на одержимость. Все мысли — только о нём. Но если Лололошка не сможет спасти Эграссу, то и себя не спасёт. Потеряется и захлебнёться в чёрных водах страстного отчаяния. Он вознамерился во что бы то ни стало не дать Эграсселю заключить контракт с инкубатором. Пожалуй, это был единственный возможный способ. Но с каждым новым таймлайном, сила Эграсселя становилась всё сильней и сильней из-за того, что Лололошка постоянно повторял один и тот же отрезок времени из раза в раз. Эграссель становился всё более ценным для инкубатора, а значит убедить Эграсселя не заключать контракт было всё тяжелее. И в этом таймлайне у него получилось. Спустя кучи попыток, у него наконец-то вышло! Но..но... Этого недостаточно. Необходимо победить Вальпургиеву ночь — и именно это, у него сейчас не получается. Никогда не получилось, будем честны. Раненый и сломленный, Лололошка лежал на голой, грязной земле. Это бесполезно.бесполезнобесполезнобесполезнобесполезнобесполезнобесполезнобесполезнобесполезнобесполезнобесполезнобесполезнобесполезнобесполезнобесполезнобесполезнобесполезнобесполезнобесполезнобесполезнобесполезнобесполезнобесполезнобесполезнобесполезнобесполезнобесполезнобесполезнобесполезно
Сколько бы он не пытался — это всегда будет бесполезно. Даже если у него что-то начинает выходить, Вальпургиева ночь — всегда конец. Горький, едкий, ядовитый. От вкуса которого, хочется вытошнить собственные внутренности, но даже после этого, послевкусие будет держаться ещё очень долго Слёзы. Проклятые слёзы льются и льются, целой рекой. От осознания собственной беспомощности и бессилия над ситуацией, хочется рыдать ещё сильнее, хочется пожалеть себя, хочется свернуться калачиком и пожелать, что этот психологический триллер наконец кончился. «Перестань... перестань рыдать, тряпка! Слёзы никак не помогут!» — Лололошка даёт себе мысленную оплеуху, пытаясь взять чувства под контроль. Слёзы не помогут — это верно, но есть хоть что-то, что может помочь ему? Нет. им всем уже ничего не поможет. Почему? Почему ничего не получается? Что он всё время делает не так? Что...?! «Я не в силах победить эту ведьму, но и перемотать время тоже не будет правильным решением, если я не хочу сделать судьбу Эграсселя ещё обременённее». Как?! Как ему победить?! Хоть раз, хоть чёртов раз...!!!Что делать?чтоделатьчтоделатьчто делатьчтоделатьчто делатьчтоделатьчто делатьчто делатьчтоделатьчтоделатьчто делатьчто делатьчто делатьчтоделатьчто делатьчтоделатьчтоделатьчтоделатьчто делать
Что же делать?!
я не знаю
Я НЕ ЗНАЮ
— Ло! Эграссель появлятся, словно из ниоткуда, материализуясь в воздухе. Он осторожно подходит ближе, слегка наклоняя голову на бок. Лололошка в шоке раскрывает глаза, и видит на губах Эграссы слабую и блеклую, но искреннюю и нежную улыбку. Сзади него, стоит пушистая белая тварь. Инкубатор, будь его проклят. У Лололошки плохое предчувствие. Если быть откровенным, то очень-очень отвратительное предчувствие. Лололошке это всё не нравится. — Всё будет хорошо, — вновь тихо и успокаивающе говорит Эграсса, и на Лололошку будто ледяной ушат воды опрокидывают. Невольно вспоминается прошлое. Лололошка не верит. Ни слову не верит. ...Ничего хорошо не будет. — Я могу загадать любое желание, каким бы безумным оно не было. И я знаю, чего я хочу. Эграссель выглядит уверенным и решительным. У него действительно есть план, но в чём он заключается? Что такого безумного он хочет загадать? Лололошка не хочет знать. Лололошка не хочет, чтобы Эграссель заключал контракт и не важно какое благое желание он придумал на этот раз. Плевать! — Нет-нет, Эграсса...! — Лихорадочно шепчет Лололошка, пытаясь встать. Он не может. Кажется, его что-то придавило, а чтобы выбраться у него совершенно не хватает сил. Паника сковывает, леденит органы. Этот путь...он проделал всё зря? — .... Пожалуйста не надо! Эграссель! — Всё будет в порядке, — упрямо повторяет Эграссель и опускается на колени перед Лололошкой, утешительно проводя в последний раз своей длинной, изящной рукой по грязным и растрёпанным волосам Лололошки, — Ты защищал меня всё это время, и даже сейчас...Но всё правда в порядке. Это желание действительно стоит моей жизни. Я всё исправлю, поверь моим словам.нетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнет
Только не это! Лололошку захлестнула волна всепоглощающего, удушающего страха. Страх вонзался острыми иглами прямо в сердце. Он никогда так сильно ещё ничего не боялся, даже когда ведьма первый раз убила его подругу-волщебницу этот страх был не настолько силён, даже тогда... Что же...что же это за желание такое? Неужели, есть шанс, что он потеряет Эграсселя навсегда? Только мысль об этом, отравляла его разум. Это его вина. Его! Если бы у него получилось спасти Эграсселя раньше, до этого бы не дошло. Эграссель бы не смог загадать настолько сильное желание... —... Перестань! перестаньперестаньперестань! — Я желаю стереть всех ведьм до того, как они появятся......Во всех существующих вселенных, в прошлом и будущим
своими руками...
Это желание оно... поистине настолько безумное и страшное. Эграсселя больше не будет. Он навсегда станет лишь понятием уничтожения ведьм, перестанет существовать как личность.пожалуйста, нет...!
Но он станет надеждой, которой так не хватало. — Эграссель... — Произнёс Лололошка чьё-то имя, словно пробуя его на вкус. Одинокая слеза скатилась по щеке. Лололошка и сам не понял, почему это имя вызывает в нём такие... противоречивые чувства. — Да где Гуах пропадает...! А? — Туилин удивлено повернула голову в сторону Лололошки, — кто ещё такой Эграссель? Ло незаметно вытер слезу рукавом своей кофты, и с неохотой проговорил: — Парень из моего сна...Мы вместе сражались с ведьмами. — С ведьмами? Может, с Миазмами? Мы же с ними постоянно сражаемся. — Нет, Туилин, именно с ведьмами, — настоял Лололошка.
