Белоснежка Хогвартса

Её втолкнули в узкий коридор так резко, что дыхание сбилось, а спина сразу почувствовала холодный камень, и пока Арья пыталась выпрямиться, Эмилия уже стояла напротив, перекрыв пространство между ней и выходом вместе со своей компанией. Она не стала говорить первой, не стала оправдываться или искать поддержки — просто прижалась к стене, сжимая пальцы, чтобы не показать, как дрожат руки. — Ты слишком часто забываешь своё место, — спокойно сказала Эмилия, подходя ближе. — Думаешь, можешь вмешиваться, подслушивать и что-то решать? Кто-то дёрнул Арью за мантию, заставив её пошатнуться и снова удариться плечом о камень, и в этот момент она окончательно поняла, что здесь не будет ни диалога, ни объяснений, ни шанса уйти без последствий. — Ты удобная, пока молчишь, — продолжила Эмилия, наклоняясь к её лицу. — Но если ещё раз полезешь не в своё дело, мы напомним тебе, кто ты есть. После этого они просто развернулись и ушли, оставив за собой тишину, которая давила сильнее слов. Арья медленно сползла по стене, села на пол, обхватила колени и, уставившись в камень напротив, позволила себе лишь одну мысль: если с Джинни что-то случится, она никогда не сможет от этого избавиться. Оставшееся время превратилось в бесконечную череду шагов, коридоров и глухого напряжения, когда каждый звук заставлял настораживаться, а отсутствие новостей пугало сильнее любых слухов. Она не видела Гарри, не встречала Рона и так и не заметила Джинни, и это молчание замка будто постепенно заполняло всё внутри. Большой зал встретил её светом свечей, голосами и праздничным шумом, который казался неуместным после дня, проведённого в страхе, и, сев за гриффиндорский стол, Арья почти не притронулась к еде, сжимая ткань мантии под столом. Когда Дамблдор поднялся, разговоры стихли. — Этот год стал тяжёлым испытанием для Хогвартса… но Тайная комната закрыта, а Джинни Уизли была спасена. Аплодисменты вспыхнули мгновенно, но Арья осталась неподвижной, потому что её взгляд уже нашёл Джинни — бледную, уставшую, но живую — и только тогда она позволила себе опустить голову и выдохнуть. — Спасибо… — почти беззвучно прошептала она, не зная, кому именно. Шум снова наполнил зал, но внутри у неё осталось тихое, неустойчивое чувство, похожее на слабый свет: страх и боль никуда не исчезли, Эмилия всё ещё существовала в этом замке, однако теперь она знала главное — Джинни жива, и этого было достаточно, чтобы пережить сегодняшний день. Большой зал постепенно пустел. Смех стихал, свечи медленно опускались ниже, и шум праздника растворялся в обычном вечернем гуле Хогвартса, но Арья всё ещё сидела на месте, словно боялась пошевелиться и разрушить то хрупкое чувство облегчения, которое появилось внутри после слов Дамблдора. Она знала, что должна подойти, сказать что-то. Хотя бы убедиться, что всё это не иллюзия. Но ноги не слушались. Джинни сидела за несколько метров от неё окружённая братьями, друзьями, голосами, вопросами — живая, настоящая, слишком реальная, чтобы Арья сразу смогла поверить. Когда зал почти опустел, Джинни наконец поднялась и направилась к выходу, и Арья, сама не понимая как, оказалась у неё на пути, резко остановившись, будто столкнулась с невидимой стеной. Они замерли друг напротив друга. Джинни выглядела уставшей: тёмные круги под глазами, бледная кожа, чуть дрожащие пальцы, сжимающие край мантии, но в её взгляде было что-то живое, тёплое, чего Арья не видела с того утра. — Привет… — тихо сказала Джинни. Голос был слабый, но настоящий. Арья кивнула, не сразу находя слова, потому что в голове всё ещё стояли подземелья, камень, дневник и мысль о том, что всё могло закончиться иначе. — Ты… ты правда в порядке? — наконец выдохнула она. Джинни слабо улыбнулась. — Наверное, — сказала она после паузы. — Я почти ничего не помню. Только темноту и чувство, будто меня тянут куда-то глубже. Арья сжала пальцы. Внутри всё снова неприятно сжалось. Напряжение повисло между двумя юными созданиями с душой, слишком рано повзрослевшей. — Я… просто рада, что ты здесь. Джинни кивнула и на секунду замолчала, будто собираясь с силами. — Спасибо, что спросила, — сказала она тише. — Многие смотрят, но почти никто не говорит со мной нормально. Все будто боятся, что я снова исчезну. Эти слова больно отозвались внутри Арьи. Она осторожно шагнула ближе, не касаясь, но сокращая расстояние. — Ты не исчезнешь, — сказала она тихо. — Я… я надеюсь. Они стояли так ещё несколько секунд, не зная, что сказать дальше, но и не желая уходить. В нескольких метрах от них Джордж, проходя мимо, на секунду задержал взгляд на этой сцене — на том, как Арья стоит слишком напряжённо, с опущенными плечами, а Джинни выглядит слишком уставшей для радости, — но почти сразу отвёл глаза, не придав этому значения и не понимая, что именно его зацепило. Когда Джинни позвали из-за спины, она неловко улыбнулась Арье. — Мне пора. Арья кивнула. — Береги себя. Джинни ушла, а Арья ещё долго стояла на месте, чувствуя, как облегчение постепенно смешивается с тяжёлой, тянущей виной, потому что она знала: Джинни спасли, но страх, коридор за углом и голос Эмилии всё ещё оставались с ней. И это было только начало.