«Этот новенький…»

***

Попутно закрывая дверь на ключ, Титан начал расстёгивать молнию на своей зимней куртке, скинув перед этим рюкзак с плеч. Пятница, конец очередной учебной недели. Лишь сегодня Ганимед проводил старосту дальше того магазина рядом с академией; прямо до остановки, уйдя удостоверившись, что Титан дождался нужного автобуса. Как выяснилось, спутнику Юпитера не так далеко идти пешком, всего-то перейти дорогу в одном месте и пройти вдоль новостройки, но признаваться живёт ли он один в этой квартире пока не стал. Хорошо и то, что при этом уже известно—не много, но и не мало.  За пару дней парни нашли общий язык, но не сдружились; на основе их общения всё ещё лежат оскорбления Ганимеда, что с каждым днём звучат как-то по-иному, действуя на слух всё более резко, в большей мере обидно. Остаётся лишь надежда, что с наступлением их дружбы частые подколы прекратятся. Есть другой вариант, как выйти из этого положение хоть сегодня или завтра, но Титану с приходом этой идеи казалось, что таким образом можно напугать Ганимеда. Тут его логическое мышление и включилась с началом момента обдумывания оптимального варианта в ситуации, где нужно сделать важный выбор. А пришло ему на ум вот что: сегодня со своим товарищем удалось обменяться номерами, хотя тот по началу упирался. «Нахуй телефоны, мы в школе видимся», за что ему и дали пощёчину, и заставили записать себе злосчастный номер, при этом продиктовав и собственный. Можно сегодня же написать по этому номеру и назначить встречу на выходные, от которой спутник Юпитера не сможет отказаться в случае, если у него не окажется значимых дел. На эту тему Титан тоже не упустил возможности порассуждать, и пришёл к решению, что у двоечников и бездельников не может быть никаких забот на выходные, так что теперь не стоит переживать о возможности быть отвергнутым. Остаются мимолётные сомнения о правильности данного номера, что сразу были откинуты в сторону, когда вспомнилось зрелище лица Ганимеда перед собой, что было сосредоточенно на правильности произношения порядка цифр. Теперь сделать нужно лишь одно—написать ему или позвонить, хотя на второе пока рассчитывать не обязательно. Достаточно поздороваться в мессенджере, дождаться ответа и подойти к теме. Стоит подождать несколько часов или чуть больше, когда Ганимед точно не будет занят, а после написать в удобный момент. Если сообщение не будет прочитано до конца дня, можно его удалить—так подумал Титан, а если Ганимед увидит сообщение, то не упустит возможности написать что-то, даже самое обычное «У меня есть дела на выходные». Как и предполагалось, осуществить идею удалось через два часа; на подготовку домашнего задания для следующей недели ушла половина этого времени, а после по полчаса на приём пищи и отдых. Титану показалось, что это самый удобный момент написать Ганимеду, пока не стемнело. Впрочем, как он вскоре и поступил. Поздоровался, представился, да бы избежать недоразумений, и стал покорно ждать ответа, пытаясь отвлечься чем-нибудь другим, параллельно раздумывая, что не получив сообщения от Ганимеда до конца дня, нужно удалить своё.

***

Открыв глаза, первые пару мгновений ничего не было видно за пеленой ушедшего сна, а после картина прояснилась: Титан находиться в собственной кровати, где вчера заснул так и не доделав свои вечерние дела, а часы на прикроватной тумбочке показывали пять минут восьмого. Редко парню приходилось уклоняться от строгого распорядка дня, который соблюдать нету надобности на выходные, однако за все эти годы удалось привыкнуть к нему чересчур сильно.  Сидя у себя на кухне за чашкой чая и наблюдая за тёплыми расплывающимися оттенками позднего рассвета, какие обычно наблюдаются только в зимние дни, Титан в какой-то момент понял, что его то и дело что обуревают мысли о предстоящем разговоре с Ганимедом; да, он прочитал сообщение ещё вчера вечером через час после его отправления, и согласился даже когда староста объявил, что они увидятся в парке только для разговора. По началу были сомнения насчёт своего решения, ведь не могут так быстро в их общении прекратиться подшучивания и стоит подождать ещё около пары месяцев, когда доверие друг к другу окрепнет. Если бы только пришлось поговорить на подобную этой тему с иным человеком, сомнения сразу пришлось бы откинуть прочь, ведь толком не пообщавшись с Титаном и нескольких недель, Ганимед умудрился усугубить ситуацию. Как известно, с какой-то поры он стал позволять себе резкие прикосновения, каким сначала подвергались только плечи нового товарища, а после его ладони впивались в запястья, точно тиски, оставляя покраснения на бледной коже, что пройдут лишь через какое-то время. В четверг Ганимед сделал так первый раз перед прощанием недалеко от здания академии, за что отхватил сильный подзатыльник, а после Титан развернулся в другую сторону и ушёл прочь. Дома снимая одежду удалось заметить следы от его пальцев, да ещё и не только на запястьях, а на предплечьях, увидев которые парень разгневался как ребёнок и швырнул рубашку на пол. От этой нелепой ситуации невольно стало стыдно; страшно повезло, что на следующий учебный день удалось отлично сделать вид, словно либо ничего не произошло, либо ему стёрли память. С того момента Титан твёрдо решил, что никак не может оставить всё на своих местах, ибо такими темпами незаметно придёт время, когда нельзя будет ничего изменить. Встреча назначена на сегодняшний день ближе к вечеру. Титан хотел настоять на дневное время, но Ганимед стал жаловаться на большое количество людей. Впрочем, не в этом маленьком споре дело. В конечном итоге Титану удалось переубедить знакомого, ведь парк, где назначена встреча, не был так уж забит в выходные дни. Юноше рукой подать до этого тихого места, а Ганимеду стоит разве что проехать несколько остановок на автобусе или пройти это расстояние пешком. Из окна одной из комнат в квартире Титана видно парк, закоулки и тропинки которого изо дня в день отнюдь не переполнены людьми. Разве что можно заметить по несколько влюблённых парочек на скамейках в разное время дня, но Титан старается не наблюдать за этими людьми. Сам же, бывает, посидит в летнее время на лавочке за недочитанной книжкой в пять-шесть часов вечера, а как стемнеет—и до дома идти недалеко. Зимой за такими посиделками редко кого увидишь, так что сразу, как Титан упомянул о парке в переписке с Ганимедом, тот незамедлительно предложил встретиться в этом скромном местечке. До назначенного с Ганимедом разговора времени оставалось предельно много, в связи с чем Титан подумал, что сможет уложиться во все свои дела на день. Он готов почти что поспорить, что спутник Юпитера с большей вероятностью опоздает на минут десять, чем придёт вовремя, но теперь если одна лишь мысль пронесётся об этом парне, все остальные эмоции одолевает только одна, которая является смесью нескольких других, будь то что-то негативное или приятное. Когда Титан в первый раз с этим столкнулся, второй вариант показался абсурдом и пока они могут питать друг к другу исключительно негативные эмоции, хотя порой по лицу Ганимеда и не поймёшь, что он сейчас испытывает. За улыбкой и, казалось бы, невинными шутками может скрываться что-то другое, но версия Титана, будто двоечнику ничего не нужно кроме того, как попользоваться некоторое время отличником, а после в удобный момент непринуждённо откинуть в сторону за шкирку, сразу придётся оставить. «Это похоже на что угодно, но не на то, что он решил мной пользоваться»,—Проговорил Титан полушёпотом вслух для себя, как бы заканчивая мысль, при этом добавляя ещё то, что Ганимед в этом плане может видеть в нём максимум игрушку для выброса агрессии, выражая это в мелких издевательствах. В расчёте с делами на день Титан провалился, да ещё и понял к тому моменту, когда время встречи приближалось. На часах около четырёх часов дня, как он узнал при первой возможности бросить мимолётный взгляд на часы. За семь с лишним часов, как оказалось, можно успеть большое количество дел. Неторопливо сделать себе завтрак, закончить с домашним заданием на понедельник и вторник, на что ушло предельно много времени, а после сделать уборку по комнате и отдохнуть удалось выполнить за этот срок. Как понял Титан, поход в магазин за готовой едой на ужин можно отложить на время после разговора с Ганимедом. Этот идиот, к слову, не упустил возможности написать лишний раз и спросить, во сколько нужно быть в парке, на что получил холодный выговор вместо точного времени. Собравшись к нужному часу, выбрав свою повседневную одежду с зимней курткой, Титан обувался, параллельно с этим отвечая на чей-то вопрос насчёт домашнего задания в общем чате подгруппы. Трудно представить, что кто-то кроме отличников делает его в первый день выходных. Убрал староста телефон в карман лишь закрыв входную дверь в квартиру на ключ и пройдя пару шагов к спуску вниз по лестнице. Титан решил не вызывать лифт с расчётом на опоздание Ганимеда и пройтись пешком, судя по тому, как тот явно не шутя спрашивает о времени в последний момент. Титан сразу, как оказался в парке стал у входа, где пришлось назначить встречу, ибо в парке Ганимед уж точно не сориентируется и одно только место искать будет минут десять. На улице вечереет, но, тем не менее, низкая температура ощущается плохо и от неё остаётся приятный прохладный воздух. Под ногами наполовину растаял рыхлый снег, что скрипит под ногами и покрывается следами от ботинок. Небо несильно затянуто тучами, из-под которых проглядывает яркое солнце, а после снова медленно скрывается за облаками. До чего же красивый вид, как показалось Титану, что только и наблюдал за сменяющимися оттенками неба и плывущими вдаль пушистыми тучами, устремив взгляд вверх. Резкий, в какой-то мере болезненный толчок в спину чужой ладонью благополучно вывел из этого состояния, а когда парень хотел было обернуться и проверить, заметив, что человек не отходит в сторону и молчит, послышался хриплый смех сзади; тогда Титану и гадать не пришлось, в чьи глаза он посмотрит, совершив это действие. Спутник Сатурна явно не уследил за временем, потому никак не ожидал увидеть здесь Ганимеда! По началу так вообще были смутные сомнения, что он не понял, куда и к какому времени,—хотя назначал его сам,—от него требуется явиться, и Титан был уверен, что Ганимед позвонит или напишет, один раз так точно. Исходя из подобных навязчивых мыслей верить не захотелось, оттого и поворачиваться к нему, но вскоре пришлось. Ганимед же стоял и ждал минуту-другую, пока Титан не направит ход мыслей в нужное русло, а когда встретился с ним лицом к лицу склонил голову и лукаво улыбнулся. За первые два десятка секунд парни не обменялись ни словом, идя по направлению, в котором теперь вёл Ганимеда Титан до первой лавочки среди деревьев вдоль тропинки, пока тот запоминал местность вокруг. По истечению этого времени не удалось оказаться на одном уровне со своим проводником, однако подвернулся случай, когда получилось его окликнуть:  — О чём тебе понадобилось поговорить на выходных, да ещё и со мной? — Вопрос не получилось произнести серьёзно, в своём грубом тоне, ведь насмешливая улыбка появилась раньше сказанного.  — Ганимед, потерпи немного, — Не оборачиваясь выпалил наспех Титан, будто что-то пристально высматривая. Спустя минуту мучительного молчания староста нашёл то, что хотел: скромная скамеечка, почти что окружённая низкими деревьями с голыми ветвями. Стоило только объекту попасть в его поле зрения, как он тут же сменил направление и повёл прямо к лавочке. Титан присел сразу, откинувшись на спинку сиденья, а через пару секунд его примеру последовал Ганимед. Сразу ему показалось, что спутник Сатурна нарочно уселся с краю, скромно оставив ноги вместе, да бы отдалиться от своего оппонента, но тот сел прямо посередине, да ещё и расставив колени, отчего создалось впечатление, будто Ганимеду захотелось ещё одного подзатыльника от Титана. К слову, этот хулиган, от какого выражения староста нисколько не отказывался бы, одет был точно в ту же одежду, которую носит в академию, что не могло заставить не задуматься. Титану не удалось отрыть одну завершающую мысль, так что он решил, что это плохая идея и лучше пока остаться в неведении о быту Ганимеда. Какое-то время парни посидели молча, но думали совершенно о разном. Ганимед был в нетерпении узнать, какую же столь значительную тему для разговора подготовил для него Титан и бесконечно сверлил его взглядами. Спутник Сатурна не продумывал перед встречей слова, которые помогут начать разговор открыто, и это сильно помешало поговорить быстро и разойтись. Без этой встречи не удалось бы выяснить, что Ганимед способен так покорно ждать, хоть и любопытство съедает.  — Ганимед, — К счастью, по тону голоса Титана по большей части не было заметно, что тот не имеет понятия что говорить, но староста ещё не уверен, способен ли испытывать стеснение перед Ганимедом, — Ты же уже в курсе, что я встретился с тобой исключительно, чтобы поговорить на одну важную для меня тему? — На взгляд Титана фраза, которая поможет выиграть время на раздумья, хотя скорее помогло только не сидеть рядом с ним, точно самый тупой человек из его окружения.  — В курсе, и? — В тот момент спутник Юпитера повернул голову к собеседнику и их взгляды встретились, а после пары секунд зрительного контакта Титан намеренно его оборвал.  — Вообщем, — Выпалил Титан, чуть помешкав, — Не важно, как я начну, просто… На мой взгляд ты поступаешь порой излишне сумасбродно, и я хотел бы-  — Чего? — Перебил Ганимед, на удивление сохраняя спокойное выражение лица, что в контрасте всех событий последних нескольких дней выглядело странно. Титан метнул на него мимолётный презирающий взгляд.  — Ну, поступаешь так, как тебе хочется, не вслушиваясь в протесты и советы других людей. Так вот, и я хотел бы попробовать найти компромисс, чтобы было комфортно и тебе, и мне.  — И что тебя конкретно не устраивает в общении со мной? — Тут его губы дрогнули в улыбке, не насмешливой, будто самой обычной, ничем не примечательной, а в хриплом голосе проскальзывала неуверенность, что могла указывать не то, что Ганимеду не приходилось до этого решать проблемы разговорами.  — Хорошо, смотри, — Титану стало трудно разъяснять, как он воспринимает поведение товарища со стороны, так что теперь никак не получилось утаить смущённый и тихий тон голоса, — Мне неприятно, что ты в принципе делаешь резкие движения в мою сторону, бывает подкалываешь, после чего я остаюсь с плохим настроением на весь день.  — Ну, ближе к сути. И что дальше? Титан решил больше не смотреть на Ганимеда, чтобы не забивать настроением оппонента свои мысли. Захотелось вернуть свой уверенный тон голоса, чему препятствовало нескрываемое стеснение.  — Я хотел бы, — Титан коротко выдохнул и собрался с силами, — Чтобы ты так больше не делал. Договорились? На моменте, когда староста робко произносил последние слова, на лице спутника Юпитера расцвела чуть более широкая улыбка, чем прежде, будто он услышал то, чего хотел.  — Договорились, но я не гарантирую, — Добавил от себя Ганимед, нагло усмехнувшись, словно пытаясь отшутиться от серьёзной темы, в ответ на что получил недовольное молчание Титана, который надеялся, что конец встречи должен пройти уж точно поспокойнее. Наконец, без тяжести на плечах, удалось отвертеться от прощаний Ганимеда, что уже сегодня решил последовать наставлениям и не поступать так, как во все прошедшие дни, и оказаться у себя дома, на диване, под пледом и с чашкой чая. Титана не покидает чувство, что хоть и сначала он боялся пойти на этот поступок, сделал правильно и теперь наладить контакт будет куда легче, если обе стороны готовы изъявить такое желание. Но парень не учёл лишь то, в какое русло имеет шанс пойти их общение после событий сегодняшнего дня.

***